Глава 34

Глава 34

Ариана

Он стоит, прислонившись к своей машине, в нескольких метрах от меня, держа руки в карманах кожаной куртки.

У меня перехватывает дыхание от того, как он хорош и насколько спокоен. Будто твердо понимает, что делает.

Мик смотрит прямо на меня, и похоже, что его синие глаза способны прожечь во мне дыру. По крайней мере, мне кажется, что в районе сердца у меня точно образовалась огромная брешь, которая заполняется, только когда я вижу его.

Я стою как вкопанная, боясь сдвинуться с места. Картинка вокруг размылась, превращаясь в серые мазки, и только он, ярким пятном по центру композиции, окрашивает ее в такие эмоции, что их становится слишком много и в голове у меня взрываются петарды. Сквозь шум проникает голос подруги:

— Ари? Ты меня слышишь? Ариана!

— Мне пора, — глухо говорю я и разъединяю вызов.

Я замираю на месте, не в силах пошевелиться, медленно осознавая, насколько все это хреновая затея и что так встречаться с ним с глазу на глаз опасно…

Нужно бежать! Но куда? Стоять? Но он своим взглядом уже поймал меня на крючок, и теперь я вряд ли смогу с него соскочить.

Мик отталкивается от машины и медленно, не спеша идет ко мне. Каждый его шаг отдается в висках тяжелым стуком. Сегодня я не вижу его самодовольной ухмылки. Наоборот, он кажется непривычно хмурым и озадаченным, будто сам в шоке оттого, что находится тут.

— Привет, — смотрит прямо, пристально, и в груди у меня все сжимается.— Подвезти?

Он останавливается так близко, что я чувствую исходящее от него тепло и запах дорогого парфюма с нотками кожи, мяты и чего-то сладкого.

— Зачем ты это делаешь? — шепчу я, потому что силы внезапно покинули меня.

— Потому что… иначе не получается, — он наклоняется чуть ближе, и его дыхание касается моей щеки. — Ты… устала? — впервые слышу заботу в его голосе. — Как плечо? Не беспокоит?

Я смотрю на него и не понимаю, кто этот человек передо мной. Откуда столько заботы? Его что, подменили пришельцы?

— Что тебе от меня нужно, Мик? — спрашиваю я, не отводя глаз в сторону, пытаясь прочитать его истинные намерения. — На гонках… ты развлекся. А сейчас что?

Он молчит, изучая мое лицо.

— Все просто, Ариана, — наконец говорит он, и его голос звучит слишком серьезно. — Я устал играть в прятки.

— В какие прятки? Я с тобой ни во что не играю!

— Не похоже, — он усмехается. — Последнее время мы с тобой только и делаем, что прячемся от других… — замолкает, и я вижу, как дергается его кадык, — и от себя.

Гордеев делает шаг вперед, вынуждая меня отступить назад.

— Мы оба знаем правду. Нас ведет друг от друга, и с этим бесполезно бороться Остается только принять.

— Ты явно не в себе, — усмехаюсь я, хотя у самой все внутренности дрожат от его слов.

— Никогда еще я не был настолько уверен в том, что говорю, — не отводит он глаз, продолжая сокращать между нами расстояние. — С того дня, как я тебя увидел, мне пришел пиздец.

— Что за выражения!

— Ладно, — усмехается. — Просто это самое подходящее к моему состоянию слово.

— Ты ошибаешься, — говорю на выдохе.

— Я тоже так думал. Да вот только появилась проблемка, — он подходит так близко, что я ощущаю его дыхание на своей коже.

— Какая? — спрашиваю, не слыша ничего из-за грохота собственного сердца.

— Каждая наша новая встреча лишь усугубляла ситуацию.

— Нет никакой ситуации, Мик. Просто… я не далась тебе в руки, как остальные девушки, и ты в бешенстве. Но ничего не будет, потому что я встречаюсь с твоим братом, — каждое слово отдается болью в висках.

— Ари, — выдыхает он. — Бесполезно отрицать, что ты хочешь меня так же, как я хочу тебя. И все эти танцы вокруг Вика — просто самообман.

— Прекрати, — мне неприятно это слышать. Вик не заслуживает подобного.

— Нет! Поехали поговорим…

— Нет, — мотаю головой.

— Ну же, — он дотрагивается до моих пальцев, вызывая у меня тахикардию, и медленно скользит своими вверх по моей руке, снимая с плеча сумку. — Поехали, — шепчет. — Хватит бегать от себя и своих чувств.

— Ты сумасшедший, — глаза печет, потому что я хочу поддаться на этот соблазн. Хочу оказаться с ним в тесном салоне автомобиля и растянуть это невыносимо тягучее время вместе.

— Из-за тебя, — Мик понижает голос и берет меня за вторую руку.

Я чувствую, как сердце готово выпрыгнуть из груди. От злости на него и на себя, и от страха. А также от постыдного возбуждения, которое просыпается во мне от его близости.

— Ну же! Тебе все равно нужно добраться домой. И… — ласкает пальцами мои, едва касаясь и переплетая их так, что у меня внутри вспархивают проклятые бабочки, — если ты не захочешь после разговаривать со мной, то я просто уеду.

— Это неправильно, — все еще пытаюсь себя убедить.

— Хочешь до самой смерти делать только то, что правильно, наплевав на собственное счастье? Разве это жизнь? — он ловит мой взгляд. — Так и будешь жить с тем, с кем правильно, но пресно? Этого хочешь? А потом поймешь, что никогда не испытывала ярких эмоций и никогда не любила так, чтобы полностью раствориться в человеке.

Каждое его слово как удар. Потому что в них — та правда, которую я боюсь признать.

— Прекрати, — выдыхаю я, и голос срывается.

— Зачем? Тебе страшно это услышать? — он наклоняется еще ближе, его губы в паре сантиметров от моих. — Страшно признать, что с ним ничего не чувствуешь? А со мной… Со мной ты можешь быть настоящей. Такой, какой захочешь.

Его слова висят в воздухе между нами, густые и пьянящие. Я чувствую, как воля тает и тело предательски тянется к нему, вспоминая жар нашего поцелуя.

И в этот самый момент, когда я готова либо ударить его, либо притянуть к себе, сзади раздается резкий сигнал клаксона.

Мы оба вздрагиваем и отпрыгиваем друг от друга.

К обочине подъезжает мое такси. Водитель смотрит на нас с немым вопросом.

Я не сразу понимаю, что ему нужно, а затем перевожу взгляд на Мика, который ждет моего ответа.

Его лицо напряжено, в глазах буря и надежда.

— Поехали. Со мной, — держит меня за руку.

И мне нужно решить: готова ли я сейчас сбежать или могу позволить себе впитывать эти эмоции чуть дольше?