Глава 15. Игры для взрослых

Марина

Идти было не слишком удобно. И, кажется, я пару-тройку раз сбивалась с шага и наступала наместнику на пятки.

Наверное, поэтому мы одновременно с облегчением выдохнули сразу же, как только очутились перед дверью.

Я убрала руки с глаз Элроя, позволив ему увидеть, куда мы пришли. Глядя его удивлённое лицо, было чертовски приятно ощутить себя хозяйкой положения даже ненадолго.

Пока двуликий приходил в себя после сюрприза, я достала из-за пазухи ключ-карту. Мысленно поблагодарив Киннока, открыла дверь и потянула Элроя внутрь.

— Честно говоря, я был уверен, что твой энтузиазм доведёт нас разве что до спальни. — Двуликий толкнул дверь. Она хлопнула, автоматически закрывшись на электронный замок. — Признаю, ты удивила меня, приведя в эту комнату. Надеюсь, ты знаешь, для чего она.

— Знаю. — Я не стала говорить, что уже была здесь. Очень скоро Элрой и сам должен был понять это. — Ты, правда, оборудовал её для ролевых игр с Хлоей?

— Значит, ты была здесь. — Двуликий не спрашивал. Он, скорее, делал вывод.

— Да, — не стала я скрывать от него правду. — Только, пожалуйста, не наказывай Киннока за то, что он рассказал мне.

— Хорошо. Не буду, — почему-то усмехнулся Элрой. — Я даже рад, что ты знаешь.

Мы с двуликим так и стояли неподалёку от двери, не решаясь пройти дальше, вглубь комнаты. Элрой смотрел на меня, а я на него. Он ждал от меня чего-то, а я… Мне необходимо было совсем немного времени, чтобы настроиться на продолжение.

— А ты уже приходил сюда с кем-нибудь? — спросила я, чтобы хоть как-то отдалить момент неизбежного.

— Ни разу. Когда комнату закончили, Хлои уже не было. Я тогда был ещё слишком молод. Мне не хватило силы и смелости даже на то, чтобы прийти и принять работу. За меня это сделал Киннок.

— Хм… — Я удивлённо посмотрела на наместника. — Вот уж не подумала бы.

Его ответ вызвал у меня некоторые подозрения. Я пока ещё не совсем понимала, кого и в чём именно подозревала. Зато точно помнила, как Киннок сказал, что не знает, что конкретно находилось в комнате, потому что ему запрещено заходить сюда

И вот тут у меня возникали вопросы.

Как тогда он принимал работу? И почему Элрой, для которого Хлоя была по сути чужой, не нашёл в себе сил зайти в комнату? В то время как Киннок, брат Хлои, смог? Неужели сестра была ему настолько безразлична?

Я качнула головой, отбрасывая лишние мысли.

Ну же, Марина, не отвлекайся! Ты ведь пришла сюда не о Хлое думать, а о себе. Давай, действуй! Доведи этого высокородного кошака до экстаза. Чтобы и думать забыл о том, как делить тебя с кем-то…

Я решительно шагнула к Элрою и, остановившись перед ним, провела пальцами по его губам.

— Я считаю тебя сильным и смелым. И, кажется, ты…. нравишься мне.

Одним движением я распустила узел на груди. Простыня упала к ногам, а я, переступив через неё, взяла двуликого за руку и подвела к кровати.

Элрой не сводил с меня глаз, казавшихся сейчас тёмно-синими от бушевавшего в них желания.

Двуликий позволял моим пальцам скользить по его груди. Позволял расстёгивать одну за другой пуговицы на его рубашке. Но отчего-то не позволял себе дотронуться до меня.

А мне сейчас как назло так отчаянно, до обидного хотелось, чтобы он дотронулся…

— Скажи, Марина, зачем мы здесь? — вдруг спросил Элрой тихо. — Чего ты на самом деле от меня хочешь?

Мои пальцы как раз справились с последней пуговицей на рубашке двуликого, коснулись пряжки ремня и замерли.

— Я хочу принадлежать сегодня зверю…

Элрой наклонился ко мне и, опаляя губы дыханием, медленно проговорил:

— Тогда сделай так, чтобы он поверил тебе и тоже этого захотел.

Я моргнула.

Что ж, значит, придётся постараться.

Подтолкнув двуликого вплотную к кровати, усадила его, а сама опустилась перед ним на колени.

Первым делом избавила Элроя от обуви, а затем и от рубашки. Оперлась ладонями о его ноги, привстала и быстро чмокнула в губы. Толкнув, повалила на кровать.

Элрой даже не пытался сопротивляться. Только смотрел на меня с любопытством. И ждал. Будто испытывал, насколько далеко осмелится зайти его савари.

Продолжая стоять на коленях, я неторопливо расстегнула ремень, справилась с молнией на брюках и просунула руку под бельё. Чуть сжала вокруг члена кольцо пальцев и заскользила вверх и вниз. С каждым движением руки всё сильнее чувствуя, как он утолщается и твердеет.

Не так давно у меня уже возникало ощущение, что мы с двуликим связаны какой-то незримой магической связью. И сейчас я как будто снова оказалась под её влиянием.

Мой собственный организм откликнулся на растущее возбуждение Элроя. Низ живота и грудь мгновенно налились тяжестью.

Прежде чем доставить удовольствие «хозяину», я собиралась хорошенько его помучить.

Однако ожидание сделалось вдруг невыносимым.

Мне безумно захотелось избавиться от возникшей тяжести. А вместо неё я хотела почувствовать горячую, освобождающую наполненность нашего с Элроем единения.

Вцепившись в пояс брюк, я как могла старалась снять их с двуликого, но безуспешно. К счастью, он очень быстро разгадал моё желание и молча приподнялся, позволяя окончательно раздеть себя.

Грациозно встав с пола и с благодарностью заглядывая Элрою в глаза, я перекинула ногу через его бёдра и устроилась верхом.

Двуликий выдохнул рвано и попытался подняться, но я толчком уложила его обратно. Оперлась ладонями о вздымающуюся от возбуждённого дыхания грудь, чуть приподнялась на согнутых коленях и снова опустилась, позволяя Элрою войти в меня ещё глубже.

Запрокинув голову, прикусила нижнюю губу, сдерживая стон.

Мне понравилось быть «сверху». В прямом и переносном смысле. Самой контролировать ситуацию и действия — меня заводила такая власть над двуликим. Хоть я и понимала, что она иллюзорна.

Некоторое время Элрой просто лежал, заложив руки за голову и довольствуясь тем, что я давала.

Однако его терпения лопнуло очень скоро.

Он протянул руки к моим грудям и смял их тёплыми ладонями.

— Малышка… Ты не похожа на Хлою. Ни на кого…

Я наклонилась и закрыла ему рот поцелуем. Недолгим, но приятным.

Чувствовать мягкое тепло его губ под своими губами, ласкать их языком и самой решать, завладеет ли его язык моим ртом — это было приятно.

Я хотела бы продлить поцелуй. Я вообще могла бы целоваться с ним вечно. Но поняла, что слегка заигралась. Наступила пора вернуть власть наместнику.

Разорвав слияние наших губ, поймала разочарованный вздох Элроя.

— Марина…

— Можно? Попросить тебя? Кое о чём? — Продолжая восседать верхом на двуликом, я ускорила движения, и дыхание тотчас сбилось.

— О чём угодно. — Элрой поддерживал меня за попу, впиваясь пальцами в ягодицы.

Взгляд двуликого скользил по моему лицу, опалял жаром и пробирался под кожу, растекаясь по всему телу.

Я почти с нежностью погладила Элроя ладонью по щеке, провела кончиками пальцев по его ушам и шёпотом повторила:

— Хочу принадлежать зверю.

Элрой хищно оскалился в улыбке.

— Ты уже принадлежишь.

Зрачок двуликого начал вытягиваться в вертикальную черту, а синева радужки медленно окрашивалась в золото. Уши прямо под моими пальцами затрепетали, удлиняясь, а полосатая щетина на щеках, пробивавшаяся из-под кожи, защекотала ладонь.

— Да, принадлежу, — произнесла я, как и в первый раз заворожённая зрелищем превращения Элроя.

Протянув руку, я дотронулась до одного из столбиков в изголовье кровати.

Раздался знакомый тихий щелчок, и зеркала пришли в движение, полностью преображая комнату. Стены, пол, потолок — всё изменилось.

Я по-прежнему восседала на Элрое. Только теперь не на кровати, а на шкуре какого-то животного, расстеленной на полу комнаты, больше напоминавшей тюремную камеру…

В тот день, когда Киннок отдал мне ключ-карту от этой комнаты, я не сразу поняла её предназначение. И только случайно коснувшись столбика в изголовье кровати, разгадала секрет.

То, что я приняла за зеркала, на самом деле было проекторами виртуальной реальности.

Голова змейки в изголовье позволяла переключать разные режимы, превращая комнату в определённую локацию. Всего таких локаций было около пятидесяти.

Та, которую я выбрала для секса с двуликим, превращала комнату для ролевых игр в комнату для наказаний в доме инопланетного захватчика. Я находилась здесь в роли пленницы. А моим захватчиком был высший ке-тари Элрой Керташ…

Поёрзав верхом на нём, я прошептала:

— Эл, возьми меня. Как никогда не брал ни одну женщину.

— Марина… — Он вдруг взмахнул рукой, и из его ладоней вверх взмыли те самые огненные змейки с крыльями.

Совершив кульбит под потолком, они стремительно ринулись вниз, прямо на меня. На ходу впились в оба мои запястья, оборачиваясь вокруг них, и рванули меня вверх.

Я даже вскрикнуть не успела, когда крылатые змейки оторвали меня от Элроя и подняли в воздух, в точности как в кабинете двуликого. Они швырнули меня назад и, неожиданно приняв вид цепей, прочно приковали к стене.

Элрой встал, не спеша приблизился ко мне и, пройдясь губами по шее, предупредил хрипло:

— Если увлекусь, останови меня.

Я кивнула, весьма слабо представляя, как это будет выглядеть на практике.

Двуликий шагнул ближе, просунул ладонь между моих сведённых и поцеловал куда-то чуть ниже уха.

— Ты такая нежная… — Его губы оставили ещё один поцелуй, а в меня скользнул палец. — Такая горячая… — Поцелуй сместился вперёд и обжёг шею, а палец оставил после себя пустоту. — И такая мокрая…

Элрой едва успел подхватить меня и приподнять, а я уже сама со стоном обвила его ногами. Стоило почувствовать, как он вошёл в меня, и тело содрогнулось от судороги, ответив первым оргазмом.

Не дав мне даже опомниться, двуликий задвигаться яростными толчками. Словно хотел пригвоздить к стене или выбить из меня душу.

Я только увидела, как из его руки взвилась вверх и спикировала прямо на меня третья крылатая змейка. Она огненной лентой легла на мою шею и сдавила горло.

— Твою ма-ать!.. — прохрипела я, понимая всю свою беспомощность. Мои руки были скованы, и не было возможности освободиться.

Чем сильнее я сопротивлялась, тем сильнее душила меня змейка. Тем меньше воздуха оставалось в лёгких.

Я захрипела, чувствуя, как моё сознание уплывает в темноту.

И только каждый новый рывок Элроя во мне снова и снова приводил в чувства.

Это было на грани с жестокостью.

По-звериному.

Это было грубо.

И больно.

Но теперь я знала: боль, действительно, может приносить удовольствие.

Я дёрнулась, сама насаживаясь на член. И в преддверии второй волны накатившего оргазма заорала:

— О, боже!.. Только не останавливайся! Или я тебя при…

Только после уже поняла, что могу дышать.

Элрой выскользнул из меня, оставив биться в сладких судорогах.

А потом я ощутила, как падаю с высоты — огненные крылатые змейки-цепи больше не держали. Я без сил упала в объятия двуликого.

Он куда-то нёс меня. Я и не задумывалась о том, куда. Мне было всё равно. Лишь бы чувствовать его руки. Лишь бы согреваться в огне его глаз.

Я упустила момент, когда Элрой выключил проекторы виртуальной реальности, и спальня для игр вернулась к своему первоначальному виду.

— Не хочу, чтобы ты останавливался, — простонала я с мольбой в голосе и провела кончиками пальцев по рыжим полоскам на щеке Элроя.

Двуликий уронил меня на кровать, навис надо мной и, сцепив в замок наши руки, поднял их над моей головой.

— А я не хочу, чтобы ты была пленницей зверя, — произнёс он хриплым шёпотом, перед тем как снова овладеть мной.

На этот раз он брал меня осторожно и неторопливо. Будто боялся поранить.

И всё равно каждый его толчок проходил сквозь тело ударом тока. Приближал меня к новой разрядке.

Элрой покрывал моё тело поцелуями и сводил с ума ласками. И только когда мы с двуликим вдвоём подошли совсем близко к финальной черте, он ускорился.

— О, да! О, да… — Я кричала до хрипоты, срывая голос. — Да-а…

Я извивалась под Элроем, сгорая в огне охватившей нас страсти.

И я думала, что задохнусь от счастья, когда двуликий, теряя над собой контроль и кусая мои губы, наконец, зарычал:

— Мар-рина…

От такого как прозвучало моё имя на его губах, в животе взорвался фейерверк. Целый сноп горячих искр взмыл ввысь, вознося меня на самый пик страсти и оттуда, с вершины роняя в океан неземного блаженства.

В этот момент больше всего на свете хотелось рассказать Элрою, как хорошо мне сейчас. Здесь. Только с ним одним…

Но я могла лишь хрипеть, беспомощно цепляясь то за покрывало, то за руки двуликого.

Расплавленные искры фейерверка дождём стекали в низ живота, на время унося меня из реальности.

Первое, что я увидела, когда пришла в себя, яркую синеву глаз Элроя. И загадочную улыбку на его губах.

— Почему ты так на меня смотришь? — не выдержала я и смущённо уткнулась носом в его плечо.

А этот двуликий, полосатый повелитель крылатых змей… вдруг засмеялся.

— Что-о? — вскинулась я, подозрительно щурясь на довольную физиономию наместника. Сейчас он как будто помолодел лет на двадцать. И мало чем напоминал того жёсткого правителя, которым я увидела его впервые. — А ну-ка, признавайся, Элрой Керташ, чего ты ржёшь?

Он захохотал ещё громче и, положив руку на моё бедро, принялся поглаживать. От этой невинной ласки под кожу вновь поползли тонкие ниточки тока.

— Э-эл. — Я очень старалась выглядеть максимально грозной и даже легонько шлёпнула двуликого по шаловливой ручонке.

— Да я тут подумал… Нужно было не ждать, когда ситуация с тобой едва не выйдет из-под контроля, — в конце концов, отсмеявшись, выдал Элрой. — Нужно было сразу сказать учителю, чтобы толкнул тебя на этот путь.

— Что?! — От негодования я даже вскочила. Уставилась на Элроя, пытаясь осмыслить то, что он сейчас сказал. — Ты… Ты подстроил это всё? Ты знал, что я пойду к учителю с вопросами о тебе? Да ты… да ты гад! Извращенец! Манипулятор! Вот ты кто!

Я начала беспорядочно лупить двуликого по плечам и по груди.

— Признай, наконец, мои манипуляции тебя заводят.

Он снова засмеялся. Поймал обе мои руки, сковав пальцами вокруг запястий. И по очереди поднёс их к губам, оставив на каждой ладони по поцелую.

А я вновь, дёрнулась, пытаясь стукнуть двуликого.

— Ну, всё, Марина. Всё, хватит. Мне щекотно.

Элрой отпустил мои руки, и я затихла, застыв рядом с ним на коленях. Только сейчас до меня дошло…

— Чё-ёрт, какая же я бестолочь! — Я закрыла лицо руками и со стоном рухнула на кровать. — Ну, конечно, мне нужно было догадаться. Когда мы с Кинноком пришли к двери этой комнаты, ключ от неё уже лежал в кармане учителя. Значит, он приготовил его заранее. Откуда ему было знать, что я спрошу…

Ладони двуликого скользнули по моей спине вниз и огладили ягодицы.

— А ты не так безнадёжна, если всё-таки догадалась. — Элрой откинул волосы с моей шеи и оставил на коже влажное, горячее клеймо поцелуя. — Запомни, малышка. В этом доме всё происходит только с моего ведома. Исключительно по моему желанию. И если я захочу, чтобы ты пришла ко мне и умоляла о сексе, так и будет.

— Неужели? — Я приподняла голову, щурясь и едва сдерживаясь, чтобы не треснуть самоуверенного нахала. На этот раз хотя бы подушкой…

— Поверь. — Двуликий провёл губами по моему обнажённому плечу и уже привычно легонько прикусил его. — А теперь отдыхай, Марина. И дай отдохнуть мне.

— Иначе ты меня накажешь, — подсказала я ему единственный возможный вариант развития событий.

— Иначе я возьму тебя снова. И продолжу брать до тех пор, пока будешь способна шевелиться. — Он перекатился на спину и закрыл глаза. — Так что лучше спи.

— Вот так всегда, — закатила я глаза. И, перевернувшись, улеглась под боком у Элроя. Прижалась к нему спиной и мстительно потёрлась задом о его бедро. — На самом интересном.

Двуликий усмехнулся. Повернулся ко мне и, очертив пальцем тотчас отреагировавший сосок, по-хозяйски накрыл мою грудь ладонью.

Может, Киннок и Ройтан были правы, когда говорили мне, что наместник вовсе не такой уж плохой человек?

Может, я напрасно не верила и упрямо рисовала в своём воображении монстра? Потому что только сейчас сообразила, что всё это время монстр просто рычал. Так же как в сегодняшней нашей игре. И ни разу не укусил по-настоящему.

Измотанные страстью и расслабленные оргазмом мы с Элроем уснули почти одновременно…

Проснуться в спальне наместника, в его постели, ощутить себя окутанной пряным запахом его ласк и сладким запахом собственного желания, было странно. Непривычно, но приятно. С появлением этого мужчины в моей жизни вообще очень многие странные вещи постепенно становились приятными.

Я провела рукой по постели, но место Элроя рядом со мной пустовало и уже успело остыть. Наверное, он перенёс меня сюда, прежде чем улетел на работу.

Как бы ни хотелось мне остаться в этой комнате, нужно было вставать, одеваться и возвращаться к себе. До занятий с Кинноком оставалось не так уж много времени.

Я подняла руки над головой, потянулась и перекатись на бок. Взгляд упал на тумбочку с ночником, стоявшую сбоку.

На ней лежал дорогущий золотисто-розовый галаком последней модели, а на нём небольшой прямоугольник пластика — звуковая открытка. На секунду засомневавшись, я всё же протянула руку и дотронулась до кусочка пластика.

От моего прикосновения по его поверхности, будто снежинки, закружили белые цветочные лепестки.

— Пожалуйста, всегда носи галаком с собой. Вдруг я захочу позвонить и услышать тебя. — Голос Элроя на записи казался более мягким и глубоким, словно шёл откуда-то из груди. Двуликий замолчал, и я уже хотела деактивировать открытку, но он вдруг добавил: — Знаешь… сегодняшняя ночь… это лучшее, что произошло со мной за последние двадцать лет… Не считая нашей встречи.

Голос на записи прервался.

А я так и лежала, уставившись на открытку и не моргая. И всё ещё смотрела, как падали белые лепестки.