Глава 11

Глава 11

Я допила последний глоток шампанского и встала. Мир вокруг шатался, но, с другой стороны, он и так всегда был шатким. Подруга повела нас в спальню, достала из шкафа мое самое любимое красное платье с огромным вырезом на груди и спине, со шлейфом до пола и разрезом на бедре. Это была моя первая покупка, когда я приехала в столицу. Оля сказала, что я просто обязана его купить, так как оно будто было сшито специально для меня.

Мы не стали заморачиваться с макияжем, потому что ровные стрелки при всем желании ни я, ни она не смогли бы вырисовать – руки дрожали. У Оли платье было немного поскромнее, черное, но очень короткое. Мы кое–как накрасили губы алым блеском, надели каблуки и, укутавшись в куртки, которые вовсе не подходили к нарядам (но нам было плевать), отправились на улицу.

– А как мы добираться будем? Ты такси вызвала?  – уточнила я.

– Неа! Я телефоны не брала, чтобы никто нас не тревожил. И перестань думать, в конце концов.

Я хмыкнула, отметив про себя, что мне все лучше удавалось следовать советам Оли. Это не так уж и сложно. Оказалось, достаточно чувства предвкушения чего–то неизведанного, чтобы затмить боль предательства. Оля толкнула ногой дверь подъезда, и нас обдало прохладным ветром.

– Сейчас зайдем в магазин, купим еще шампанского, – объявила план действий подружка.

Она держала меня под руку, так как меня слегка пошатывало. Ее, впрочем, тоже. Мы сделали пару шагов, и я остановилась, увидев у подъезда знакомый черный седан.

– Оппа! – выдала я. Это была знакомая реакция – оцепенение.

От того, что я резко остановилась, Оля чуть не упала и потянула меня за собой. Алкоголь действовал, мне вдруг стало смешно, стоило представить, как мы вдвоем выглядели перед Димой. Хорошо, что все же удалось устоять и не опозориться окончательно. Стоп! А что он здесь вообще делает? Вот только не Рогозин вышел из машины, а Сеня. Парень улыбался, держа в руках букет из пяти красных роз.

– С Днем рождения, Юлия Алексеевна, – торжественно произнес он.

Оля дернула меня за локоть и повела вперед.

– Спасибо, – робко ответила я, принимая цветы.

– Привет! Я Оля! Мозг именинницы на эту ночь.

Сеня рассмеялся и открыл для нас дверцу пассажирского сидения.

– Очень приятно. Дорогие дамы, прошу.

– Ты его вообще знаешь? – шепнула на ухо Ольга, да только очень громко, и Сеня все прекрасно слышал. Парню моя подруга явно пришлась по вкусу.

– Водитель Рогозина, – так же громко шепнула я.

– О–о–о, – протянула подруга. – Тогда едем.

– Ты что…

– Цыц! Я думаю. Ты пьешь. – И уже громче для Арсения: – А шампанское у вас, молодой и очень симпатичный человек, есть?

– Нету! Но эту досадную оплошность мы мигом исправим, – затараторил водитель. А потом подмигнул мне и добавил: – Это подарок от дяди Димы. Машина в вашем полном распоряжении на всю ночь. Куда изволите, прекрасные дамы?

– Изволим кутить и шалить, а вот куда, это вы и сами знаете, – игриво сказала Оля и нырнула в машину первой. А мне хоть и было приказано не думать, но я не могла так просто отпустить ситуацию.

– Как он узнал, где я живу?

– Он не знал, – ответил Сеня. – Я днем приехал, увидел, что ты вещи туда–сюда носишь. Проследил за тобой. Решил здесь подождать.

– А если бы я не вышла? – я задала следующий вопрос, прищурив глаза.

– Ну, я бы до часу ночи подождал и уехал.

– А если откажусь?

– Юль! – Сеня хмыкнул. – И кому ты хуже сделаешь? Ты что, мне не доверяешь свою безопасность? То есть я хуже какого–то ушлого таксиста или незнакомого попутчика?

– Никитина! – позвала Оля. По ее строгому тону я поняла, что эту битву проиграла.

 Но прежде чем садиться, я все же не удержалась от еще одного вопроса.

– А он в клубе?

Сеня пожал плечами.

– Не знаю. Сама проверишь.

«Не думай», – уговаривала я себя. – «Позволь себе насладиться этой ночью».

Я так и делала… Первые несколько минут, а потом увидела Женю, когда мы проезжали мимо общежития. Он хмурился, держа у уха телефон. Наверняка не мог мне дозвониться, а может быть, вообще обо мне не думал и болтал с очередной девицей. Как он мог? Все это время, я ведь знала. Так и знала! Грудь сжало, словно тисками, и я издала всхлип.

– О нет, – застонала Оля. – Только не надо. Юль, ну ты что?

– Что случилось? – обеспокоенно спросил Сеня.

– Топливо закончилось. Срочно нужен алкоголь! – шутливо ответила подруга, но я все же чувствовала исходящее от нее беспокойство, когда она поглаживала меня по плечу. – Так бывает, парень оказался идиотом. Не ты первая, не ты последняя.

 Сеня резко дал по тормозам и остановил машину у супермаркета. А еще через несколько минут у нас была бутылка вкуснейшего шампанского. На предложение вернуть деньги парень только рассмеялся, а Оля и вовсе толкнула меня локтем и шикнула.

– Юль, ну хочешь, я ему по морде надаю? – спросил добренький Сеня.

– Если честно, то хочу, – призналась я.

– Все! Сказано – сделано, – заверил меня водитель. Я, конечно, опомнилась через какое–то время, сказала, что пошутила, но что–то мне подсказывало, что он принял все всерьез.

Дорога пролетела быстро. Громкая музыка и радостные возгласы Оли заглушали мысли. И я в самом деле расслабилась. Возможно, дело в шампанском, а может в том, что я тайно желала увидеть того мужчину, с которым невольно сравнивала своего парня весь прошедший месяц. Казалось, я отныне всех буду с ним сравнивать.

У входа собралась толпа. Яркая вывеска помигивала в темноте пятничного вечера, и отовсюду доносился запах табака. Мы, наверное, простояли бы минут двадцать, чтобы пробраться внутрь, но у нас был прекрасный сопровождающий.

– У нее сегодня день рождения, и ее зовут Юля, – объявил он охране. Двое амбалов строго осмотрели нас с Олей, коротко кивнули и поставили ультрафиолетовые печатки на наши запястья. На моей руке их оказалось две – одна с названием клуба, а другая с надписью «ULTRAVIP».

– Итак, я не только твой мозг, но и твой хвост! – крикнула на ухо подруга, как только мы избавились от своих мешковатых курток.

Клуб был огромен и оформлен очень стильно. Мне казалось, я попала на космический корабль, всюду была холодная голубая подсветка, стекло и сталь. Здесь было два этажа, второй напоминал балкон с обзором танцпола в центре первого. А барных островков я насчитала целых пять. И мы направились к самому пустому из них. Стоило мне показать печатку, и одетый в жилетку и бабочку бармен заколотил в колокол, висящий над его островком. Музыка слегка приутихла. У него также был микрофон, в который он огласил:

– У нас здесь особы гость! Обворожительная девушка в красном. Дай угадаю, тебя зовут Юля?

Он широко улыбнулся и подсунул мне микрофон.

– Вау! Да у тебя сверхспособности! – сострила я слегка заплетающимся языком.

Не знаю, сколько еще алкоголя способен переварить мой организм, но если я буду поглощать его в таком темпе, то до утра не доживу!

– Тогда для тебя подарок от заведения! – заявил бармен и устроил настоящее шоу с участием бутылок, стаканов, огоньков и даже бенгальских огней. Теперь вокруг нашего островка собрался едва ли не весь народ. Я не представляла, который был час, но, судя по всему, большая часть посетителей еще не явилась.

Допивая свой коктейль, я неторопливо осматривалась. И заметила, что на втором этаже прямо напротив сцены с диджеем находилось застекленное помещение. Там было темно, но мне казалось, именно в таком месте мог сидеть Рогозин. Чтобы наблюдать.

 – Дядю Диму видно? – спросила Оля.

Ее интерес к нему поначалу не сильно меня задевал. Но за этот вечер она упомянула о нем уже раз десять. В самом деле, не думает же она, что сможет… Что она вообще себе думает?

– Нет, – ответила я. И, собственно, не солгала. – Не видно.

– Тогда пошли танцевать!

Она потянула меня за руку в самый центр, и это было потрясающе. Я потерялась в толпе, растворилась в музыке и движениях собственного тела. Без мыслей, без боли, без надежд. Только этот момент маленького удовольствия. Для меня.

– Еще пару коктейлей, и ты будешь готова к своему подарку! – перекрикнула музыку Оля.

Она с утра дразнила меня сюрпризом, который я «не забуду никогда в жизни». Но вспомню ли я хоть что–нибудь к утру? Вот в чем вопрос!

Я потеряла счет времени, доводя себя до физического истощения безудержными танцами. Оля все подносила мне коктейли, какие–то парни время от времени подходили знакомиться, но я то и дело поглядывала в сторону затемненного стекла. Был ли он там сейчас? Наблюдал ли за мной? Или это алкоголь, или я сошла с ума и в самом деле думала о дяде Диме непозволительно часто.

Расхохоталась от собственных мыслей. Боже, как глупо все еще мысленно звать его так после того, что он делал со мной на заднем сидении машины. Я сама загнала себя в рамки, но этой ночью, казалось, все стены вокруг меня пали. Мне просто стало все равно, я ушла в отрыв в попытках приглушить боль. Женя был тем, кому я хотела доверить тело, сердце и душу. Я подарила ему себя, буквально преподнесла на блюдечке с золотой каемочкой, а он променял меня на протухшую селедку. Возможно, я мало пожила, но большего разочарования в моей жизни не было. Но права Олечка, все к лучшему. Сейчас больно, но трудно представить, насколько сломленной я бы оказалась после первой моей ночи с Женей. Это был бы удар ниже пояса.

А может быть во всем моя вина? Почему я думала, что общая проблема нас сплотит? Как бы все сложилось, не получи я помощи от Рогозина? Я пыталась представить Женю рядом, защищающего меня от бандитов, но так и не смогла. А после зачем–то примеряла эту роль на Диму. Как бы он поступил на месте моего парня?

Нужно прекращать их сравнивать. Я даже толком не понимала, зачем я этим занималась и какие из этого можно сделать выводы.

– Пора! – завизжала Оля мне на ухо и потащила за руку к сцене, где находился диджей. Музыка стихла, и ведущий обратился к публике.

Он произнес громкое приветствие, напомнил, что сегодня важное событие – открытие клуба, и, наконец, перешел к главной части. Ею оказалось представление особого рода для некой важной гостьи заведения по имени Юлия. Стриптиз.

Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. И в то время, как подруга подталкивала меня к сцене, я кричала, что наверняка не одна единственная Юля в этом клубе. Я очень на это надеялась, но Оля была непреклонна.

– Это тебе, дурашка! Подарок от меня!

Она, наконец, вытолкала меня на сцену, и я прищурилась от десятков огней, направленных на меня. Людей было так много, что они превратились в одну огромную серую массу. Мой взгляд то и дело блуждал по лицам незнакомцев, пока не остановился на одном.

– Дима, – шепнула я как раз в тот момент, когда ведущий поднес микрофон к моим губам. Он задал какой–то вопрос, но я пропустила его мимо ушей.

– Уверена? Ты не похожа на Диму. Но если так, то ты самый симпатичный Дима, которого я когда–либо встречал!

Зал взорвался хохотом, но виновник безобразия был серьезен, как всегда. Он стоял на балконе второго этажа около застекленной зоны и опирался о поручни. Я подумала, он показался мне, потому что хотел, чтобы я его заметила. Что ж. Игра в гляделки началась.

– Я знаю, что у этой обворожительной девушки сегодня день рождения! – воскликнул ведущий.

Он слегка подтолкнул меня назад, и я упала прямо на мягкий стул.

– И сколько же тебе исполнилось, Димочка, если не секрет?

– Восемнадцать, – робко ответила я. Мои щеки горели, но, к черту, я вся горела от танцев и алкоголя. А еще обжигающего взгляда, направленного исключительно на меня.

– О! Ну, это прекрасный возраст! Ты уже совсем взрослая, и можешь делать страшные–страшные вещи!

 Слова ведущего почему–то позабавили Рогозина. И его губы слегка дрогнули в намеке на улыбку. Правда, его взгляд стал каким–то пугающе хищным. Когда ведущий смолк, свет вокруг погас, а затем зажегся всего один прожектор, освещая лишь меня, сидящую на стуле.

– Начинаем совращение этой красотки! – завопил ведущий, после чего начала играть медленная, соблазнительная музыка.

И хотя зал бурлил радостными возгласами, а Оля кричала громче всех, на мгновение все вокруг для меня погрузилось в тишину.

Я удерживала зрительный контакт с мужчиной, которого по каким–то необъяснимым причинам страшно боялась даже после того, как провела с ним время и узнала его довольно близко. А возможно, я боялась ощущений, которые он во мне вызывал? Он был запретным, позорным, но от того не менее сладким и желанным плодом. Чем дольше я смотрела в наполненные похотью глаза владельца клуба, тем больше осознавала, что мысль о близости с ним меня будоражила до дрожи, до бешено колотящегося сердца, до сбитого дыхания.

А затем прямо перед моим лицом показалась чья–то голая мускулистая задница, и я вскрикнула от неожиданности, едва не упав со стула. А когда метнула взгляд обратно на Диму, он хохотал вовсю. Ну и что, что появление стриптизера на сцене я прозевала? Зато теперь я была раздражена и могла себе позволить подразнить Рогозина. Почему бы и нет?