17

Дэн привёз меня домой почти в девять вечера. Возле огромной светящейся ёлки он сделал множество кадров: я в прыжке, я стою и просто улыбаюсь, а на следующем — уже просто заливаюсь смехом, — а также несколько общих селфи. Потом мы просто гуляли. Пили горячий сладкий кофе, купленный в рождественском прилавке, украшенном серебристой аркой с белыми фонарями, немного разговаривали о несущественном, и много молчали о важном. Просто молчать рядом с Дэном было очень уютно, возникало и постепенно укоренялось ощущение, что всё происходящее правильно и бесконечно.

Двигатель автомобиля был заведён, а мы сидели в салоне и пересматривали фотографии, сделанные этим вечером на его телефон.

— Передашь своей ученице, что я выполнил обещание, — произнёс он.

— Обязательно. Спасибо за этот вечер, он был чудесным. Я давно не проводила так хорошо время.

Дэн повернулся ко мне и отложил телефон, пронзительно посмотрев мне в глаза.

— Тебе правда понравилось?

— Лучше и быть не могло, — улыбнулась.

— Нет предела совершенству. В следующий раз будет ещё лучше, я тебе обещаю.

— Спасибо, — мягко повторила я.

Дэн внимательно обвёл меня взглядом и заботливо убрал прядь волос за ухо.

— Тебе спасибо. За то, что пошла со мной.

Я усмехнулась:

— Вообще-то ты использовал запрещённый приём, надавил на мои родственные чувства.

— Заметь, сказал лишь, что кое-что произошло. Всё остальное ты додумала сама.

— Тем более это не честно, — возмущённо нахмурилась я, хотя это и не могло затушить тёплые огоньки в глазах.

— На войне все средства хороши.

Я отстранилась и накинула на голову капюшон.

— Уже поздно. Мне пора, — и взялась за ручку на дверце.

— Я провожу, — сказал он и мигом вышел из машины.

Когда Денис оказался рядом со мной, обогнув пикап спереди, я уже стояла у ворот и копошилась с ключами. Победив наконец подмёрзший замок, я приоткрыла калитку и остановилась. Его руки медленно пробежали вверх от моих ладоней до плеч, вызывая мелкую дрожь во всём теле. Без промедления Дэн наклонился, и наши губы слились в поцелуе, не похожем на предыдущий. Он целовал меня не осторожно, будто держа в руках хрупкую фарфоровую куклу, которая может выскользнуть и разбиться, и не настойчиво, будто я собиралась сопротивляться. Этот поцелуй был равноправным. Дэн сделал первый шаг, я поддержала. Он нежно коснулся мягких губ, и всё на свете перестало существовать. Я не замечала ни обжигающего порывистого ветра, бросающего в нас ледяные снежинки, ни жалящего кожу мороза. Тепло, разливающееся из-под трепетных прикосновений сильных мужских к моему телу, охватило сердце, колотящееся в бешенном ритме, тем самым согревая самые тайные уголки души. Я обвила руками его шею, а его крупная ладонь задержалась на тонкой талии, прижимая меня ближе к себе. Он проложил дорожку тёплых, влажных поцелуев по нежной щеке и остановился у виска, вдыхая запах мягких волос.

— Завтра я отвезу тебя на работу.

— Хорошо.

— Тебе к двенадцати, как и сегодня?

Я кивнула и подняла голову, встретившись с его затуманенным довольным взглядом. На губах играла лёгкая улыбка, на щеке — моя обожаемая ямочка.

— Не замёрзла?

— Ты умеешь согреть.

Шумно выдохнув, он отодвинулся от меня и сказал:

— Ладно. Иди домой, иначе ещё минута таких ласк, и я за себя не отвечаю.

— Пока, — произнесла я и, выскользнув из кольца рук, сомкнувшихся за моей спиной, закрыла за собой калитку.

***

В гостиной Лорик уже около получаса тихо посапывал в серой лежанке, которая пришлась ему по вкусу с первого дня появления. Заранее я насыпала корм в миску, зная, что пёс, как обычно, проснётся среди ночи и безжалостно начнёт скулить и будить меня, чтобы я поухаживала за его величеством.

Поднявшись на второй этаж, приняла душ, смывая с себя физическую усталость от долгих похождений. Прогулка была великолепной, но ноги гудели так, словно я пробежала десятикилометровый марафон. Всё ещё пребывая в смешанных чувствах, я готовилась ко сну. В комнате стоял приятный полумрак, была включена только одна лампа, стоявшая на деревянном комоде возле кровати. Я стояла посреди спальни. Неспешно наносила на тело лосьон с едва уловимым запахом лаванды, тщательно втирая в себя маслянистую массу, и долго расчёсывала короткие светлые локоны, пристально рассматривая в зеркале своё отражение.

Весь вечер я пребывала в состоянии эйфории. Всё было слишком прекрасно, чтобы происходить со мной. Я с маниакальным удовольствием впитывала каждое слово, произнесённое Дэном, каждый многоговорящий взгляд, брошенный в мою сторону, каждое прикосновение, вызывающее приятную дрожь и замирание сердца. Каждую секунду. Каждую мелочь. Я летала. Меня не покидало ощущение, словно сами ангелы поднимали меня в небеса, и чем выше мы парили, тем легче было дышать.

Но всё хорошее ведь имеет свойство заканчиваться, да? С самой высшей точки на небесах я с громким треском рухнула на землю в тот момент, когда Денис отстранился, потому что «ещё минута ласк, и он за себя не отвечает». Я горько усмехнулась сама себе. Какая же я дура. Чем я думала, когда целовала его? Когда с томлением в душе прижималась к его телу, утопая в изобилии ласки? Зная Дэна, я могла сказать точно: он заводился с пол-оборота, и там, у ворот действительно усилием огромной воли держал себя в руках. Он взрослый, здоровый мужчина. Он не будет всю жизнь ходить со мной в монахах.

Я медленно тяжело вздохнула. Не нужно было давать ему надежду. Не смогу я подпустить к себе кого-либо. Даже Дениса…

Вдруг моё внимание привлёк какой-то глухой звук, доносящийся со стороны окна, похожий на удар в гонг. Сдвинув немного штору, я выглянула во двор. Не заметив ничего подозрительного, расслабилась и села на кровать. Кажется, от переизбытка эмоций у меня начались галлюцинации.

На прикроватной тумбочке мой телефон мигнул и завибрировал, оповещая о новом сообщении. Просмотрела входящие смс. Последнее непрочитанное было от Паши.

— Ну наконец-то, — с облегчением произнесла я и открыла сообщение.

«Привет, сестрёнка. Не спишь?»

«Привет. Не могу спать уже двое суток, и всё потому что от тебя, бессовестный, ни слуху, ни духу! Где ты?», — отправила и стала с нетерпением ждать ответа, уютно укутавшись пушистым пледом.

Ожидание не было долгим, уже через несколько секунд пришёл ответ:

«Прости, не мог раньше позвонить. Дорога заняла больше времени, чем предполагал, а по приезду сразу отправился вопросы решать. Я в Одессе.»

«В Одессе? Что ты там забыл?» — я взволновалась. Сама не знаю, почему. Может, из-за того, что раньше у брата не возникало никаких проблем, которые, чтобы решить, нужно ехать за тридевять земель.

«Спортпит мне переправляли по морю, а на таможне задержали, как контрабанду. Какие-то неурядицы с документами. Но не волнуйся, я уже почти всё решил. Возможно, приеду домой раньше обещанного.»

«Точно всё нормально? У тебя ведь нет проблем с законом???»

В ответ — смеющийся смайлик.

«Не смеши меня, мелкая!»

Что ж, если Паша сказал, что у него всё чисто в бизнесе, значит так оно и есть. Мой брат человек слова.

«Ладно. Но мог выделить одну минуту и написать, что добрался живым-здоровым! За истязание моих нервных клеток будешь казнён!»

Я злилась на него, потому что действительно волновалась. Он отправился на машине за семьсот километров от дома. Погода для дальних поездок нелётная — метели, гололёд, и моё воображение уже успело накрутить сотни страшных сюжетов, пока сам Паша даже не думал о том, что кто-то места себе не находит от переживаний.

«Не сердись… Лучше расскажи, как твои дела? Братозаменитель исправно выполняет свои обязанности?»

Я саркастично усмехнулась. Пашка был в своём репертуаре, отпуская подобные шуточки. И что тут скажешь, вообще-то мой братозаменитель выполнял свои обязанности лучше самого брата, даже брал сверхурочные. Но об этом я, конечно же, рассказывать не стала.

«Всё по инструкции. Можешь им гордиться.»

«Не достаёт тебя своим беспрестанным трёпом?»

«Что-то мне подсказывает, что ты мне не того братозаменителя подослал.»

Денис и беспрестанный трёп — это несовместимые вещи. Полагаю, дело в том, что Паша просто очень любит подтрунивать над лучшим другом, и Дэн не остаётся в долгу.

Сосредоточив внимание на переписке с братом, я не сразу услышала, что на первом этаже Лорик громко залаял. Встав с кровати и завернувшись в белый банный халат, я вышла из комнаты и с лестницы крикнула:

— Лорик, фу!

Но пёс не успокаивался, заливаясь всё громче, и скребя лапами входную дверь. Что за глупая собака!

— Лорик! Гулять не время, сейчас… — и тут меня прервал раскатистый грохот, доносившийся с улицы. Лорик взлаял с новой силой, а я остолбенела.

Внутри всё тут же похолодело от страха, и тело словно онемело и отказывалось меня слушаться. Во дворе точно кто-то был. Как только жуткое оцепенение начало спадать, я влетела обратно в комнату, закрыв дверь на замок, и, выключив свет, стала сбоку от окна. Уличные фонари хорошо освещали наш участок, поэтому я могла уловить малейшее движение, если оно совершалось в этой части двора. И, к своему ужасу, я его уловила. Едва заметная тень скользнула по снежному сугробу поблизости дома, и скрылась справа за углом. В панике я прикрыла рот ладонью и резко отшатнулась от окна.

Что теперь мне было делать? Паша настолько далеко, что не окажется дома ни через час, ни через пять часов. Вызывать полицию?

Дрожащими от страха руками я потянулась за телефоном.

«Паш. Во дворе кто-то ходит… Мне страшно, что делать?»

Через секунду на экране высветилось имя брата, и я незамедлительно взяла трубку.

— Что значит «кто-то ходит»? — с тревогой в голосе спросил он.

— Я видела тень под окном. Собака разрывается, на дверь бросается, — быстро протараторила я. — Что делать?

Шумно выдохнув, Паша ответил:

— Твою мать. Дэну звони. Хотя нет, я сам позвоню. Закройся в комнате и сиди там, что бы ни произошло.

Лорик не унимался, оповещая о непрошеных гостях, а меня с каждой секундой всё сильнее сковывал ледяной страх. Не удержавшись, всё-таки набрала Дениса. После первого же гудка он поднял трубку:

— Мне Паша уже сказал. Я еду, Принцесса, — хотелось бы мне сказать, что наступила волна облегчения… но нет. Теперь я боялась ещё больше. Я не знала, кто бродит по моему двору. А вдруг этот человек был вооружён? Я подвергала Дениса опасности, и это терзало меня больше, чем страх за саму себя. — Он ещё там?

Я судорожно выдохнула:

— Не знаю. Он скрылся за домом, мне не видно. Но Лорик всё ещё лает.

— Не бойся, — сдержанно произнёс он. — Я буду через пять минут. Не отключайся, будь на связи.

— Только не лети, дорога скользкая, — встревожилась я и снова встала так, чтобы с улицы меня не было видно за портьерами.

— Не волнуйся за меня… — мягким тоном произнес любимый.

Снаружи, вроде, было тихо. Никаких посторонних звуков больше не доносилось. Да и Лорик спустя некоторое время всё ещё потявкивал, но больше не заливался раздирающим лаем, и это дало надежду, что неизвестный покинул наши владения. Прокравшись к двери, я тихонько открыла её и бесшумно вышла к лестнице. Свет в доме не горел, поэтому я могла не волноваться, что злоумышленник — если он всё ещё не ушёл — заметит меня. Потихоньку, ступенька за ступенькой, с колотящимся сердцем сошла вниз.

— Ты слишком долго молчишь, — раздался в трубке мужской голос.

— Собака притихла, так что я спустилась на первый этаж.

— Чёрт… Не нужно было этого делать. Вдруг тот, кого ты видела, умудрился влезть в дом?

С уверенностью я ответила:

— Тогда Лорик не прекратил бы гавкать, да и я бы услышала.

— В любом случае, я уже паркую машину, — сказал он.

Накинув сверху куртку, я вступила в угги и взяла с полки ключ. Попрощавшись с Дэном чуть больше часа назад, я закрыла калитку на ключ, поэтому теперь должна была открыть ему. С осадком страха в сердце распахнула входную дверь, и свежесть колючего морозного воздуха тут же резанула по лёгким. Но каково моё удивление было, когда я увидела Дэна всего в нескольких шагах от меня.

Приклацнув языком, он сурово покачал головой:

— Ты зачем вышла?

Я находилась в замешательстве.

— Чтобы во двор тебя впустить. Как ты вошёл?

— Через калитку, — сухо ответил он. — Быстро зайди в дом.

Я не послушалась. Вздрагивая от кусающего кожу холода, осталась стоять на крыльце и пыталась воспроизвести в памяти момент, как полтора часа назад прокручивала замок в калитке на два оборота.

Да, так и было. Я не могла ошибаться.

— Но ведь там было закрыто, — сказала я.

— Нет, там было открыто, — возразил он.

— Но я точно помню, что закрылась, как только ты уехал.

Денис остановился и осторожно оглянулся назад.

— Ты уверенна?

Я кивнула:

— На все сто процентов.

Он внимательно обвёл взглядом двор, отмечая про себя каждую деталь. Пытаясь не шуршать ботинками по снегу, ступал очень тихо, словно крадучись. При этом выглядел впечатляюще, с виду спокойный и уверенный, держался вполне невозмутимо, и лишь несвойственная ему тревога во взгляде выдавала истинные чувства. Сердце затопило трепетным теплом. Он не раздумывая приехал, чтобы спасти меня. Может быть, и спасать меня было не от кого, возможно, всё это были лишь игры разума, и мне лишь померещилось, что я кого-то видела у себя под окнами. Но. Он здесь, потому что я испугалась и попросила его приехать.

— Ты ходила сегодня на задний двор? — спросил Дэн. Я отрицательно покачала головой. — Там чьи-то следы. Свежие совсем, — произнёс он, держа руки в карманах куртки. — Я пойду проверю, а ты зайди в дом.

— Но…

— Пожалуйста. Сделай, как я попросил.

И я сделала. Стоя в прихожей, я даже не подумала о том, чтобы раздеться. Я с беспокойством ждала появления Дениса. Те несколько минут, что его не было, показались мне гнетущей вечностью. И когда дверь, наконец, отворилась, и на пороге появился Дэн, поддавшись порыву, я тут же ринулась к нему, протягивая руки.

— Ну что?

Озабоченным взглядом скользнула по его лицу, спускаясь ниже, потом снова возвращался к чёрным глазам, оценивая общее состояние. И когда я, в конце концов, поняла, что он цел и невредим, уронила голову на крепкое мужское плечо и с облегчением выдохнула. Утешающим жестом он прошёлся пальцами по моим волосам, прошелся ладонями по моему лицу, вызывая до боли сладкие ощущения внутри, которые разливались тёплыми волнами по всему телу. Нежно поддев пальцем подбородок, заставил посмотреть в его глаза, и бегло чмокнул в губы. Голова закружилась от подобного ненавязчивого проявления нежности, но я заставила себя сосредоточиться на возникшей проблеме.

— Дэн…

— Ммм?

— Там всё в порядке? — спросила я.

Сняв с меня верхнюю одежду, он оставил вещи в прихожей и проводил меня в гостиную, аккуратно придерживая за талию.

— Кто-то действительно здесь был, — сказал он, усаживая меня рядом с собой на диван. — Следы пролегают вглубь двора, за дом, заканчиваются у гаража, а потом ведут обратно. Замок цел, дверь заперта… Ты точно уверенна, что закрывала калитку? — ещё раз переспросил мужчина.

— Клянусь, Денис, я уже сто раз прокрутила в своей голове этот момент. Закрывала.

— Дело в том, — вдумчиво сдвинув брови, произнёс он, — что в калитке замок тоже не взломан. Я проверил. Значит, он был открыт ключом. У кого могут быть ключи, Крис?

Но это был полнейший абсурд. Ключи имелись только у меня, мамы и Паши. Поскольку Павлик в Одессе, а мама в санатории в паре десятков километров от города, единственным человеком, имевшим доступ к нашим владениям, была я. Услышав это, Дэн стал мрачнее грозовой тучи.

— Мне это не нравится, — проворчал он, сжимая руки в кулаки. И в этом я была с ним согласна. Кто-то имел возможность проникнуть ко мне в дом, не оставляя при этом никаких улик. И я не знала, что этому человеку было нужно. Это было жутко. Был ли это обычный бездомный, который рыскает в поисках того, что можно безнаказанно стащить (но как тогда объяснить историю с ключами?), или преступник, который давно наблюдал за мной издалека, и знал, что уже месяц я живу здесь одна? Неприятный холодок пробежался по спине. Если это действительно так, то плохи дела.

“А если это он?..”

Эту мысль загнала в самый дальний угол, чтоб жить не мешала. Потому что это был самый главный страх — что мой насильник вернется…

— Вызывать полицию бесполезно. Ничего не пропало, и факта взлома нет… — Пораздумав ещё минуту, Дэн сказал: — Знаешь, мне будет спокойнее, если ты переночуешь сегодня у меня.

Вскинув руки, я покачала головой:

— Нет. Это исключено.

— Это ещё почему?

Я могла найти кучу объективных объяснений своему отказу, но достаточно было даже только того, что я боялась оказаться на его территории, в его власти. Нет, конечно, я не сомневалась в его добропорядочности, и безусловно знала, что он не сделает ничего против моей воли. Страшилась я, скорее всего, своих собственных желаний, и того, куда они меня могут завести.

— На это масса причин…

— Например?

— Я не могу оставить Лорика дома одного.

Дэн фыркнул, с недоверием уставившись на меня во все глаза.

— То есть, когда речь идёт, возможно, об угрозе твоей жизни, ты печёшься о собаке?

— Конечно, я пекусь о своей собаке, — нахмурившись, произнесла я. — В случае чего, он ведь тоже может пострадать. Кроме того, его нужно покормить, выгулять…

— Ладно, — резко перебил меня Денис. — Предположим, этого пушистого чертяку мы возьмём с собой. Тогда ты согласна поехать ко мне?

Я саркастично усмехнулась:

— Вряд ли ты захочешь увидеть с утра огрызки обоев в своей квартире.

Его терпение было на пределе. Сверля меня острым взглядом, он пытался размеренно дышать, нервно настукивая указательным пальцем быстрый ритм по спинке дивана.

— Кристина… — начал он и запнулся. Сделал глубокий вдох, потом выдох. — Хорошо, — сказал Дэн, переплетая свои пальцы с моими. — Если ты настроена так категорически, тогда останусь я.