Глава 61

— Ну же! Давай, давай…

— Спешишь? — спрашивает меня Артемида где-то за спиной.

Я даже не оборачиваюсь. И без того знаю, как она выглядит — юная, высокая, стройная воительница с копной черных волос. Моя покровительница и тюремщица в одном лице.

— Невыносимо.

— Даже не хочешь попрощаться?

— Только не говори, что будешь плакать.

Мой ответ ее смешит. Она совершенно не огорчена тем, что я ухожу.

Каждая секунда, словно обратный отсчет до старта. Мышцы напряжены так, что их сводит. И кровь пульсирует в висках. Больше ждать нет сил, тем более, сейчас. Я исчерпал последнюю грань своего терпения задолго до этого. Еще когда из своей клетки смотрел, как любимая ложится в постель к Трою с верой в его вранье. Как он повышает голос на Лою, пока ее мать не видит. Потом — тюрьма, карцер, Райкер. Я видел все. Смотрел, как кино на плазменном телевизоре в размере своих стен.

Ведь все это время я был вместе с Рейной. Переживал каждую ее боль, как свою. Отвергал каждое из наслаждений. Злился так, что дрожали стены моей клетки. Ревновал, как сумасшедший. Переживал за нее и за Лою из-за малейшей угрозы. Скучал, как бешенный. Ненавидел, когда она отдавала себя другому, пусть другой и был мною. Терпел, понимая, ради чего она так страдает. Кричал, когда было сложнее всего. И вот, наконец, все нити разорваны. Остается последний вдох.

— Скучать точно буду, — говорит богиня.

— Я тоже.

— Врешь. До меня тебе никакого дела.

— Как и тебе до меня.

— Что ж, ты прав.

Тот день, когда я обратился к ней за помощью, проклинаю и благодарю одновременно. Но я должен был найти выход. Побег был прерван самими Судьями, когда те начали отрывать друг от друга наши с Рей нити, которые медом склеила Афродита. Но я подстраховался. И не один раз.

— Помнишь, как ты просил меня о помощи? — произносит Артемида. — Такой отчаянный. И в то же время решительный.

— Помню.

Когда она ответила:

— Я помогу. У меня с Аресом давние разногласия.

— Спасибо, ты очень щедра, — ответил я, стоя перед ней на коленях.

В итоге Артемида должна была помочь нам скрыться, если это не получится у Афродиты. Но разделение моей нити судьбы испортило и этот план. Мы с Рей оказались оторваны друг от друга. Я потерял ее прежде, чем меня выкинуло в конечную точку, в тайник Артемиды. Рей же оказалась в руках Троя, а значит, и Ареса. Богиня Охоты не смогла ей помочь, иначе бы выдала себя, а также нас всех. Не захотела и отпускать меня, как бы я ни рвался наружу, как бы ни просил.

— Отпусти, я должен вернуться за Рейной и Лоей!8c847c

— Ты останешься и будешь скрыт от глаза любого, даже бога, до тех пор, пока не оборвется вдох твоего последнего воплощения. Потом помогу вам вместе с Рейной и Лоей скрыться так же надежно.

— Но я не могу их оставить. Выпусти меня отсюда!

— Нет, Маркус. Выйдешь за пределы моего тайника — и вам уже никто не поможет. Вы трое погибните. А я не могу этого допустить. Ты обратился ко мне за помощью, которую я пообещала, а значит — выполню свое обещание не смотря ни на что…

— Но ждать смерти последнего воплощения — слишком долго….

— Пусть тебе поможет Рейна, — произнесла вдруг Артемида. — Да, именно так и должно быть.

— Нет! Она не будет этого делать.

— Хочешь со мной поспорить?

— Я не спорю, прошу.

— Пусть она докажет, что вы достойны моей помощи. Или ты думаешь, что я пойду против Ареса ради тебя? Нет. Только ради нее. И вашей дочери.

Выбора не было. Артемида уже все решила. Меня успокаивало лишь то, что цель у нас общая, мне только не нравились методы богини.

— Но как ты донесешь до Рейны, что нужно делать? — самый важный вопрос.

— Афродита все сделает за меня. Как именно, тебя не должно это заботить. Я буду действовать аккуратно, практически не влезая во все происходящее с вами. Главное, что Рейна уничтожит все твои лишние воплощения. А дальше ты все сделаешь сам.

— Зачем вообще это нужно? Почему мы не можем уйти сейчас?

— Потому что каждое из твоих воплощений так или иначе ведет к тебе. Они — это ты, связь незрима, но лишь для тех, кто не знает, куда нужно смотреть. Останется хоть одно из них, и Арес найдет вас где угодно, а все мои труды окажутся напрасными. Найдет и уничтожит. Он не прощает предательства. И никогда не простит вам того, что и так уже сделано. Думаешь, он щадит вас? Нет, он играет вами. Вы — его любимые игрушки. Его и Афродиты. Это многим известно на Олимпе. Тем и мне интереснее вступить в эту игру…

Воспоминания обрываются, когда Артемида тихо говорит:

— Сейчас.

Она открывает дверь моей клетки, и я вырываюсь наружу.

И я уже рядом с Рейной. Отталкиваю от нее Ареса, который не ожидает подобного поворота, поэтому в моем распоряжении доли секунд. Первые трачу на Троя, вонзая в его грудь меч Рейны, в область сердца, наслаждаясь удивлением и ужасом в глазах. Подхватываю Рей на руки. Она без сознания, но жива — это главное. И я уношу ее из гнилого места, от Ареса и Афродиты, от чудовищ, от всего.

— Маркус! — только слышу грозные голоса сотни мужчин за спиной — голос Ареса.

Но мы уже в тайнике Артемиды. Кладу Рей на кровать. Рядом Лоя, сидит на руках у одной из нимф Богини Охоты. Очень хочу обнять дочь, но не решаюсь — боюсь испугать.

— Что с мамой? Мама! Что с ней? — взволнованно спрашивает Лоя.

— Она спит, — отвечает ей рыжеволосая нимфа. — С ней все хорошо, не переживай, детка.

Сажусь рядом с Рейной. Не могу поверить в то, что все кончилось. Для нее, для меня — для нас. С трудом смотрю на следы от пальцев Ареса на ее шее. Скорее всего, они так и останутся, как клеймо, как напоминание.

Но тут внезапно Рей открывает глаза и хватает меня за руку. Пробует сделать глубокий вдох, с хрипом, страхом в глазах. Пытается сесть, и я помогаю, держу. И она замирает, глядя в мои глаза. Кладет ладони на лицо, холодные, как лед. Проводит по волосам, плечам, будто пытается убедиться, что я настоящий. Обнимает, плачет. Прижимаю ее к себе и целую. Все без слов, нам они не нужны. Она знает все важное, знаю и я. Остальное потом. К нам подходит Лоя. Наконец могу обнять и свою дочь. Мои девочки живы и рядом со мной. И с нами Артемида, которая даст свою защиту.

У Рей все получилось.

У нас все получилось.

И теперь, наконец, мы вместе может отправиться домой.