Глава 38

Я заперлась в комнате и на любые просьбы Эрика не реагировала и не открывала. Лишь попросила найти мою сумочку и ждать, что скоро я выйду.

В душе же у меня ураган. Слова таксиста посеяли смуту. Я нравлюсь людям на экране телевизора. И не только внешне, но и как подаю материал, иначе зачем им суетиться и писать письма каналу. Да, электронные, но это же тоже требует усилий. Да и сам Эрик подтвердил, что письма были, и не одно… Это что же получается, что все же быть ведущей новостей, серьёзного материала мне доступно, я могу?!

Для себя я уже приняла решение и теперь буду следовать поставленной цели!

Открываю двери, Эрик сразу делает шаг ко мне, в его руках моя сумочка, но вид озабоченный.

— Алина, я тогда тебе не рассказал, потому что… — он тянет, мнется, как будто не решается что-то сказать, но все же поднимает взгляд и говорит, глядя в глаза: — На тот момент я не знал тебя до конца и поэтому подумал, что ты подговорила людей, чтобы они написали каналу. Позже я понял, что это не так, но я уже и сам ушел с канала, ты знаешь, поэтому… поэтому не стал, не стал тебе говорить и обнадеживать.

Я вложил все свои силы, чтобы канал стал лучшим, и сейчас, глядя на рейтинги, я могу сказать, что он улучшил свои показатели.

— Я за тебя рада, Эрик, правда. И надеюсь, что твой канал…

— Он уже не мой, я ушел…

— Неважно, надеюсь, все, что ты делал там на протяжении нескольких месяцев, окупится сторицей. А я… не обижайся, но я должна подумать и о себе.

Эрик, наверное, чувствует себя виноватым, поэтому, сжав губы, произносит:

— Ну что, поехали? Сумочку твою, — указывает мне на поклажу в руках, — я взял, виновников торжества уже нет, можно ехать.

— Да, хорошо. Вызовешь такси или мне вызвать?

— Я, да, пойдем.

Он берет меня за руку и так крепко сжимает, что даже причиняет боль. Но не успела я об этом заикнуться, как он ослабил захват и теперь более непринужденно держит меня.

Мы проходим мимо пары Данияра и Дарины. Оба недовольные стоят рядом. И если Даня с нескрываемым раздражением смотрит на Эрика, то Дарина почему-то — на меня.

Некогда разбираться сейчас. Может, потом мне удастся поговорить с ней. Сначала я должна позаботиться о себе.

Такси уже нас ожидает, мы садимся, и я называю свой адрес. Эрик недоволен, но ничего не говорит, лишь держит меня за руку и не отпускает.

Надеюсь, он чувствует хоть каплю вины за то, что уволил меня… дважды!

Подъезжая к моему дому, Эрик вдруг неожиданно тянет меня к себе и целует в губы.

— Ты мне не расскажешь, что происходит в этой маленькой красивой головке? После встречи с таксистом ты ведешь себя отстраненно.

— Эрик, давай выйдем и на улице без свидетелей поговорим.

Он скашивает глаза на любопытного таксиста и, поняв меня, молча соглашается.

Анализируя его поведение, понимаю, что он чувствует себя виновным в моем отстранении. И вот такой Эрик — кроткий и милый — мне почему-то нравится больше, нежели беспардонный грубиян.

— Эрик, ты меня любишь? — гордо задрав голову, спрашиваю у него, когда мы уже стоим перед подъездом моего дома.

Мужчина, подозрительно прищурившись, отвечает вопросом на вопрос:

— Странный вопрос, учитывая, что пару часов назад я тебе в этом сам признался. Ты к чему ведешь?

— Этот месяц помог мне пережить некоторые жизненные трудности, я о многом размышляла: о себе, о тебе, — бью его по плечу, легонько, но показывая, что все же мне было больно и что я возмущена, — о своей работе, о своих мечтах. И единственный выход, который я нашла сегодня, — это продолжить заниматься своим любимым делом, то есть журналистикой. А так как ты считаешь, что это не мое…

— Я так не считаю! — эмоционально отрицает Эрик. — Я такого тебе никогда не говорил. Я просто… — возводит глаза в ночное небо, как будто пытается сформулировать мысль, — Алина, я лишь хотел сделать свой телеканал более успешным, вывести его на «первые кнопки» и из-за своих каких-то сексистских предрассудков решил, что такая красивая девушка, как ты, не может нести в массы новости о политике или кризисе. Ты не единственная, кого я уволил, поверь. И сейчас, анализируя все свои действия, я могу сказать, что женщин я уволил намного больше, нежели мужчин, хотя и их головы тоже полетели. Это я к чему? А к тому, что твое увольнение не отменяет твой профессионализма, а говорит лишь о том, что у твоего руководителя есть проблемы в понимании работоспособности женского пола против мужского. И он твердо убежден, что слабый пол проигрывает в этом поединке.

Смотрю, как его съедает чувство вины, и в какой-то степени рада, что он умеет сожалеть о своих необдуманных, импульсивных поступках.

— А еще, черт! — Эрик отворачивается от меня, делая пару шагов прочь.

Что это с ним? Что за реакция?

— Алина, когда ты спасла меня тогда, — тихо начинает он свою исповедь, — я был уверен, что это все подстава. Ну не может хрупкая блондинка, рискуя своей жизнью, спасать простого мужчину, если, конечно, она не знает, что он богат. Когда очнулся в больнице, все казалось подозрительным, ведь последнее, что я помню, — как возвращался из Европы, чтобы принять на себя полномочия гендиректора. Отец хотел в кругу семьи подписать бумаги, а после на собрании акционеров их предоставить. Но все пошло совсем не так, как мы планировали. В меня врезалась тачка, из нее вышли двое мужчин, они подошли ко мне с извинениями, а после — пустота. Очнулся, а передо мной красотка распинается, что меня похитили, а она меня спасла. Ну, Алина, — Эрик наконец поворачивается ко мне и берет за руку, — посмотри на это со стороны, разве не выглядит все это подозрительным?

Пожимаю плечами.

— Не знаю, возможно…

— Вот и я подумал, что, возможно, меня обманывают и хотят нажиться. Поэтому я как можно быстрее свалил из больницы. А когда выходил оттуда с охраной, увидел, что докторишка зажимал тебя у стены, и тогда мои опасения, что вы действовали заодно, чтобы просто подзаработать, подтвердились. Скорее всего, вы действительно вызволили меня из лап похитителей, но ради своих целей. А потом я ждал, когда ты позвонишь. Но ты этого не делала. Я даже имени твоего не знал. Сим карта оказалась оформлена на женщину значительно старше…

— Ой, и правда. Симку мне мама купила, я тогда в больнице курс восстановления проходила, поэтому мама пошла в магазин.

— Да, это я сейчас знаю, а тогда… тогда я был уверен, что это левый номер. И вы меня хотели просто обдурить. А ты все не звонила… После был суд с твоей мамой. Отец отправил меня и Элен как представителей компании. И вдруг там я вижу тебя. Моя теория с одной стороны разрушилась, а с другой окрепла. Ты появляешься везде, привлекая мое внимание… явно рассчитывая завлечь меня. А когда встретил тебя в своем дворе, моя крыша совсем съехала. Я посчитал, что ты совсем перешла все границы дозволенного. Открыто следишь за мной. Но и тут ты меня продинамила. Феерично раскидала деньги по моему офису. А после произошел вообще беспрецедентный случай: вместо того, чтобы требовать от меня денег за спасение, ты выплатила сумму, назначенную судом, за свою мать.

Эрик проводит по моему лицу пальцами, оглаживая, даря ласку…

— Продала свою тачку, лишилась удобства, лишь бы не быть мне должной…

Эрик наклоняется ко мне и нежно целует в губы. Поцелуй выходит мимолетным, но таким мягким, что хочется прижаться к нему и крепко обнять. Что я и делаю.

— Моя маленькая независимая девушка, — целует меня в макушку. — И насчет работы… Извини, я не должен был тебя увольнять.

Такое ощущение, что Эрик исповедуется передо мной, открывая мне свою душу.

— Прощу, при условии, что впредь ты не лезешь в мои дела с работой: не нанимаешь меня, не увольняешь, не советуешь. В общем, тема работы у нас с тобой — табу, до тех пор, пока я сама его не отменю. Согласен?

— А с чем связано такое строгое условие? То есть я хочу сказать, что мы же можем просто общаться, советоваться, я не знаю, если тебе нужно.

— Нет, Эрик! — произношу твердо.

Я для себя все решила, и если он уважает мое мнение, то должен согласиться.

— Алина, пойми, сейчас, когда мы в отношениях, ты можешь воспользоваться всеми моими ресурсами, понимаешь?! Тебе надо только что-то захотеть, и ты это уже получишь. Я готов работать в твоей команде, лишь бы у тебя все получилось…

— Стоп, хватит! Эрик, неужели ты не понимаешь?! Я хочу всего достигнуть сама! Сама! Я знаю, что я смогу. И тут только твой выбор: быть рядом и помогать мне морально, просто болтая со мной обо всем на свете, кроме работы, или же… — обрываю фразу, потому что не хочу ее произносить.

— Что? Каким будет твое условие? — он взбешен, глаза выдают его с головой, там сейчас такое непонимание и отрицание моих доводов, что он еле сдерживается.

— Или же… — опускаю голову и произношу твердо, но тихо, — или же мы расстаемся, и ты наблюдаешь все мои взлеты и падения со стороны.

— Даже так, Алина!? Не ожидал, право, не ожидал, что у меня появится девушка на несколько часов…

— Дочка?! — слышу за спиной.

Оборачиваюсь и вижу маму, и рядом с ней — мужчину. На улице уже полночь, и хоть и фонари горят, все же его лица не рассмотреть.

— Мама?!

— Ты что здесь делаешь в этот час? Тем более что мы тебя ждем наверху, в квартире.

В недоумении смотрю на родительницу, не понимая, о чем она.

— Я тебе звонила и писала. Ты что, до сих пор не прочла?

Скосив свой взгляд на сумочку, понимаю, что Эрик настолько завладел моим вниманием, что я даже не проверила мобильник на предмет пропущенных СМС и звонков.

— Извини, я же на свадьбе была и совсем забыла посмотреть. А кто «мы»?

Мужчина выходит из тени и, приглядевшись, понимаю, что это адвокат мамы, который защищал ее в суде, где истцом выступал Эрик и его компания. Черт!

— Здравствуйте, Алина, — он протягивает мне руку, и я в ответном жесте сжимаю её.

— Алина, Эдуард, хотела вас познакомить поближе, — немного жеманно говорит мама, как будто ей неловко.

Что происходит?

— Да мы же знакомы…

— А с кем ты пришла? Мне кажется, я где-то видела этого молодого человека… — мама задумывается, а я понимаю, что если она вспомнит его, то сильно не обрадуется, ведь именно из-за Эрика ей пришлось начинать буквально все сначала, поэтому в панике хватаю Миллера за руку и разворачиваю в сторону ворот.

— Это коллега мой. Спасибо, что проводили, до свидания, — толкаю Эрика в спину, но он, гад, упирается и, оглядываясь на нас, что-то мычит. — Вам правда пора, завтра еще раз поговорим на все спорные темы, до встречи.

Отвожу его подальше от мамы и ее гостя.

Наконец, на безопасном расстоянии, когда мы уже завернули за угол дома и мама нас не видит, Эрик не выдерживает и, полностью повернувшись ко не, захватывает меня в плен своих объятий.

— Ты объяснишь, почему не познакомила меня с мамой?

Я же, отметив, как легко он позволил себя увести, понимаю, что господин Миллер и сам не особо-то и хотел с ней знакомиться, поэтому говорю:

— Думаю, еще не время. Возможно, чуть позже.

— А почему, объяснишь?

Задумавшись, решилась все же сказать правду.

— Во-первых, ты тот человек, которого мама винит в наших проблемах в последние месяцы. Она видела тебя в суде и если вспомнит, то нашим отношениям точно конец, ну или самое невеселое их начало нам обеспечено.

Эрик понимающе кивает. По его мимике догадываюсь, что его тоже тревожит этот момент, и в какой-то степени радуюсь, что он тоже считает, что это не самое удобное время для знакомства.

— А во-вторых?

Выдерживаю паузу, хочу его немного помучить.

— Ну, ты сам еще не готов, я думаю… иначе бы не позволил себя увести…

— Я позволил себя увести, как ты заметила, потому что я не так планировал познакомиться с твоей мамой. Вначале я хочу её хорошенько подкупить, чтобы в ссорах на будущее она всегда была на моей стороне. — Эрик притягивает меня к себе и, держа в объятиях, качает из стороны в сторону. — Я заполучу себе союзника, и мы будем с ней направлять тебя на путь истинный… Шаг вправо, шаг влево, и твоя мягкая точка будет страдать от моих настойчивых ласк. М… — играет бровями, — ты же понимаешь, о чем я?

— Ты пошляк! — играючи пытаюсь его оттолкнуть, Эрик умеет вывести меня на эмоции, застав врасплох.

— И я уверен, что этим привлекаю тебя еще больше, — он наклонился к моему лицу, и наши губы сомкнулись в нежном, но в то же время страстном поцелуе. Я коснулась руками его жестких волос, с наслаждением пропуская их сквозь пальцы, и поняла, что очень скучала по этому ненасытному самцу. Эрик как будто считывает мои мысли — сильнее прижимает меня к себе, буквально впечатывает в себя, руками блуждая по моему телу.

— Алина, ты скоро? — нас прерывает недовольный голос моей мамы.

Быстро отталкиваю его.

— Пока, спокойной ночи…

— До завтра, и учти, просто так я тебя не выпущу. Я месяц секса не видел, а все твой побег из города виноват. Так что готовься, милая, — строго предупреждает меня Эрик, а я готова рассмеяться, потому что это звучит так, как будто он работодатель и сейчас указывает мне на ошибки с требованием завтра все исправить… Ну что за человек, не может выйти из образа и даже в отношениях пытается доминировать.

— Вот завтра и посмотрим, насколько ты соскучился, — уточняю, заигрывая, — и сколько раз меня удовлетворишь…

— Ах ты…

Эрик делает шаг на меня, и я говорю как можно громче:

— Мама, я уже иду. — И намного тише: — Пока, готовься, и дружка своего приготовь, я тоже соскучилась, — и с этими словами бросаюсь прочь от Эрика, а то, боюсь, он меня уже не отпустит, и даже моя мама ничего не сможет поделать.

Возвращаюсь к маме, а адвокат до сих пор тут и никуда не ушел.

— Что-то случилось, мам? Почему вы еще здесь? У тебя проблемы с законом? — намекаю на присутствие адвоката. В уме уже подсчитываю, сколько придется выложить за столь поздний визит.

— Потому что, — вдруг мама делает шаг и берет мужчину под руку, — Эдуард сделал мне предложение и я ответила на него согласием.

В шоке смотрю на этих двух голубков, чьи глаза выдают их полностью, сияя даже в полуночной темноте.

— Поздравляю вас! Очень рада… А Тим? — осторожно уточняю у мамы. — Он что сказал, как воспринял?

— Тимур сказал, что будет счастлив, если у меня появится опора в жизни, ведь я слабая женщина, которой надо иметь твердое плечо.

— Вау, да брательник в философа превратился! Я точно месяц отсутствовала или все же несколько лет? — шутя размышляю вслух.

— Алина, а ты что скажешь? — голос мамы хоть и звучит уверенно, все же чувствуется, как она волнуется. Моя маленькая сильная женщина.

Делаю шаг к ним навстречу и обнимаю их одновременно.

— Я буду счастлива, если счастлива ты, мам. Вы же сделаете маму счастливой, Эдуард?

Чуть отступаю назад и с близкого расстояния внимательно смотрю на своего будущего отчима. Зрелый, состоявшийся мужчина, подтянутый и с благородной сединой, которая скорее даже украшает его. Он, сразу спохватившись, уверенно отвечает мне:

— Ели твоя мама позволит, я сделаю все возможное для ее счастья.

— Ну, вот и отлично, — весело заканчиваю, — тогда вы, молодежь, прощайтесь уже, а я поднимусь домой, все же прохладно ночью на улице.

Чтобы не смущать влюбленных, быстро вхожу в подъезд и поднимаюсь на свой этаж.

В квартире везде горит свет, в гостиной накрыт шикарный стол.

Да они почти ничего не съели!

— Тима? — стучусь в комнату к брату, застаю его за экраном монитора, он опять пишет какие-то программы. Подхожу ближе и обнимаю его со спины, стараясь не мешать. — Кажется, я соскучилась по младшему Елизарову, хотя совершенно не понимаю, как могла скучать по маленькому противному мальчишке? — тереблю его шевелюру.

— Алинка, пять минут потерпи, и я тоже заскучаю по тебе.

Брат сосредоточен на работе, но я не могу себя сдерживать, я и правда соскучилась по этому несносному парню.

— Извини, мои чувства невозможно сдержать, боюсь, терпеть придется тебе, — резкий рывок, и я целую его в щеку.

— Блин, Алина, фу! — брат наконец отрывается от монитора. — Ты что творишь? — брезгуя, вытирает мой поцелуй с щеки. — Тебе сколько лет?

— Все, что есть, — мои. Я сейчас так счастлива, что готова тебя расцеловать…

— О боже, что с тобой? — Тимур закатывает глаза, он не привык к такому открытому проявлению чувств.

— Рада за маму, очень.

— Да, — брат чешет затылок, — я ему дал флешку, как только он всунет её в свой комп, я разузнаю все его секреты, и тогда мы точно будем знать, что он за человек и достоин ли мамы.

Шпионские игры Тим пусть продолжает сам. Он стал такой подозрительный после своего похищения, теперь не доверяет никому и, обладая знаниями в области IT-технологий, может взламывать компьютеры других людей и открывать все их секреты.

Надеюсь, за Эдуардом он ничего подобного не найдет. Мама впервые после смерти отца обратила внимание на мужчину, будет жаль, если все закончится ничем.

Оставляю Тима и иду к себе. Мне надо обдумать идею, которая пришла на ум, а еще обзвонить огромное количество людей и уговорить их начать со мной работать.

Всю ночь я провела, составляя бизнес план. В душе свербела только одна мысль: «Я должна сама добиться чего-то, чтобы мужчина, в которого я влюбилась, не только отвечал на мои чувства, но еще и уважал меня за профессионализм».

Следующий день ушел на переговоры. Я обзвонила всех, кого знаю из операторов, режиссёров и сценаристов. А еще всех знаменитостей, с кем познакомилась на проекте и чуть ранее. Я решила создать канал на самом известном видеохостинге, так как продвижение на телевидении для меня сейчас не самое лучшее решение, меня там никто не ждет, я для них персона нон грата. А интернет безграничен. Но дел еще очень много, если я хочу стать сама себе руководителем.

Как это объяснить Эрику, я не знаю, поэтому все его звонки сбрасываю. Пусть помучается, возможно, это даже будет для него полезно. Написала ему в СМС, что должна некоторое время провести с семьей. Некогда мне с ним говорить. А если учесть, как вчера мы с ним расстались, то, если я попадусь к нему на удочку, из кровати мы не выйдем несколько дней. А я сейчас должна творить, чтобы после встречаться с ним с гордо поднятой головой, и, что не менее важно, он тоже будет гордиться, что его везде буду сопровождать именно я. При условии, что у меня получится все задуманное.

Свои мысли я не стала ему объяснять, боясь, что он может вновь заговорить о своем влиянии и помощи мне. Думаю причина «по семейным обстоятельствам» будет для него весомой.

А сама тем временем, договорившись с мамой, пошла в банк. Надо взять кредит на оборудование для съемки, зарплаты, аренду локаций, да много чего еще.

Мама поверила в меня и в мою идею и согласилась заложить свою пекарню для получения более выгодных условий у банка. Мы обе заряжены мыслями о моем проекте, как и что там будет реализовываться, в каком режиме будем публиковать выпуски, где разместить рекламу… Мамин жених, Эдуард, обещал юридическую поддержку и сопровождение всех договоров.

Поговорив с менеджером банка, обе выходим из кабинета в хорошем расположении духа. Определенно, сегодня наш день! У нас все получится!

Эдуард выходит вслед за нами.

— Девушки, приглашаю вас пообедать и отметить весьма выгодные договоренности между вами и банком.

— Мама сияет от счастья, берет своего мужчину под руку и деловым голосом произносит:

— И где вы хотите нас угостить, Эдуард?

Давлю свой смех в кулачок, ну и смешные эти влюбленные. Уже в машине мне приходит СМС о пополнении счета.

— Эдуард? — мои глаза от удивления расширились, когда я посчитала нули, высветившиеся на экране мобильника. — А разве деньги сегодня должны были перечислить?

Мужчина, ничего не подозревая, продолжает вести машину и рассуждать:

— Ну что вы, дорогая Алина. Сегодня у нас были только первые переговоры. Посмотрим, какой договор они пришлют и, если он нас устроит, мы его подпишем. И только после этого вам перечислят деньги.

Я все еще в шоковом состоянии пялюсь на экран.

— Мне пришли деньги на счет! Сейчас! Много! Очень! — выкрикиваю на весь салон автомобиля, оглушая своих спутников.