Глава 71. Палач

Я очнулся от резких похлопывающих движений по лицу. Еле разлепил веки, пытаясь сквозь висевшую перед глазами муть разглядеть, кто осмелился войти и будить меня таким образом. Император собственной персоной, мать его. Конечно, кто кроме него? Я вновь покопался в настройках доступа в свои комнаты, вернув ему преимущество входить сюда даже без моего ведома. Он занёс руку для очередного удара, но я успел перехватить её и отбросил в сторону.

– Чего надо?

Голос был хриплым и горло нещадно саднило. Попытался привести тело в более удобное положение, отрывая себя от холодного пола ванной комнаты. Император отошёл назад, брезгливо осматривая меня, пребывающего в полулежащем положении на полу. Я присел на корточки, помотав из стороны в сторону тяжёлой головой.

Не помню, чтобы я хотя бы раз надирался до подобного состояния. Ларс двинулся на выход из ванной, посчитав свою миссию исполненной. Ногой задел бутылку, которая жалко зазвенев, упала на бок, медленно катясь к своим подружкам, коих было немало, так же полностью опустошенных. Поднялся на ноги и пошёл вслед за Ларсом, мысленно матеря его.

– Явился сам? Неужели не нашёл свободную прислугу?

Я прошлёпал босыми ногами к бару, вернее, к тому, что от него осталось, в поисках спиртного. Выудил на свет бутылку и жадно присосался к её горлышку, чувствуя, как приятная прохлада с легкой горчинкой смачивает пересохшую глотку.

– Довольно! – Ларс выхватил у меня из рук бутыль и отбросил в сторону. – Что всё это значит?

Император обвёл рукой комнату. Я безразлично пожал плечами и уселся на пол, рядом с развороченным диваном. В воздухе стоял тяжелый запах спиртного и крови. Вся мебель была раздолбана напрочь, выдернута из креплений, удерживающих её. Ларс прошёлся по гостевой комнате, заглянул в кабинет, в котором царил тот же самый бардак. Застыл на пороге моей спальни и перевёл злой взгляд на меня.

– Даже для тебя, Пёс, это слишком…

Ха, можно подумать шокирован увиденным, будто ни разу не видел трупов девок, с которыми я забавлялся. Но вчера мне было не до забав, я выплеснул всю свою злобу на этих двух искусственно выращенных шлюх.

– Ты знаешь, сколько лет потребовалось для выращивания каждой из них?

– Два-три года, наверное…

Я безразлично пожал плечами. Меньше всего мне хотелось сейчас выслушивать от Ларса нотации. Свалил бы на хрен отсюда, да побыстрее!..

– Два-три года? – спросил я снова. – Ведь столько требуется для выращивания взрослой особи-бионика?

– Восемь лет, Пёс! Я выращивал этих малышек восемь грёбаных лет… Они полностью идентичны живым терраэнам, а ты за одну ночь умудрился умертвить обеих!

– Я не заметил особой разницы между ними и остальными биониками. Та же бездушная тварь, искусственное тело, ничего общего с терраэнами или фаэлинами. Это просто механическая игрушка более высокого порядка, действующая согласно заложенной в них программе.

– Ты ошибаешься, они могут проецировать чувства и выражать эмоции.

– Я заметил, что одной из них не очень понравилось, когда я отсёк ей кисть. Наверное, так было запрограммировано.

Я усмехнулся, лицо Ларса исказилось гневом, и я, не давая ему вставить хотя бы одно слово, продолжил:

– Я же говорил, что ещё не закончил со своей птичкой. Ты лишил меня удовольствия развлечься с ней как следует, а эти две особи восполнили недостаток, вот и всего. Говори, зачем явился?..

Я позволил себе быть наглым и развязным в большей степени, чем обыкновенно.

– Я пришёл в твою убогую конуру только потому, что ты не явился на мой зов. Посмотри на свой передатчик..

Запястье левой руки было пустым. Кажется, вчера я забросил его куда подальше перед тем, как начал кромсать девиц на куски.

– Можешь считать, что вчера впервые за несколько десятков лет ей у меня был затяжной выходной день.

– Приведи себя в порядок, Пёс. Я велю вычистить здесь… И будь добр, посети медицинский отсек.

Ларс поморщился, глядя на длинные глубокие порезы, начинающиеся от плеч и заканчивающиеся у запястий на моих руках. Некоторые из них начали покрываться засохшей корочкой, но в основном они, хоть уже и не кровили, выглядели свежими.

– Обойдусь, – я скрестил руки на груди, с вызовом глядя на него. – На мне всё заживает как на собаке, забыл?

Я иронично воздел правую бровь, с насмешкой глядя, как Ларс полыхнув негодованием, стремительно покидает мои покои. Давай, проваливай отсюда. Повёл из стороны в сторону тяжёлой головой, направляясь обратно в ванную, чтобы, встав под холодные струи душа, привести хотя бы немного в порядок свои мысли.

Ледяные капли лупили со всей мочи по обнажённой коже, застилали сплошной мокрой завесой глаза, привнося немного больше ясности. Провёл по лицу рукой, заметив, как к потокам воды примешивается тоненькая алая струйка. Плевать, заживёт всё очень быстро.

В голове мутным облаком взметнулись события прошедшего дня: столько всего уместилось в пару десятков часов… А ещё эта компенсация от Императора в лице двух бионических шлюх, послушных до омерзения, мёртвых изнутри, отдающих вонью пластмассы.

Имитация некоторых эмоций и вправду была потрясающе правдоподобно, смотри я на всё происходящее со стороны. Но я непосредственно принимал в нём участие, потому не мог обмануться, глядя на их безупречные лица, выдающие лишь то, что было в них заложено. Вложил сам в руки одной из них острое лезвие и приказал полоснуть им себя…

Малейшая имитация колебания, и куколка послушно разрезает плоть от плеча до запястья, выводя ровные глубокие линии, сочащиеся кровью. Аккуратно, с точностью автомата. Уверен, что глубина порезов одинакова по всей длине. Вторая девица в это время сидит неподвижно, мигая время от времени, но ничем иным не показывая признаков жизни.

Поднимаю руку и перехватываю клинок, единым движением прекращая спектакль, успевший надоесть мне задолго до того, как он начал разыгрываться на моих глазах.

Мне смешно: мир раскрашен в чёрный и красный, у него металлический привкус с толикой боли, его с бешеной кружит вокруг меня, но сам я остаюсь неподвижной чёрной точкой вне орбиты его вращения.

Меня на короткую долю секунды вновь окунает в безумный хаос, что я сотворил накануне, но во мне нет ни капли сожаления. Пустынно и тихо, даже не слышно признаков жизни того, что вчера бесновался во мне. Будто разом перемкнуло все провода и сожгло всё вокруг, а в живых осталось только моё тело, автоматически передвигающее конечностями и производящее ежедневные рутинные действия. Ничего другого.

Я вычеркнут из своей собственной головы и похож на бионика больше, чем когда-либо. Словно та часть искусственной ткани, что присутствует в моём организме за прошедшие сутки распространилась, подобно лихорадке, на оставшуюся часть меня, не забыв подчинить себе и центр управления. Возможно, так даже лучше. Потому что сейчас, как никогда ранее, я должен быть собран и спокоен, выдержан и терпелив, чтобы, не вызывая ни малейших подозрений, выполнить свою часть безумного и дерзкого плана.