Глава 51

Вместе с Любой растерянно уставились на Льва. Он, не обращая внимания, на мою сестру, положил букет на смятую постель. Потер руки и красноречиво посмотрел на меня.

Дар речи пропал, я могла лишь молча смотреть в ответ.

Я успела принять душ и одеться, а он уже где-то раздобыл цветы. Нежные красные бутоны лежат на белой простыни, и по комнате плывет сумасшедший аромат.

Цветы мне не дарили очень давно. Я уже забыла, когда в последний раз. На день рождения? Может быть, на восьмое марта. Мне приятно, я ничего не могу с этим чувством сделать.

– Доктор, не надо так смотреть, - усмехнулся Лев. – А то решу, что ты опять меня хочешь.

Боже мой.

– Выйди вон, - бросила резко, очнувшись. И взглянула на Любу.

У сестры челюсть отвисла. Она быстро-быстро моргает, переводя взгляд с меня на Хазова. Меж темных бровей залегла морщинка – в ее мозгах идет усиленная работа мысли.

– Вон? – улыбаясь, переспросил Лев и отошел к окну. Выглянул на улицу. – Очень грубо, доктор. Не с той ноги встала? У меня есть отличное средство для поднятия настроения.

От его намека уши заполыхали, как факелы. По коридору раздалось шарканье шагов, и я представила, что будет, если родители вместо Егора застукают здесь Хазова.

– Забирай свой веник и проваливай, - шепнула, умоляя почти.

– Очень интересно, - отмерла Люба. Сестра сложила руки на груди и уставилась на меня. – Объяснишь, что происходит, может? Ты мне вчера клялась, что они не с тобой. Он здесь был ночью? – пальцем она ткнула на Льва.

– Нет, - соврала снова. Сунула вешалку в шкаф и обернулась на мрачный голос папы.

– Доброе утро, - он вырос на пороге - крупный, хмурый, руки в карманах летних отглаженных брюк. Расстрельный взгляд направлен на Хазова, словно в спальне никого больше нет. – Опять ты?

– Здрасьте, - Лев вежливо поклонился, как это делают при встрече японцы. – Ужин вчера не задался. Вот, пришел с извинениями, - он кивнул на букет. – Мы с братом приглашаем вашу семью на завтрак. Говорят, в ресторане подают вкуснейшие сырники.

Слушала его ровный голос, затаив дыхание. Готовилась, что Лев при всех выложит о том, что было ночью, любой подлости ждала от этого мужчины, ведь знаю – плевать они с братом хотели на мою семью. Иначе не вломились бы ко мне, не рисковали.

Но взгляд младшего Хазова открытый и ясный, на моего отца он смотрит без всякого смущения или страха, и даже без привычной наглости, словно и, правда, хочет ему понравиться.

– Из комнаты моей дочери выйди, - процедил папа, отказываясь идти на контакт. – Как ты сюда, вообще, вошел?

– Дверь домика была не заперта, - пожал плечами Лев. Он спорить не стал, послушно двинулся к выходу. Папа отступил чуть в сторону и Лев, выходя, шоркнул его плечом. – Ждем вас в ресторане, - повторил он напоследок, обернулся.

Встретились взглядами – его черные глаза просто светятся, как два глубоких колодца, в которых луна отражается, я не могу оторваться. Мокрые волосы прилипли к горячим щекам и вспотели ладони, я не знаю, куда мне деть руки, куда спрятаться от неловкости и его взгляда.

Он слишком долго смотрит меня. И это уже неприлично.

– Платье - бомба, - похвалил Лев.

– Давай, давай, на выход, - забеспокоился папа и начал закрывать дверь, вынудив Льва убраться в коридор. С подозрением оглядел нас с Любой. – Девочки, мы с мамой ждем вас, - его взгляд задержался на мне. – Все нормально, Вера?

– Да, - мой голос дрожит. И все слышат.

Папа нахмурился – и это значит, что меня ждет допрос. Он прикрыл створку, и лишь тогда я выдохнула. Повернулась к зеркалу и взбила пальцами волосы. Висит молчание, сестра громко дышит.

– Ты не думаешь, что это странно? - Люба приблизилась и встала у зеркала рядом со мной. Пальцем подтерла красную помаду в уголках губ. – Цветы, извинения...а букет-то какой. Не поскупился мужик. Ты точно не с ним была ночью?

– Ты до конца жизни у меня будешь об этом спрашивать? – с раздражением отступила к дверям. – Есть хочу.

И сейчас я не соврала – за несколько часов, проведенных с Хазовыми, я сожгла столько калорий, сколько не сжигают на тренажерах в спортзале. Они меня в прямом смысле… затрахали, другого слова тут не подобрать.

Живот жалобно урчит. Но стоит подумать про завтрак и взгляды родителей, Хазовых, что будут сидеть с нами за одним столом - и хочется запереться в комнате. Не выходить. Сделать вид, что меня это не касается.

Вот только любопытство сильнее.

Им двоим что-то нужно от меня, от моей семьи. Иначе зачем они лезут к моим родителям? Не знакомиться ведь собрались в самом деле, не любовь ведь это?

Вчетвером вышли из домика и двинулись к ресторану. День будет жарким – и это уже чувствуется, к полудню солнце начнет жарить так, что лучше провести день, не вылезая из озера. По левую сторону раскинулся березовый лес, и листва кажется изумрудной, блестит. Там тень - и этот тенек манит...

– Телефон забыла, - хлопнула себя по лбу уже у дверей ресторана. – Идите без меня, я мигом.

Развернулась в обратную сторону и ускорила шаг.

Телефон мне не так уж и нужен. Но хочется проверить звонки. Не искали ли меня в клинике. Ведь начальник, который хотел запереть меня в своем огромном доме, как пленницу, никуда не делся. Егор уехал вчера, он уже дома. И если Игорь и его быки вышли на моего бывшего жениха...

То уже могут быть в курсе, где находимся мы с родителями. А подвергать опасности семью - худшее, что я могу сделать.

До домика дойти не успела - на дорожке меня перехватили. Вскрикнула, когда мужская рука обвила за талию, увлекая меня к лесу.

– Да я это, доктор, - ухо обожгло низким смехом Льва. Хазов развернул меня лицом к себе, продолжая обнимать, крепко удерживать. – Ну привет. Куда с утра удрала? Проснулись, а тебя нет. Нельзя так делать, золотце. Только представь картинку – постель вверх дном. И на ней спят два мужика. Ужас, - он говорит и улыбается, и глаза его тоже смеются.

– Ужас, - отозвалась эхом. Сосредоточиться нужно. На Игоре, на своих заботах. Только не на объятиях этого мужчины, которые так приятны. – Меня семья ждет на завтраке.

– Столик я им заказал, - Лев потянул меня за руку в лес. – С твоими родителями поладить, конечно, придется. Потом. А на сегодня у нас другие планы.