Глава 45

Пётр

– Здорово, – встретил меня Мик, пожимая руку и похлопав по плечу.

– Где был? – смотрел на друга, явившегося только к третьей паре.

– Проспал, – усмехнулся приятель. – Да и тебя не ожидал тут встретить. Ника прилетела вроде. Думал, с ней будешь.

– Прилетела, – кивнул, не собирался обсуждать эту тему сегодня.

– Что-то не так? – поймав мое настроение, спросил он.

– Разговор есть, – смотрел, как приближается к стоянке остальная троица.

– Так серьезно… разговор, – хмыкнул Мик.

– Где твоя Моль, друг Петруччо? – выкрикнул Гарик, и его голос разнесся по всей стоянке, мгновенно пробуждая во мне желание заткнуть его.

Парни подхватили его смех, а я с трудом удержалсяя, чтобы не разбить его тупую рожу в кровь, дабы не смел своим поганым языком пачкать мою Нату.

– Тебе пора выступать со стендапом, не все еще в курсе твоего скудоумия, – сделал шаг навстречу Гарику и прорычал ему в лицо, сдерживаясь от того, чтобы не раскрасить его самодовольный фейс.

– Э, расслабься, бро. Сразу видно, Моль тебя морозит, – усмехнулся придурок, и тут же его нос встретил мой кулак. – Блядь! Ты ебнулся! – крикнул он зажимая нос, из которого брызнула кровь.

– Пит, остынь, – оттащили меня от идиота со сломанным носом.

– Конеченый! —кричал Гарик.

– Пит, какого хуя! – вырос передо мной Дэн. – Ты ж, блядь, десять минут назад улыбался как дебил на паре.

– Десять минут назад ни одна сволочь не называла мою девочку Молью, – прошипел сквозь зубы.

– О, тогда ясно, – пропел рядом стоящий Тим. – Поплыл Петя от Молениной.

– А ты это только сейчас понял? – кинул ему Дэн.

– Не думал, что там все настолько безнадежно, – усмехнулся Тим.

– Значит, так, чтобы ни один из вас, идиотов, не смел в сторону Наташи ни слова плохого сказать, ясно? – переводил взгляд с каждого по очереди.

– Ты сейчас серьезно? – фыркнул Тим. – Из-за нее сломал нос своему братану? – негодовал он.

– Наташа моя девочка. И я любому из вас зубы выбью, если услышу еще какую-то поебень, направленную в ее сторону, – тяжело дышал, с трудом взяв вверх над яростью.

– Пиздец, – фыркнул Гарик, засовывая салфетки в нос.

– Что это значит? – смотрел на меня, нахмурившись, Тим.

– Это значит, что ебал я ваш спор. Бабки уже перекинул. Можете ликовать и бухать за мой счет.

Вокруг меня повисла какая-то неестественная тишина. Четыре пары глаз уставились на меня и, кажется, даже не мигали.

– Долго еще пялиться собираетесь? – рыкнул на них, раздражаясь и желая как можно скорее найти Мотылька и утащить ее в нашу берлогу, забыв об этих мудаках.

– То есть как перевел бабки? – спросил Мик. – Ты что, серьезно соскакиваешь со спора.

– Уже соскочил.

И снова меня окружила гребаная тишина.

– Мудрое решение, бро, – достал из кармана смартфон Дэн, просматривая сообщения. – И правда, перевел, – гоготнул он.

– Какое, нахер, мудрое? – оживился Гарик. – Ты что, нас кидаешь ради какой-то дырки?

Дернулся еще раз в сторону Гарика, но меня тут же схватили за плечи с двух сторон Мик и Дэн.

– Игорь, заткнись! – рявкнул на него Мик. – А ты успокойся! Сам знаешь, он отбитый, а ты его совсем дебилом сделаешь.

Смотрел на Гарика, стоящего напротив, и думал, что еще одно слово, и никто меня не остановит. Я его просто урою.

– А теперь давай внятно и без эмоций, – ворвался в взбешенное сознание голос Тима.

– Что непонятного. Я не хочу в этом больше участвовать. Ната моя девчонка. На постоянку, усекли? – обвел всех четверых взглядом. – И, разумеется, никакого гребаного доказательства не будет. Хотите щекотать нервы, пожалуйста. Мне больше это неинтересно.

Несколько мгновений они еще молча смотрели на меня, а затем Гарик начал хохотать.

– Пиздец! – не сдерживал себя ущербный.

– Что не так? – сегодня он явно напрашивался на увесистые такие пиздюли.

– Ты реально влип! В Моленину! – ржал он.

– У тебя какие-то проблемы с этим? – сжал кулаки, снова приготовившись преподать урок.

– Никаких, совершенно! – выставил он вперед руки. – Но как она тебя уделала, – продолжал ущербный.

– Все прояснили? Еще вопросы?

– Типа все серьезно у тебя с ней? – почесал подбородок Мик.

– Серьезно, – взглянул в глаза другу. – И я не готов этим рисковать.

– Запомнил мудрость от дядюшки Дэна, – улыбнулся Рудень.

– Ты о чем? – нахмурившись, спросил его Тим. – О чем они? Кто-нибудь вообще понимает, что здесь происходит? – потер переносицу.

– Я сказал Питу, что девочка не простит его, если узнает о споре. Вот и все, – пожал плечами Дэн.

– Значит, ты у нас постарался? – посмотрел на него с каким-то восторгом Гарик. – Охуенно! Мне это нравится все больше и больше!

– А зачем ты дал такой совет? – теперь уже Мик решил влезть не в свое дело.

– Чтобы учился на моих ошибках, – закинул в рот жвачку Дэн. – Хотите? – протянул упаковку, но все лишь отрицательно покачали головой.

– А что, собственно, за трагедия? – уже не мог смотреть на похоронные рожи Тима и Мика. – Для вас игра продолжается. Выбирайте следующую цель и вперед. Я могу быть рефери, но сам не стану участвовать.

– И надолго это? – продолжал хмуриться Мик.

– Надеюсь, – наконец-то улыбнулся, почувствовав облегчение.

– Сука, ну от тебя не ожидал, – помотал головой друг.

– Все в жизни бывает впервые, – усмехнулся, похлопав его по плечу. – Ну, вы тут пока перетрите все, а мне пора. Пошел в сторону корпуса, собираясь забрать Нату из столовой.

– Пит, уже уходишь? – выросла прямо передо мной Мира.

– Ушел, – обошел ее по дуге, направляясь к Наташе.

– Чего такие грустные, мальчики? – верещала рыжая позади. – Ой. Гарик! Что с тобой?

Вот и все. Я все правильно сделал. И теперь никто не сможет влезть между мной и Наташей.