Глава 50

Оля

Щеки горят, сердце заходится в диком беге, а в висках пульсирует.

Меня разрывает внутри от гнева и беспомощности. Я готова обрушиться на этого зарвавшегося мажора с кулаками и выцарапать его наглые глаза.

Ладонь обжигает, когда я замахиваюсь и оставляю звонкую пощечину на лице Дениса.

Его лицо поворачивается в сторону от моего удара и резко возвращается в исходную точку. Глаза горят, прожигая меня, а на губах чертова порочная ухмылка.

– Ты… – не нахожу слов, чтобы выразить свое полное презрение и разочарование в этом человеке. – Ты подонок.

– А ты… – хочет оскорбить меня, но почему-то молчит. – Ты будешь делать так, как я хочу, если не хочешь огласки.

– Что ты наделал? – меня кидает в пот от ужаса.

– Все в порядке, Оля. Делай так, как я говорю, и это видео никто не увидит.

– Я тебе доверилась и даже… – не признаюсь, что полюбила подонка. – Меня уволят!

– Нет, детка. Ты будешь работать, чтобы выполнять все мои желания, – говорит уверенно.

Лифт снова едет, потому что кто-то нажал на кнопку. Но Денис не теряется, он нажимает на клавишу остановки.

– Об этом не может быть и речи. Ты соблазнил меня и… Твои друзья. Они и без того все видели! Зачем вы продолжаете хранить чертово видео?! Гребаные извращенцы! – горло сжимает спазмом.

– Таковы условия спора, – равнодушно отвечает он.

– Какого спора? – леденею.

– Это не твоё дело, – улыбка сползает с его губ. – Слушайся, и ни один человек никогда не узнает, что ты спишь со мной – твоим студентом…

– Мы не спим. Больше не спим, – пытаюсь убедить себя в том, что самое страшное позади и, прекратив все отношения с Рудневым, я обезопасила себя.

– Думаешь, ректор или студенты поверят в это, увидев запись?

– Ты… ты даже хуже, чем я думала, – чувствую, как из уголков глаз стекают слезы. – Тебе доставляет удовольствие унижать меня, верно? – смотрю ему в глаза.

Кабина снова приходит в движение.

– Я не хочу унижать тебя, Оля. Я просто… просто хочу тебя трахать, – говорит так беспечно, будто это хоть как-то оправдывает его поступки.

– Почему я, Денис? Неужели для тебя проблема найти девушку для секса? На тебя же гроздьями вешаются студентки, почему я? – перехожу на крик, не в состоянии выдержать этого напряжения.

– Я. Хочу. Тебя, – проговаривает он, чеканя слова. – Какая тебе разница, Оля, с кем? Одним больше, другим меньше? – лифт замирает, и двери распахиваются в тот момент, когда вторая моя ладонь опускается ему на лицо.

– Ой… – слышу за его спиной испуганный женский голос. – Пойду пешком.

– Стойте! – стараюсь заглянуть за спину Руднева и попросить о помощи.

Но девушка убегает так быстро, громко топая ногами по ступеням, что бесполезно надеяться на ее помощь.

– Никто тебе не поможет, – надвигается на меня мажор.

Я отступаю назад, прижимаясь спиной к стене кабины и задирая голову, чтобы посмотреть в глаза парню, в очередной раз разбившему мне сердце.

– Все просто, Ольга Александровна, – понижает он голос до порочного шепота. – Ты делаешь, как я хочу, и все будет в порядке. Я же помню, как тебе нравилось. Тебе будет снова хорошо со мной, – шепчет он, склоняясь.

Я отворачиваюсь от него, не давая поцеловать себя.

Денис обхватывает мое лицо ладонями и поворачивает на себя.

Дергаюсь, пытаясь вырваться, и поднимаю колено, чтобы зарядить ему по яйцам, но Денис отскакивает в сторону, а затем зажимает своими ногами мои колени, все еще удерживая мое лицо в ладонях и прижимаясь губами к моим.

Держу плотно сжатыми челюсти и губы, но настырный язык проходится по ним. Меня осыпает мурашками, когда ощущаю его вкус, и я зажмуриваюсь, пытаясь подавить внутри себя обманутую дуру, влюбившуюся в глупого мальчишку.

По щекам бегут слезы, пока он облизывает и посасывает мой рот. Я чувствую, как мне в живот упирается его эрекция, и кажется, что из меня выпили абсолютно все силы.

Денис отстраняется и смотрит на меня темным, нечитаемым взором.

– Ну, детка, не плачь, – прижимается к моему лбу своим. – Нам будет хорошо.

Я думаю, что он блефует. Но в ушах стоят собственные стоны из видео, а перед глазами – картинка, мелькнувшая на первом кадре. В животе холодеет, как только я представляю, что это станет достоянием общественности. И тогда стычка с мерзкими дружками Руднева покажется мне цветочками на фоне того, что может ожидать меня дальше.

Это для них я отработанный материал, телка, которую застолбил их дружок. Но остальные студенты, преподаватели, родители, в конце концов… Они же меня заклеймят. Даже смена паспорта на этот раз мне не поможет спрятаться от кошмара. А если вдобавок к этому всплывет та чертова анкета…

То он найдет меня… И тогда вряд ли у меня получится убежать второй раз.

Прикрываю веки и делаю несколько глубоких вздохов.

– Никаких поцелуев, – говорю жестко.

Руднев замирает, непонимающе смотря на меня.

– Хочешь тело – получишь тело. На остальное не имеешь права претендовать.

– Нет, нет, малыш. Ты забыла, это я диктую правила. И если я захочу, чтобы ты сосала мой язык, ты будешь его сосать.

– Не боишься? – улыбаюсь злорадно. – Что откушу?

– Нет, – отвечает твердо. – Ты меня так еще сильнее заводишь.

– И как долго ты планируешь держать меня при себе шантажом?

Мне нужно определить рамки. Обговорить даты, чтобы не сойти с ума и знать, когда это все оборвется.

– Я так не смогу Денис, – пытаюсь думать рационально. – Давай, установи срок, после которого ты точно удалишь все копии.

– Зачем мне это?

– Затем, что это не может продолжаться вечно…

– Я дам тебе знать, когда мне это надоест, – опускает он руку мне на шею и гладит большим пальцем венку.

Тяжело сглатываю, испытывая страх. Да, теперь я боюсь его.

– Мне нужен срок. Неделя, две, месяц, три…

– Год, – обрывает он. – Год, Оля.

От озвученного срока у меня волосы встают дыбом на теле.

– Это целая вечность.

– Тогда не стоит терять время, – трется щекой о мою.

И я понимаю, что сейчас не смогу его переубедить.

– Это всего лишь секс, – целует меня в скулу. – Обещаю, тебе понравится.

Я тяжело дышу, думая о том, что наверняка найду какой-то выход и оборву эту больную связь раньше.

– Тогда, покончим с этим, – тянусь к панели управления лифтом и нажимаю кнопку своего этажа.

Я снова в ловушке. В западне. И есть вероятность, что рано или поздно это наскучит мажору, и тогда… тогда я снова смогу учиться жить.

Лифт останавливается, и двери открываются.

– Что стоишь? Идем, – киваю ему на выход. – Чем скорее начнем, тем скорее закончим.

Руднев отпускает меня, пропуская вперед. А я настраиваюсь на то, что это теперь не мой Денис. Это беспринципное чудовище, решившее, что может получить абсолютно все. И если он захотел меня, то похоже, способен на любую глупость, которую я не позволю ему совершить. Потому что… это моя жизнь.

– Проходи, – открываю дверь и делаю шаг в бездну.