12

За окном машины мелькали светящиеся окна мелькающих домов. Резные снежинки медленно ложились на лобовое стекло. Дворники работали в умеренном режиме, то и дело смахивая белую пелену. Я сидела молча, негодуя из-за поведения двух мужчин. Казалось, ещё минута, и они сожгут друг друга молниями, сверкающими в их глазах. Особенно поразила реакция Дэна. Пожимая руку моему начальнику, он будто показывал своё превосходство над ним. Его отношение ко мне оставалось для меня загадкой, не имеющей ответа.

Он ведь должен, обязан был меня ненавидеть! Но, чем дальше, тем больше мне казалось, что это не так. Что делать с этим осознанием — понятия не имела.

Впереди показались огни супермаркета. Выворачивая руль, Денис включил поворотник и перестроился в крайний левый ряд. Когда встречные автомобили остановились на красный свет светофора, мы пересекли проезжую часть и завернули на автостоянку перед магазином. Заглушив мотор, Дэн отстегнулся и потянулся к ручке на дверце.

— Идёшь или будешь сама здесь сидеть?

Отстегнув ремень безопасности, я вышла из машины и пошла вперёд. Дэн держался позади меня, но от того я ощущала его присутствие еще острее. Словно он был стеной, заслоняющей меня от холода. Словно был теплом. Моим личным душевным теплом. Стеклянные двери расступились, и мы вошли в ярко освещённое помещение. Металлические полки, до отказа заполненные разнообразием продуктов, стояли тесными рядами, между ними медленно передвигались люди. Некоторые брали товар с полки и не клали в корзину, пока не прочтут каждое слово на этикетке, некоторые бросали в тележку первый попавшийся продукт. На кассах была толкучка, и я прикинула, что здесь мы застряли, как минимум, на полчаса.

Толкая тележку, Денис шагал впереди. Я же, не спеша миновав хлебный ряд, подошла к полке с йогуртами. Выбрав два питьевых, один злаковый и один персиковый, поплелась дальше вслед за ним. Когда я догнала Дениса, в тележке уже лежали сырное ассорти, спагетти, креветки с мидиями и сливки.

— Тебе что-то нужно купить? — он развернулся и впился в меня внимательным взглядом.

— Всё, что нужно, я уже взяла, — я покрутила в руке две бутылки Активии. — А. Ещё нужно купить корм Лорику, — вспомнила я и направилась в сторону стеллажей с атрибутами для домашних питомцев. Дэн взял из моих рук большую пачку корма, йогурты и положил их в тележку.

— Спасибо, я могла и в руках поносить. Это не тяжело.

— А зачем тогда придумали такие металлические штуки на колёсиках? — усмехнувшись, указал он пальцем на тележку. — Пойдём, вина возьмём.

— У тебя сегодня праздник?

— Нет. Просто дружеский ужин.

Ревностный укол раздался в груди. Дружеский ужин с вином, сырами и морепродуктами — а как же! Слабо мне верилось, что товарищи Дэна перешли с пива на Просекко… Дабы не накручивать себя, замолчала. Не имела я права ревновать его. Я сама оттолкнула Дениса, об этом стоит помнить.

Оказавшись на кассе, я потянулась за своими покупками, но Денис выложил всё в один ряд и, накрыв своей рукой мою руку, легонько отодвинул.

— Не трогай.

— То есть? Я сама за себя заплачу, — мгновенно отняла руку, как будто обжечься могла. Кровь вскипела, а кожу будто кипятком прошибло от его прикосновения. Я опустила голову и сунула руки в карманы, чувствуя себя так более защищённой.

— Оставь, как есть, я сказал.

В магазине я так угрелась, что, как только оказалась на улице, морозный ветер пронзил тело сотнями острых кинжалов.

Габариты пикапа загорелись, машина издала характерное «пик-пик», и я сразу же забралась в тёплый салон. Пока мы совершали покупки, автомобиль здорово припорошило снегом, и потребовалось ещё несколько минут, чтобы дворники справились с белым ледяным покрытием на лобовом стекле. Денис включил печку и направил воздуховоды на меня.

— Замёрзла?

— Немного.

— Сейчас машина прогреется, будет лучше, — сказал он и потихоньку вырулил со стоянки, вливаясь в поток движущихся по проспекту автомобилей.

— Спасибо, — ответила я и отвернулась, глядя из окна на обгоняемые нами машины. Молчание казалось самым верным выбором в данной ситуации, но с другой стороны я уже начинала сомневаться в правильности своего решения. Денис вёл себя весьма непринуждённо, пытался, вроде как, завести со мной разговор и даже пошутить, а своим молчанием я лишь накаляла и без того неловкую обстановку.

— Так ты сегодня будешь испытывать свои силы в кулинарии? — спросила я первое, что пришло на ум.

— Я — нет, — хмурое выражение его лица сменилось напряженной улыбкой. — Готовить будешь ты.

Перед глазами всё пошатнулось, и сердце сделало кульбит, сильно ударившись о грудную клетку.

— В каком смысле? Хочешь, чтобы я кухаркой у тебя подработала?

Дэн рассмеялся. В уголках карих глаз пролегли глубокие лучи морщинок, и взгляд как-то странно сверкнул в свете встречных фонарей.

— Чтобы иметь перспективу в данной сфере обслуживания, ты должна уметь подчиняться, Крис. А это не о тебе, — усмехнулся он. — Зато, насколько я помню, ты довольно хорошая хозяйка Нет, я тебе конечно помогу, всю работу на тебя не сброшу, не волнуйся. Посуда, скажем, за мной. Согласна?

Я моргнула, до сих пор не до конца понимая, о чём он говорит.

— Ты же сказал, что у тебя сегодня дружеский ужин.

— Правильно. А ты часом ранее назвала меня своим другом.

Несколько секунд я тупо смотрела на Дэна, а потом пришло осознание его слов. Фыркнула нервно и, закусив нижнюю губу, отвернулась к окну. Не могла же я представить его начальнику, как бывшего парня. Да и честно говоря, бывшим парнем назвать Дэна у меня не поворачивался язык. Он для меня единственный на всю жизнь, и для других мужчин места в моём сердце нет и не будет. Я никогда им не переболею. Даже, когда его жизнь развернётся на сто восемьдесят градусов, подарив ему хорошую жену, прекрасных детей, я буду искренне радоваться за него, но в сердце будет тлеть огонёк самых нежных чувств к этому мужчине. И немного зависти к той женщине, которая пойдёт с ним рука об руку по жизни.

— Значит, ты считаешь, что мы друзья? — в моем голосе скользнул вызов.

Глядя на меня, Денис усмехнулся, но вопрос проигнорировал.

— Есть одно «но», — уже серьёзно сказал он, не отрывая взгляд от дороги.

— Какое?

— Я не могу зайти к тебе домой, пока ты не пригласишь.

— И что будешь делать, если приглашения так и не получишь?

— Приглашу тебя сам, — сказал он. Я собиралась ответить, но он перебил: — Если ты откажешься, тебе всё равно придётся пойти, хоть и против воли. Ведь ты в моей машине, едем мы довольно быстро, так что выскочить на ходу не получится. Так что куда поеду я, туда поедешь и ты.

— Может, мне стоит позвонить Паше и сказать, что он доверил заботу обо мне злостному похитителю? — произнесла я.

— Не думаю, что тебе это поможет. Злостный похититель не из робкого десятка. К тому, же он на короткой ноге с этим твоим Пашей.

Усмехнувшись я сказала:

— Ну, если выбор у меня невелик, тогда приглашение у тебя в кармане, злодей.

Он склонил голову и в глазах заплясали чёртики.

— Благодарю.

Сдерживая глупую порывающуюся улыбку, я склонила голову, прячась за толстой вязкой собственного шарфа.

Морепродукты томились в сковороде, источая божественные запахи, от которых желудок грозился свернуться в узел из-за желания поскорее вкусить вкуснейшее блюдо. Я помешивала уже почти готовые спагетти, в то время, как Дэн загружал какой-то фильм на ноутбук. Я всё ещё поверить не могла в то, что сегодняшний вечер обернулся таким образом. Что в жизнь воплотилось моё главное желание, которого сама я так боялась. Возможно, я должна была чувствовать в резкой смене поведения Дениса подвох, но что-то мне подсказывало, что его не было. Просто кто-то там, свыше, решил сделать мне подарок и преподнести счастливый момент, который я с нежностью буду вспоминать ещё очень долго.

— У меня готово, — послышался приближающийся из гостиной мужской голос. Через секунду Дэн стоял в дверях кухни. Две верхние пуговицы серой облегающей рубашки, идеально оттеняющей смуглую кожу, были расстёгнуты, рукава подкатаны до локтей, открывая моему взору большую татуировку на левом предплечье, которой раньше не было. Тут же захотелось провести по ней кончиками пальцев, изучить, понять, какой смысл заложен в монохромном узоре. Мысленно одернула себя, возвращаясь к готовке. Денис достал из холодильника бутылку белого вина и спросил: — Есть штопор?

— Ты ведь за рулём… Всё равно будешь пить? — осторожно спросила я, помня его прошлую реакцию на моё замечание по поводу выпивки и вождения.

— Нет, Крис, не буду, — слегка усмехнулся он, тем самым успокаивая меня. — Но тебе ведь можно. Это вино идеально подходит к креветкам. И с этими сырами тоже хорошо сочетается.

Все бы хорошо, но только я уже несколько дней принимала седативные, а их ни в коем случае нельзя мешать с алкоголем. И как бы ни хотелось мне попробовать это воодушевлённо нахваливаемое Денисом волшебное вино, я должна была отказаться. Врать и придумывать отговорки не хотелось, поэтому я просто ответила:

— Вообще-то, мне нельзя, Денис… Прости.

На его лице застыло настороженное выражение. Он отставил бутылку и оперся о край стола.

— Если не секрет, почему?

— Не секрет, — просто ответила я, вернувшись к готовке. — Я немного приболела, и сейчас пью лекарства. Ничего серьёзного.

Ответ, вроде, получился довольно адекватным, хоть и слегка размытым. Я была довольна тем, что за ним не последовало дополнительных вопросов.

— Что ж, — произнёс Дэн, — тогда идею с вином отложим на следующий раз. Сварю кофе попозже.

Я сидела на диване с тарелкой в руках и медленно накручивала пасту на вилку. На ноутбуке был включен какой-то из фильмов про «Мстителей», и я боковым зрением замечала, как внимательно вникает в сюжет Дэн. В этот вечер у меня разыгрался необычайно зверский аппетит, и я с редким удовольствием уминала приготовленное блюдо. В памяти который раз пронеслись его слова: «…на следующий раз». Не верила я, что похожий вечер повторится, но так нравилось смаковать их. Греть душу брошенной невзначай фразой.

— И как они это снимают? — произнесла я, обратив внимание на фрагмент фильма, где Железный Человек быстро проносится над небоскрёбами.

— На специальном зелёном фоне. Потом на него подставляют нужную картинку.

— Получается, всё время, пока в фильме персонажи стоят на крыше высокого здания, бесстрашно прыгают вниз, летают в космическом пространстве, сами актёры, наряженные в эти чудаковатые костюмы, болтаются над зелёной драпировкой?

Денис посмотрел на меня, приподняв уголок губ, и на его левой щеке образовалась глубокая ямочка.

— Очевидно, так и есть.

Представив эту забавную картину, я прыснула со смеху.

— И как они сами могут так серьёзно сыграть свою роль, когда вокруг твориться такой бред?

— Профессионализм — великое дело. О! А вот и первый киноляп.

И мы снова переключили всё внимание на сюжет фильма.

Отставив пустую тарелку на кофейный стол перед диваном, Дэн в пол-оборота повернулся ко мне и внимательно на меня посмотрел, скрестив руки на груди. Под пристальным взглядом я внутренне поёжилась, но, стараясь держаться непринуждённо, продолжала всматриваться в сюжет фильма, хотя сконцентрироваться на происходящем не могла. Внутри сразу же всё сжалось, сердце пустилось выбивать чечётку о рёбра. Его взгляд лизал кожу языками обжигающего пламени. Будоражил. До тла сжигал. Дэн определённо о чём-то думал, и мне больше всего сейчас хотелось узнать, о чём именно. Залезть к нему в голову и прочесть все мысли, которые его одолевают. Жалеет ли он, что наши отношения остались в прошлом, или с моим исчезновением он стал счастливее? Скучал ли, думал обо мне всё это время, как думала о нём я, или же его сердце давно занято другой женщиной? Если так, что же он тогда делает здесь, рядом со мной? Может, я для него просто сестра лучшего друга, и он посчитал, что портить отношения с ним из-за неприязни ко мне глупо, и теперь пытается вести себя, словно мы всё те же Денис и Кристина, которыми были в детстве… Слышал ли он хоть что-то о случае изнасилования на Окружной, произошедшем летом 2017 года?..

И тут грудь сдавил тревожный спазм. Почему-то я никогда не задумывалась о том, что он может знать. Думала, если я уехала, если заставила молчать своих родных, то правда никогда не выплывет наружу, но… я совсем выпустила из виду других людей, которые оказались в то время, и в том месте. Человек, проезжавший мимо, и вовремя заметивший меня на обочине еле живую, бригада скорой помощи, полицейский патруль. С одной стороны, они должны соблюдать конфиденциальность, что меня всегда и успокаивало, но с другой — с правосудием у нас явные проблемы, и некоторые специалисты не придерживаются этого правила. Однажды в поликлинике, при прохождении медосмотра перед учебным годом, я сама стала невольным свидетелем того, как врач-гинеколог, женщина преклонных лет, среди коридора обсуждала со своей знакомой какую-то несовершеннолетнюю беременную пациентку, упоминая при этом имя девчонки и некоторые подробности, которые должны были сохраняться исключительно в её медицинской карточке. Это было ужасно не профессионально, и она должна была быть притянута к уголовной ответственности, лишившись при этом врачебной практики. Но увы. Она продолжает работать по сей день.

Мне стало до невыносимости тревожно и, резко выдохнув, я не удержалась от вопроса:

— Почему ты так смотришь на меня?

— Как? — тихо произнес Дэн.

Я неуверенно пожала плечами.

— Не знаю. Как-то подозрительно.

— Пытаюсь понять, что в тебе изменилось, — без обиняков ответил он.

Значит, заметил. Дэн уже давал понять мне это в ту субботу, когда я умудрилась поссориться с братом на его глазах, но я пыталась убедить себя, что он всё-таки сказал свои слова в сердцах.

Знаю, что та далёкая ночь изменила меня во многом, но продолжала надеяться, что кроме мамы и Паши никто этого не замечает. Но ведь Денис знал меня не хуже.

Я улыбнулась:

— Сменила причёску.

— Я не о внешности, Крис, — серьёзно заметил мужчина.

Медленно поднявшись с дивана, я собрала посуду, стараясь унять предательскую дрожь в руках, и направилась на кухню. На выходе из комнаты остановилась и ответила:

— Наверное, я просто повзрослела.

Открыв кран с горячей водой, я тщательно, до скрипа, намывала тарелки. Чтобы унять зашкалившие эмоции мне необходимо было занять себя монотонной работой, она меня всегда успокаивала. Но сзади, слишком близко, я почувствовала на своей коже тёплое дыхание, и через секунду на плечо легла крепкая мужская ладонь, пробуждая новую лавину смешанных умопомрачительных чувств.

— Я обещал помыть посуду, — по шее пролегло тепло его дыхания.

— Я помою сама, не волнуйся, — ответила я, отодвигаясь ближе к мойке. — Лучше свари, пожалуйста, кофе. Турка в верхнем правом шкафчике.