Глава 30

Кэтрин

Это был очень странный ужин. И вроде проходил он в узком кругу, но я всё равно чувствовала себя скованно. В небольшой столовой нас собралось всего пятеро: Анмар, Анхельм, мы с Гервином и Верита. С одной стороны, меня очень радовало присутствие подруги, но с другой я ясно видела, насколько ей тут сложно. Она почти ничего не говорила, а на Его Величество и вовсе старалась не смотреть.

Беседу за столом поддерживали Мар и Анхельм. Гервин участвовал в разговоре посредственно, да и особо важных тем никто не поднимал. Но всё это продолжалось ровно до момента, как принесли десерт. И вот тогда мой принц, как бы между прочим, сказал:

– Колдун, которого я вчера поймал, рассказал много интересного.

После этих слов на несколько мгновений повисла тишина. Мар посмотрел на брата с любопытством, Верита насторожилась, а Анхельм странно сглотнул и уставился на моего принца, как на жуткого монстра.

Гервин же продолжил спокойно попивать вино, а вот к пирожным не притронулся. Я вообще заметила, что он равнодушен к сладкому.

– Выяснилось, что за всем этим стоит айв, – продолжил кронпринц. – Увы, ни его имени, ни его лица юный колдун не знает. Зато парень подробно описал нам предводителя местных бандитов. Его, кстати, уже поймали и уже допрашивают. Приказ солдатам герцога Даворского отдавал именно он, использовав оборотное зелье с капелькой крови капитана Саргала. Готовил зелье всё тот же одарённый парнишка.

– Мальчик после беседы с тобой хоть жив? – спросил король Вергонии, но аппетит у него явно пропал.

– Жив. Зачем мне его убивать? – равнодушно бросил Гервин. – Он ещё может что-то рассказать. Да и вообще, парень с колдовским даром мне точно пригодится.

А Хельм после этих слов подался чуть вперёд и сказал:

– Отдай его мне.

– Разбежался и отдал, – с открытой иронией бросил Герв.

– У него явно большой потенциал. Кощунственным будет загубить такой талант.

– А отдать его тебе будет сущей глупостью. Это как вложить врагу в руки клинок и покорно повернуться спиной, – ответил мой принц.

 Анхельм поджал губы, но взгляда не отвёл.

– Что ты хочешь за него? – спросил король Вергонии.

– Ничего. Он мне самому пригодится.

– Ладно, позже обсудим. Я найду, что тебе предложить.

– Не обсуждается, – отрезал Гервин. – Колдун мой.

– Не раб же, – выдал Анхельм.

– После всех вывертов я не стану его отпускать.

– Ему нужно учиться.

– Значит, будет учиться, – сказал Герв и повернулся к Верите: – Ты ведь тоже считаешь, что Иглару нужен наставник?

– Конечно, нужен, – ответила ведьма. – Но куда сильнее этому негоднику нужна твёрдая рука и строгое воспитание!

– Возьмёшься за столь сложную задачу? – спросил мой принц, теперь глядя на женщину с интересом.

– Нет, – она отрицательно мотнула головой. – У меня уже есть ученица, хозяйство, дела.

– Жаль, – пожал плечами Гервин. – Боюсь, других учителей для него у меня нет.

– У меня есть, – снова влез Анхельм. – Прекрасные учителя. И ведьмы, и колдуны.

– Хельм, я не отдам тебе его, – отрезал Гервин.

– Я могу пообещать, что верну его после обучения, – предложил тот.

– С промытыми мозгами и взращённой ненавистью ко всему айвирскому, – добавил Герв.

– Колдунов очень мало, – продолжал настаивать Анхельм. – Да и войну пережили не все. А тут такой самородок.

– Можешь отправить выбранного учителя в Тирон. Я устрою его со всеми привилегиями. Но учить Иглара он будет под моим присмотром.

– Никто в здравом уме туда не поедет, – усмехнулся Хельм.

Я уже поняла, к чему Гервин завёл этот разговор именно в такой компании, именно сегодня вечером. Да и после ритуала начала куда лучше угадывать его намерения и задумки. Вот сейчас он явно чего-то ждал. Полагаю, реакции Вериты. Именно её он хотел видеть наставницей пойманного колдуна. Но она не желала соглашаться.

– Вер, скажи, как много времени займёт его обучение? – спросила я, обратившись к своей подруге.

– Учитывая, что некоторые знания у него есть, да и таланта не занимать, думаю, хватило бы и года, – ответила она.

– Так, может, ты могла бы взяться за это дело? – я смотрела ей в глаза. – А заодно пожила бы годик в Тироне. Гервин обещал мне дом, ты могла бы поселиться там вместе с детьми.

После моих слов я ощутила исходящее от принца недовольство, но он смотрел на Вериту, а внешне оставался совершенно спокоен.

– Я бы купил тебе дом, Верита. Такой, какой захочешь. В том районе, какой выберешь. И мне бы хотелось, чтобы задержалась там надолго, но можем договориться для начала на год.

– Я не могу уехать с моей земли, – сказала она чуть растеряно.

– Разве это так? – Гервин обратился к Анхельму.

Тот отрицательно мотнул головой.

– Ведьмы привязываются к месту, на котором долго живут. Но не настолько, чтобы не иметь возможности никуда отлучиться, – пояснил король Вергонии.

– Спасибо за честный ответ, – искренне поблагодарил его Герв.

И снова посмотрел на Вериту.

– Кэтрин тоже было бы проще, если бы она знала, что ты живёшь неподалёку, – добавил мой принц. – Прошу тебя обдумать это предложение. У него на самом деле немало плюсов.

Ведьма кивнула, но говорить ничего не стала. И всё же я посчитала такую её реакцию хорошим знаком. А от одной мысли, что она, возможно, поедет в Тирон с нами, на душе становилось спокойнее.

***

После ужина Гервин проводил меня в покои, пожелал доброй ночи, а сам явно собрался уходить.

– Куда ты? – спросила я, растерявшись.

– Мне ещё нужно поработать, – ответил он.

– Тогда я буду тебя ждать.

– Не стоит. Ложись спать.

– Нет, – я вздёрнула подбородок. – Дождусь.

Он смотрел мне в глаза, а на его губах расцветала лёгкая, но странно довольная улыбка. А потом он сократил разделяющее нас расстояние, провёл ладонями по моим плечам и поцеловал в губы.

Я обняла его за шею, прижалась к нему всем телом, а на поцелуй ответила с огромной охотой. Мне так не хотелось никуда его отпускать. После нервного дня мечтала насладиться его ласками, его теплом и уснуть вместе с ним. Ни разу ещё я не засыпала с мужчиной в одной постели, но мне казалось, что это важно. Особенно в наших отношениях.

Мы снова долго целовались – вот так, стоя посреди гостиной. Руки Гервина бродили по моему телу, оглаживая, сжимая. И никто из нас не стремился прерывать этот поцелуй. Мне вообще очень нравилось происходящее между нами и с каждым мгновением хотелось большего.

Когда губы Гервина переместились на мою шею, я всхлипнула и вцепилась в пуговицы на его пиджаке.

– Не уходи, – шептала, наслаждаясь его лаской. – Я так хочу, чтобы ты остался со мной. Дела никуда не денутся до утра.

Мои пальцы дрожали и не слушались, но я всё равно справилась сначала с пиджаком, потом и с рубашкой Гервина. Он неспешно расстегнул моё платье, при этом не забывал целовать каждый новый участок оголившейся кожи. А когда я осталась в одном белье, окинул меня очень довольным взглядом и снова поцеловал в губы.

Вскоре я осталась без бюстье, а всё внимание Гервина заняла моя грудь. И сдерживать стоны стало просто невозможно.

– Тебе нравится, когда я так тебя ласкаю? – шёпотом спросил принц, а его губы коснулись мочки моего уха, прошлись по шее и вернулись обратно.

– Очень, – ответила, собрав в кучу мысли. – Я тоже хочу тебя ласкать. Но не знаю, что именно делать.

– А что тебе хочется, то и делай, – он улыбался, а его голос казался обжигающе приятным. – Вот мне нравится касаться твоей кожи, она такая приятная, гладкая, бархатистая. Нравится целовать тебя, особенно грудь. Нравится, как ты закатываешь от наслаждения глаза, как с твоих губ срываются такие искренние стоны. Когда слышу их, хочу ласкать тебя ещё больше. Изучать твоё тело. Найти на нём самые чувствительные места.

Его слова меня смутили и завели одновременно. Я провела руками по его обнажённой спине, пробежалась подушечками пальцев по литым мышцам. А потом коснулась губами шеи чуть ниже подбородка. Гервин прерывисто вздохнул. Вот только мне пока было неясно, нравится ему или нет.

Вспоминая, что он делал со мной, я решила спуститься поцелуями к его груди, нашла маленькую вишнёвую горошинку, провела по ней языком. Мой принц вздрогнул, а я совершенно точно поняла, что ему приятно. Всё же есть огромная польза от той связи, что сейчас образовалась между нами. Я ведь на самом деле улавливала отголоски его эмоций. Как и он моих.

– Нравится? – прошептала я, вернувшись к его губам.

– Ещё как, – ответил он так же тихо.

И поцеловал: страстно, глубоко, с нескрываемым нетерпением. Хотя, не уверена, в ком из нас сейчас всего этого было больше. На кровать мы рухнули так, будто уже просто не могли стоять на ногах. Гервин стянул с себя штаны вместе с бельём, и лишь потом принялся за остатки моей одежды. Но завершение моего раздевания растянулось надолго. Гервина неожиданно увлекло избавление меня от чулок. Он скручивал тонкую ткань, целуя кожу под ней. У меня же от его действий едва не случилось помутнение рассудка.

Но всё самое интересное и безумно приятное началось позже, когда наши тела и наши магии снова стали единым целым. Я была не в силах сдерживать стоны. Сначала пыталась, а потом просто отпустила себя. Наслаждалась каждым движением, каждым прикосновением к ставшей безумно чувствительной коже. Смотрела в глаза своего принца и просто млела, видя сияющий в них серебряный огонь.

В душ мы тоже отправились вместе, но на сей раз обошлось без приставаний. Да я, честно говоря, ещё не успела отойти от пережитого головокружительного удовольствия, а коленки всё ещё слегка подрагивали. Но когда, вернувшись в спальню, хотела надеть ночную сорочку, мой принц забрал её у меня и вернул в гардеробную.

– Спи так, – попросил он. – Я очень хочу чувствовать тебя всю.

Сам тоже одеваться не стал. Лёг в постель и поманил меня к себе. Я скользнула к нему под бок, прижалась всем телом и блаженно зажмурилась. Гервин обнял меня, поцеловал в макушку и сладко вздохнул.

– Не могу тобой насытиться, – вдруг признался он. – Знаю, что сейчас нужно спать, что завтра будет очень много дел, а мне нужна ясная голова. Но все мысли только о тебе.

– А я не хочу, чтобы ты мной насытился, – ответила, перевернувшись на другой бок, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. – Вдруг тогда я стану тебе неинтересна.

– Сомневаюсь, Кэт, – он улыбнулся и погладил меня по распущенным волосам. – Мне хорошо с тобой.

– А я с тобой рядом вообще себя не узнаю, – проговорила, немного смутившись. – Даже стыдно за такое поведение. Леди ведь должна быть сдержана, даже в постели.

– Чушь, – усмехнулся Гервин. – Леди должна быть довольна, расслаблена и удовлетворена. А больше в постели она никому ничего не должна.

– А лорд? – спросила я.

– У нас нет лордов, у нас их называют «эрн».

– Я помню. А меня твои стражи начали называть «эрни». Почему? – поинтересовалась я.

– Ты женщина эрна, соответственно – эрни, – объяснил Гервин.

– Но не жена. Просто любовница. Хаити.

– Кэт, – он устало вздохнул. – Хаити – гораздо больше, чем любовница. По сути даже больше, чем невеста. Хаити – выбор желания тела и магии.

– Но не сердца, – проговорила, отведя взгляд.

– Иногда и сердца, – сказал мой хайт, а в его взгляде я увидела нежность. – Ты спрашивала, что должен делать лорд или эрн в постели со своей женщиной? Да, по сути, что угодно, если это доставляет удовольствие и ей, и ему. Спальня – место, где правят двое. И всё, что происходит в ней, касается только этих двоих.

– Целуют, ласкают друг друга? Как мы? – мне вдруг на самом деле стало любопытно.

– Ласки могут быть очень изощрёнными, –  в голосе Гервина появился намёк на вызов. – У всех свои предпочтения. Если хочешь, я подарю тебе книгу об искусстве близости. 152e1bc

– Ты её читал? – спросила, не понимая, в чём подвох.

– Да, в юности, – он улыбнулся. – Помню, было крайне интересно опробовать на практике то, что узнал тогда исключительно в теории.

Его пальцы рисовали узоры на моём обнажённом плече. Это даже лаской не было, но я всё равно млела и то и дело закрывала глаза.

– Кэт, нам надо спать, но я уже не смогу заснуть, – он вдруг навис надо мной, а одеяло оказалось отброшено в сторону.

Наклонился к моим губам, провёл по ним своими и прошептал:

– Тобой невозможно насытиться. Ты – моя, Кэт.

И поцеловал. К этому моменту я сама просто жаждала его поцелуя, как и всего, что последовало после. И да, в этот раз всё снова было по-другому, но не менее приятно. Даже ещё более остро и сладко, чем в прошлый. Но больше всего мне нравилось ловить серебряный огонь в глазах Гервина. И в нём мне виделось нечто большее, чем желание, больше, чем симпатия или жажда обладать. Я видела в них нежность и чувствовала, что она искренняя и идёт от сердца. И моё собственное откликалось ему. Билось с ним в едином ритме. Было готово дарить себя без остатка.

Уже позже, когда уставшая и расслабленная я лежала на плече у Гервина, в голове вдруг появилась мысль, что я счастлива. Именно в этот момент, в это мгновение мне настолько хорошо в душе, как никогда. И дело совсем не в удовольствии, которое дарил мне мой хайт, а в нём самом. В мужчине, рядом с которым я одновременно и теряла себя, и становилась сильнее. С которым я могла просто быть собой, без оглядки на правила и традиции. С которым моя душа расцветала.