Глава 4. Три правила для савари

Марина

Элрой приблизился мягкими, неслышными шагами, словно хищник. Обошёл вокруг, ещё раз оглядев с ног до головы, и остановился прямо передо мной. Совсем близко.

Я стояла, как зачарованная, смотрела на двуликого и ждала, что он будет делать дальше.

А дальше он подцепил указательным пальцем локон моих волос и легонько потянул его, позволяя соскользнуть.

Тело Элроя излучало тепло и силу. В его лазах горел интерес. Рядом с этим мужчиной я чувствовала неловкость. И совершенно позабыла, что говорил мне Ройтан. Начиная с того момента, где он просил молчать, пока наместник не позволит открыть рот.

— Чем займёмся? — ляпнула я, не выдержав пристального взгляда двуликого.

Элрой определённо не ожидал услышать мой вопрос и удивлённо поднял бровь.

— Я готов выслушать твоё предложение.

— Даже не знаю. — Признаться, я немного растерялась, поскольку была уверена, что двуликий меня проигнорирует. — Но мне будет проще, если расскажете, что вам нравится.

— Я расскажу, савари, — кивнул двуликий без тени улыбки. — И даже покажу. С удовольствием. Чуть позже.

— Эм… Если что, я умею делать массаж.

Он пронзил меня холодным взглядом. И не сказал мне больше ни слова. Просто повернулся и бросил взгляд на дверь. За мгновение до того, как она распахнулась, пропуская в холл мужчину.

— Ну, наконец-то, ты явился Ки́ннок! — Наместник окатил пришедшего мужчину волной раздражения. Затем чуть отошёл в сторону, чтобы не загораживать меня Кинноку. — Это Марина, та самая савари, о которой я говорил. С завтрашнего дня займёшься её обучением. А сегодня проследи, чтобы её накормили, и помоги ей устроиться в комнате прежней савари.

— Я всё сделаю, хозяин, — чуть склонил голову Киннок.

— Хорошо, — одобрительно кивнул ему Элрой. Однако при этом старательно не замечал меня. — Через месяц она должна знать и уметь абсолютно всё, что положено знать и уметь достойной савари. Ты понял меня?

— А можно поподробнее, что именно «всё» я должна знать?

Я как обычно не выдержала неизвестности и таинственности, которой по моему скромному мнению было чересчур в избытке, и подала голос.

Думала, наместник в очередной раз просто сделает вид, что меня здесь нет. Но он с лёгкой ленивой небрежностью повернул голову и прошёлся по мне осуждающим взглядом.

— Всё! — выдал он одно-единственное слово. Не то намекая, что наш разговор окончен. Не то весьма расплывчато отвечая на вопрос.

Ответ я так и не узнала. Потому что наместник Керташ молча развернулся и быстрыми шагами покинул холл.

— Идём, Марина, — позвал меня Киннок, позволив проводить Элроя взглядом. — Близится ночь, а у нас ещё много дел…

Дел было, действительно, много.

Первым делом Киннок, который оказался моим персональным учителем, отвёл меня в комнату. Там для меня уже были подготовлены одежда, обувь и даже какие-то украшения. Я пробежала быстрым взглядом по всему этому «богатству», не проявляя особого интереса.

Мне было непросто смириться с мыслью, что моя жизнь в один миг перевернулась с ног на голову и уже никогда не станет прежней. Но вместе с тем я отлично понимала, что иного выбора, кроме как принять эту действительность, у меня попросту нет.

По сути у меня теперь было только два пути: смириться с положением савари или отказаться от этого статуса. И если в первом случае я могла выжить, то во втором за мою жизнь не дали бы и ломаного гроша.

Легко перекусив и переодевшись в приготовленную для меня одежду, я с Кинноком отправились в экскурсию по дому. Точнее по той его части, где мне разрешено было находиться.

Мы посетили библиотеку, столовую, даже пустовавший в данный момент зал для приёмов и ещё много разных помещений.

— Киннок, а чему ты будешь меня учить? — Я решила не терять времени даром. И пока учитель проводил экскурсию по дому, я потихоньку выспрашивала у него подробности своей будущей жизни.

— Я буду учить тебя всему, — ответил мужчина уклончиво, но тут же уточнил. — Начиная от правил поведения и заканчивая тем, как доставить удовольствие хозяину.

Последняя фраза меня слегка смутила. Судя по повадкам наместника, он был из тех мужчин, кто сам предпочитал учить свою женщину доставлять удовольствие.

Видимо, Киннок понял причину моего смущения.

— Тебе нечего бояться. Пока ты под защитой имени хозяина, никто не посмеет тронуть или просто взглянуть на тебя без его позволения. — Он улыбнулся виновато. — И уж точно не стоит бояться меня. Все учителя — евнухи. В этом доме к тебе будут относиться с должным уважением, нужно только соблюдать три правила савари.

— И что это за правила? — заинтересовалась я информацией.

— Во-первых, не задавай вопросы никому кроме твоего учителя. Если хочешь о чём-то узнать, спроси у меня, но не тревожь хозяина. Иначе мы оба будем наказаны. Во-вторых, не отказывай, о чём бы ни попросил хозяин. Он никогда не сделает того, что навредит его савари.

— А в-третьих? — поторопила я Киннока.

— Не забеременей. Савари — женщина для удовольствия, а не для продолжения рода. — Учитель в точности повторил слова Ройтана, которые тот сказал мне, пока мы летели в аэромобиле. — Личный врач будет регулярно осматривать тебя и давать контрацептивы. Но об остальном ты должна позаботиться сама. Не мужчина.

— А что будет, если вдруг забеременею? — возник у меня логичный вопрос.

— Будет очень плохо. Всем. — Киннок протянул руку к моему лбу и пару раз легонько стукнул по нему указательным пальцем. — Крепко запомни это, савари.

— Ну, а всё-таки, скажи. — Если я чего-то хотела по-настоящему, меня сложно было сбить с пути.

Видимо, учитель был неплохим психологом и запросто разгадал эту мою особенность. Потому что он совсем не попытался уйти от ответа и совершенно безразличным тоном перечислил:

— Меня скорее всего в наказание высекут плетью. Твой ребёнок родится и будет отдан в приёмную семью. Тебя наместнику придётся собственноручно казнить.

Я сглотнула слюну.

— А что будет с отцом ребёнка?

— Ничего, если он ке-тари.

После открывшейся перспективы я не была уверена, хочу ли продолжать разговор на эту тему.

К счастью, это не понадобилось. Мы подошли к двери в очередную комнату, и Киннок остановился. Я последовала его примеру.

— Это купальня. Я настоятельно советую отправиться сюда прямо сейчас. Тебе следует привести себя в порядок перед осмотром. Всё необходимое ты найдёшь на месте, в шкафу. — Он то ли кивнул, то ли поклонился мне. — Увидимся завтра утром, савари.

Прежде чем уйти, он открыл передо мной дверь в купальню.

После всего, что довелось пережить за сегодняшний день, я чертовски устала. И меньше всего хотела сейчас принимать ванну. Но раз уж мне предстоял осмотр личного врача, я решила всё-таки прислушаться к совету Киннока и смело шагнула в помещение.

Купальня состояла из двух комнат.

Одна из них представляла собой огромное помещение с каменным бассейном в центре. Он был наполнен яркой бирюзовой водой, от которой шёл приятный запах. Его широкий бортик по всему периметру опоясывала красно-коричневая деревянная дорожка.

В самой купальне имелись две широкие скамьи напротив по обе стороны каменного бассейна.

Другая комната, относительно небольшая, была чем-то вроде раздевалки. Здесь находился шкаф с махровыми простынями и множеством разных бутылочек разной степени наполненности. Гели, шампуни, кремы и какие-то масла…

Кажется, наместник Керташ был большим любителем земных средств личной гигиены. А может, эта купальня предназначалась исключительно для женщин землянок?

Наверное, тот аромат, что шёл от воды, как-то воздействовал на меня. Притягивал. Потому что я точно помнила, что не собиралась принимать водные процедуры. Но несмотря на это, сбросила с себя одежду и достала из шкафа махровую простыню.

Шлёпая босыми ногами по полу, я отправилась в купальню, наполненную водой. Бросила простыню на деревянный бортик и спустилась по ступеням в бассейн.

Ощущения от воды, ласкающей кожу, лёгкий цветочный запах — всё это успокаивало и убаюкивало.

Не знаю, как долго я пробыла в купальне, когда меня начало клонить в сон.

Я поднялась по каменным ступеням, вышла из воды и, наклонившись, подхватила простыню. Оставляя за собой мокрые следы босых ног, на ходу обернулась мягкой, тёплой тканью.

По телу приятными волнами растекалась истома и лёгкость. Я ощущала себя чистой и счастливой. И почти свободной.

На самом деле это, разумеется, было не так. Я это понимала. Не понимала только, почему высший двуликий спас меня от смерти. И, главное, зачем? Зачем я была нужна наместнику?

Мои мысли неожиданно обратились к Элрою.

Он ведь мог купить себе любую женщину. Так почему выбор пал именно на меня? И что означала непонятная фраза: Право золотого месяца?

Размышляя обо всём этом, я не заметила, как миновала помещение купальни. Решив при первом удобном случае расспросить обо всём подробно у учителя, я улыбнулась собственным мыслям.

Да уж, это могло бы быть весело. Если бы происходило не со мной.

Я открыла дверь, шагнула за порог и…

Сердце на краткий миг остановилось, пропустив удар. Напротив стоял и смотрел на меня Он. Мой спаситель и мой кошмар. Высший ке-тари. Наместник Земли Элрой Керташ.

— Какого чёрта?! — Я осеклась, вспомнив, что не должна смотреть на него и задавать ему вопросы без позволения.

Двуликий, к счастью, то ли не заметил мою оплошность, то ли принципиально решил проигнорировать.

— Подойди, — не сводя с меня взгляда, приказал он. Тихо, но жёстко.

Живот тотчас скрутило от страха, а ноги стали ватными. И всё же я не рискнула ослушаться.

После счастливого избавления от проблем с командующим армией Рисаем Дирроном мне не хотелось нарваться на проблемы с самим наместником.

Еле передвигая подгибающимися ногами, пошла прямо на двуликого. Пока он не остановил меня жестом.

Я замерла перед мужчиной, нервно комкая дрожащими пальцами край простыни, прикрывавшей моё тело. Неодобрительный взгляд ке-тари пробежал по мне от груди вниз и остановился там, где заканчивалась ткань.

— Нет, так не годится, савари.

Наместник Керташ покачал головой и, прежде чем я успела сообразить, что произошло, резким рывком сдёрнул и отшвырнул на пол махровую простыню.

Я вскрикнула и отшатнулась, прикрывая руками интимные места, насколько это вообще было возможно.

— Подними руки и упрись ладонями в стену, — скомандовал двуликий властно.

Понятия не имею, почему, но я подчинилась, даже не попытавшись возразить. Шагнула лицом к стене, почти вплотную прижавшись грудью, и подняла руки. Было страшно и, к моему стыду, немного любопытно.

— Зачем вам… — Я не смогла удержаться от вопроса.

— Тебе, Элрой, — перебил меня мужчина на полуслове.

— Что, простите? — не поняла я.

— Я велел впредь обращаться ко мне на «ты» и по имени, — терпеливо объяснил ке-тари. Лёгкий шлепок по бедру заставил дёрнуться и стал неожиданным дополнением к словам Элроя. — Разведи ноги и замри!

— Что ты собираешься делать? — От страха я не сразу заметила, что сама без напоминаний перешла на «ты».

— Собираюсь узнать, почему Ройтан так просил спасти тебя. И какую благодарность потребовать у тебя за то, что рисковал своим положением. Надеюсь, ты ещё не передумала?

Я хотела съязвить, но все слова мгновенно улетучились из головы, когда звонкий шлепок обжёг мою ягодицу. Я машинально сделала шаг в сторону, расставив ноги.

— Стой смирно, или я тебя накажу, — строго предупредил двуликий. — Помнится, ты интересовалась, что мне нравится. Так вот. Мне нравится, когда моя женщина податлива и послушна. И не нравится повторять дважды.

Между ног легла горячая мужская ладонь, и удушливая волна стыда прилила к щекам.

Что этот мужчина себе позволяет? По какому праву так обращается со мной?

«Право золотого месяца…» — пронёсся в голове самый очевидный ответ.

— Ты спас меня, чтобы привести сюда и трахнуть?

Вместо ответа двуликий чуть надавил на податливую плоть, и в меня протиснулся его палец. Я почувствовала его проникновение так остро, что вздрогнула с тихим всхлипом.

Лоно сжалось, и вниз по бёдрам прошлись разряды судорог.

— Трахнуть? — В голосе двуликого послышались нотки удивления. — Нет, не сегодня. Твоё тело, и правда, готово принять меня. Но твой разум — ещё нет. — Он хмыкнул самодовольно. — Не переживай, малышка. Ке-тари живут долго. Я подожду.

Он чуть извлёк палец, но лишь затем, чтобы в следующий миг толчком ввести снова и начать двигать им. Медленно, плавно и осторожно. Но с каждым разом всё глубже.

— М-м… — Я уткнулась лбом в стену и до боли прикусила губу, чтобы не позволить сорваться стону.

А этот двуликий изверг просунул свободную руку между мной и стеной, обнял и прижал к себе.

— Ты очень чувственная, сава́ри. Это хорошо, — прошептал наместник Керташ мне на ухо, легонько тронув его губами. — Уже не девственная, но ещё узкая. Когда ты в последний раз была с мужчиной?

От столь интимного вопроса меня бросило в жар. А может, от того, как близко ко мне стоял Элрой. Как горячо было его тело, соприкасавшееся с моим. И от того, как уверенно двигался внутри его палец.

— Д-давно? — промычала я неуверенно, заикаясь и дрожа.

— Ты не помнишь, — сделал вывод наместник. В общем-то, вывод был правильный. — Значит, тот мужчина ничего не значил для тебя.

Последний секс у меня случился почти год назад. Он был случайным и быстрым. И стал самой большой ошибкой.

Двуликий извлёк палец, освобождая меня от мучительных ощущений, но не от возбуждения.

— Повернись! — приказал он.

Я поспешила выполнить приказ, пока мужчина не передумал и не принялся вновь терзать меня.

— Обещаю, малышка, — хрипло произнёс он, глядя на меня горящими глазами, — тот день, когда я впервые возьму тебя по-настоящему, ты не забудешь.

Двуликий лизнул палец, что ещё недавно был во мне, потянулся к моему лицу и мазнул по губам влагой. От смешавшихся запахов — сладковатого моего и терпкого мужского — меня замутило, и закружилась голова.

— Одевайся. — Ке-тари отступил от меня на шаг. — Первый урок с учителем Ки́нноком начнётся рано утром. Ты должна успеть отдохнуть.

Он сделал ещё пару шагов назад, развернулся и, открыв дверь, замер.

— Я рад, что ты стала моей савари, — не оборачиваясь, произнёс двуликий. — Постарайся не разочаровать меня.

Он вышел, хлопнув дверью. А я на автомате подняла сорванную простыню и наглухо в неё закуталась. Привалившись спиной к стене, медленно сползла на пол.

Всё тело била крупная дрожь.

И было невозможно понять, от страха или от неудовлетворённого желания, что так легко пробудил во мне Элрой Керташ. Захватчик. Мужчина, которого я должна была ненавидеть…