Глава 3. Право золотого месяца

Марина

После ухода двуликого я ещё пару минут ошарашено смотрела на дверь, за которой он скрылся. Затем тряхнула головой, прогоняя прочь наваждение и мысли о моём спасителе.

Что он там сказал мне? Переодеться и продолжать работу, как будто ничего не произошло?

Я в очередной раз уставилась на разодранный рукав и ткнула пальцем золотое клеймо на плече. Оно не вызывало никаких болезненных или просто неприятных ощущений и в общем-то, выглядело довольно стильно.

— М-да, Марина, ну ты даёшь! — пожурила я сама себя.

Меня едва не задушил в тёмной кладовке один двуликий. На меня положил глаз второй двуликий. А ещё из моей зарплаты скорее всего вычтут проклятый неоплаченный десерт, порванную рабочую блузку и разбитую посуду…

И что же делала я?

Я разглядывала золотую букву «С» вместо того, чтобы рыдать над судьбой, забившись в уголок.

— Кто бы ещё объяснил, что ты означаешь, — прошептала я, уткнувшись взглядом в плечо.

Если подумать, то я знала много разных слов, начинавшихся на «С». Жаль только, большинство из них были неприличными.

А вообще после сегодняшнего происшествия у меня начало складываться впечатление, что у двуликих в крови или на уровне ДНК заложено делать странные вещи и никому не объяснять причин своих поступков.

— Ладно, всё это мелочи, — подбодрила я себя. — Главное, что жива.

Оставалось только придумать, как спрятать ото всех клеймо или что там оставил на моей коже медальон двуликого.

Я огляделась, пробежав быстрым взглядом по небольшому помещению, и увидела в углу на вешалке чью-то старую кофту. Она вполне могла подойти.

Вцепившись пальцами в то, что когда-то было рукавом блузы, я со всей силы дёрнула. Ткань затрещала, нитки полопались, и злосчастный рукав остался в моей руке.

Я быстро натянула на себя кофту. Она была слишком широкой, колючей и пахла старостью и затхлостью.

Слухи среди персонала кафе всегда разлетались быстро и в процессе полёта, как правило, обрастали всякими небылицами. Поэтому, выйдя из кладовой, я была готова, что меня наверняка уже обыскались. Или вовсе успели мысленно похоронить.

Однако двуликий оказался прав. Меня не искали, ни о чём не спрашивали и вообще усердно делали вид, что всё это время я работала. И даже в служебном коридоре ничто не намекало на разбитую недавно креманку с десертом.

Постепенно я снова втянулась в работу, и все неприятности на время отошли на второй план. И только когда последний посетитель покинул зал, персонал разошёлся по домам, и мы остались с хозяином кафе только вдвоём, он коснулся моей руки.

— Марина, у тебя всё хорошо? Может, вызвать тебе таксомобиль или проводить до общежития?

— Нет, всё в порядке, Пал Палыч. — Я покачала головой. — Езжайте домой к семье. Я закрою кафе. А утром приду пораньше и оставлю ключ у вас на столе.

— Ну как знаешь. — Он пожал плечами и вложил в мою ладонь связку ключей. А потом вдруг добавил совсем тихо, как будто кто-то мог нас подслушать: — Если нужна будет помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне. Помни это.

— Спасибо, я запомню.

Я проводила хозяина до двери и проследила долгим взглядом за его фигурой, удаляющейся за поворотом.

Задумавшись, не заметила, как с противоположной стороны улицы к входу в кафе подлетел аэромобиль. Это средство передвижение было очень дорогим. Его могли позволить себе только очень богатые люди и… разумеется, ке-тари.

Аэромобиль завис прямо передо мной, и его передняя дверца поднялась.

— Марина! — Из салона высунулся мужчина. — Добрый вечер.

Сердце заколотилось в припадке отчаянья. Я узнала Ройтана. Того двуликого, который попросил спасти меня от незавидной участи.

— Простите. Мы уже закрыты, — сказала я первое, что пришло на ум.

— Да, я знаю, — ответил он спокойно. — Моё имя Ройта́н Шита́р. Меня прислал Элрой. Он велел забрать тебя и отвезти домой. Не возражаешь?

Я тихо икнула.

Двуликий заступается за меня и интересуется моим мнением? Кажется, мир окончательно сошёл с ума.

— Не возражаю, — качнула я головой. Просто потому, что возражать не решилась.

— Тогда садись.

Передо мной, как по волшебству, открылась задняя дверь.

Может, это и к лучшему, что Ройтан отвезёт меня к общежитию? До него, конечно, не очень далеко. Но какое-то внутреннее чутье подсказывало мне, что мой несостоявшийся палач Рисай не отступится так просто. Не зря ведь он сравнивал себя с хищником, а меня с добычей.

Я забралась в салон аэромобиля и удобно устроилась на мягком сидении.

Обе двери опустились, щёлкнули замки блокировки, и мы поднялись в воздух.

— Марина, — окликнул меня спустя пару минут полёта Ройтан, когда мы уже были высоко в небе. — Рядом с тобой на сидении лежат вещи.

Я невольно покосилась на сидение и, действительно, увидела какую-то коробку.

— И что? — насторожилась я, переводя взгляд на Ройтана.

— Видишь ли, твоя одежда… Как бы это сказать? — Двуликий пытался подобрать слово. — Она не соответствует твоему нынешнему статусу.

— Какому ещё статусу? — Я едва не подпрыгнула. И тут на меня снизошло озарение. — Это связано с буквой «С» на моём плече?

Ройтан поднял голову и удивлённо посмотрел на моё отражение в зеркале.

— Это не буква. Это печать в виде полумесяца, — произнёс он тихо и медленно. — Она означает, что по отношению к тебе инициировано Право золотого месяца. Ты теперь сава́ри.

— А-а… Странно, — заморгала я растерянно. — Никогда не слышала о таком Праве. Что и кому оно даёт?

— Мне запрещено обсуждать с тобой эту тему. — На минуту мне померещилось, будто двуликого смутил мой вопрос. — Об этом Праве тебе расскажет сам Элрой.

— Ладно, — пожала я плечами. Странные они всё-таки, эти ке-тари. Триста лет правят нами, и мы до сих пор ничего о них не знаем. Я стрельнула в Ройтана взглядом из-под ресниц. — Скажи, а быть савари хорошо или плохо? Эту тему, надеюсь, тебе можно обсуждать?

Зеркальное отражение двуликого улыбнулось мне без тени раздражения или обиды.

— Быть савари это не самое ужасное, что могло случиться с тобой сегодня. — Он на мгновение отвлёкся на дорогу, а затем добавил: — И единственное, что могло спасти от командующего.

— От кого? — не поняла я.

— От Рисая Диррона. Он командующий армией. — Его взгляд снова взметнулся от дороги вверх, на меня в зеркале. На губах заиграла усмешка. — Ты не знала, кто положил на тебя глаз и наточил зуб?

Я, действительно, не знала. Даже подумать не могла, что тот сволочной кобель, который предлагал мне секс в обмен на жизнь, а потом едва не задушил, занимает пост командующего при наместнике Земли.

— Значит, Элрой спас меня, чтобы сделать савари? И что это значит?

— Что ты должна переодеться, — сухо напомнил Ройтан.

Я вообще не уловила связи между моим вопросом и ответом двуликого, но всё же поинтересовалась

— Прямо здесь и сейчас?

Я прекрасно помнила, что двуликим не отказывают, но морально была не готова к тому, чтобы переодеваться перед Ройтаном.

Он словно прочёл мои мысли и с демонстративным равнодушием уточнил:

— Тебе больше нравится идея сделать это перед Элроем?

— Мне вообще не нравится эта идея, — пробурчала я себе под нос в надежде, что двуликий пропустит слова мимо ушей. Но тут до меня самой в полной мере вдруг дошла суть его слов. — Подожди, а причём здесь Элрой? Ты ведь сказал, что отвезёшь меня домой.

— Верно. Домой. К Элрою, — как само собой разумеющееся, пояснил Ройтан. — Савари всегда живёт в доме своего хозяина.

— Хозяина?! — От негодования я подскочила и тотчас приложилась головой о потолок. Это слегка остудило эмоции. — Я что, рабыня?

— Вообще-то, по смыслу больше подошло бы ваше земное слово «наложница». Но и оно не совсем точно. Савари — это женщина, которая получает специальное образование. Она учится, чтобы после украшать жизнь и постель мужчины.

— Вы учите женщин, как правильно трахаться с вами? — язвительно выпалила я, но тут же прикусила свой длинный язык.

К счастью, двуликий не стал акцентировать внимание на моём высказывании. Похоже, в отличие от Элроя он был более терпим к земным женщинам и их маленьким глупостям.

— У тебя в корне неверное представление о нашей расе, Марина. — В голосе ке-тари всё же проскользнули металлические нотки. — Мы не заводим семьи как вы, земляне. Это слишком хлопотно. Когда мы хотим трахаться, идём в Дом утех и покупаем шлюху. А когда хотим, чтобы рядом была женщина, приятная глазу, слуху и… члену, мы выбираем савари.

— А как же дети? Не в пробирках же вы их выращиваете?

— Ты почти угадала. Можно сказать, что мы их выращиваем. Только не в пробирках, а в женщинах.

От того пренебрежения, каким вдруг повеяло от его слов, а также от открывшейся передо мной перспективы, передёрнуло.

— Специально обученных, — снова не удержалась я от язвительного комментария.

— Именно. Ке-тари не спариваются ради потомства. Мы просто отдаём свой биоматериал и через время получаем наследника. — Ройтан замолчал и уткнулся в приборную панель аэромобиля.

— Другими словами вы используете женщин как инкубатор?

— Тебе нечего опасаться, Марина. Ты савари. Женщина для удовольствия, а не для вынашивания потомства, — повторил Ройтан сказанное ранее.

Перед глазами предстала весьма «живописная» и очень страшная картина. От одной только мысли о том, как женщин раз за разом, снова и снова искусственно оплодотворяли семенем двуликих, меня замутило.

Я отвернулась к окну. Наверное, Ройтан был прав. Стать савари, женщиной для услады глаз и тела, не худший вариант для меня.

— Мы скоро будем на месте, Марина. Прошу, переоденься, — мягко, но настойчиво в третий раз напомнил двуликий.

— Просишь? — Я подозрительно покосилась на Ройтана.

Двуликий просит? Я не ослышалась?

Ладно. Хорошо. В конце концов, что я теряю?

Я задумалась, прикидывая в уме все «за» и «против».

Элрой спас меня от смерти и наверняка рисковал при этом сам. Он поставил на моём плече печать, которая, если я правильно понимала, защищала от притязаний других мужчин.

В какой-то мере я была обязана ему. Он запросто мог воспользоваться моим состоянием, но не сделал этого. Неужели так уж плохо хотеть отблагодарить Элроя? Пусть даже он ке-тари. Разве принадлежность к расе делала его плохим человеком?

К тому же после сегодняшнего случая мне совершенно точно не помешала бы защита сильного мужчины.

Я подвела итог своим размышлениям и поняла, что упускать такую возможность стало бы ошибкой. Одним словом, с большим перевесом победило «за».

Бросив взгляд на Ройтана, я убедилась, что он всецело поглощён пилотированием аэромобиля. Тихонько, чтобы не мешать двуликому и не привлекать лишнего внимания, я вскрыла коробку и расправила упаковку.

Учитывая, что Ройтан сравнил статус савари со статусом наложницы, я ожидала увидеть как минимум прозрачный и очень откровенный наряд. Однако в коробке лежала самая обычная длинная прямая юбка и короткий топ.

Укрывшись за спинкой сидения, я сняла и уложила в коробку штаны. Затем натянула юбку и застегнула молнию.

На всякий случай ещё раз украдкой взглянула на двуликого, но он по-прежнему смотрел лишь на дорогу и, кажется, на время забыл о моём существовании.

Сбросив с себя прихваченную в кладовой кофту, я расстегнула пуговицы на блузке и, заметно нервничая, по-быстрому сняла её. Дрожащими пальцами схватила лежавший рядом топ, кое-как надела и разгладила складки, проведя ладонями по груди.

— Красивая… — донёсся до меня едва слышный шёпот.

Испуганно дёрнувшись, я вскинула голову и наткнулась на отражение двуликого. Его взгляд был прикован ко мне и сконцентрирован примерно в области моей груди.

— Что, прости? — заморгала я растерянно.

— Ты красивая. Я завидую Элрою. — Он поспешил отвести глаза.

Похоже, мы оба не ожидали такого поворота. Я не подозревала, что двуликий подглядывал за мной, пока я раздевалась. А он не думал, что я осмелюсь поднять глаза и поймаю его за этим занятием.

— Тогда почему ты попросил его сделать меня савари? Почему не сделал это сам?

— Потому что ты имела неосторожность привлечь внимание Рисая. — Его голос был спокоен, но я всё равно уловила нотки сожаления. — Я не мог перечить ему.

— Почему? Он какой-то особенный?

В принципе, я уже поняла, что среди ке-тари имел значение статус мужчины. Правда, я всё ещё не до конца понимала, в чём именно измерялся этот самый статус. В количестве денег? В занимаемой должности?

— Рисай Диррон выше меня по статусу, — подтвердил двуликий мои догадки. — Он из высших ке-тари.

О том, что среди двуликих были те, кто в нашем понимании принадлежал к древним дворянским родам, я знала с раннего детства. Таких ке-тари называли высшими.

Мне и до знакомства с Рисаем доводилось видеть нескольких таких. Все они отличались особым высокомерием, цинизмом, жестокостью и презрительным отношением ко всем остальным жителям Земли. Землянам или двуликим — не имело никакого значения.

Кстати, тот факт, что Рисай оказался высшим, в некотором роде объяснял его поведение.

Высшие даже жили закрыто и обособленно. В элитном жилом комплексе, о котором простое население шёпотом из уст в уста передавало легенды.

— А ты не из них? — зачем-то поинтересовалась я у Ройтана. Хотя ответ был очевиден.

— Нет. Я не из высших, — тряхнул головой двуликий. — Потому и решил попросить помощи у единственного, кто мог помочь. У Элроя.

После всего, что я умудрилась выпытать у Ройтана за время полёта, вопросов меньше не стало. И всё же кое-что любопытное я узнала.

Например, что мой таинственный спаситель Элрой — какая-то большущая шишка среди ке-тари. В противном случае Рисай вряд ли подчинился бы ему.

— Ройтан. — Я не сразу осознала, что назвала двуликого по имени, словно он был моим хорошим знакомым. Тут же поспешила исправиться. — Могу я так тебя называть?

— Конечно, — ответил он, не задумавшись ни на миг.

— А почему Элрой не побоялся вмешаться? Он ведь по сути пошёл против ваших законов? Правильно?

Вообще-то у меня была теория о том, что мой спаситель тоже высший ке-тари. Причём из рода более значимого, чем род Рисая. Но такое стечение обстоятельств было бы уже из разряда фантастики.

— Элрой никогда не пошёл бы против закона. Он имел полное право вмешаться.

— Но почему? — Я чувствовала себя почемучкой и боялась, что Ройтану надоест отвечать на мои бесконечные вопросы.

Однако вопреки моим опасениям двуликий легко шёл на контакт и охотно мне отвечал.

поймав себя на мысли, что снова произнесла этот вопрос, я улыбнулась и добавила: — Кто он такой, что?..

— Мы прилетели, Марина. — Ройтан резко прервал меня. — Довольно вопросов.

Я захлопнула рот. Не столько из-за желания быть послушной, сколько из любопытства.

Выглянув в окно, я попыталась рассмотреть, куда именно мы прилетели. Но увидела только темноту по ту сторону стекла. Всё что оставалось, это дождаться, когда мы выйдем из салона.

Ройтану потребовалась пара минут, чтобы посадить аэромобиль на специальную площадку. Обе двери поднялись, и я поняла, что пора выходить.

На площадке нас уже встречал какой-то двуликий, судя по всему служащий парковки. Они перебросились с Ройтаном несколькими короткими фразами на родном языке ке-тари. Затем служащий ловко запрыгнул в салон на место пилота, опустил двери и взлетел.

Я оторвала взгляд от удалявшегося аэромобиля и, наконец, огляделась.

Район, куда привёз меня Ройтан, отличался от района, где я жила, как рай от ада. И здесь, в раю вдоль ровных дорожек на расстоянии друг от друга стояло несколько частных домов. Все они были украшены подсветкой разных цветов.

— Успеешь ещё налюбоваться. Идём, не будем заставлять Элроя ждать. — Ройтан легонько подтолкнул меня в сторону одного из домов.

Ошарашенная осознанием того, куда попала, я на автомате последовала за двуликим.

Вряд ли до меня кому-то из землян выпадала в жизни такая редкая возможность — собственными глазами увидеть тот самый район из народных легенд. Он был особенным и усиленно охранялся. Потому что здесь жили только высшие ке-тари.

Мы поднялись по ступеням, и Ройтан без проблем открыл двери дома, пропуская меня вперёд.

Вскоре мы очутилась в большом светлом холле. Нас никто не встречал, но дальше мы не пошли. Ройтан осторожно придержал меня, жестом велев оставаться на месте и ждать.

Воспользовавшись случаем, я стала разглядывать помещение.

Честно говоря, я ожидала увидеть внутри кучу электроники и неизвестных инопланетных технологий. Но вопреки ожиданиям всё здесь выглядело вполне по-земному. Очень уютно и очень знакомо.

На мгновение я даже засомневалась, что Ройтан привёз меня домой к Элрою.

— Здесь точно живёт Элрой? — спросила я, повернувшись к двуликому.

— Абсолютно точно. Здесь живёт Элро́й Керта́ш.

— Керташ?

У меня едва не подкосились ноги. Зато все события сегодняшнего вечера мигом встали на свои места.

Чёрт! Как же я могла быть такой слепой? Только один ке-тари на всей Земле был способен предотвратить казнь и оспорить право командующего армией.

Наместник Керташ.

Единственный двуликий, наделённый абсолютной властью и фактически правящий Землёй. На планете не было никого выше по статусу. И мне следовало сразу же догадаться об этом, вспомнив, как Ройтан упомянул его имя в споре с Рисаем.

— Я женщина для услады наместника Земли? — По телу волной прошла дрожь. И, кажется, даже волосы на затылке шевельнулись. — Вот чёрт!

— Чш-ш, — шикнул на меня Ройтан, коснувшись моей руки своей рукой, но тотчас её одёрнул. — Марина, прошу, уважай порядки этого дома. Молчи, пока Элрой не разрешит тебе говорить.

Я хотела высказать Ройтану всё что думала по этому поводу, но, к счастью, не успела. В холл вошёл Элрой.

Остановившись в нескольких шагах от нас, он первым делом окинул меня оценивающим взглядом. Затем повернулся к другу и что-то сказал ему на языке ке-тари.

В тот момент я, наверное, впервые в жизни пожалела, что наши захватчики, установив на Земле свои порядки и внедрив свои законы, не заставили нас выучить и язык двуликих.

Ке-тари вообще крайне редко и только по необходимости снисходили до общения с землянами. Но даже когда делали это, предпочитали изъясняться на общеземном. И лишь иногда можно было услышать, как двуликие общались на родном языке. Исключительно между собой.

И вот сейчас со стороны общение Ройтана и Элроя выглядело так, будто наместник дал другу какое-то обещание.

Я поймала себя на мысли, что отдала бы многое, чтобы узнать, что именно он пообещал. Особенно, если учесть то, какими глазами оба мужчины на меня посмотрели.

Усиливая мои подозрения, Ройтан усмехнулся в ответ, одобрительно кивнул, опалив меня взглядом, развернулся и вышел за дверь.

А я осталась один на один с наместником. В полной его власти.