Глава 20

Толпа вокруг ревет, смешивая крики с аплодисментами. И внезапно кто-то словно убавляет громкость и я слышу звуки, будто сквозь толщу воды. В висках пульсирует, и картинка вокруг размывается, сосредотачивая фокус внимания только на Тимуре, лежащем навзничь.

От сводного отступает гигант, Горо хладнокровно поднимает руки вверх, принимая овации. Его лицо остается каменным, без единой эмоции. Он даже не смотрит на Тимура, который лежит без движения на полу октагона.

– Тим! – кричу я, пытаясь прорваться к нему, но охранники крепко держат меня за руки. – Пустите меня! Он нуждается в помощи!

– Спокойно, кукла, – слышу, будто через вату, мужской голос. – Твой мальчик сам напросился.

– Нет! – я вырываюсь из их хватки, но они снова хватают меня, еще крепче. – Вы должны помочь ему! Он может умереть!

Но мои слова, кажется, никого не трогают. Вокруг царит атмосфера праздника, как будто только что произошло что-то феноменальное. А для меня это кошмар. Профессионал забил неподготовленного человека, и публика этим восхищается?

– Ну все, кукла, – дергают меня в сторону. – Пойдем. Мальчик твой вряд ли очнется. Значит, проиграл.

– Нет, – напрягаюсь всем телом. – Нет, я никуда не пойду. Он выстоял дольше десяти секунд. И я хочу убедиться, что он жив. Ему нужна медицинская помощь.

– Ну-ну… Тут без тебя разберутся, – басит охранник, подталкивая меня.

– Да отпусти ты меня! – пытаюсь выдернуть руку, но сильные пальцы словно клещами вцепились в меня.

– Такого распоряжения не было! – охранник подталкивает меня в сторону, но я упираюсь ногами.

– Он выиграл!

– Лежит – значит, проиграл, – холодно отвечает амбал.

Внезапно я отчетливо осознаю, что никто изначально не собирался меня отпускать. И всем абсолютно плевать на то, что с Тимуром. Они просто избавятся от него, и никто ничего им за это не сделает.

Изнутри нарастает дрожь. Мне кажется, я даже перестаю понимать, что происходит.

– Тим, пожалуйста, – шепчу я, чувствуя, как слезы текут по моим щекам. – Очнись… Он выиграл… Он выиграл. Спасите его.

Вижу, как над телом моего сводного брата склоняется какой-то мужчина. Трогает его пульс.

И вдруг, словно в ответ на мою мольбу, сквозь пелену слез вижу, как его пальцы слегка шевелятся. Сердце замирает, и я задерживаю дыхание.

– Тим! – кричу я снова, надеясь, что он услышит меня. – Стойте! Он пришел в себя! – снова дергаюсь к рингу.

И охрана, отвлекаясь на происходящее на сцене, теряет бдительность, и у меня получается вырваться.

Тим медленно поворачивает голову, и его глаза, хоть и затуманенные, встречаются с моими.

Я подбегаю к рингу, но мне преграждают путь.

– Куда? – рявкает секьюрити, стоящий у октагона.

– Там мой парень. Пропустите! Ему нужно помочь подняться.

– Не положено! – рявкает он, и меня снова дергают назад.

Меня хватают за плечо, стараясь развернуть.

– Тебя никто не отпускал, – шипит злобный голос.

– Тимур! – кричу что есть мочи. – Ты выиграл! Они уводят меня! – хочу, чтобы он знал, что именно происходит, и, возможно, вернулся за мной, как только сможет прийти в себя.

– Не ори, сука! – бугай хватает меня за волосы, и я чувствую, как боль пронзает кожу головы. Я кричу, но не сдаюсь. Я не могу позволить им победить.

– Пусти ее! – раздается хриплый голос.

Я оборачиваюсь и вижу, что Тимур, пошатываясь, подходит к выходу из ринга. Его лицо искажено от боли, но в глазах решимость.

– Тим! – кричу я, чувствуя, как надежда возвращается.

Он делает шаг вперед, пошатывается снова, но не падает, вцепившись в клетку. Выравнивается и двигается дальше.

– У нас была сделка! – смотрит прямо в лицо тому, кто держит меня. – Или слово твоего хозяина – пустой звук? – не моргает.

Охранник ищет поддержки у их вожака. Тот лишь хмыкает.

– Ну, давай, забирай свой трофей, – произносит надменно и демонстративно отходит в сторону.

И мне отчего-то кажется, что это лишь иллюзия свободы.

– Идем, – перехватывает мою руку Тим и тянет меня к выходу.

Его походка неустойчивая, и я обнимаю его за талию, закидывая вторую руку себе на плечи.

– Держись… – сдавленно прошу, надеясь, что мы все же сможем покинуть это чистилище.