Глава 60

Глава 60

Мик

— Здорово! — протягивает руку Тим, как только я перешагиваю порог его квартиры.

— Давно не виделись, затворник, — прохожусь взглядом по его заросшей роже, отмечая, что никогда раньше его таким не видел.

— Разве? — вопросительно приподнимает он бровь и смотрит равнодушно. Но даже сейчас в его взгляде сквозит надменность.

Впрочем, в этом весь Тимур Залесский.

— Говорят, что ты даже на новогодние никуда не вылазил.

— А ты веришь всему, что говорят? Мог бы сам проверить или заехать раньше.

Теперь я слышу явный упрек.

— Сорян, бро, но…

— Но ты ебался как кролик со своей новой девчонкой.

— Бро, маленько поосторожнее с выражениями, — мне неприятно, когда в подобном тоне говорят об Ари. И я заткну любого, кто посмеет выражаться о ней как о какой-то шкуре. — Ариана — моя девушка. Мы живем вместе, — ловлю его взгляд.

— Да, слышал, можешь не париться. Пройдешь? — кивает на гостиную.

И я, скинув кроссы, иду следом за хозяином пентхауса.

Вокруг просто стерильная чистота. И если бы я не знал, что последние пару недель Тим не выходил из квартиры, то подумал бы, что здесь никто не живет.

— Ты что, по воздуху перемещаешься?

— Почему такой вопрос? — проходит к холодильнику.

— У тебя как в больничке…

— Не терплю грязь, — пожимает плечами. — Выпьешь?

— Не, — сажусь на барный стул. — Я за рулем.

— Кофе, чай? — смотрит вопросительно, и мне не по себе от всего этого, потому что он не похож сам на себя.

— Раз ты теперь бариста, то заебень мне какой-нибудь заебатый раф.

— Ты сильно не перегибай, — криво усмехается Тим. — В нашей кофейне только капучино, латте либо американо.

— Херовая у вас кофейня, — хмыкаю. — Черный с молоком.

— Сразу бы так, а то решил выебнуться, — отворачивается от меня Тим, а я наблюдаю за тем, как он перемалывает зерна и заправляет их в кофемашину.

— Когда последнее слушание?

— Через неделю, — отвечает холодно, но я слышу напряжение в голосе.

— Волнуешься?

— С хера ли. Мне светят только общественные работы.

— Дороги будешь убирать? — фыркаю, представляя эту картину, но затем одергиваю себя.

— А почему бы и нет. Наведу порядок в этой помойке, — ставит передо мной чашку. — Ты внезапно стал переживать за мою судьбу? — смотрит прямо мне в глаза, а себе достает бутылку пива.

— Честно? — пытаюсь собрать мысли в кучу, чтобы не сказать что-то не то. — Я просто переживаю за тебя. Все это… дерьмово.

До сих пор не до конца понимаю, зачем ему все это было нужно. Конечно, есть у него своя логика и не только. Тим не доверяет женщинам. Более того, он — женоненавистник. Он из тех, кто считает весь прекрасный пол продажными шкурами и лицемерками. И я даже в чем-то был с ним согласен. Потому что не знал, как можно в принципе доверять после того, как любимая девушка предала с моим же братом.

Хотя я отзеркалил ситуацию, но в то же время она кардинально другая.

— Не парься, бро. Так надо.

— Кому надо, Тим? Только не говори, что ты слил видео с расчетом на это?

— Ты тоже думаешь, что я слил? — усмехается он, делает глоток из бутылки и смотрит так, будто пытается увидеть мое нутро. Так херово становится от этого взгляда, что не по себе.

Хер знает, чему верить. Ведь это с его подачи эта дура решила снять видео секса Пита и его девушки. Она хотела отомстить, что в духе ревнивых обиженных телок. А Тим… ему в принципе плевать на то, как его действия, направленные на определенные цели, отрикошетят по близким для него людям. И порой меня не просто шокируют, но ужасают его поступки.

— Не ты?

— Это имеет значение сейчас? — вздергивает он подбородок кверху.

— Если не ты, почему тогда позволяешь считать остальным себя виновным? Пит ведь не простит тебя.

— Если он так считает, значит, ему плевать на меня. А я не собираюсь обелять себя в глазах тех, кому я на хер не сдался.

— Бро… — все это очень хреново.

— Ты за этим пришел?

— Я? Нет, — вспоминаю об истинной причине своего появления. — Бабки принес, — достаю из куртки наличку и выкладываю на столешницу. — В общем… Раз пока твои счета пасут, решил отдать тебе кэшем.

— Что это?

— Наш спор.

Тим ставит бутылку рядом с пачкой и, засунув руки в карманы штанов, смотрит на нее сверху вниз.

— И нах мне это?

— Мы играли…

— Забери, — кивает на бабки.

— С хера ли?

— Ты выиграл.

— Но доказательств не будет. Она — моя. И мне плевать, что ты или кто-то другой думает об этом.

— А братец твой как? — ухмыляется.

— Мы не общаемся.

— Что ж. Ты утер ему нос.

— Не это главное.

— Да? —его бровь вопросительно приподнимается. — А что?

— Тебе не понять, — понимаю, что, наверное, мне больше нечего сказать. Тим и правда не поймет меня и наших с Ари отношений. Но мне и не нужно его одобрение.

— Ты, главное, бабки не забудь, — пододвигает ко мне купюры.

— Не, бро. Считай, что таким образом я купил выход из игры. И ты тоже… не играй больше, — направляюсь к выходу, не зная, увидимся ли мы снова.