Глава 39

Кажется, что пол уходит у меня из-под ног, и по ощущениям, я проваливаюсь в ледяную прорубь, таким холодом меня обдает при виде парочки, сидящей передо мной.

Каждая частичка моего тела немеет и покалывает.

Горло сдавливает тисками, а тело становится деревянным.

Смотрю на них во все глаза и не могу сделать ни шага.

Зачем он делает это? Почему так жесток со мной?

В голове крутится столько вопросов, на которые у меня нет ответов.

Неужели для Тимура наша близость настолько же незначительна, как и очередная чашка кофе, которую он выпьет, а через двадцать минут даже не вспомнит об этом?

Пока стою там, чувствую на себе чей-то взгляд и только после этого с трудом поворачиваю голову, встречаясь глазами с Виктором.

Гордеев улыбается, дожидаясь от меня какой-то реакции. И я с трудом отвожу взор от парочки и на негнущихся ногах иду к столику.

– Вить, – поворачиваюсь с Гордееву, стараясь не обращать внимания на то, как хихикает брюнетка.

Стоит мне повернуть голову к Витору, как мышцы сковывает так, чтобы я точно не могла больше обернуться на сводного и мучить себя созерцанием его прелюдии с другой девушкой.

– Можем мы продолжить разговор где-то наедине? Мне некомфортно обсуждать наш вопрос в такой обстановке, – стараюсь не реагировать на шумы вокруг, но сердце сжимается от очередного приступа смеха этой девицы и тихого бормотания сводного.

– Конечно, – кивает он, подзывая официанта.

Мгновения до того момента, как нас рассчитают, кажутся целой вечностью. Мне невыносимо находиться в одном пространстве с Тимуром и непроизвольно слышать то, что эта брюнетка обещает ему сделать.

Дышать становится тяжелее. Потому что только вчера он был со мной, а сегодня уже готов веселиться с другой. Откуда вообще она взялась? Он же пришел один… Значит, он сам пригласил ее сюда.

Меня колотит изнутри, но как только подходит официант, над столом гремит голос Тимура:

– Включите их заказ в мой счет. Я заплачу за вас, не парьтесь.

Вздрагиваю и, следуя импульсу, смотрю прямо на него, встречаясь с его прямым равнодушным взором.

– Можете веселиться, детишки, – вколачивает последний гвоздь в крышку гроба с моей влюбленностью.

Не выдержав, вскакиваю на ноги и, не говоря ни слова, выхожу на улицу.

Виктор остается внутри, разговаривая еще о чем-то с Залесским. Но мне плевать. Я просто хочу сбежать отсюда и больше никогда не видеть наглой рожи сводного, просившего доверять ему. Ну какой же подонок!

– Куда пойдем? – спрашивает Виктор, появляясь на улице.

– Я вспоминала об одном деле, – хочу закончить эту пытку как можно скорее. – Если ты свободен, то можешь отвезти меня кое-куда? И заодно по дороге обсудим с тобой специфику работы у твоего друга.

Жду его ответа и в то же время хочу, чтобы он отказался и я вновь забыла о мире этих проклятых мажоров, которые не ценят других людей и их чувств.

Не хочу больше иметь ничего общего с этими беспринципными уродами.

– Конечно, – совершенно спокойно реагирует Гордеев на мою просьбу. – С удовольствием доставлю тебя, куда скажешь.

Мы садимся к нему в машину, как раз в тот момент, когда Тимур выходит из кофейни со своей загорелой липучкой.

Как только они появляются на улице, он бросает взгляд прямо на машину Гордеева и наши глаза встречаются. Пару мгновений длится зрительный контакт, и мне кажется, что я вижу в его взоре что-то настоящее, говорящее о том, что ему не все равно.

Но затем брюнетка прижимается к его боку, а сводный, не растерявшись, приобнимает ее и уводит в противоположную от нас сторону, продемонстрировав свое равнодушие.

По дороге до дома моей подруги Виктор рассказывает мне о предприятии его друга, который занимается производством собственного бренда одежды. И сейчас ему требуются новые администраторы, на прием заказов в соцсетях и для переписки с клиентами. На самом деле для меня это идеальный вариант работы. Потому что в случае необходимости все это можно делать не из офиса, а из любой другой точки мира.

И хотя я не собираюсь никуда улетать, но быть не привязанной к месту – это огромный плюс для меня. Конечно, зарплата там не такая большая, чтобы я могла позволить себе сразу же снять квартиру, но есть перспектива карьерного роста, сначала до менеджера, а там кто знает…

Но даже когда пытаюсь сосредоточиться на том, что рассказывает мне о должности Гордеев-старший, я то и дело возвращаюсь мысленно к увиденному в кофейне и непроизвольно думаю о том, перешел ли Тимур со своей подружкой в горизонтальную плоскость. А что, если он повез ее в тот же самый загородный дом?

Только при мысли об этом у меня сковывает холодом все внутренности и в груди начинает болеть так, что хочется выть.

Поэтому, распрощавшись с Виктором у Сониного дома, я забегаю в ее подъезд и мчусь наверх.

– Стеша? – открывает мне дверь подруга, и моя выдержка заканчивается.

– Что я наделала, Сонь? Я такая ду-у-ура! – начинаю рыдать в голос.