Глава 7. Запах моря

— Ты странно пахнешь, Ани, — ворчливо заявила Джен, вламываясь в спальню шестикурсниц и с разбегу падая рядом со мной на постель.

Занятия уже прошли, но соседки еще не вернулись из библиотеки — готовились к экзаменам. И только у меня в голове мысли гарцевали обезумевшими скакунами, заставляя глупо пялиться в потолок.

— Что-то медицинское? Йод?

— Это запах моря, дурочка, — мечтательно пробормотала я, отстраняясь от наглой подруги, кутаясь с головой в одеяло и томно потягиваясь. — Настоящего… Соленого… Северного… С ветром и пенистыми гребнями волн… С серыми круглыми камешками, разбросанными на мелком-мелком песке… А не дурацкого южного с раскаленной галькой и бурыми водорослями, в которых путаются ноги…

— Бредишь, да? Тетя тебя совсем умотала… — фыркнула подруга, и я не поняла, причем тут Аманда. Моя крошечная ложь давно выветрилась из головы. — Или сама по себе с ума сошла?

Как есть, сошла. Только в какой момент? Сегодня был понедельник. Расстались мы с Джен в пятницу. А посередине случилось крупномасштабное безумство, от воспоминаний о котором поджимались пальцы на ногах, а по пояснице танцевали мурашки.

***

Пятничным вечером я всерьез озаботилась подготовкой к экскурсии, которую мне предстояло провести. Важность возложенной на мои хрупкие плечи миссии не подвергалась сомнениям. Я ведь и сама когда-то была Милой Леди из «Эншантели», разбирающейся лишь в бытовых заклятьях, конфитюрах и супах. И вот она я — отучилась почти целый учебный год в Петербургской Академии и даже умудрилась пройти экзаменационный поединок.

Позади шесть бесполезных лет, в течение которых из меня делали покорную глупую куклу. Впереди — настоящее будущее (если, конечно, крестному удастся переубедить арканов класть меня на алтарь). Две специализации. И шанс получить реальную, взрослую, полезную профессию.

Минимум, что я могу сделать — это предложить такое же будущее двенадцатилетним девочкам. Магическое сообщество, конечно, консервативное и закостенелое, но и в нем случаются перемены. Возможно, профессия «Идеальная жена» со временем вообще исчезнет из оборота. Мадам Буше отправят на заслуженный отдых, а девушки-волшебницы смогут стать теми, кем захотят.

Мне до мурашек хотелось представить Академию с самых лучших сторон. Не с тех, которыми она повернулась ко мне в первый день учебы. Во-всяком случае, второй подвал и залитый слизью кабинет зельеварения я планировала обойти стороной. С устрашающего вида чудовищами — вроде Карпова и Валенвайда — лучше тоже в коридорах не сталкиваться.

Поэтому вечер пятницы был отдан на откуп библиотечным книгам. Я закопалась в фолианты, пылящиеся на дальнем стеллаже. Таблички с описанием разделов гласили: «Вклад Авроры Мудрой в развитие Санкт-Петербургской Академии магии», «История основания Академии», «Биографические сведения о графине Авроре Воронцовой»… Но пока все, что я находила, было до зубовного скрежета скучным и в голове звучало монотонным «бла-бла-бла».

— Неожиданное место для встречи, — хмыкнули за моей спиной, и я порывисто обернулась. Андрей стоял, привалившись к стеллажу плечом. — Неужели вспомнили о подготовке к промежуточному экзамену?

— Я… нет. Не вспомнила, — виновато вздохнула я. — А что тут делаете вы?

Мы, не сговариваясь, продолжали общаться «на вы» даже там, где нас никто не слышал. На всякий случай. К тому же, был в этой уважительной манере определенный шарм.

— Хотел узнать, как поживает моя девушка.

В груди взволнованно екнуло. Девушка! Начало сумасшествию положено.

— Вашу девушку обременили обязанностями гида для делегации из «Эншантели», — покорно призналась я.

— Делегации? Ах, вы про стадо двенадцатилетних писклявых девиц, которое каждый год носится по Академии с ошарашенными глазами? Пожалуй, мне следует придумать себе командировку на этот день, — фыркнул Карпов. — И что вы ищете в секции, посвященной горе-основательнице?

— Что-нибудь… нескучное. Такое, что впечатлило бы… «стадо двенадцатилетних писклявых девиц», — хихикнула я, вспомнив, что сама когда-то была двенадцатилетней и отменно писклявой. — Может, тогда они будут меньше носиться и пугаться. И вам не придется сбегать из Академии в этот день.

Я не стала уточнять, что в следующее воскресенье планирую отмечать свое долгожданное магическое совершеннолетие. Почему-то казалось, что он эту дату тоже держит в уме.

— Жизнь Авроры была какой угодно, но только не скучной, мисс Дэлориан. С этим даже я не могу поспорить, — Карпов подошел ближе. — Расскажите им про Августуса Блэра.

— Это мрачно. Они перепугаются и разбегутся. Девочкам не интересно про войну. Им нужна романтика… — мечтательно заявила я.

— Я что-то об этом слышал, — хмыкнул Демон. — Не рассказывайте о войне. Рассказывайте о любви. Вот, попробуйте эту.

Он достал с полки книгу с новенькой, никем не затертой глянцевой обложкой.

— Она современная, — неуверенно проворчала я.

— По-вашему, истину можно узнать только из старых книг, рассыпающихся в руках? Это свежее издание, но в нем собраны письменные свидетельства очевидцев.

— Ладно… Спасибо, — я прижала к груди тонкий томик и позволила себе улыбнуться профессору.

Он продолжал стоять, разглядывая меня, будто сам никуда не спешил. За ним такое не водилось. Обычно Демон черным коршуном летал по коридорам Академии и был занят тысячей вещей одновременно.

— Вы так смотрите…

— Как именно? — уголок демонического рта дрогнул в зачинающейся улыбке.

— Так, словно пытаетесь что-то угадать по моему лицу. Узнать какой-то ответ.

— Хочу кое-что вам предложить, — Карпов откашлялся в кулак. — Но не знаю, с какой стороны к этому подойти.

Между стеллажами, забитыми старыми книгами, повисла почти осязаемая тишина. Словно ком воздушной сахарной ваты разросся между мной и Демоном и теперь щекотно лез в нос и уши. Что он хочет мне предложить, раз даже сам не знает, с какой стороны к этому подойти?

Мышечный корсет, обязанный поддерживать позвоночник горделиво-прямым, как-то резко обмяк. Казалось, все тело наполнилось желе. Вроде того зеленого, в кофейне, из которого я пыталась вылепить грушу. Только усилием воли я не позволяла себе обернуться лужицей и просочиться в соседний раздел, посвященный бытовой магии.

— Поскольку мы с вами уже определились с тем, что вы моя девушка… — начал издалека Карпов, наполнив голос волнующей хрипотцой.

— Кстати… А что это подразумевает — быть вашей девушкой, «официальной в узких кругах»? — перебила его я, так и не дав сформулировать предложение.

Потому что страшно. И потому что от предложения Брендана меня, к примеру, до сих пор нервно потряхивало.

— А чего бы вам хотелось? — ехидно спросил Андрей, облокачиваясь на книжную полку.

Слыша в голове бабушкин голос, причитающий «Вот бесстыжая!», я подошла к мужчине. Действительно, чего бы?

— Можно мне, например, вот это? — быстро, не давая себе шанса передумать, я расстегнула пару пуговиц посередине черной рубашки и просунула ладонь под ткань.

Кожу припекло жаром. В подушечки пальцев отдавался знакомый грохот демонического сердца.

— Вам все можно, — он улыбнулся, мягко подцепил мое запястье и требовательно выудил всю руку из-под рубашки. Поднес к губам и коротко поцеловал в сплетение линий. — Только не стоит делать так во время занятий. Нас поймут неправильно.

— Нас поймут правильно, — тихо рассмеялась я.

Из-за стола регистрации донеслось гневное шиканье госпожи Разиной. Мы тут явно были не одни.

— Давно хотел спросить… Вы все еще сомневаетесь в наличии у меня сердца?

Вопрос был с подвохом. Я только что слышала, как оно скачет галопом под рубашкой.

— Иногда, — уклончиво ответила я. — Что ни говори, а с другими вы продолжаете поддерживать репутацию Мрачного Демона.

— Хотите заняться моим воспитанием? Обучить благородным манерам?

На лице ухмылка, но в глазах — опасение.

— Не беспокойтесь на этот счет. Боюсь, вы неисправимы, — признавая свое поражение, я подняла руки над головой. — А можно мне в качестве вашей девушки…

— Ммм?

— …заняться порядком в доме? Ну, знаете, смести эту вековую пыль… Хотя бы из углов…

Черный взгляд снова затянуло паникой. Действительно, что способно привести в ужас самого сильного мага столетия? Лишь мысль о том, что в его личное пространство ворвется наглая девица, соберет разбросанные по полу старинные фолианты и смоет с них «защитный слой» средневековой пыли.

Я уже голова была сдаться и в этом вопросе, даже подняла руки повыше, но Андрей, к моему удивлению, согласно кивнул.

— Хорошо. Думаю, я смогу с этим смириться. И еще кое-что…

— Ммм?

— Если хотите, можете принести вторую подушку. Вдруг когда-нибудь пригодится, — на непроницаемом лице даже брови не шелохнулись! — Выберите сами, какая нравится.

От спокойно произнесенных слов уши заложило громом. Будто в нескольких метрах от меня рванула граната. Я оторопело качнулась и опустила, наконец, руки.

Это слишком серьезно? Или не слишком?

— Вам не понравилась идея? — в замешательстве спросил Карпов.

Не сомневаюсь, что сейчас у меня лицо снова было по-гоблински зеленым, спасибо Джен за яркую метафору.

— П-понравилась, — вяло запротестовала я, вытаскивая из ваты, забившей голову, хоть какие-то подходящие случаю слова. — Я подумаю… насчет п-подушки…

Похоже, из нас двоих я трусила даже больше. Я ведь тоже с трудом приспосабливаюсь к новым, неизведанным обстоятельствам.

Боги, а я еще фантазировала, как проведу первую ночь своего официального магического совершеннолетия. Смело так фантазировала, с огоньком! А сейчас чуть в обморок не падала от мысли о персональной подушке в его постели. И ладони совсем вспотели.

Карпов озадаченно сдвинул брови, положил руку мне на талию и чуть придвинул к себе.

— Если ты впадаешь в такую панику от моего предложения принести подушку, — забормотал он с нотками осуждения в мое ухо, — то как же ты поедешь на выходные со мной в Эстер-Хаз?

— На все выходные? — заторможенно уточнила я и невольно поежилась, вспомнив облепивший лицо снег.

— Артур в Лондоне до понедельника. В Эстер-Хазе у меня несколько неотложных дел, но я не хочу оставлять тебя в Академии без присмотра. Предпочитаю приглядывать лично. Поэтому ты едешь со мной.

Прозвучало это не вопросом, а самым настоящим утверждением. Похоже, увидев мою панику, Карпов передумал предлагать и все решил за меня.

— И никого не удивит, что князь Карповский всюду таскает за собой ученицу-дестинку?

— Кого-то, может, и удивит, — пожал плечами Демон и притянул меня еще ближе. — У меня не будет официальных встреч, только беседы тет-а-тет с несколькими экспертами. А потом хочу тебя кое-куда отвезти…

— Куда? — женское любопытство победило волнение, и свой вопрос я почти выкрикнула, чем заслужила очередной гневный «шик» от Разиной.

— Не скажу. Но оденься завтра утром потеплее: общественные порталы сильно промерзают.

— На все выходные — это значит, что мы где-то остановимся? — тихонько высказала свое подозрение Карпову, все еще прижимавшему меня к себе за книжным стеллажом.

— Что тебя смущает, пигалица? — язвительно скривил губы Демон. — Сама недавно хотела остаться в моем кабинете… Еле выгнал!

— Так это в твоем кабинете… А тут — где-то… Кстати — а где?

— Тебе понравится.

— А вдруг нас кто-то увидит? — продолжила я едва слышно тараторить. — Пойдут слухи… Вдруг мы встретим кого-то из этих первокровных снобов, что прожигали меня глазами на свадьбе Лиз, пока мы с тобой танцева…

Мой рот смяло горячим потоком. Карпов меня заткнул в своей фирменной манере с гарантированной, не раз проверенной эффективностью. Я обвила демоническую шею руками, ничего не имея против такой «грязной игры». Нечестно, конечно, но как же вкусно… И волнительно, если учесть, что мы стояли в центре оживленной библиотеки, скрытые лишь стеллажом.

Карпов оторвался на мгновение — оценить обстановку и убедиться, что нас никто не видит. Я схватилась за его затылок и требовательно потянула обратно. Я тоже умею играть в эту игру.

— Ани… Черт бы тебя побрал! — меня самым бесстыжим образом вдавили в ряд книжных корешков, намекая, что я сама напросилась.

Какой-то потрепанный том с грохотом упал с полки, и тут же по полу библиотеки зашуршала длинная юбка госпожи Разиной.

— Так! — еще не дойдя до нашего раздела, загодя сыпала возмущениями «книжная фея». — Сейчас ты у меня получишь, негодник!

Секунду спустя в проеме появилась и сама библиотекарша. Она сжимала кулачки так сильно, что костяшки пальцев стали белее снега. Готовая разразиться на нас праведным гневом, Разина вдруг увидела, кто перед ней стоит.

— Профессор Карпов? — она часто поморгала, никак не желая верить, что сам Мрачный Демон разбрасывается ее бесценными сокровищами. Но валяющийся на полу раскрытый том свидетельствовал не в его пользу. Правда, Разина от улики старательно отводила глаза.

— Вы что-то хотели, Клавдия? — Андрей медленно нагнулся, поднял книгу, отряхнул и поставил обратно на полку.

— Я п-подумала… — она сглотнула и побледнела. — Подумала, что это засранец Родж опять бедокурит… Сладу с ним нет.

— Нет, это я, — признался Карпов с каменным лицом. — Слишком увлекся… чтением.

— Читайте, читайте… — кивнула библиотекарша и попятилась назад к столу регистрации.

Демон перевел взгляд на меня, его глаза озорно поблескивали. Будто он сам был шестикурсником и только что чудом избежал нагоняя от суровой леди.

— Так тоже не стоит делать на занятиях, мисс Дэлориан… — хрипло пробормотал мужчина, оправляя на себе пиджак.

— Как печально! А я-то уже понадеялась, что наконец начну получать удовольствие от ваших уроков…

***

Я никогда не пользовалась общественными порталами и уж точно не знала, что они промерзают. Хотя, по воспоминаниям, в Эстер-Хазе промерзает вообще все. Даже мысли — и те липнут к обледенелому «малиновому желе», как язык — к железной трубке. Присс говорила, это из-за гигантского купола-невидимера, вытягивающего тепло из всего, что под ним.

Сугробов, конечно, тут уже не было, да и снег не валил. И все-таки даже Петербург с его пробирающими до мелких косточек ветрами ощущался в сравнении с Эстер-Хазом городом-курортом. Общая серость и промозглость столицы волшебного сообщества разительно контрастировала с ее наполнением.

Маги со всего мира собрались в одной точке, и это не могло пройти бесследно. Отовсюду слышался гвалт незнакомых наречий (заклятье взаимопонимания уже не справлялось с акцентами и диалектами). Глаза хотелось сощурить от переизбытка пестрых одежд — мимо шла делегация из Индии. А от мешанины из запахов на Волшебном Базаре мое обоняние отправилось в глубокий обморок.

Через полчаса беготни за статной фигурой в черном плаще я осознала, что центр Эстер-Хаза, в отличие от его заповедной окраины, мне решительно не по нраву. Слишком шумно, слишком пестро, слишком… страшно потеряться. Хотелось малодушно схватиться за демоническую пятерню, притвориться двенадцатилетней и ходить за ручку. Но было нельзя. Поэтому я послушно следовала на приличном расстоянии, приходя каждый раз в панику, когда знакомая спина исчезала из виду за каким-нибудь очередным широкоформатным прохожим.

— Я так больше не могу, — жалобно прошептала Карпову, когда он удосужился притормозить у одной из лавок с какой-то сушеной гадостью. Пусть это будут коренья, а не чьи-то головы и лапы, ладно?

— Уже устала? — ехидно спросил Андрей. — Мы всего полчаса гуляем…

— Гуляем?! — просипела в изумлении. На прогулку преследование черной, стремительно удаляющейся от меня спины на базаре в толпе походило меньше всего. — Да за эти полчаса я четыре раза думала, что потерялась!

— Трусиха.

Карпов язвительно хмыкнул. Ладно, он прав: первые двадцать минут мы сидели в уютной кофейне и пили «Эстер-Броул» с миндальным печеньем. Так что каблуки в этой толчее я сбиваю всего десять, но… Вот серьезно, тут год идет за два, как минимум!

Андрей бросил быстрый взгляд за мою спину, напрягся, ухватил меня за локоть и дернул на себя. Секундой позже за спиной вальяжно протопал какой-то жуткий черный зверь размером со слона и с медвежьей мордой. Приоткрыв рот и привстав на цыпочки, я с трудом разглядела на лохматой спине всадника.

— Это кто?

— Гварх Чернобурый, ездовой. В Индии они весьма распространены. Чуть не раздавил тебя, пигалица, — хмыкнул Демон, явно потешаясь над моим опешившим видом.

Год за три, не меньше!