Глава 17

Шоа-дар

От монотонного гула ломит в висках и сводит клыки. Но хуже всего то, что эта дрянь глушит все другие энергетические волны, включая ментальные. Кажется, что даже мои собственные мысли.

Это плохо. Брат не сможет меня засечь. И будет действовать вслепую. А в том, что он действовать будет, я даже не сомневаюсь.

Стенки моей прозрачной тюрьмы беспрерывно вибрируют. А если прикоснуться, ещё и бьют мощными разрядами очень странной энергии, прошивающей каждую клеточку тела. Это я уже выяснил, когда пришёл в себя. Удивительно, что до сих пор жив после столь впечатляющего нового опыта. Ощущалось всё так, будто меня разрывает на куски. Лопаются сосуды, разрушаются органы, крошатся кости, поджаривается мозг… Впрочем, я до сих пор не уверен, что всего этого не было.

Бронекостюма на мне нет. Видимо его с меня сняли, пока я был в отключке. Судя по некоторым резаным и рваным ранам, броню с моего тела буквально срезали.

Это тоже плохо. На поверхности среда не самая благоприятная для на-агарского организма. Дышать мы там долго не сможем. Сомневаюсь, что в пещерах с этим дело обстоит лучше.

Следовательно, действовать нужно максимально взвешенно и продуманно. Вырваться отсюда без чёткого плана, чтобы задохнуться, не покинув даже пещеры, будет крайне неразумным.

Свернувшись посредине цилиндрического резервуара в сжатый клубок и старательно абстрагируясь от вибраций своей одиночной камеры, я позволяю организму восстановиться и регенерировать. И молча наблюдаю за снующими снаружи странными созданиями, сумевшими меня пленить.

В неподвижном состоянии их можно счесть за изломанные сухие ветки. Тонкие тела с серовато-зелёным кожным покрытием, такие же конечности изломанной формы. Притом конечностей у них разное количество. У некоторых по две пары верхних и нижних, у других «рук и ног» значительно больше и необязательно чётное число. Единственное, что является общим для всех палкообразных, которых мне довелось увидеть к этому времени, это круглое плоское утолщение в верхней части тела, судя по всему, являющееся головой. На этом сморщенном кругляше тонкой трещиной выделяется рот, полный острых, как иглы, зубов. И несколько чёрных блестящих «глаз».

Мой резервуар находится посреди большой пещеры. И он тут, к слову, не единственный. В двух хвостах от места моего заточения, возвышается ещё один такой же цилиндр. Только в отличие от моего, он весь утыкан множеством проводов и заполнен синеватой жидкостью. И в нём содержится какое-то существо, кардинально отличающееся от этих палочников. Больше всего оно мне напоминает громадную крылатую личинку, застывшую в синей смоле, в паутине из энергетических разрядов.

Интересно, оно разумное? Живое?

Есть здесь и ещё один вид существ. Двое огромных созданий, длиной в три на-агарских хвоста и почти в один высотой, с белесыми сегментированными полупрозрачными телами, множеством тонких лапок, круглыми головами, венчающимися мощными жвалами, и с утолщёнными булавообразными хвостами. Судя по тому, что на одной из этих многоножек в зал приехало двое палочников, эти создания явно используются тут как ездовая и, возможно, рабочая сила. А ещё у меня возникло подозрение, что именно они и создают этот гул и вибрацию. Слишком подозрительно выглядит хвост ближайшей к моему цилиндру твари. Он едва заметно дрожит в такт звуковым волнам.

Сама пещера имеет неправильную форму. Стены из красноватого камня местами испещрены нишами, выбоинами и отверстиями разного размера. Последние наверняка служат проходами, так как периодически через них деловито снуют, появляются и исчезают те самые палочники.

С одной стороны такое огромное количество ходов радует, поскольку увеличивает мои шансы убраться отсюда. А с другой создаёт проблему выбора. Я пока понятия не имею, где нахожусь и куда нужно двигаться. Не знаю ни того, как им удалось оглушить меня на борту джэта и захватить, ни того, куда именно они меня потом доставили и где сейчас находится мой минишаттл. А время у меня будет ограниченно, когда я выберусь из резервуара. Опять же, из-за неблагоприятной среды.

От изучения пещеры и её обитателей меня отрывает движение рядом с моей камерой.

Прямо напротив меня, за прозрачной стенкой, останавливаются двое палочников. Один более высокий и, я бы сказал, более крепкий. Не такой тонкий, как остальные. Сочленения конечностей выглядят даже массивными. А кожа более тёмная чем у других.

То, как перед ним стелется его спутник, наталкивает на мысль, что ко мне пожаловало местное начальство. Щербатый рот кривится в гримасе, которую иначе, кроме как высокомерной, никак не назовёшь, и что-то говорит своему подчинённому. Само собой я ничего не могу разобрать. Гул перекрывает всё, что могло бы пробиться сквозь прозрачную преграду между нами.

Главный остаётся стоять на месте, продолжая наблюдать за мной. А второй поспешно обходит мою камеру и принимается что-то тыкать на примитивного вида панели, встроенной в основание цилиндра.

И тут же надо мной что-то щёлкает. Подняв голову, я замечаю, как в потолке моей камеры открываются два отверстия. Оттуда появляются две клешни и мгновенно устремляются ко мне. Я едва успеваю увернуться. Но координация движений, после знакомства с местным гостеприимством, меня слегка подводит и мне не удаётся избежать касания с вибрирующей стенкой. Всего лишь хвостом слегка задеваю. Но этого достаточно, чтобы снова окунуться в безумие. Боль прошивает всё тело, скручивая мышцы в узлы, выворачивая меня наизнанку. И теперь, полностью дезориентированный, я стаю лёгкой добычей. Что-то впивается в мои плечи, разрывая плоть. И меня резко дёргает вверх, подвешивая под потолком камеры.

Сквозь гул в звенящей голове я смутно различаю громкий щелчок. А затем какую-то трескотню, которую мой лингвистр тут же определяет, как осмысленную речь неизвестного происхождения. И сразу же запускает анализ и расшифровку, вместе с адаптивным обучением.

Мерзкая рожа палочника, которую я едва могу рассмотреть из-за багровой пелены перед глазами, кривится в гадостной гримасе. Из щелочки его рта и вылетают те самые трескучие звуки.

Судя по всему, меня пытаются допрашивать.

Что ж. Допрос это тоже хорошо. Ещё немного, и я смогу разобрать, что оно там трещит. И при должном умении допрашиваемый может получить гораздо больше информации, чем дознаватель.

Женя

− Чарпатчхе обещает показать, где держат Шоа-дара. И может там на месте отвлечь сачхисов, как она называет похитителей. Но у неё есть условие, − докладываю я Са-арду, после того как сама тщательно выспросила у своей невидимой собеседницы, как именно она может помочь и что просит взамен.

Змей старший внимает мне молча, не убирая шлема. Так что лица его я не вижу и оценить реакцию не могу.

− Какое ус-с-словие? – спрашивает ровным тоном.

− Чарпатчхе просит забрать её из этой планеты и доставить домой к её семье. Эти сачхисы похитили её вместе с несколькими низшими представителями её расы, и удерживают тут силой, заставляя сканировать для них недра, находить залежи минералов и выводить на поверхность жилы драгоценных металлов.

− Выводить на поверхнос-сть? – недоверчиво уточняет на-агар.

− Она так сказала, − пожимаю плечами. – И ещё намекнула, что её род не останется в долгу и поможет вам найти то, что вы ищете.

− Вот как? – голос Са-арда по-прежнему ничего не выражает. – Спрос-си, с-согласна ли она вступить в ментальный контакт с-с-со мной лично?

«Ты согласна?» − обращаюсь я уже к своей невидимой собеседнице, которая наверняка слышала весь наш разговор.

Собственно, наверное, именно в этом и кроется причина предельной сдержанности Са-арда. Он явно не спешит демонстрировать степень своей заинтересованности нашей предполагаемой союзнице.

«Да. Если он поклянётся, что не будет пытаться взломать мой разум», − слышу в ответ и передаю её слова на-агару.

− С-согласен. Если получу взамен такую ж-ше клятву.

На этом моя функция посредника в их переговорах практически исчерпывает себя. Дальше Са-ард договаривается с Чарпатчхе − так представилась мне моя новая невидимая знакомая − напрямую. Видимо вполне успешно, потому что вскоре я наблюдаю на экранах, как его джэт стремительно меняет курс, забирая на северо-восток от места исчезновения Шоа-дара. Беспилотники едва поспевают за ним.

− Ж-шеня с-скидываю тебе координаты, изучи локацию, − командует он мне. – Все результаты перебрас-сывай на меня.

И я поспешно ввожу полученные от него данные, направляя все сканеры корабля и сопутствующих устройств на нужную ему местность. Действую, практически не задумываясь, чтобы не сбивать вложенные в мою память алгоритмы. Как любит говорить моя мама, спроси сороконожку, как она идёт, и та запутается в своих ногах. Так и тут. Чем больше я буду задаваться вопросами, как это всё работает, тем больше начну сомневаться. Это я ещё вчера выяснила, когда готовила по на-агарским рецептам. Так что сейчас просто отпускаю себя.

Потом буду думать и исследовать свои новые возможности, сейчас на это нет времени. Сейчас я должна действовать быстро и без сомнений.

− Переводи бес-спилотники в режим энергосбереж-шения, макс-симально уменьш-шай колебания движков и с-снижай скорость, вводи следуюш-щие параметры ис-с-следования… − поступают новые команды. И мои пальцы тут же принимаются послушно порхать по мониторам.

Краем глаза я замечаю, что сам Са-ард производит со своим джэтом те же манипуляции.

Насколько я понимаю суть происходящего, мы переходим на другие частоты, практически на максимальном пределе чувствительности приборов, и делаем его минишаттл и все наши средства слежения максимально невидимыми. Судя по всему, Чарпатчхе поделилась информацией, как этого добиться.

Заданная локация ожидаемо оказывается гористой. И пока Са-ард мчится туда на убавленных оборотах, я принимаюсь тщательно изучать местность. Эти скалы явно постарше тех, которые мне уже приходилось здесь видеть. Словно спиленные временем клыки щерятся в угрожающем оскале. На экраны постепенно начинают поступать данные с оборудования нашего корабля, позволяя увидеть множество внутренних ходов глубоко в недрах этих гор. Словно это муравейник какой-то. Однако чем глубже, тем более размытым становится изображение. О чём я, конечно же, сразу докладываю Са-арду.

− Вижу парочку выходов из пещер снаружи, − сообщаю, направляя один из беспилотников ближе. – Эти отверстия не выглядят достаточно большими, чтобы в них влететь.

− Ты права. Джэт придётся оставить с-снаружи, − соглашается на-агар. – Будь внимательна, докладывай, как только засечёш-ш-шь первые искажения. И сразу убирай вс-сё оттуда.

Искажения? Он о тех помехах, которые мы наблюдали перед исчезновением Шоа-дара?

Едва успеваю об этом подумать, как по одному из экранов пробегает медленная, будто заторможенная, волна.

− Есть, аппарат Джи Ту два два шесть, − вскрикиваю, сразу уводя этот самый беспилотник в сторону и разворачивая его обратно.

− Координаты?

Я механически зачитываю нужные ему данные, параллельно тщательно следя за остальными. Вскоре волну искажений ловят ещё три дрона, и их я тоже убираю из зоны поражения, предварительно сообщив Са-арду.

− Хорош-ш-шо. С-следи за окрестностями. Я иду на пос-садку.

− Есть, капитан, − хмыкаю нервно, стараясь не думать о том, какой опасности он себя подвергает сейчас.

Где-то там, в этих неизученных пещерах неизвестные и очень опасные существа держат в плену Шоа-дара, возможно пытают его, причиняют боль. Са-ард прав, нельзя медлить.

− Будьте осторожны, − шепчу, наблюдая как он направляет джэт к небольшому плато, скрытому между насыпи песочных с красными прожилками валунов.

− Не с-сомневайся, буду, Ж-шеня, − хмыкает змей старший. – С-с этой минуты на с-связь выходи только в крайнем с-случае.

Совершив посадку, на-агар глушит все системы минишаттла, так что вскоре я теряю возможность наблюдать за ним вблизи. Зато издали, приблизив изображение одного из дронов, могу увидеть, как он покидает джэт и тот практически сразу сливается с окружающим пространством, полностью мимикрировав.

К моему удивлению, бронекостюм Са-арда тоже меняет цвет, с чёрного на коричневато-красный. И спустя секунды я уже практически не могу различить на-агара, молнией устремляющегося к ближайшему входу в пещеры.

От волнения меня снова начинает потряхивать. Пока я могла чем-то помочь и была занята делом, пока ощущала себя полезной, мне было гораздо легче. А теперь мне остаётся только ждать, посматривая что творится на поверхности.

Время течёт как резиновое. Медленно. Растягивая каждую минуту до изматывающей вечности.

Неизвестность доводит до изнеможения. Мне безумно хочется узнать, что там, в этих пещерах, сейчас происходит. Сумел ли Са-ард обойти все ловушки и прорваться к брату?

«Я могу показать», − внезапно раздаётся в моей голове голос Чарпатчхе.

«Правда?» − вскидываюсь я.

«То что могу видеть сама и глазами своих низших, − уточняет она. – Если для тебя это так важно».

«Очень важно», − уверяю.

«Тогда позволь мне. И смотри».