Глава 8

С трудом разлепив веки и глянув на наручные часы, я поняла, что проспала. Девять двадцать! А потому с адским воплем я бегала по квартире, натягивая на ходу свои немногочисленные вещи.

Надо было срочно ехать к матери, чтобы забрать остатки, иначе я буду ходить тут вообще в чем мать родила, хотя нет, не надо мне такого.

Господи, я опоздаю, а эта работа мне нужна как воздух. Если не еще сильнее! Ну вот как я могла проспать?! Как? Я же буквально ударила себя подушкой, чтобы быстрее отправиться в царство Морфея, так почему я не проснулась вовремя?! Где был мой будильник?

Ага, проснуться вовремя. Чтобы вовремя проснуться, нужно хотя бы спать спокойно. А ночь прошла напряженно, ну еще бы, когда ты спишь как будто на иголках и все ждешь подвоха. Сегодня к полуночи до меня окончательно дошла одна незатейливая мысль — парни явно решили свести меня с ума или сделать так, чтобы я сгорела от стыда. Другими словами, их поведение я назвать не смогла бы.

—Ленок, че ты буйная такая с утра? — Данька почесал затылок и посмотрел на часы, потягиваясь на диване в гостиной. Я запретила себе смотреть на то, как одеяло плавно сползло по твердой груди. Глаза выше, мать! Выше! На уровень глаз! И вообще ты почти прошляпила свое собеседование!

Застегнув последнюю пуговицу на своей единственной рубашке, что могла бы подойти под офисный стиль и для собеседования, в частности, я практически провопила.

—Вы чего дрыхните? К экзамену готовиться, не?! — проносясь мимо Даньки я задела рукой стакан с водой, и он бы разлетелся на мелкие осколки, если бы не Демид, который материализовался практически из воздуха.

—А я не сплю, — прохрипел парень, протягивая мне тарелку с бутербродом. Я бегло посмотрела на еду, испытав те еще муки внутри, потому что съела бы и слона. И отрицательно покачала головой. — Да там немного, Лен, не кипишуй!

—Нет времени, мне на собеседование! — отмахнувшись от бутера, я продолжила путь в коридор.

Немного, как же!

— Во сколько?

—Уже!! В десять! — натягивая пуховик, я совершенно не думала, что документы оставила в комнате. АААА ну что за блядство?! Чертыхнулась, пришлось скинуть куртку и побежать обратно. Все это я делала так быстро, что парни у меня даже боковым зрением не выхватывались.

Воцарилось секундное молчание, а потом Данька застонал, бросаясь в меня подушкой.

—Лен, сейчас только восемь, соберись спокойно, поешь и выдохни в конце концов.

В смысле восемь? Я замерла перед своей не своей комнатой, огляделась по сторонам, и взгляд прилип к настенным часам прямо над головой Демида. Господи, восемь утра. А часы на руке показывают девять с копейками, неужели встали? Я не заметила.

Боже. Я могла еще полчаса поспать, поесть и спокойно собраться, а не бежать с сеновалом на голове.

—Простите меня, — тяжело опустившись на кухонный стул, прошептала я.

—Фигня, садись поешь.

Демид поставил тарелку с бутербродом передо мной, а затем налил кофе, добавил туда ровно две ложки сахара и дольку лимона. Он помнит? Неверие отразилось в моих глазах, и бабочки внизу живота моментально ожили, щекоча изнутри своими крылышками. Что? Почему?! Нет, вы не имеете права, он же Демид, а на диване Данька. Какие нахрен бабочки?

Вдохнув полную грудь живительного кислорода, я расстегнула верхнюю пуговичку рубашки, что практически душила меня. Это не ушло от внимания Демида, который коршуном наблюдал за каждым моим даже незначительным движением.

Пальцы словно одеревенели и намертво прилипли к ткани.

—Ты слишком напряжена, — прошептал за спиной Данька, опуская руки на мои замершие плечи. От этого я лишь сильнее напряглась, ощущая, как конечности наливаются свинцом. Все мышцы натянулись, а в области поясницы начало образовываться странное тепло, пускающее плотные импульсы вниз живота.

—Расслабься, Ленок, —Демид скользнул пальцами по моей щеке и заправил выбившийся локон за ухо. Взгляд темных глаз остановился на моих дрожащих губах. Господи, что это творится вообще такое?

Пока Данька мягко массировал плечи размашистыми, но нежными движениями, Демид нажимал на какие-то точки на моем лице. Над губой, у подбородка, у уголка губ, между бровей, а затем и вовсе положил палец на губы, стягивая нежную кожу.

Я все это время словно не существовала физически, а парила где-то в невесомости, где не было проблем, печалей и забот. Глаза плавно закрывались, дыхание становилось размеренным и таким невесомым, легким, парящим, что я не сразу ощутила, как мощные руки начали спускаться вниз по спине, как горячие пальцы начали расстегивать рубашку и скользить по ключицам.

Не сразу, но когда поняла, резко распахнула глаза, найдя руки братьев в тех местах, где их быть не должно.

—Расслабляющий массаж по китайской методике, — отвечая на мой недоуменный и сконфуженный взгляд, тихо прошептал Демид, продолжая массировать какие-то точки над ключицами. Черт возьми, это было приятно, да даже больше, чем приятно. Это был рай на земле.

—Да, мы научились у тренера по боевому самбо, — прошептал на ухо Данька, обволакивая горячим шепотом щеку, что уже покрывалась мурашками от скользящего по телу удовольствия.

—Боевому…что?

—Самбо, малыш. Мы и тебя научим парочке приемов, если хочешь.

В голове что-то щелкнуло, и меня вытянуло на поверхность. Это надо прекращать, однозначно прекращать! Иначе такие расслабляющие массажи закончатся невесть чем, а мне надо голову в холоде держать, чтобы она не перегревалась и не творила фигню! И как она могла бы не перегреваться, если вокруг все сто градусов, и в огне горю?!

—Не хочу, ничего не хочу, — соскользнув с табурета, я ошалело глянула на ребят, затем на себя. И тут же заправила рубашку, которая почему-то была навыворот. Просто прекрасно. Массаж. Расслабляющий. Как же! —Я поеду, спасибо! Лучше раньше приеду.

—Я отвезу, — грозно выдал Демид, натягивая свитер на голое тело. Боже, дай мне сил не смотреть на него. Зачем они ходят передо мной голые? Да зачем? Я такие фигуры в своей жизни не видела никогда, а тут наглядное пособие для анатомов с такими четкими линиями, что глаза навыкат!

—Мы отвезем, — Данька двинулся в мою сторону, но я предостерегающе вскинула руку.

—Я могу и сама! И вообще…мне еще надо…встретиться мне надо…с Василисой…вашей. Нашей. И Вещи…забрать.

Бред сивой кобылы продолжался в полной красе, я не могла связать ни одного адекватного и логического предложения. Мне однозначно точно надо было отсюда смываться.

—Можешь. Но зачем, если есть мы? — клянусь, они сказали это практически синхронно, и в этот момент я поняла, что лучше пойти проветриться. Ну его в баню такое веселье. По спине прошелся противный холодок. А на загривке я ощутила липкий пот, скатывающийся за воротник слегка помятой рубашки. Так поеду, хватит.

—Спасибо, но нет.

Демид нахмурился, а Данька, наоборот, улыбнулся.

—Ты не поняла, мы не спрашиваем, — уверенно припечатал словами Демид, заставляя кровь в моих жилах стыть.

— Ленок, мы констатируем факт, — продолжил Данька, застегивая джинсы, посаженные так низко, что видно было тонкую поросль волос, уходящих за резинку белья. Стоп. Стоп. Ты прекращаешь туда смотреть, надеваешь пуховик и валишь отсюда на кислород! Невменяшка!

Натянув сапоги, куртку и шапку сверху, я вылетела на улицу, правда, ребята тоже были не промах, они буквально по пятам шли за мной, не давая ни единой возможности улизнуть.

Пропыхтев что-то нечленораздельное, я правда старалась не смотреть им в глаза. Стыдно было, просто ужасно стыдно. От мыслей, что воспламенились в голове, от такого контакта, от ситуации этой спорной. А что, если я накрутила себя?

Да нет же. Одного лишь беглого взгляда на Демида, чей черный взгляд намертво впился в мое лицо, было достаточно, чтобы любые сомнения отходили на второй план. Переведя болезненный взгляд на Даню, я встретила то же самое, что и у старшего. Струящееся вожделение скользило между нами, искрило и заставляло меня полыхать изнутри и снаружи.

Я не могла ошибиться.

Сидя в машине, забившись в самый уголок, я старалась отключиться от происходящего. Но парни то и дело цепляли меня.

—Так что сначала домой? Вещи заберем. Как раз успеем, — Демид пробормотал, сидя за рулем и бросая на меня очередной странный взгляд, от которого становилось только жарче.

—Не пожрали нихрена.

—Тебе лишь бы пожрать, худей, свиноматка.

—Ты где тут жир увидел, умник? Один пресс.

—Хуес.

—Да, сначала домой, — я решила эту перебранку прервать. Их вечные ссоры вводили меня в перманентный стресс.

Минут двадцать спустя мы были на месте, и я вылетела из машины пулей, чуть не размазав личико на скользком ото льда асфальте. Феноменальная грация мешка с картошкой.

—Мы с тобой.

—Зачем?

—Вещи забрать, ну и чтоб проблем не было, — Демид так мягко намекнул на мою мать. Я поняла это сразу, но согласиться на подобное не смогла бы. Мне лишние проблемы с родителями не нужны. Достаточно и того, что мой мозг тщательно полощется и без темы братьев Авраменко.

—Стоп! Нет. Это уже перебор, ребята. Дальше я сама. Если через десять минут не выйду, вызывайте ОМОН, МЧС и скорую.

Кинув ребятам, я развернулась и пошла к подъезду, подгоняемая словно самим дьяволом. Ну двое точно дышали мне в затылок, даже находясь на значительном расстоянии.

Звонить в дверь я не собиралась, думала молча зайти и забрать чемодан, но вот ключи. Ключи-то я в сумочке найти и не смогла. И когда уже нервная система приказала жить долго, я нащупала многострадальную связку и облегченно выдохнула.

Тихо зайдя внутрь, мне хватило буквально трех минут, чтобы осторожно выволочь чемодан.

—Вот ты как решила смыться? В ночи, чтобы не видел никто, да?— за спиной послышался недовольный голос матери. Черт. Не вышло тихо и незаметно. Будет громко и запомнится на всю жизнь.

Оторопев, я осторожно развернулась.

—Мам, я просто приехала с утра, не ночью. У меня куча дел, и никуда я не смываюсь. Я в городе. Позвони и увидимся.

Отец наверняка спал, я старалась говорить тихо.

—Вот так. Бросаешь стариков даже находясь тут.

Но вот мать решила покричать, чем вскоре смогла бы разбудить добрую половину дома.

—Мам, давай мы перенесём разбор полетов на потом.

—Когда потом? Когда нас с отцом не станет? На могилке будешь разговаривать и жалеть будешь, что не говорила с нами, когда возможность была.

Начиналось яркое представление под названием «Надави на жалость». Недовольно пропыхтев, я потянула чемодан в подъезд, но мать так и продолжала причитать.

—Бросила нас. Уходишь. Не звонишь, не нужны мы стали тебе! Творишь всякое! Мало мы тебя пороли!

—Мы уже работаем над этим, не волнуйтесь.

Утробно проговорил Демид, поднимаясь по лестнице.

—И прекратите кричать на дочь, а то это как-то непедагогично, — Даня тоже был тут как тут. —Надолго тебя и оставить нельзя. Глаз да глаз нужен!

Моя паника достигла максимальных пределов, а шок захлестнул разум. Не может быть, что они поднялись, и мать все это видит и слышит. Я даже не смотрела на нее, но уже понимала, что взрыва не избежать. Мы в долбанном эпицентре, сейчас шарахнет!

—Ты к ним переехала?! Какая мерзость! Вырастили на свою голову! Посмотрите, люди добрые, что творится!

Демид подхватил мой чемодан и начал спускать вниз, пока Данька схватил меня за руку и буквально поволок на кислород.

—Вместо того, чтобы мириться с таким хорошим человеком, ты переехала к распиздяям и обдолбышам, лишь бы насолить матери. Не стыдно тебя, паршивка?!

Захлебываясь от ужаса, я в шоке смотрела на реакцию парней. Желваки заиграли у обоих, Демид нахмурился еще сильнее и порывался подняться наверх, но Данька шлепнул его по стальной груди и нечленораздельно что-то брякнул, пока я обтекала всем высказанным матерью дерьмом.

Секундная заминка стоила мне седых волос на моей и без того небезупречной головушке.

—Все, хватит, — буркнул Демид, подхватывая меня за талию и пронося над скользким пространством у подъезда.

—Ты сюда больше не вернешься, — жестко отрезал Даня, а я впервые подумала, что эти слова не лишены смысла.

Мы уехали достаточно быстро, вскоре я уже была под университетом с папкой бумаг в обнимку. Парни уехали на тренировку, предварительно пожелав мне удачи, а я осталась, готовая если не ко всему на свете, то практически ко всему. Ничего более ужасного сегодня со мной приключиться явно не могло, так что я смело шагнула внутрь, где провела самые напряженные два часа своей жизни.

Заведующая кафедрой оказалась человеком жестким, со стрежнем, задавала прямые вопросы и не давала юлить.

—Не замужем? — вдруг спросила она, грозно окинув меня внимательным взглядом карих глаз. Я слышала от Василисы, что у дамочки галочка на этом моменте. Якобы всех незамужних она сватает и очень любит семейных.

—Нет, — выдавила из себя.

—Причина?

—Выйти замуж не напасть, лишь бы замужем не пропасть.

Все это время она внимательно изучала мои бумаги, смотрела даже выписку с оценками, что крайне меня удивило. Никто и никогда туда не заглядывал, а тут такое…

—Тоже верно. Ну мы тебя пристроим, не волнуйся! — Она улыбнулась дружелюбно, и я наконец-то выдохнула. —Мы тебя берем, умка.

Такого облегчения я давно не испытывала. Теперь у меня была работа, стабильная и с очень хорошей зарплатой, как для обычного преподавателя без выслуги лет. Пока подписала нужные бумаги в нескольких корпусах, пока решила вопрос в отделе кадров, пока пропуск выписали, не заметила, что провела в стенах своего нового места работы аж несколько часов. Время плавно клонилось к вечеру.

Вне себя от радости я вылетела из университета окрыленная, что ли. А когда добралась в свой временный дом, все мысли покинули мою голову. Осталось острое желание отдохнуть. И, может, совсем чуток поесть, на нервах хочется, знаете ли.

Открыв дверь, я первым делом подумала, что ошиблась дверью, потому что запах стоял не просто волшебный, он был крышесносный. Запах запеченной курицы и свежих овощей.

—Ну что? Можем праздновать? —Данька подскочил ко мне, вытирая руки.

—Да….меня приняли.

Взгляд скользнул на кухню, где происходило что-то невообразимое. Моментально засосало, так захотелось есть. В животе урчало будто бы я пару дней и крошечки во рту не держала

—Поздравляю, я в тебе не сомневался, — Демид вышел из кухни, подошел ко мне и поцеловал в лоб.

—Мы не сомневались.

Такую же манипуляцию провернул и Данька. Я стояла как привороженная, переводя взгляд с одного брата на другого.

—Раздевайся, мы приготовили поесть, подарочек.