ГЛАВА 39

Она снова ничего не видела, но на этот раз не лента была тому виной. Всё её лицо накрывала тёмная ткань, и из-за связанных рук она не могла даже её сдвинуть. В круге, она по-прежнему была в ритуальном круге: горение рун, на которых она лежала, она не могла спутать ни с чем. Тогда где же был профессор?

Ледяная рука легла ей поверх лба, произнося магические формулы, и Кира вдруг содрогнулась.

Она поняла, куда попала. Райли предупреждал её: она будет оказываться в своём худшем воспоминании снова и снова. Память профессора осталась где-то в другом месте: она была в своей собственной.

— Вам же нужно бежать, — произнёс её голос из прошлого. Он дрожал, но это определённо говорила она. — Зачем вы так рискуете?

Она-из-прошлого разговаривала с Тёмным Лордом, с ужасом подумала Кира. Как только он её не убил?

Сама она этого не помнила. Допросы стёрли почти весь ритуал у неё из памяти... но Кира не жалела об этом. Ей не хотелось бы пережить эту сцену заново.

— Чтобы выжить.

Этот короткий холодный ответ, искажённый маскировочной магией, заставил брови настоящей Киры взметнуться вверх. Выжить? Тёмный Лорд был мертвее мёртвого.

— Как?

— Этого тебе знать не нужно.

Кира напряглась. Чёртов мешок скрывал всё, но она больше не была связанной тринадцатилетней девочкой. Она могла путешествовать по воспоминанию, и видеть то, что было ей скрыто. Ведь могла?

Она понятия не имела. Но попробовать стоило. Просто нужно было вспомнить, что она всё ещё была в своём худшем воспоминании, а значит, на неё всё ещё действовали остатки проклятия.

Кира одними губами произнесла нужную формулу. Потом ещё раз.

И встала, оставаясь лежать на полу.

У неё, чёрт, подери, получилось! О, профессор Деннет будет ей гордиться.

И Райли тоже — если бы, конечно, он об этом узнал.

— То есть вы не умрёте? — уточнила юная Кира. — Но вы же Тёмный Лорд. Вас хотят убить вообще все.

Холодный резкий смех.

— А ты хочешь, чтобы я напоследок убил тебя за надоедливость, как я вижу.

— Нет, — тихо сказала Кира. — Просто мне непонятно, и я хочу понять. Вдруг это поможет кому-то ещё? Мне?

Взрослая Кира медленно поворачивалась. В зале, где она оказалась, когда-то был учебный класс; обломки мебели валялись в углу. Было совершенно темно, лишь бледно-голубым светом горели руны, вычерчивая тёмную фигуру лежащей девочки.

Тёмный Лорд стоял на краю круга почти в полной тени: она видела, как что-то блеснуло на его левой кисти, но это было всё.

— Ты должна быть очень сильным магом, — бесстрастно сказал Тёмный Лорд. — Иметь очень сильного донора. И очень горячее желание отравить кому-то жизнь.

— Зачем отравлять кому-то жизнь, если вы хотите выжить?

Тёмный Лорд отвлёкся, активируя руны заново в сложном порядке.

— Подумай, девочка, — отрешённо сказал он. — Какой может быть безусловная причина меня не убить?

Молчание. Юная Кира лихорадочно думала. Взрослая Кира с напряжением слушала. Она попыталась подойти к Тёмному Лорду ближе, чтобы разглядеть, что сверкнуло у него на руке, но в этот раз длинные рукава мантии упали, скрывая кисти, и она едва видела кончики пальцев.

— Если это... — Кира запнулась. — Вызовет землетрясение.

— Умная девочка. Жаль только, магия на это неспособна. Даже моя.

— А на что она способна?

— Заткнуть тебе рот, например.

Короткая пауза.

— Простите. Я буду молчать.

Кира присела в углу. Тёмный Лорд произносил формулы одну за другой, и тело юной Киры начинало вздрагивать. Она отдавала ему свою магию, и руны на её ладонях светились ярким багровым светом.

— Ты не представляешь, как тебе повезло, — ледяным тоном сообщил Тёмный Лорд. — Когда на меня наслали проклятие поисковых чар, я понял, что не смогу его снять: ради его наложения погиб донор огромной силы, а это дало такой выплеск энергии в проклятие, что я не смогу снять его даже с твоей добровольной помощью. Но я мог бы это сделать, если бы убил во время ритуала донора с твоим потенциалом. Почти наверняка.

Взрослая Кира заледенела. Она находилась в собственном прошлом, пусть даже она едва его помнила. Всё уже свершилось, она осталась жива. Но узнать, что смерть была так близко...

Юная Кира молчала.

— Первая часть ритуала завершается, — холодно сказал Тёмный Лорд. — Ты вот-вот потеряешь сознание. Хочешь ещё о чём-то спросить напоследок?

Голова в мешке приподнялась.

— Да. Почему вы меня не убили?

— Я не убиваю детей.

— Даже ради спасения собственной жизни?

— Я спасаю её другим способом. Куда менее приятным, но это тоже сойдёт.

— Вы не убиваете меня, потому что мне только тринадцать, — тихо сказала Кира. — Но вы убили бы меня, будь мне шестьдесят? Даже если бы я ничего никому не сделала?

Молчание.

— Хороший вопрос.

Тёмный Лорд встал на колени, скрестил ладони и положил их на лоб девочки. Руны на её ладонях вспыхнули ослепительными лучами света, и на левой кисти Тёмного Лорда неизвестный перстень-артефакт запылал таким же огнём.

Связанная девочка дёрнулась. Наконец упала в обморок, отдав слишком много сил, поняла Кира.

И последним, что Кира услышала перед тем, как вернуться в настоящее, был шёпот Тёмного Лорда.

— Нет. Тебя — нет.

Не было никаких лент, когда она проснулась. Только её прежняя удобная одежда. Кира потянулась к куртке, лежащей слева.

— Сядьте, — раздался прохладный голос профессора. — Я застегну платье.

Кира повиновалась, и его пальцы подняли до упора молнию, не прикасаясь к ней.

Она набросила куртку, встала — и, встретившись с ним взглядом, разом вспомнила, что произошло.

— Из-за моего проклятия я буду попадать в одно и то же воспоминание, — с горечью сказала она. — В своё, не в ваше.

— Некоторое время, — кивнул профессор. — Возможно, долгое.

Кира почувствовала, как в её глазах закипают слёзы. От неё не будет никакого толку. Скорее всего, профессор просто отправит её восвояси, и они не будут видеться. Возможно, даже до конца семестра.

Она отвернулась, тайком вытирая глаза.

— Я бесполезна.

Тёплые руки легли ей на плечи.

— Тише. Вы не можете быть бесполезны. Слышали, что вы сказали перед ритуалом? Вы меня любите. Единственная в целом мире.

Кира покачала головой.

— Но не вы меня.

— Посмотрите на меня, мисс Риаз. Обернитесь.

Она снова его послушалась. Ей было всё равно.

Профессор смотрел на неё со странной улыбкой.

— Любить можно по-разному, — мягко сказал он. — Мы бы солгали, если бы сказали, что мы друг о друге не заботимся. А забота — это та же любовь.

В его голосе была улыбка, но не было насмешки. Он не воспринял её всерьёз.

Или воспринял?

Кира мотнула головой.

— А если я говорила серьёзно?

Он поднял брови.

— И вы хотели бы моей любви? Хотели бы, чтобы тот, кто имел над вами полную власть и был бы вашим профессором, а потом и лордом-ректором ещё долгие пять лет, любил вас и пользовался своей властью в ущерб вам? Не желал отпускать — или, отпустив бы, мучился? Да вы куда более жестоки, чем я думал, мисс Риаз.

Он коснулся её плеча жестом, в котором не было ни малейшей страсти.

— Но вы всего лишь были разгорячены ритуалом. Я возвращаю вам ваше признание.

Лучше бы он её ударил.