Глава 59

Оля

– Распишитесь, – протягивает курьер корзину с цветами.

– Это мне?

– Климова Ольга Александровна? – сверяется с документами парень.

– Да-а-а, – растерянно смотрю на этот громадный веник, с которым я не имею понятия, что делать.

– Тогда распишитесь, пожалуйста. А то у меня еще двадцать адресов.

Ставлю роспись на бланке доставки и забираю корзину, которая, кажется, весит целую тонну, в квартиру.

Несу цветы на кухню и, водрузив на стол, ищу карточку от отправителя. Вижу милую пудровую открытку с изображенным контуром серебряного сердца и осторожно достаю ее из букета.

“Прости меня, Оля. Я повел себя как мудак.

Д.Р.”

Смотрю на послание и не знаю, как реагировать. Почти неделю мы не общались и не виделись в Рудневым.

Я не отвечаю на его звонки и сообщения.

А он… он будто испугался того, что натворил, и перестал давить на меня.

Завтра конференция, и у меня столько дел, что даже некогда думать о том, во что он превратил мою жизнь.

А он никогда не узнает, в каком состоянии я выходила из того гребаного туалета. Казалось, что абсолютно все в кафе знали, чем я только что занималась.

Я вообще с трудом дошла до столика, села, словно громом пораженная, и старалась смотреть куда угодно, кроме глаз Антона.

– Все в порядке? – нахмурившись, спросил он.

А я лишь убедилась, что Руднева больше нет в зале, и, сославшись на недомогание, уехала домой.

На следующий день я просто мысленно заблокировала произошедшее. Но видеть Дениса не хотела. Как и вообще общаться с ним.

Ждала, что в любое мгновение он появится на моем пороге и, наплевав на мои чувства, будет пользоваться моим телом до тех пор, пока временно не пресытится. Но отчего-то была совершенно спокойна, будто все в порядке.

А сейчас смотрю на этот шикарный букет, который стоит как треть моей зарплаты, милую открытку и чувствую себя будто Алиса в Зазеркалье. Проще говоря и на современном сленге, все это дичь какая-то.

Еще какое-то время разглядываю аккуратный почерк парня, а затем подхожу к раковине, открываю створку нижнего шкафчика и выбрасываю послание в мусорное ведро.

Сажусь на диван и, скрестив рук на груди, гипнотизирую сборную композицию из цветов. Нежно-розовая. Что он хотел вообще сказать этим? Почему цвет выбрал такой?

Если бы считал меня нежной девушкой, то не загибал бы в туалете. А так… я для него всего лишь эскортница по очень выгодной цене.

Не в силах больше смотреть на это благоухающее нечто, ухожу в комнату и беру в руки ноутбук, собираясь пробежаться по докладу.

Открываю файл, но мысли никак не хотят собираться в кучу. Рассыпаются, словно горох, отскакивая от пола и закатываясь под диван.

Перед глазами стоит образ Руднева.

Дерзкий, уверенный, лицемерный. И как бы я его ни прогоняла, он не двигается с места.

Хлопаю крышкой ноутбука, не в состоянии сосредоточиться, и сползаю под одеяло с головой.

Вибрация телефона заставляет вынырнуть обратно. Сердце замирает, когда я протягиваю руку за смартфоном и вижу новое сообщение.

Руднев: “ Пустишь?”

Подрываюсь с постели и подлетаю к окну, окидывая двор взглядом.

Черная блестящая машина припаркована чуть в стороне. Достаточно было ее увидеть, чтобы мой пульс участился, а сердце стало подпрыгивать, стремясь проломить ребра.

Оглядываюсь на дверь, надеясь, что парню не хватило ума подняться на этаж.

Задерживаю дыхание, пока иду до входной двери, и, приподнявшись на цыпочки, выглядываю в глазок.

Денис стоит, прижавшись спиной к стене, и гипнотизирует смартфон взглядом.

Кровь приливает к лицу, и мне нечем становится дышать.

Смотрю на свой телефон в руках, потом на дверной глазок и обратно.

Руднев: “Оль, я за дверью. Давай поговорим”.

Загорается дисплей телефона.

Я прижимаюсь спиной к двери и думаю, как поступить.

Игнорировать его все время я не смогу. Рано или поздно он разозлится и сольет проклятое видео. Страх быть публично опозоренной берет верх, и я открываю замок и отхожу в сторону.

Слышу шаги на лестничной площадке, а затем дверь приоткрывается и наши глаза с Денисом встречаются.

– Привет, – жадно рассматривает он меня, отыскивая перемены. – Шикарно выглядишь.

Я же подмечаю пролегающие у него под глазами тени, впалые щеки и слегка отросшие волосы.

– Спасибо, – отвечаю сухо.

– Оль, – стоит он не двигаясь. – Я налажал, Оль. Прости меня, – звучит искренне, но у меня нет желания подыгрывать ему и делать жизнь легче. Я бы вообще предпочла его не видеть.

– Дальше что? – смотрю прямо в глаза цвета горького шоколада. – Сначала отдаешь друзьям, потом шантаж, принуждение к сексу в общественных местах. Следующим что будет?

Денис молчит, поджимая губы, и буравит меня взором.

– Я должен тебе кое в чем признаться, – говорит внезапно, и у меня от одной этой фразы образуется вакуум в животе.