Глава 7

— Может всё-таки объяснишь, для чего была эта поездка? — не выдержав, спрашиваю Джерта в машине. — Я потанцевала, меня обозвали проституткой, нахамили… В этом была цель?

На секунду мне показалось, что Джерт даже не удостоит меня ответом.

— Знаешь, есть отличная поговорка, — произносит он. — Меньше знаешь — крепче спишь. В твоем случае — меньше знаешь, быстрее окажешься дома. Или ты уже не торопишься домой?

— Очень тороплюсь! Я уже говорила, что у меня младший брат, он болен и ему сейчас не на кого рассчитывать, кроме как на Мустафу. Зная этого человека, вы должны понять мою тревогу! Понимаете, что рассчитывать на него я не могу от слова "совсем".

— Как я уже обещал, завтра отпущу тебя, сможешь поехать куда пожелаешь.

— Проверка окончена?

— Да.

Волна радости и облегчения затапливают меня настолько, что подпрыгиваю на сидении. Но все равно переспрашиваю:

— Правда? Вы меня точно не обманываете?

— Зачем мне нужно обманывать тебя, говорю как есть, — следует без эмоциональный ответ.

— Спасибо. За то, что не обманываете…

— Кто нахамил тебе? — неожиданно спрашивает Джерт.

— Что, простите?

— С кем ты потанцевала я в курсе.

— В этом была ваша цель? — перебиваю, потому что мысли начинают разбегаться.

— Возможно.

Снова односложный ответ! С ним с ума сойти можно!

— Вы не объясните подробнее? Раз это касается меня…

В этот момент позади нас раздается скрежет, и машина, едущая позади, на которую я не обращала никакого внимания, вдруг преграждает нам путь. Из неё выскакивают люди с пистолетами, или автоматами, я ничего не понимаю в оружии, и открывают по нам стрельбу. Последнее, что помню, это рука Джерта, которой он то ли бьет меня, то ли толкает. Падаю вниз, под сидение, наверное, этой молниеносной реакцией Джерт спасает мне жизнь. Дальше — оглушающий свист пуль, леденящий крик, только внутренний, потому что от страха кажется теряю голос.

И тут понимаю, что наша машина движется назад. Каким-то образом Джерт умудряется управлять ею.

— Не поднимайся, — командует глухо, когда дергаюсь.

Визг покрышек, мы разворачиваемся и начинаем удирать от преследователей. Стрельба продолжается. Боже, я даже по телевизору никогда боевики не любила, а тут… Паника буквально захлестывает меня, кажется на какой-то момент даже теряю сознание. Очнувшись, понимаю, что машина едет более спокойно. Бросаю взгляд на Джерта он сосредоточен на дороге, лицо — словно маска побелевшее.

— Можешь сесть нормально, — цедит сквозь зубы.

— Мы оторвались?

— Да.

Сажусь, тереблю в руках ремень безопасности, не зная как поступить. Обычно я всегда пристегиваюсь, но тут ситуация нестандартная. Ремень может помешать мне снова юркнуть под сидение, если вдруг…

Это "если вдруг" очень мне не нравится. Снова становится трудно дышать. Делаю глубокий вдох… что за странный запах железа в салоне? Морщусь. Оглядываюсь на водителя, чтобы спросить его про запах… и тут замечаю, что его белоснежная рубашка поменяла цвет. На алый.

— Вы… ты… ранен? — спрашиваю дрожащим голосом.

Машина едет со скоростью не меньше восьмидесяти километров в час! Если Джерт потеряет сознание от потери крови.

— Надо остановиться!

Но он никак не реагирует на мои слова. Лицо Джерта сейчас — как застывшая маска, черты заострены. Смуглая кожа буквально на глазах стала белой. Видно, что ему очень больно. Но он сконцентрирован на дороге. И тогда от страха начинаю болтать. Все подряд. Кто знает, может мой голос помешает ему отключиться от боли и усталости…

Я не продумываю свою болтовню, несу все подряд, по большей части — рассказываю о братике. Не потому что хочу разжалобить зверя, да и нет сейчас смысла, мы в одной "лодке" на данный момент… За нами гонятся. Или только за ним? А я как его бывшая возлюбленная — могу стать лишь случайной жертвой…

— Они еще преследуют нас, как думаешь? — со страха начинаю обращаться к Зверю на "ты".

— Они не отстанут.

— И сколько ты продержишься?

— Волнуешься обо мне? — хмыкает Зверь. Нашел время подкалывать! В такой ситуации.

— Все это наверняка результат вечера и твоих интриг, — говорю со злостью. — Вот прям жизненно необходимо тебе было тащить меня…

— Снова вниз, быстро! — цедит сквозь зубы Джерт, и я сползаю под сидение. Снова свист покрышек и перестрелка. Джерт достал оружие и отстреливается. Мне так страшно, что кажется на этот раз я кричу во все горло. И вдруг меня оглушает… тишина. Джерт вываливается из машины. Я окликаю его, но он не отвечает. Мне безумно страшно, но я тоже вылезаю и иду за ним, пригибаясь на всякий случай к земле. Машина наших преследователей лежит неподалеку на боку. Один из мужчин в ней похоже мертв, он не двигается и его лицо залито кровью. Второй чуть поодаль, лежит на земле. Видимо была потасовка, Джерт дышит тяжело, зажимая правой рукой левое плечо.

— Если ты не ответишь на мой вопрос, то тебе будет очень больно умирать, — говорит он спокойно и равнодушно поверженному противнику. Тот издает ужасные стоны, ногой Джерт давит ему на грудь. — Назови имя, и я позволю тебе умереть без боли.

— Зачем ты…

— Ясмина, вернись в машину. Сейчас же, — заметив меня рявкает Джерт.

— Но…

— Сейчас же я сказал. Не заставляй повторять дважды.

Ощущение что его голосом сейчас можно разрезать стальной прут. Настолько он пугающий. Поэтому решаю не спорить и делаю как велит — иду в машину, содрогаясь от ее вида — сплошь дырки от пуль. Это правда все наяву, а не плохой сон? Наверное, меня спасает то что не могу поверить в то что все происходит в реальности. Это позволяет не сойти с ума от страха.

Через пару минут раздается выстрел, и я подпрыгиваю на сидении. Хочется выскочить, и бежать куда глаза глядят… Но Зверь неожиданно появляется передо мной и прыгает на сидение.

— Ты… убил его? — вопрос вырывается сам собой.

— Почему тебя это интересует?

Если бы я знала! Я как зритель, попавший не на то кино. В моих приоритетах всегда были мелодрамы, а тут — ужастик.

— Узнал, что хотел?

— Ты очень любопытна.

— Это нервное.

— Я так и подумал.

И снова нет ответа на вопрос. Джерт мастер односложных и неинформативных ответов. Но ему больно. Почему во мне рождается сочувствие? Зачем мне сопереживать Зверю, который издевается надо мной, использует как пешку, подвергает мою жизнь опасности…

И все же мне хочется как-то помочь ему, крови все больше, запах железа становится невыносимым.

— Тебя надо перевязать, или истечешь кровью! — говорю взволнованно. Зверь усмехается.

— Вот уж не подумал бы что ты способна волноваться обо мне.

— Боюсь, что разобьемся если упадешь в обморок от потери крови.

— Да, это ближе к истине.

И все! Никакой информации о дальнейших действиях! Просто несемся на полной скорости сквозь ночь, и у каждого крутого поворота сердце делает головокружительный кульбит. Чувствую, как от нервов начинает потрясывать, подкатывает тошнота…

— Держись. Пара кварталов и мы у цели, — вдруг произносит Зверь.

Я не спрашиваю, что за цель он имеет в виду. Мне достаточно знать, что эта безумная гонка скоро закончится… Джерт тормозит у какого-то дома, на вид заброшенного, старого, невзрачного. Он буквально вываливается из машины, я даже делаю шаг чтобы подхватить под руку, но не решаюсь его коснуться. Сейчас идеальный момент, чтобы сбежать… Зверь ранен и слаб… Но подумав об этом отбрасываю эту мысль. Почему? Страх заблудиться или чувство долга, желание убедиться, что не истечет кровью до смерти?

С чего мне жалеть чудовище?

Не уставая удивляться самой себе следую за Джертом. Вокруг дома большие цветочные горшки с растущими в них розами. Зверь выбирает один, садится на корточки и достает из-под горшка ключ. Отпирает дверь и оборачивается.

— Мне понадобится твоя помощь. Шить умеешь?

Я умею шить, денег на одежду мне никогда не хватало, так что рано научилась этому ремеслу. Вот только кажется, он не про одежду. Меня передергивает. Плохо переношу вид крови и даже запах.

Он хочет, чтобы я…

Нет, даже подумать об этом — тошнота накатывает.

— Я не смогу, простите…

— Ты хочешь сбежать.

Это не вопрос — утверждение.

— Я же осталась.

— И я гадаю почему.

— Кажется сейчас у вас дела поважнее загадок.

— В этом ты права.

Дверь распахивается и Джерт вваливается в дом, тяжело опираясь на дверной косяк, и пачкая все кровью.

— Свет не будем зажигать, наши спутники все еще близко.

— Они не знают про этот дом?

— Надеюсь нет. О нем никто не знает. Теперь ты вот…

И что? Намекает что теперь не отпустит?

Паника видимо отражается на моем лице, потому что Джерт произносит тихо:

— Отпущу…

Вздыхаю с облегчением. Только и могу думать, что о том, как выберусь наконец. Все эти гонки, стрельба, как в дешевом кино — не мое. Хочется как можно скорее покинуть этого опасного мужчину.

Бросаю на него взгляд, и понимаю, что он еле на ногах стоит. Вся его одежда в крови, Джерт пошатываясь идет вперед по коридору, я за ним. Оказываемся в гостиной, Зверь вдруг замирает, приваливается к стене.

— Ты дойдешь до дивана? — спрашиваю подрагивающим голосом.

— Тебе придется мне помочь.

Дать этому человеку прикоснуться к себе — непросто. Но делаю глубокий вдох и подхожу, подставляю плечо. Кое как мы добираемся до цели. Иногда сердце замирает от страха, что свалится на меня. Он выше на целую голову, я маленькая, Зверь бы просто раздавил меня.

Джерт падает на диван со стоном.

— Выпивка там — показывает на бар в углу комнаты. — Неси.

— Может сначала поискать аптечку?

— Сначала виски. Побыстрее.

Делаю как он просит, ставлю перед ним стакан и бутылку. Джерт наливает себе почти до краев.

— Аптечка со всем необходимым на кухне, в верхнем боковом шкафчике.

Отправляюсь на кухню, и после недолгих поисков нахожу что он просил. Вздохнув, возвращаюсь. Меня не было не более пяти минут, но бутылка виски уже наполовину пуста, Зверь откинул голову назад, на подлокотник, его глаза закрыты, лицо очень бледное. Даже не заметно, дышит ли… Поневоле прислушиваюсь.

Приближаюсь, кладу аптечку на стол рядом с бутылкой виски.

Тишина… Никакой реакции.

И я снова ухожу. В доме темно. Но глаза уже привыкли к темноте. Мне приходит в голову, что рану для начала надо промыть от крови. Нужна вода и тряпки, полотенца… А еще мне нестерпимо хочется в туалет.

Найдя ванную комнату, кидаю быстрый взгляд на себя в зеркало. Глаза огромные и испуганные. Лицо раскрасневшееся. Мне ужасно страшно. Сбежать бы… Можно, но куда идти? Ночью у кого спросить дорогу?

В России бы возможно решилась, но в Стамбуле, ночью, одна… Увы, похоже придется сегодня сыграть роль медсестры для Зверя. Может и он проникнется ко мне после этого сочувствием, отвезет к брату. Хочется верить в это.

Возвращаюсь с полотенцами, горячей водой. Глаза Зверя по-прежнему закрыты, но стоит мне ступить за порог комнаты, причем делаю это, как мне кажется, бесшумно, Джерт произносит:

— Я думал ты ушла.

— Что сбежала?

— Почему не сделала это?

— Я не знаю где нахожусь. Думаю, пока тут безопаснее. А ты что? Думал из-за того, что прониклась к тебе?

Последнюю фразу произношу с горечью и ехидством.

— Нет, на это я даже не рассчитывал, — ухмыляется Зверь. — Может тогда зашьешь, пока совсем кровью не истек?

— Дать обезболивающее?

— Я достаточно принял, — кивает на бутылку виски, теперь уже почти полностью пустую, осталось на дне. — Лучше антибиотик поищи. Там должен быть… — кивает на аптечку. На его лбу выступила испарина, теперь он не бледный, а наоборот, лицо словно горит.

В организм могла попасть инфекция.

— Разве можно мешать антибиотики с алкоголем? — спрашиваю с сомнением.

— Можно, в моем случае, — лицо Джерта кривится от боли. Я сажусь рядом. Сначала, взяв ножницы, срезаю ткань рубашки, пропитанную кровью, уже подсохшей.

Меня смущает его нагота, нервно сглатываю. Кожа загорелая, гладкая, поросль на груди не особенно густая… Но выглядит очень… брутально. Доминирующе, так что сразу начинаю ощущать свою хрупкость и беззащитность. Мне ужасно неловко быть рядом с этим мужчиной, тем более обнаженным…

Вздохнув, начинаю обрабатывать рану, стараясь не дышать, чтобы не тошнило от запаха крови.

Это были самые трудные полчаса в моей жизни. Прочистить рану куда ни шло, и к запаху железистому я привыкла, уже не реагировала. Но воткнуть в живую плоть иголку… Это было трудно, противно, мучительно. Но я понимала, что иначе кровь не остановить. Хорошо еще что пуля прошла по касательной. Не знаю, что бы со мной было, если бы пришлось еще и пулю из плеча выковыривать. Голова кружилась, слезы текли… Я никогда не мечтала стать врачом, всегда подобное меня отталкивало, вид крови вызывал головокружение.

— Спасибо, — выдыхает Зверь, когда закончив, отбрасываю от себя иголку. Да, именно отбрасываю, движение не специально таким получается…

— Теперь перебинтовать надо…

Это тоже для меня темный лес, но кое-как получается.

— Ты можешь пойти отдохнуть, — глаза Зверя закрыты, лоб мокрый от пота, слова даются с трудом. — Душ прими, ты вся перепачкалась. В доме несколько спален, выбирай любую.

— Помочь тебе дойти до кровати?

— Какая забота.

Еле живой и находит силы чтобы язвить! Сочувствие как рукой снимает, вскакиваю на ноги.

— Как хочешь!

И ухожу на поиски ванной. Выбираю комнату в самом конце — почему-то мне кажется, что Зверь не дойдет до кровати, так и уснет в гостиной на диване. Ну и пусть, так ему и надо, раз слишком гордый чтобы лишний раз помощи попросить!