Глава 47

Князев

Застываю, словно громом пораженный, у экрана. На мерцающем дисплее разворачивается трагедия в миниатюре. Скрытая камера, установленная на террасе, безжалостно запечатлела момент, когда Виктория, с холодной расчетливостью, подтолкнула Полину в бассейн. Сердце сжалось от невыносимой боли. Предательство. Как лезвие, вонзилось глубоко в душу.

И тут же, словно вспышка молнии, в сознании мелькнула догадка. Снотворное. Кофе. Полина…

Все сложилось в ужасающую мозаику, где Виктория представала не просто завистливой соперницей, а хладнокровной преступницей. Ярость, смешанная с отчаянием, захлестнула меня.

Не могу поверить, что человек, которому я доверял столько лет, как самому себе, оказался способен на подобное зверство.

Это не просто ревность…

Я думал, мне все кажется. Мало ли из-за чего девчонки не выносят друг друга. Хватит любой мелочи. Отрицал все.

Но моя Полина поплатилась…

Время для раздумий истекло. Я должен действовать. Нахожу Викторию в доме, прекрасное лицо сейчас кажется мне маской, скрывающей чудовище.

– Зачем? – прошептал я, когда меня встретили в гостиной. Мой голос дрожит от переполняющих эмоций. – Зачем ты это сделала?

Виктория сначала отрицала, но под моим взглядом, ее маска начала трескаться. Скупая слеза скатилась по щеке, и она, сломленная, призналась во всем.

Слова вырывались из ее горла сдавленными рыданиями, полными злобы и ненависти. В каждом слове звучит пропасть, зияющая между нами, пропасть, вырытая ее собственными руками. И я понимаю, что простить такое я не смогу никогда.

– Алексей, ты променяешь меня на эту простушку?!

Смотрю в ее лицо, на котором расплывается макияж и думаю, как я мог быть таким идиотом. Как не замечал раньше ее коварства? Я на многое закрывал глаза, списывая все на стресс из-за потери родителей. Но похоже, Вика всегда была такой.

Не вчера. Не сегодня. Всегда.

Я уже устал от ее криков и беспочвенных обвинений с угрозами.

– Выбирай, Вика, – мой голос действует на нее сразу. Она замолкает. – Тишина или тюрьма?

Она пытается сохранить надменность.

– Ты что, прикажешь меня убить? За это?

Я медленно делаю звонок. Деталь, от которой у нее затряслись руки.

– Нет. Ты умрешь естественно. В психиатрической клинике, где тебе помогут вылечить твое черное сердце.

Ее глаза расширяются в ужасе. Она знает, что я не шучу.

Когда приехали ребята из службы, она долго кричала, вырывалась. Пыталась подкупить работников при мне.

Ее крики еще звучали, когда я выходил из дома и садился в машину.

Кладу дрожащие руки на руль. Делаю глубокий вдох. Все закончилось. Пострадавшая восстанавливается. Преступница наказана.

Затем я поворачиваюсь к Полине и уверенно спрашиваю:

– Теперь твоя очередь решать. Остаешься… или уходишь?