ГЛАВА 16

Каменев появился в офисе после обеда, как раз и я вернулась с кафе. Самойский больше не дёргал, видимо, опасаясь, что директор вернётся в самый неподходящий момент, а я тихо радовалась этому факту. Хотя каждый раз невольно напрягалась, когда Глеб выходил из своего кабинета. И только с прибытием Алексея я слегка успокоилась и выдохнула.

— Лиля, я сброшу вам фамилии, пригласите на совещание в переговорной, — Каменев позвонил почти сразу, как скрылся у себя, и я ничего не могла с собой поделать, услышав его голос.

Пульс слегка участился, и дыхание на мгновение сбилось, а услышав о переговорной, я с усилием прогнала назойливые картинки. В горле встал горький ком, едва память подкинула пережитые там минуты.

— Хорошо, Алексей Николаевич, — кивнула тем не менее я и ответила спокойным — надеюсь — голосом.

— Захватите блокнот, я хочу, чтобы вы тоже присутствовали и сделали потом протокол, — добавил Каменев.

Ох. Чёрт. Не думать, не думать об этом. Мы же за столом будем сидеть! Я сделала рассылку по внутренней почте, потом перезвонила, убедившись, что информация дошла до всех нужных людей, прихватила блокнот с ручкой и поспешила наверх, сосредоточившись на деле. Проверить канцелярию, на всякий случай приготовить запасные блокноты — наверняка ведь кто-то забудет, уверена, поставить бутылки с водой. В общем, всё как обычно. Привычные действия помогали отвлечься, и я упорно не смотрела в сторону дивана в углу переговорной, хотя щёки пылали от прилившей крови и острых приступов стыда.

Спасло появление Алексея и остальных, кого он пригласил на совещание. В том числе и Глеба… Но я взяла себя в руки, нацепила на лицо непроницаемое выражение и устроилась за столом, положив перед собой блокнот с ручкой. Рабочий день продолжается, а всякие сволочи могут сидеть и молчать в тряпочку, потому что уже не главные здесь. Я поймала себя на том, что внутри зрела уверенность: всё хорошо будет, несмотря даже на новый приказ Самойского. Выход найдётся. И не последнюю роль в этой уверенности играл спокойный, негромкий голос Алексея, и его лицо, от которого мне было сложно отвести взгляд. Мысль, что надо ему всё рассказать, крепко засела в голове и категорически не желала вылезать оттуда, хотя думать о возможной реакции на моё признание было страшно, аж живот подводило. Но зато совесть моя будет чиста, и… возможно, я избавлюсь наконец от власти Самойского.

Дома, вечером, когда я уже после душа сидела на кухне и уплетала жаркое по-охотничьи — Анютка любила кулинарничать и готовила с удовольствием, — сестра присела за стол и подпёрла кулаком щёку, глядя на меня.

— М-м? — промычала я и вернула ответный вопросительный взгляд.

— У Лариски день рождения, и она зовёт всех на шашлыки на дачу, — выпалила Аня, блестя глазами. — Мы завтра собираемся ехать, до дня воскресенья.

Сердце ёкнуло, и первым порывом было заявить, что никуда Анька не поедет. Но потом пришлось приструнить паранойю и дать ей мысленного пинка.

— А вас много будет? И где эта дача? — осторожно спросила я, понимая, что мои запреты Аню только разозлят, и она не послушает никаких доводов.

Вообще, последние два месяца я и так попросила её не гулять поздно, и очень удачно по новостям начали передавать о пропажах молодых девушек и их возвращении в совершенно невменяемом состоянии. В принципе, Аня и так была вполне домашней девочкой, на дискотеки и в клубы её не тянуло, и подружки у неё вроде тоже нормальные, пару раз она приводила их домой. Сейчас первый раз она собиралась уехать на целых два дня, да ещё и в такое беспокойное для меня время!

— Ли-иль, с нами её мама поедет, — протянула Аня и укоризненно посмотрела на меня. — Мы выезжаем завтра после занятий, часов в пять.

— Позвонишь, как доберётесь? — я улыбнулась, смягчая просьбу и упорно не поддаваясь смутному беспокойству, грызшему изнутри.

Люди Глеба наверняка наблюдать будут. Но Анюта же не одна там, с друзьями, и один взрослый точно имеется.

— Позвоню, — терпеливо ответила она, демонстративно вздохнув.

— Малыш, я же беспокоюсь, — мягко произнесла, потрепав сестру по голове — она вывернулась, возмущённо мяукнув. — Со всеми этими новостями, сама понимаешь.

— Ладно, ладно, забей, — Аня махнула рукой. — Понимаю, Лиль.

Порадовало то, что Глеб так и не звонил до самого вечера со своими ценными указаниями насчёт одежды, и утром звонка тоже не было. Значит, сегодня сюрпризов не предвидится, и Алексей будет в офисе весь день. Ура!!! Утром я ехала на работу в гораздо более радостном настроении, чем вчера, и планы Глеба по подставе Каменева отошли на второй план. Сейчас они мне казались несерьёзными. И даже когда я устроилась в приёмной, зазвонил телефон, и в трубке раздался голос Самойского, просивший принести кофе, удивительное дело, я не сжалась, не насторожилась. Потому что из-под двери кабинета директора выбивался свет, и я слышала приглушённый разговор. Значит, ничего лишнего Глеб себе не позволит, и его просьба — всего лишь желание выпить кофе утром. Когда я зашла с чашкой, замдир, зажав плечом мобильный, с сосредоточенным видом смотрел в монитор, односложно отвечая, и едва глянул на меня. Правильно, работай, приятель, а то совсем тут расслабился, ходил в офис, как на праздник. Мило улыбнувшись, я хлопнула ресницами, развернулась и так же молча вернулась в приёмную. А буквально спустя пару минут снова зазвонил телефон — теперь уже со мной хотел поговорить Каменев.

— Доброе утро, Алексей Николаевич, — поздоровалась я, поймав себя на том, что улыбаюсь, хотя собеседник не мог меня видеть.

— Доброе, Лиля. Сделайте рассылку, пожалуйста, чтобы через десять минут все собрались в отделе менеджеров, у меня объявление, — попросил Алексей.

Сердце невольно замерло на несколько мгновений. Надеюсь, он не раздумал здесь работать. Иначе мне совсем тяжко придётся… Я как-то уже почти свыклась с мыслью, что наберусь храбрости и обращусь к Каменеву за помощью. Разослав письма и прозвонив отделы, чтобы убедиться, что все получили извещение, сама поднялась и заторопилась на второй этаж, где у нас сидели менеджеры и находился отдел закупок и реализации. Там уже толпился народ, вполголоса обсуждая, зачем их собрали, и конечно, меня тоже принялись теребить.

— Лиль, ну что там? Что будет-то? — дёрнула за рукав бухгалтерша Верочка, блестя глазами.

— Да без понятия, — я пожала плечами, поглядывая на дверь. — Мне не докладывались.

— Может, Самойского уволит? — уловила я шёпот за спиной и резко обернулась, выискивая, кто ещё на моей стороне оказался.

Одна из продажниц, эффектная длинноногая блондинка, сосредоточенно рассматривавшая ногти. Кажется, её звали Регина, я редко с ней пересекалась и поэтому имя помнила смутно. Хм. Глеб и к ней яйца подкатывал, что ли?! А может, я не одна такая, на крючке? Оббежала взглядом присутствующих, по-новому взглянув на коллег… Но задуматься серьёзно о том, каков размер гарема Глеба в офисе, не успела: появился Каменев. За его спиной маячил Самойский с непроницаемым лицом.

— Коллеги! — звучным, хорошо поставленным голосом произнёс Алексей, и галдёж сразу стих, все выжидающе уставились на начальство. — Хочу сообщить вам приятную новость! Завтра в семь вечера жду всех на корпоративный банкет в честь моего назначения вашим руководителем, — он улыбнулся так, что у меня перехватило дыхание, а сердце застучало с перебоями. — Форма одежды свободная, но желательно, праздничная. Буду рад видеть всех, коллеги, — на несколько мгновений взгляд Каменева остановился на мне, и на какой-то невероятный миг показалось, эти слова относились ко мне лично, — и пообщаться в неформальной обстановке.

Ой. Коленки предательски ослабли, потому что Алексей речь закончил, но продолжал смотреть на меня, и с его лица не сходило задумчивое выражение. Я даже позабыла о Глебе, стоявшем рядом. Чёрт. В самом деле, что ли, Каменев на что-то намекал?! Ох, господи, я ж изнервничаюсь до завтра вся! Сглотнув, отвела взгляд, сражаясь с некстати нахлынувшими смущением и замешательством, и краем глаза заметила многозначительную ухмылку Самойского. Меня как поддых саданули кулаком, минутная эйфория разом испарилась. Глеб там точно будет, я уверена, и уж точно не упустит возможности. Ведь банкетный зал — не офис, там много укромных мест, а замдир нынче на голодном пайке в отношении регулярного секса. Может, отказаться, придумать отговорку про плохое самочувствие?

Возбуждённо обсуждавшие новость коллеги расходились, пошла к себе и я — Каменев и Глеб вышли чуть раньше. Дойдя до приёмной, уже почти уверилась, что решение остаться дома и не идти на корпоратив правильное, и даже мысленно прокручивала убедительные варианты диалога, но вот у стойки меня ждал сюрприз в виде Алексея. Чёрт.

— Лиля, вы же придёте завтра? — прямо спросил он, внимательно глядя на меня.

— Ну… — вопрос застал врасплох, признаться, и все стройным объяснения, почему не смогу быть на корпоративе, вылетели из головы. — Приду, Алексей Николаевич, — кивнула, мысленно вздохнув.

— Отлично, — он улыбнулся уголком губ, кивнул и скрылся в своём кабинете.

Я медленно опустилась в кресло, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, ко мне проявили явное внимание, пусть и весьма сдержанное по сравнению с Глебом. И да, ёлки-палки, очень приятно! Я думала, после всего, что делал со мной Самойский, к мужчинам у меня стойкое отвращение, а вот поди ж ты. Ощущение надёжности, исходившее от Каменева, притягивало и глушило осторожность и инстинкт самосохранения. Довериться очень хотелось, но пока что страх оставался сильнее доводов разума. С другой… А как отнесётся Алексей к тому, что я ещё и девочка для развлечений его зама? Так сказать, личная обученная и дрессированная шлюха? Рот наполнился горечью, я невесело усмехнулась, разгоняя розовый туман в голове. Нет, Самойский не позволит сорваться с крючка, стопроцентно.

Словно в ответ на мои мысли зазвонил телефон, и в трубке раздался голос Глеба:

— Надеюсь, ты не придумывала отговорки на завтра? — невозмутимо спросил он. — Я очень рассчитываю на тебя, Лиля.

— Да, конечно, Глеб Витальевич, — пробормотала обречённо, глядя в монитор невидящим взглядом.

— Вот и умница. Вечером позвоню, — чуть тише добавил он и отключился.

Не сомневаюсь, что позвонит. Наверняка для того, чтобы рассказать, в чём я должна прийти на этот долбаный корпоратив. Настроение резко упало, я покосилась на дверь кабинета Каменева и не сдержала тоскливого вздоха. Завтрашний вечер, пожалуй, будет посложнее того, в клубе. Там хотя бы все расклады ясные и понятные: чисто секс, ничего личного. А тут… Впору мечтать о падении с лестницы и сломанной ноге — думаю, меньшее оправдание моего отсутствия не устроит ни Алексея, ни Глеба. Так, ладно, Лиля, берём себя за жабры. Завтра будет завтра, а пока — рабочий день впереди, есть, чем заняться, чтобы отвлечься.

Дальше всё пошло своим чередом, без неприятных сюрпризов. Каменев не уезжал, Глеб не пытался снова угрожать или намекать, и я в самом деле немного отвлеклась на рабочие моменты. Отзвонилась Аня после обеда, радостно сообщила, что они поехали, и часика через полтора позвонит ещё, как прибудут на место. Я слышала в трубке смех и голоса других, и немного успокоилась за Аню. В самом деле, пусть отдохнёт, расслабится, со сверстниками пообщается, ей нужно. А я… постараюсь вести себя хорошо.