Глава 25

Глава 25

Ариана

— Все в порядке? — шепчет Вик, прижимаясь губами к моему виску.

— Да, конечно, — улыбаюсь и тянусь за бокалом, делая еще несколько глотков мохито.

Я, конечно, думала, что мы отпразднуем мою победу, но не предполагала, что таким образом. И близко не так.

Мой взгляд то и дело цепляется за высокую широкоплечую фигуру. Парень с темной непослушной шевелюрой приковывает к себе взгляды, хотя я поклялась себе больше не смотреть в его сторону, потому что он мне омерзителен.

Даже в универе во время совместной физры у меня получается не замечать его. Хотя время от времени ловлю себя на том, что бросаю в его сторону взгляды, когда он не видит. Но это не по тому, что он мне интересен. Нет. Просто… потому что меня раздражает само его существование и, смотря на него, я напоминаю себе лишний раз, насколько он отвратителен.

А здесь… Сидя на месте, я не имею возможности отвернуться от друзей Виктора, чтобы не видеть Мика. Гордеев-младший, будто намеренно бросается в глаза. Смеется, веселится с друзьями, и вообще… для него тот эпизод в клубе не более чем один из бесконечной вереницы ему подобных.

Плевать ему на поцелуй и даже на то, что готов был пойти дальше с девушкой брата. Потому что, несмотря на его слова, я знаю правду. Это не было проверкой. Просто он аморальный урод, который не видит границ, если дело касается его хотелок.

— Ты такая задумчивая, — Вик трется носом о мой висок.

Сегодня он наконец-то расслабился и сейчас напоминает сытого кота, который хочет ласки и любви.

— Просто устала, — натягиваю на лицо улыбку. — Все-таки соревнования были…

— Ты у меня такая молодец! Смотрел на тебя на корте и глаз не мог оторвать. Какая ты красивая, талантливая, упорная… — каждый комплимент он сопровождает поцелуем.

— Сейчас ты меня захвалишь и я поверю в себя.

— Это чистая правда, Ари. Ты просто невероятная. Я порой ловлю себя на мысли о том, что я мог тогда не согласиться на приглашение и не пойти играть в теннис, и тогда не встретил бы тебя…

— Не думай об этом, — не люблю я сослагательное наклонение. Нужно воспринимать жизнь по факту, а не напрасно гонять внутри эмоции, связанные с событиями, которых никогда не было. — Живи настоящим.

— Стараюсь, — расплывается он в улыбке. — Потому что мое настоящее прекрасно.

— Поплыл, Вик, да? — говорит вернувшийся из уборной Ник.

— И мне не стыдно, — Гордеев поглаживает мое плечо большим пальцем, а я хочу, чтобы он прекратил это делать.

Потому что внезапно его становится слишком много. Особенно когда наши глаза с его братом встречаются. И на мгновение мне даже видится разочарование в его взоре.

У меня внезапно начинает сосать под ложечкой, и я понимаю, что мне немедленно требуется личное пространство.

— Я ненадолго, — поднимаюсь с места и направляюсь к уборным, но не дохожу до них и выхожу на улицу.

Кожа мгновенно покрывается мурашками, стоит осеннему промозглому воздуху проникнуть под лонгслив.

Обхватываю себя руками, стараясь согреться, но не бегу обратно. Потому что мне нужен этот холод, который помогает прояснить мысли и позволяет наполнить легкие кислородом.

Как я вообще в это вляпалась? И смогу ли я и дальше находиться в таком напряжении?

Мне тошно от собственных эмоций и реакций на двух мужчин с одной и той же фамилией. Так не должно быть. Разве строить отношения на том, что нужно заставлять себя быть с кем-то только потому, что когда-то решила, будто мне этот человек нравится, правильно?

Что делать, если я, вместо того чтобы чувствовать тепло, ласку, вожделение, в конце-то концов, ощущаю скованность и все время кажется, что я делаю что-то неправильное, запретное?

Разве это норма для отношений, которым нет и полгода?

И на контрасте вспоминается тот взрыв эмоций, вызванный украденным поцелуем и запретными ласками… Что тоже не может считаться нормальным! Я не поведусь на этого смазливого дамского угодника.

Почему Мик произвел на меня такое впечатление? Все просто. У него было слишком много женщин, и он знает, как соблазнить любую. А я просто не ожидала такого напора.

Но ведь и с Витей я целовалась до этого. Он даже ласкал меня… И ни разу я не ощущала ничего подобного.

Может, нам нужно какое-то время не видеться, чтобы я остыла, забыла свой позор и заново смогла оценить все достоинства своего парня? Потому что он, как никто другой, заслуживает любви и верности.

Почему же так сложно?

Не успеваю вернуться внутрь бара, как дверь за спиной скрипит и на улицу выходит Вик.

— Ари, что происходит?