Глава 9

Секунды превращаются в вечность, пока я жду ответа.

− А с-с-сейчас мы в чужой, − слегка прищурившись, сообщает Са-ард. Окончательно оглушая и выбивая почву из-под ног... образно говоря, конечно. Но я бы вряд ли устояла на ногах, если бы не сидела.

− Так этот ваш переход, это был переход в другую вселенную? – сипло выдыхаю. А я-то думала… Теперь понятно, почему меня чуть не развеяло, вырвав душу из тела.

Божечки, всё ещё хуже, чем я думала.

− Да, − в серебристых глазах вспыхивает исследовательский интерес. – И, к с-слову. Ты была в с-сознании во время перехода? Если деактивация на тебя не воздейс-с-ствует, что ты ош-щущала?

− Это было страшно, − шепчу, обнимая себя за плечи. – Меня будто выдернуло из этого тела, я даже видела его со стороны. И откуда-то поняла, что если не вернусь, то меня просто не станет.

− Я так понимаю, тебе удалос-с-сь вернуться, − констатирует очевидный факт Шоа-дар, нахмурившись. Даже подаётся ко мне ближе, ловя каждое слово.

Я в ответ потерянно киваю.

− А насчёт деактивации… − хмыкаю угрюмо. Бросаю взгляд на змея старшего: – Она перестала на меня воздействовать после того, как вы вынесли мне сознание своим жутким взглядом, тогда, в этой комнате. Мне было настолько больно, что я буквально отключилась и некоторое время… отсутствовала. И не знаю, что происходило с Эйши.

− Хм. Теперь понятно, почему я тогда не с-с-смог выявить наличие у тебя с-с-сознания, − задумчиво тянет Са-ард. – Оно попрос-с-сту отс-сутствовало. Ты рассказываеш-шь весьма занятные веш-щи. Я бы хотел услыш-шать максимально подробный рас-с-сказ о том, как ты ощуш-щала себя и что предпринимала с-с того момента, как очнулась в этом теле. Но это позже, когда мы займёмся ис-с-следованием природы твоего с-с-случая и поиском причин. У тебя еш-щё есть какие-то вопросы?

− Да. Самый важный для меня. Вы, правда, поможете мне вернуться в родное тело? Мы ведь вернёмся в родную Вселенную? − с надеждой смотрю на них по очереди.

Я помню, что мне вроде как обещали просто сказать, возможно ли это. Но я должна попытаться добиться большего. Других вариантов у меня сейчас нет. Если они мне не помогут, я даже не представляю что делать.

− Помож-шем. Ведь так, брат? – выразительно смотрит на Са-арда Шоа-дар.

Хм. Что он задумал? Обещание очень радует. Но чувствуется недосказанность какая-то. Может с меня какую-то непомерную плату потом стребуют?

− Так, − хмыкает змей старший, обжигая меня странным, предвкушающим взглядом и тем самым лишь подтверждая мои опасения. – Наш-ша мис-с-сия будет длиться с-сорок стандартных суток. По исходу которых мы должны будем вернутьс-ся в ту ж-ше точку координат, в которую прибыли, и для нас-с снова будет открыт переход. Раньш-ше вернуться невозможно. Как только мы отчитаемся по результатам нашей экс-с-спедиции, у нас появится время заняться твоей проблемой.

Сорок суток. Это звучит, как «целая вечность», когда вопрос касается жизни и смерти.

− Каковы ш-ш-шансы, что твоё настоящее тело всё еш-щё живо и его жизнедеятельность будут обес-с-спечивать всё это время? – интересуется Са-ард, правильно истолковав мой испуганный взгляд.

− Я не знаю, − закусываю губу. – Меня ударила молния. Посреди пустынной дороги. И я понятия не имею, как сильно пострадала и что с моим телом случилось потом. Но если я жива, моя мама сделает всё возможное, чтобы жизнь мне сохранили.

− А ты с-с-сама что чувствуешь? Ты ж-шива? – настойчиво смотрит он мне в глаза.

Так будто для него это действительно важно.

− Мне кажется, что да. Я не могу поверить в обратное. Но только это же не доказательство, − вздыхаю.

− Как с-сказать, − мужские губы изгибаются в кривой усмешке. − Той, чьё ментальное тело нас-с-столько с-сильно, что смогло перенестись через прос-странство и подчинить себе бездуш-шную куклу, стоит прислуш-шиваться к своему чутью.

Он действительно так думает?

− Спасибо. Я буду держаться за эту мысль, − киваю благодарно. Смотрю на него, потом на Шоа-дара. – Вы обещали, что расскажете мне, что такое биосинтезоид. Почему я ощущаю это тело таким… настоящим, живым?

− Потому что оно ж-шивое, − хмыкает змей младший. – Биос-синтезоид это живой организм, синтезированный и выраш-ш-щенный искусственно. Ж-шивые ткани, органы, нервная с-система... Если не с-с-считать некоторых нюансов, он функционирует практически, как настояш-щий. Только вся его физиология регулируется залож-шенными программами. Ну а ты, с-с-судя по всему, каким-то невероятным образом перехватила контроль над мозговой деятельностью и тем с-с-самым смогла вытеснить программу.

− Ясно, − киваю, хотя на самом деле до полной ясности мне ещё очень далеко. Но тут бы уже полученную информацию переварить. – Жаль только, что я не могу пользоваться знаниями Эйши. Если, конечно, не считать языка и того, что некоторые вещи мне удаётся делать, положившись на программы моего тела.

− Например? – склоняет голову набок Шоа-дар.

− Например ловко убегать, − хмыкаю. − Настоящая я далеко не такая ловкая, сильная и быстрая. Но вот не уверена, что смогу теперь, например, готовить еду. Ваши продукты мне совершенно незнакомы. Как и технологии.

− А ты хочеш-шь готовить нам еду? – с одобрением в голосе интересуется Са-ард.

− Я не люблю быть в долгу. Это ваш корабль, я принесла вам лишние хлопоты. Ещё и помощь у вас выпросила. Думаю, будет справедливо, если пребывая здесь, я возьму на себя какие-то посильные для меня обязанности. Приготовление пищи, это первое, что мне пришло в голову. Я неплохо это умела… в настоящей жизни. Но могу выполнять и другую работу. Убирать, например. Или помочь вам в вашей миссии, если это возможно. Я готова работать и приносить пользу.

− Хм. Такая с-с-сознательность приятно впечатляет, − Са-ард как-то незаметно меняет положение и садится ровнее, отчего я снова вдруг оказываюсь в его объятиях. – Думаю, проблему с твоим дос-с-ступом к памяти биос-синтезоида можно как-то реш-шить. Я попробую тебе помочь в этом. И у тебя дейс-ствительно появятся некоторые обязанности на корабле. В том числе готовка. Но это будет не главное.

− А что же будет главным? – интересуюсь настороженно, чувствуя его дыхание на своей шее. Ещё и хвост вокруг меня начинает двигаться, сжимая свои кольца.

− А ты как думаеш-ш-шь? – вкрадчиво спрашивает змей старший, сжимая руки на моих плечах.

А Шоа-дар неожиданно плавно, словно жидкий метал, стекает со своего кресла и скользит в нашу сторону.

Ой, что это они задумали? На что намекают?

− Я не буду вашей игрушкой! – вспыхнув, пытаюсь вырваться из захвата Са-арда. Но в результате лишь оказываюсь скована по рукам и ногам его телом.

− Не игруш-ш-кой, Ж-шеня, − усмехается змей младший, надвигаясь на меня, заставляя невольно вжаться в Са-арда ещё сильнее. – Наш-шей общей женш-щиной. Той, которая будет дарить удовольствие нам и получать много удовольствия от нас-с-с. Тебе же понравилос-сь с-со мной, я знаю. Можеш-шь сколько угодно говорить, что это вс-сё тело виновато, но тебе нравилось ош-щущать то, что ты ощущала.

− Нет, − мотаю головой.

− Да. Ты ведь могла уж-ше тогда сказать мне «нет». Но не с-с-сказала. Потому что тебе было хорош-шо в моих руках. И в руках Са-арда тож-ше, − урчит ласково Шоа-дар и, взяв моё лицо в ладони, смотрит в глаза. – Подумай с-с-сама. С-с-сорок суток с-с-с нами на корабле. Мы хотим тебя, а твоё тело настроено на нас-с-с. Зачем отказывать нам и себе? Ты уж-ше была один раз моей. Я уже был в тебе. К чему эти игры в недотрогу?

Этот шёпот как гипноз. Я будто погружаюсь в тёплую патоку, тело плавится, разум тоже. Будто снова ощущаю его мощные толчки внутри меня, задыхаясь от наслаждения. Плыву на волнах чувственного желания. Он ведь прав, наверное. Наверное, я действительно хотела, если смогла так остро насладиться процессом. Каждым их прикосновением. Каждым движением. Даже убедила себя, что всё это сон, лишь бы оправдать своё бездействие. Я ни секунды не сопротивлялась, пока не получила удовольствие. И сейчас мой отказ действительно выглядит слегка лицемерным. Зачем сопротивляться…

На губах Шоа-дара на миг мелькает торжествующая улыбка, и он сминает мои губы своими, сразу врываясь в рот гибким языком. Тихо застонав, я просто подчиняюсь его воле. Руки Са-арда сжимают мою грудь. Его хвост вклинивается мне между ног, раздвигая их. Сознание плывёт окончательно, я будто в тумане…

Но что-то царапает меня на задворках путаных мыслей. Какая-то неправильность. Даже тогда, в пищевом отсеке, я ощущала себя… более собой, чем сейчас. Я будто в трансе каком-то.

Эта мысль словно ушат ледяной воды, мгновенно приводит меня в чувство, выдёргивая из сладкого дурмана.

− Нет! Прекратите! – отталкиваю я Шоа-дара.

И у меня это даже получается. Видимо потому, что он просто не ожидал сопротивления. Как и Са-ард. Не знаю, каким чудом, но мне удаётся выскользнуть из рук змея старшего и кубарем скатиться с его хвоста, слегка проехавшись по нему.

Правда, на-агары быстро приходят в себя. И стоит мне посмотреть в сторону двери, как передо мной молнией возникает змей младший, преграждая путь.

− Даже не думай, Ж-шеня, − хвостом обвивает мою талию Са-ард, не позволяя и шагу ступить. Но я бежать и не собиралась. Какой в этом смысл? Всё равно найдут и поймают. Нужно как-то по-другому отстаивать свои границы.

− Что вы со мной сделали? – негодующе смотрю я в серебристые глаза Шоа-дара, чувствуя, как закипает внутри обида и настоящая злость. − Все эти мысли… это ведь не моё. Вы проникли в мой разум!

− Твоё, малыш-ш-шка, твоё. Я вс-сего лиш-шь выташ-щил наружу твои собственные с-с-сомнения, − снова приближается он ко мне.

Вот гад!

− Это подло и некрасиво! – цежу злобно. А я-то думала, что с этим хвостатым мне будет намного проще найти общий язык.

− Подло, значит? – вспыхивает гнев в его глазах. Красивые губы возмущённо кривятся, обнажая острые клыки.

− А как это ещё назвать? Для вас нормально добиваться согласия женщины с помощью манипуляции и принуждения?

− Ты первая, чьего с-с-согласия мне приходится добиватьс-с-ся, дерзкая наш-ша куколка! – чеканит не мене зло Шоа-дар.

Ну да, конечно. И как я сама не догадалась, что перед таким обаятельным красавчиком все женщины, должны буквально стелиться, выпрашивая его внимания.

− Ну извините, что не вписалась в ваши стандарты, − неприязненно сужаю глаза. − Я не виновата, что меня притянуло в эту куклу. Я не хотела причинять вам неудобства и лишать развлечения во время вашей экспедиции. Но и позволять вам пользовать это тело, как вздумается, пока я нахожусь в нём и ощущаю его своим, тоже никак не могу. Пусть это тело для вас всего лишь бесправная вещь, которую вы купили, но я тут, в нём, и вещью себя точно не считаю и не ощущаю. А ещё я никому не давала права использовать мою внешность для создания сексуальной игрушки. И в свой разум лично вас, Шоа-дар, не пускала. И не соглашалась на какое-либо воздействие, − с каждым словом я распаляюсь всё сильнее, а лицо Шоа-дара вытягивается всё больше. Так что я не могу удержаться и в конце концов добавляю мстительно: − Знаете, после таких вот беспринципных манипуляций, я теперь вообще не знаю, как можно согласиться стать вашей женщиной. Это же потом придётся постоянно думать – сама я вас захотела, или это вы мне внушили. Вам ведь всё равно, как оказалось.

Мы так и застываем друг напротив друга. Я и нависший надо мной разъярённый, или уже пожалуй, ошарашенный, на-агар.

А позади меня вдруг раздаётся шипящий смех.

− Пож-шалуй, это будет даже интерес-с-сней, чем я думал, − насмешливо тянет Са-ард. − Ты мне нравиш-шься, земная девочка Ж-шеня. Первый раз виж-шу, чтобы моего брата так ш-щёлкнула по носу ос-с-соба женского пола. Я теперь даже готов прос-с-стить тебе до поры до времени то, что остался неудовлетворённым вчера. И знаеш-ш-шь, я готов немного потерпеть и добиться, чтобы ты с-с-сама меня захотела.

И с этими словами он попросту поднимает меня хвостом за талию и как куклу усаживает обратно туда, где я и сидела до этого. К себе на руки. Ещё и обнимает для надёжности, обхватив рукой и тесно прижав к своей груди.

Трепыхнувшись в его объятиях и поняв, что это мне ровным счётом ничего не даст, я обречённо вздыхаю.

− Могу я сесть отдельно? – спрашиваю ровным тоном. – Так я лучше смогу сосредоточиться на нашем разговоре.

− Не можеш-ш-шь. Мне нравится держать тебя в с-с-своих руках, − хмыкает Са-ард. Снова я ощущаю его дыхание на своей макушке. Его руки оглаживают мои плечи, проводят по груди. – Всё это куплено мною для моего удовольствия, Ж-шеня. Хоть твоё присутс-с-ствие в моём биосинтезоиде и меняет с-с-ситуацию довольно ош-щутимо, но не отменяет тот факт, что вс-с-сё-таки это тело принадлеж-шит мне, и я могу с полным правом трогать его, когда мне вздумается. Или ты нам и в прикос-с-сновениях откажеш-шь?

Теперь в его голосе откровенно слышится предупреждение, явно давая понять, что я близка к тому, чтобы перегнуть палку. Мол: «Я иду тебе на уступки, но не забывай, кто тут хозяин положения». Против такого аргумента сильно не попрёшь. Приходится смириться. И в который раз напомнить себе, что тело действительно не моё. Так что, как-то потерплю я прикосновения, если дальше них дело не пойдёт.

Смирившись с этой мыслью, я позволяю себе расслабиться в его руках.

Видя мою покладистость, Са-ард удовлетворённо хмыкает.

− Что ж-ш, вопрос с-с-с твоими главными обязаннос-с-стями пока отложим. Чтобы у тебя было время привыкнуть к нам и добровольно с-согласиться на роль наш-шей женщины. Ни мне, ни брату не с-с-свойственно принуждать с-с-самочек, − тем временем продолжает змей старший, заставив внутренне вскинуться на последнем слове.

И в этот миг я встречаюсь глазами с прищуренным взглядом Шоа-дара. Вскидываю выразительно брови.

− Физически, или ментально? – не выдержав, интересуюсь я. И глаза змея младшего снова гневно вспыхивают.

− Если бы я дейс-с-ствительно захотел тебя ментально принудить, крош-ш-шка, ты бы уже вовс-сю прыгала на моём члене, умоляла о больш-ш-шем и даже не подозревала, что проис-с-сходит что-то неправильное с твоей точки зрения, − мрачно цедит Шоа-дар.

− Тогда что ты со мной сделал? – не менее гневно сужаю я глаза, незаметно для себя переходя на «ты».

− Акцентировал твоё внимание на том ракурсе вос-с-сприятия, который избавил тебя от с-с-сомнений. Помог вс-спомнить пережитые тобою ош-щущения. Это даже на внуш-шение не тянет. Всего лиш-шь лёгкая манипуляция твоими с-с-собственными мыс-слями, не более. Инс-стинктивное желание расслабить желанную самку, чтобы заняться с ней очень приятным с-с-сексом.

− И тем не менее это манипуляция, − упрямо поджимаю губы, возмущённо поёжившись от этого объяснения. Снова меня самкой называют. Самцы хвостатые.

От полного понимания, в какой опасной ситуации я нахожусь, меня даже мороз пробирает. Если они действительно способны так сильно влиять на мой разум, то что тогда их удержит от этого?

− А твоя попытка с-сыграть на моём мужском с-с-самолюбии разве не манипуляция? – неожиданно возвращает мне удар Шоа-дар. Усмехается снисходительно, демонстрируя острые клыки: – Довольно умелая, долж-шен признать. Не только брату захотелос-сь получить твоё добровольное с-согласие. Но суть ведь от этого не меняется, да, Ж-шеня? Впрочем, я признаю и то, что ты достаточно с-сильно меня заинтересовала. Так что я, пож-шалуй, могу позволить тебе нас-с-сладиться победой с-сегодня. Брат прав, мы вернёмся к этому вопрос-су позже. С-са-ард, если ты не возражаешь, я вернусь к с-с-своей работе. Хочу закончить с ремонтом до выс-с-садки.

И он, наградив меня ещё одним, обжигающим, даже насмешливым, взглядом, ускользает прочь из комнаты. Оставляя меня ошарашенно хлопать глазами и ловить воздух ртом. Вот как так получилось, что манипуляторшей вдруг оказалась я… хотя, стоит признать, некая доля истины в его словах действительно есть. Я действительно сыграла на их мужском самолюбии. Вот только это же ни в какое сравнение не идёт с тем, что сделал он.

Чёрт. С этими хвостатыми видимо придётся постоянно быть начеку. Их игры для меня слишком... опасны.

− А эта высадка… где вы собираетесь высаживаться? И когда? – прокашлявшись, осторожно интересуюсь я у Са-арда, меняя тему.

− На одной небольш-шой и необитаемой планете. Через нес-сколько часов, − лаконично отвечает он. Зарывшись рукой в мои волосы, оттягивает голову так, чтобы посмотреть в лицо: – Надеюс-сь, ты не планируеш-шь сбежать с корабля?

− В чужой Вселенной, на необитаемую планету с неизвестно какими условиями? Нет, я не настолько дура.

− Нет, ты не дура, − усмехается змей, рассматривая меня с каким-то очень странным выражением. И почему-то его взгляд то и дело останавливается на моих губах, отчего те уже откровенно начинают пылать.

− Вы говорили, что поможете мне получить доступ до памяти биосинтезоида. А можно это сделать сейчас? Я бы тогда занялась чем-то полезным, пока вы будете готовиться к высадке, − пытаюсь отвлечь его внимание.

− Нет. Это займёт время, а с-с-сейчас оно у меня практически уж-ше закончилос-сь. Поэтому тебе придётся потерпеть, − сообщает он мне, продолжая удерживать голову. При этом я чувствую, как его большое полузмеиное тело начинает двигаться подо мной, меняя положение.

− Э-э-м, ладно. Тогда я сама попробую что-то «вспомнить». Пойду, наверное в пищевой отсек и попробую что-нибудь приготовить. Как пользоваться некоторыми приборами, я уже запомнила, − сообщаю с преувеличенным энтузиазмом, ощущая, как меня начинают внаглую наклонять вниз, укладывая на спину.

Удобно этим на-агарам озабоченным. Они свои собственные длинющие хвосты в качестве переносной мебели могут использовать. Где захотели, там и завалили несчастную жертву.

− Сейчас пойдёш-ш-шь, − вкрадчиво обещает Са-ард, склоняясь надо мной.

Снова трепыхнувшись, я добиваюсь лишь того, что он ещё и наваливается на меня, чтобы не сбежала. А потом, не успеваю я даже мяукнуть протестующе, как мои губы сминают жёстким собственническим поцелуем. Царапая кожу острыми клыками, толкаясь мне в рот своим длинным языком, змей целует с такой пылкой жадностью, что голова кругом идёт. А озабоченно-запрограммированное тело радо стараться, отвечая на его страсть. Руки сами обнимают змея за шею, зарываясь в длинные волосы, заплетённые в замысловатую косу. Спина изгибается, а грудь прижимается к его каменной грудной клетке. Возбуждение неотвратимо туманит разум. Если так дальше пойдёт, не знаю, сколько я продержусь.

− С-с-сладкая. Хотел бы я попробовать тебя настояш-щую, − урчит возбуждённо Са-ард, прикусив напоследок мою губу. Отстраняется неспешно, окидывая меня, распростёртую на его хвосте, красноречиво пылающим взглядом.

И впервые у меня мелькает мысль, что так легко согласившись помочь мне, они рассчитывают получить от меня что-то значительно большее, чем могут получить сейчас. И я понятия не имею, как быть с этой догадкой. Ведь другого выхода у меня нет. Помощи больше неоткуда ждать.

− Можно я пойду? – прошу тихо, поняв уже, что мне не вырваться от этого хищника, пока он сам не отпустит.

− Иди, − криво усмехается на-агар, освобождая меня наконец.

Дважды повторять мне не нужно. Скатившись снова с колец его хвоста, я устремляюсь к двери не оглядываясь. Каждой клеточкой своего тела ощущая его тяжёлый властный взгляд.