Глава 7

Ужасно жить с двумя мужчинами под одной крышей. Это я поняла еще в первый день, когда зашла в их дом. И нет, дело было не в бардаке, потому что там было идеально чисто, что уже странно! Дело было в той ауре, что витала в доме.

Мне первым делом выделили комнату, свободная в наличии имелась, разумеется, но толку не было. Ведь так или иначе парни заходили ко мне то с одним вопросом, то с другим. Я даже переодеться не могла. И когда казалось, что у меня спросили абсолютно все, я со спокойной душой стянула с себя свитер, джинсы и термобелье, чтобы натянуть вполне себе приличную домашнюю одежду…

—Ленк, а ты пожаришь картоху? — дверь снова беспардонно распахнулась, послышался голос Дани, когда я только-только успела натянуть флисовую кофту на голову. Как на зло, я застряла в пучине мягкой ткани и дергалась, как не пойми кто, и это будучи в одних лишь лифчике и колготках.

—Вау, Ленок, — Демид тоже тут был. Как все происходило вовремя! Лучшего момента просто не придумаешь!

—Ребят, выйдите, я сейчас! — попыталась сгладить неуместную ситуацию, а мысленно я дала себе обещание повесить на дверь амбарный замок, а то я у Авраменко только два часа, полтора из которых мне еще не удалось избавиться от их общества.

—Мы поможем, — утробно прошептал Демид, когда я ощутила шершавые пальцы на своих запястьях. Пульс ускорился и застучал в висках, как-то неожиданно такая близость заставила облизывать пересохшие губы. Просто мне было жарко в том положении, что я была.

Никогда больше не буду брать пижаму на размер меньше, даже если она мне нравится!

—Да, а то ты запуталась, хорошо, что мы рядом, — Данька обошел меня спереди, и его дыхание плавно укутало мою скрытую одним трикотажным лифчиком грудь. Я ощутила приливший к телу жар, что вольготно обосновался особенно ярко на моих щеках.

Мурашки мягкими настойчивыми волнами двинулись по коже, отдаваясь покалываниями в нервных окончаниях. Я замерла изваянием, не способная и слова вымолвить. Правду говорят, что, лишаясь зрения, все остальные органы чувств работают в троекратном размере.

Вся эта ситуация ввела меня в полнейший ступор, я еще раз попыталась стянуть с себя кофту, или натянуть обратно, одному Богу известно, что я вообще пыталась делать. И так только сильнее прижалась голой спиной к торсу Демида. Какого черта? Он голый?

Уму не постижимо!

Безумно захотелось пить, а еще стало так невыносимо жарко, что маленькие капельки пота скатывались по спине.

—Что у нас тут? —Демид провел ладонями по спине, надавливая на неведомые ранее для меня точки, и от этих прикосновений тело начинало пылать, распространяя жар по всей спине. Щекочущие движения заставляли мои внутренности агонизировать, извиваться, изнывать, будто бы это была самая сладкая пытка из всех.

—Так, помогите мне и выйдите, ребят! — у меня наконец-то прорезался голос. И Данька нырнул руками под флисовую кофту, касаясь предплечьем груди. Я жадно втянула ртом воздух, поглубже утрамбовывая терпкий мужской аромат.

Демид поддел пальцами задний край вещицы, Данька передний, и вот я уже была на свободе. Наэлектризованные волосы торчали в разные стороны, противно прилипали к телу. На голове огромное осиное гнездо, но поверьте, это меня волновало в последнюю очередь.

Куда больше я была в шоке от картины, отрывшейся после «освобождения». Глаза мои намертво впились в идеально очерченный торс Дани, что с каждым его незначительным движением подрагивал как будто под напряжением. Тонкая полоска волос уходила за ремень его джинсов, и я бы рассматривала его дольше, если бы ко мне вплотную не приблизился Демид, не накрыл широкой грудью мою спину, не заставил дернуться, будто бы меня ударило током.

Авраменко прошептал в затылок:

—Так намного лучше, — и этот шёпот, смешиваясь с поглаживающими движениями на моих плечах, идеально резонировал с безумным сердцебиением, что только усиливалось с каждым последующим касанием. Даня, недолго думая, приблизился ко мне спереди, едва цепляя своим торсом меня, но от этого волоски на теле не стали электризоваться меньше.

Мы втроем представляли собой огненный шар, который разрастался, становился ярче. Сильнее и мощнее с каждым дыханием, взглядом, касанием. Мое дыхание давно сбилось, а пальцы дрожали как у алкаша. Слишком поздно я попыталась прикрыться, лишь когда Данька облизал свои губы, являя идеально ровный ряд белых зубов.

Парни пожирали меня глазами, и не надо было смотреть на Даню и Демида, чтобы понять это. Моя кожа ощущала это так четко и ясно, что становилось страшно.

—Так что, Ленок? Пожарим картошку? — Демид прошептал мне в самое ухо, нарочно цепляя мочку губами. Его руки давно расположились на талии. Даня, заприметив действия брата, поднял руку и поддел мой подбородок так, чтобы я смотрела на него. Дышала только им, тонула в его близости. Они как будто пытались соревноваться, а я…я же отключилась, мой мозг отказывался работать.

Большой палец Дани алчно прошелся по нижней губе, и я чуть не задохнулась от нахлынувших меня эмоций. Слишком ярко, слишком остро, слишком на грани. На грани запретного, на грани безумного, такого, о чем не помыслила бы никогда совей жизни.

Демид качнулся бедрами, толкая меня вперед, и я синхронно соприкоснулась с Данькой, ощущая широкие бедра позади себя, впереди стальной пресс. Пальчиками пробежалась по коже, касаясь будто бы чистого огня, а затем одернула руку.

—Пожарим, — сдавленно просипела, охватывая себя руками.

—Пожарим, — вторили парни в унисон.

Мне казалось, что разговор давно перестал вестись о еде. И тогда я выскользнула из плена братьев, схватив многострадальную кофту, и резко прикрыла все самые стратегические места.

Подняла взгляд и увидела Демида, ему удалось даже одетым в майку-алкоголичку, смотреться голым. Откуда? Откуда у них такие тела?

—У нас режим, жим-жим, голодать нельзя. Так что ты это, скажи если что, если тебе в лом, мы доставку оформим, — словно читая мои мысли, ответил Данька.

— Тут есть спортзал, мы немного позанимались и проголодались, — дополнил Демид. Мой ошалевший взгляд ещё раз прошёлся по его потным рукам и груди, и я внутренне прокричала на себя за идиотскую идею о совестном проживании.

—Ясно…я приготовлю, — кивая китайским болванчиком, я сделала шаг назад, и все мои движения скрупулезно рассматривались под воображаемым микроскопом.

Братья так же синхронно кивнули и плавно вышли из комнаты, оставляя за собой запах…свой запах, который каким-то магическим образом смог на меня влиять в несвойственной манере. Незнакомой и чужой для меня. Заставляя сердце биться чаще, а волосы на теле шевелиться.

А я откинула злосчастную кофту прочь, натянула на себя самый бесформенный свитер из всех и запаковалась в такие же бесформенные джинсы, после чего отправилась готовить. Хотели жареную картошку? Будет. Пара нехитрых движений, и вскоре на кухне стоял тот самый, знакомый всем из детства, аромат.

—Воу, как пахнет!

—Мастерица!

Донеслось из-за спины, и я глубоко вдохнула, настраивая себя на необходимый разговор. Надо было бы обсудить условия, границы дозволенного и прочее. И как минимум…запретить врываться в свою "не свою" комнату!

Натянув на лицо самое серьёзное выражение из всех, я повернулась к парням и произнесла:

—Даня, Демид, мне кажется, мы должны кое-что обсудить.

—МММ, и что? — младший на три минуты Авраменко протянул свои лапы к плите.

—Условия проживания, — я ударила Даньку по пальцам, запрещая выуживать картофелину из сковородки. Он вел себя совсем как в детстве.

—Никаких условий, живешь столько, сколько надо, — грозно припечатал словами Демид, подошел ближе и оперся о кухонный стол, сложив руки на груди.

Да как никаких? Это же неправильно! Да и не смогу я так.

—Я об оплате, — собирая до кучи свою непоколебимость, прошептала я грозно.

—А что с ней? — Данька все-таки урвал пару картофелин и даже не дунув на них, прожевал. Я закатила глаза и мысленно досчитала до пяти.

—Сколько я вам должна?

—Отплатишь натурой, — без тени юмора прошептал Демид, рассматривая меня с ног до головы.

—Что?

—Он пошутил, Ленок, — рассмеялся Данька, но ни черта это были не шутки, если судить по вполне себе серьёзному выражению лица Авраменко-старшего.

—Нет, — хрипло прошептал Демид.

И меня прорвало окончательно ровно на этом моменте. Сколько можно уже ходить вокруг да около?

—Хватит паясничать!

Оба брата затихли от моего воинственного голоса.

—Окей, помнится, ты у нас на инязе училась. Вот поможешь нам с языками.

Уже лучше. Так или иначе, дополнительные ведь тоже стоят денег и немалых, так что я вполне могла бы поработать. Бартер — это и в Африке бартер. А простая готовка явно не смогла бы покрыть сумму за проживание.

—Все так плохо? — отойдя от греха подальше к стеночке, я окинула взглядом братьев Авраменко. Они никогда не были тупыми, так что не думаю, что ситуация могла бы стать для них фатальной.

—Василиса Григорьевна зверь, она нам этим английским все мозги изнасиловала в грубой форме.

—Даня!

—Ну а что, если затрахала до смерти? — грубо продолжил Демид, и я моментально покраснела. Из его уст любая фраза звучала пошло, но эта так совсем.

—Она ваш преподаватель…— я сложила руки на груди и переводила взгляд с одного брата на другого.

—Которая пожирает наши мозги и требует невозможного. Ну так вот. Помоги нам с английским, и не дай умереть с голоду. И мы в расчете, —Данька задорно улыбнулся, подошел ко мне и чмокнул в лоб, а Демид все это время стоял чуть поодаль и наблюдал за нами. Так внимательно, что мне становилось страшно.

—Х…хорошо.