Глава 15. П — Природа мести

Я всей своей женской интуицией чувствую, что мой театр подходит к концу. Полностью осознаю, что принц Мэтт начал что-то подозревать. И пусть при нашей беседе не задавал откровенно наводящих вопросов, исключительно в рамках дисциплины, я понимаю, что внимание ко мне теперь будет особым.

Я поплыла настолько откровенно, что даже при всем желании в мое вранье поверить невозможно. А уж если его и нет… Но самым удивительным для меня стал тот факт, что Мэтт махнул рукой и отпустил, напомнив лишь про вечернюю отработку. Это наводило на особые мысли. Мысли совершенно безрадужные, но неизбежные — скоро я вылечу из академии как пробка. И все бы ничего, вот только это никак не вяжется с моими планами.

Первый пункт… Найти всю информацию о гильдии “Решерш”.

Второй — отправиться в карнийское поселение — вот не просто так на теле Ника найдены все эти символы. А это, в настоящее время, я могу сделать только при помощи академии Лойнех и исключительно при хорошем рейтинге.

И третье, в свободное от основных задач время, отомстить братьям Баркель. И отомстить так, чтобы запомнили надолго. С одной стороны я понимала, что это низко. С другой — ничего не могла поделать с этим желанием, которое прямо-таки обжигало изнутри. Также задела фраза, услышанная мною от одного из них: “Алер будет доволен”.

Мне не хочется верить, что Гильям как-то к этому причастен, но все та же женская интуиция намекает — все не так просто, как может казаться на первый взгляд. Ведь именно на первый создается ощущение, будто бы он и правда на моей стороне. Но здравый рассудок поддерживает интуицию, едва ли не в голос крича, что Алер преследует исключительно свои цели.

А что делать с Мэттом… Черт, он обложен таким количеством артефактов, что добраться до него магией фактически нереально. Да и иначе со вторым принцем да еще и с ректором академии и быть не могло. Впрочем, сама мысль о магическом вмешательстве сама по себе абсурдна. Мне не стоит переходить через некоторые границы, уж слишком шаткое у рода Зерг положение в королевстве.

Вот была бы я Алер, у меня бы появился карт-бланш на противозаконные действия. Я всегда бы смогла сообщить, что они совершены исключительно во благо короны.

— Так может вы это, поссссскорее сссссвадебку ссссыграете? — раздается насмешливое в голове. Черт!

Я спотыкаюсь о порог, выходя в один из внутренних дворов академии, отведенный специально под сегодняшние занятия. Совершенно забыла о Катрин!

— Вот ужжжж не думала, что ты такая расссссчетливая, — тянет вининумис. — Сссчитала тебя чиссстой и неиссспорченной.

По смешливым ноткам в ее тоне понимаю, что она невсерьез. Не хватало еще, чтобы она Гильяму рассказала о моих рассуждениях.

— Вообще, было бы здорово, если бы ты принимала участие в кризисных ситуациях, возникающих на нашем, — подчеркиваю это слово, — пути. Я бы не отказалась от помощи, ты ведь, между прочим, мысли можешь читать.

— Мыссссли принца Мэтта не могу, — тут же отвечает Катрин. — Ты права, у него ссслишком много артефактов.

Именно в этот момент я стараюсь думать очень тихо. Тихо думать о том, что если в природе существуют подобные артефакты, то было бы неплохо ими обзавестись. Но судя по тихому змеиному смеху, думать тихо не то, чтобы выходит.

— Студент, я с вами разговариваю! — слышу резкий окрик сбоку и снова вздрагиваю. Нет, мне определенно точно нужно добраться до Пресдена. Слишком много моего резерва уходит на чары иллюзии, с каждым днем все сложнее взаимодействовать с окружающим миром.

— Простите, пожалуйста, профессор, — лепечу я, взглядом утыкаюсь в землю. Я совершенно забыла, что порошок перестал действовать на радужку глаз! — Этого больше не повторится. Я не позволю себе опозданий.

— Раз уж вы все же почтили нас своим присутствием, — сухо выдает профессор, — то с вас мы и начнем.

Надо же было так прошляпиться! Я же почти сразу заметила расположившихся на специальных каменных выступах одногруппников! Нет, в Пресден надо сегодня. Если я планирую добраться до карнийского поселения, мне стоит позаботиться о собственном состоянии. Мысли путаются так, что я уже сама чувствую себя дурой. Без всяких напоминаний Гильяма Алера.

— Да, конечно, — тихо отвечаю я, мысленно умоляя Каниса, чтобы задание было таким, чтобы не сильно затрагивало магический резерв.

— Ввожу вас в курс дела, — продолжает преподаватель, расхаживая вдоль стены. — Сегодня мы практикуем чары стазиса. Слышали о таких?

Брови сами собой ползут вверх. Чары стазиса? Мне думалось, что это программа старших курсов. Я слышала про них, даже краем глаза видела формулу, но воспроизвести ее не смогу. Точно не смогу…

— Горе ты мое луковое, — шелестящее в голове. — Сссслушай внимательно, но не отвечай всссслух…

Катрин говорит одновременно с преподавателем. Вот только последний выражает недовольство моим опозданием в виде фраз: “Если бы вы присутствовали на занятиях с самого начала, вы бы знали переменные этой формулы и понимали бы, как работают вектора”, а Катрин об этих векторах и рассказывает. Как раз про то, как они работают, какие переменные у магической формулы и какие потоки лучше всего призывать. Объясняет подробно, но в то же время и кратко — так, что я почти тут же усваиваю теоретический материал.

Все еще не уверенная в том, что получится все сделать правильно, по команде преподавателя приступаю к чарам.

Протягиваю тонкие магические нити к подергивающемуся в воздухе чучелу, поддерживаемому чарами профессора. Вливаю часть резерва, чувствую покалывание на кончиках пальцев…

— Неплохо. Шеклис, верно? — отвлекаюсь от чар, и чучело тут же начинает снова двигаться. Преподаватель добавляет: — Неплохо для первого раза. Садитесь.

Фух…

Катрин, спасибо, — проговариваю мысленно. В ответ, конечно же, тишина. Я уже заметила, что вининумис берет слово только когда ей становится любопытно вмешаться, но не тогда, когда и правда надо.

Оставшаяся часть занятия проходит довольно скучно. Одногруппники следом за мной пробуют обуздать деревянное чучелко, получается у всех, хоть и не сразу.

А к концу дня я чувствую себя уже порядком высосанной. Поставленная цель — отправиться в карнийское поселение — требует жертв в виде получение хороших баллов на занятиях. И это отнимает львиную долю не только магического резерва, но и жизненных сил. Стоит мне пересечь границы академии, как я снимаю чары иллюзии и натягиваю плащ, скрывающий мужскую одежду.

Сил тащиться в Пресден нет, как, впрочем, и выбора. Приходится водрузиться на коня и тащиться в ближайший город. Артефактора я нахожу почти сразу, сил разбираться в его компетенции нет — их хватает только на то, чтобы проверить лицензию.

Покупаю сразу несколько медальонов под недовольное бурчание Катрин. Она изначально была против поездки в Пресден, сокрушалась, что я не успею к комендантскому часу, что если меня поймают, то мне несдобровать… Моим аргументом был тот факт, что без медальона я посажу свой организм. Усиливающие зелья — почти отрава, и артефакт немного сгладит влияние этого яда.

Как возвращалась — не помню — почувствовала только мягкость кровати, когда удается добраться до личной комнаты. На последних шагах иллюзия держалась, скорее, на честном слове. Но, благо, в коридорах никого не видно.

Меня колотит. Трясет так, что даже дышать тяжело. Медальон должен был начать действовать еще в пути, но, видимо, я слишком истощила резерв. Кашляю, даже чувствую, как по подбородку стекает что-то горячее, липкое и с металлическим привкусом. Накрывает волной паники, стоит мне только подумать о природе этой жидкости.

— Катрин, — тихо зову я и с ужасом понимаю, что не чувствую вининумиса. А если она случайно свалилась где-то по пути? Если ее затоптало копытами коня? Пытаюсь сползти с постели, но падаю на пол безвольным мешком. Ударяюсь плечом, снова кашляю — в этот раз надрывнее.

— Катрин, — на всякий случай, я зову еще раз. И снова тишина.

Пытаюсь подняться. Понимаю, что на поиски пропавшей змеи отправиться не в силах, но лечь лучше все же на кровать. Руки не держат — их сводит судорогой, кончики пальцев почти не ощущаются.

Что происходит?! Почему у организма такая реакция?.. Может, дело в медальоне? Может, артефактор оказался мошенником? Брат всегда говорил, что пользоваться надо только проверенными… Но я же, как всегда, самая умная!

Пытаюсь дотянуться до медальона, чуть ли не из последних сил. Но стоит мне нащупать гладкую и почему-то горячую сторону ребристой поверхности, увитой рунами, тело отказывает. Перестает слушаться. Совершенно!

Сознание находится где-то на границе реальности и всепоглощающей бездны, где-то там, в безвременье. Вот — я чувствую, что лежу на полу в довольно странной позе, не могу и бровью повести. И через мгновение плаваю где-то в ониксовой темноте. Еще секунда, и я вновь чувствую, как все тело покрывается противными мурашками, не позволяющими ни крови, ни магическим потокам растекаться по конечностям. Следом меня снова раскачивает на волнах — вверх, вниз, вверх, вниз — вдали виднеется свет. Потом… я чувствую.

Чувствую, как кто-то осторожно поднимает меня на руки, укладывает на кровать. Проходится горячими пальцами по моей руке, потом по другой…

В голове что-то шелестит, кто-то говорит, но я не могу разобрать слов. Грудь обжигает болью. Следом — накрывает холодом. Я вновь чувствую прикосновения, они лечат, вливают в меня магию, которая почти мгновенно подстраивается под мои потоки, избавляет от тяжести, насыщает.

Меня окутывает теплом, и я не сразу понимаю, что кто-то меня обнимает. Ощущаю только как чьи-то жизненные силы проходят через каждую частичку моего тела, через сердце.

Чувствую… чувствую вдох. Потом выдох. Уже мой.

— Всссе будет хорошшшо, девочка, — различаю голос Катрин, и погружаюсь в спасительную темноту. Не в ту сосущую бездну, а в темноту окутывающую теплом.

***

Просыпаюсь резко. Даже вскакиваю с постели, ведь в первую секунду мне кажется, будто я умерла.

— Вообще-то, почти умерла, — слышу тихий мужской голос справа от себя.

— Алер? — срывается прерывистое.

— Ты ожидала увидеть кого-то другого? — насмешливое. — Меня Катрин позвала. Она успела раньше, чем это сделало кольцо.

В свете свечи — настоящей свечи, а не магического светляка — Гильям выглядит уставшим. Смотрит на меня испытующе, будто бы чего-то ждет.

— Это ты… ты вытащил меня оттуда? — спрашиваю.

— Я, — простой, но твердый ответ.

— Спасибо, — ошарашенно киваю. До меня запоздало доходит, что рубашка расстегнута почти до пупа. Но стоит мне дотронуться до обнаженной кожи, как морщусь от боли.

— Там магический ожог, — поясняет Алер, кладя голову обратно на подушку. — Потребуется время, чтобы его вылечить.

Все еще смутно понимая, что происходит, осматриваюсь. Мы с Алером лежим на одной кровати. Точнее, он лежит, а я уже сижу. На столе стоит самая обычная белая свеча, расплавленный воск которой почему-то черный. Я почти что в неглиже, рубашка Алера тоже расстегнута. Он смотрит в потолок в молчаливой задумчивости. Катрин не видно. По всей видимости, где-то затаилась.

— Ты даже не скажешь, что я дура? — нервно спрашиваю я, поправляя выбившиеся пряди волос. Они никак не желают ложиться за уши, то и дело падают на глаза. — Купила у непроверенного артефактора усиливающий медальон, а оказалось, что этот медальон подчистую высосал и мой резерв, и мои жизненные силы. И из-за того, что недостаточно дотошно проверила лицензию, я чуть не лишилась жизни и это была бы одна из самых глупых смертей.

— Зачем мне все это говорить, если ты и так все прекрасно понимаешь? — губы Алера дергаются в некоем подобии улыбки. Довольно слабой.

— Эй, ты как? — обеспокоенно спрашиваю я. Не хотелось бы, чтобы Гильям пострадал из-за меня. По многим причинам не хотелось бы.

— Да нормально, — чуть заерзал. — Через пару минут восстановлю баланс.

— Прости, — сама не знаю, что толкнуло меня на извинения. Обычно это слово давалось с трудом. — Прости, что из-за меня и моих поисков у тебя прибавилось проблем.

— Ты извиняешься? — Гильям даже повернулся в мою сторону.

— Ну да, — говорю неловко.

— И готова искупить свою вину? — нервный смешок.

— А как? — спрашиваю осторожно.

— Отправишься в женский пансион? — спрашивает, но в голосе даже надежды нет, что я соглашусь. Скорее, вопрос на шару, вдруг соглашусь.

— Гильям... — качаю головой, а сама изучаю его лицо. В целом, он хорош. Пусть слишком резкие, словно выточенные черты лица, но сейчас они почему-то не отталкивали.

— Элиан, вот чего ты хочешь, а? — неожиданно резко спрашивает он.

— В смысле? — я не понимаю. — Брата найти.

— Все? — вопрос с подвохом, я это чувствую, но киваю.

— Дай мне неделю, и я его найду, — продолжает он. — Но только если ты не будешь вмешиваться.

— Я… я не могу, — отвечаю честно. Пожалуй, я могу понять, почему его злит мое вечное вмешательство, но принять позицию трепетной лани, за которую решат все важные вопросы, никак не могу. — Понимаешь, мы с Кайдом друг за друга с самого детства. Он всегда меня защищал и оберегал, и я очень старалась отплатить ему той же монетой. Но не потому что чувствовала себя должной, а потому что хотела этого. Он — мой самый близкий человек на всем свете. Я бы пожертвовала жизнью ради него. Ты ведь тоже готов на многое ради семьи, не правда ли? Вот и у нас с Кайдом также… Пойми, я просто не могу иначе. Сидеть, сложа руки, в этой ситуации для меня сродни самым жестоким пыткам… Пусть неловко, где-то даже безобразно, но я пытаюсь сделать хоть что-то…

В горлу подкатывает комок, глаза наливаются слезами. Я пытаюсь их незаметно сморгнуть, но крупные капли текут по щекам.

— Ладно, — не сводя с меня взгляда внимательных темных глаз, произносит Алер. — Тогда мы изменим стратегию.

— О чем ты? — я все же вытираю непрошенные слезы.

Все, что происходит этим вечером в комнате, и правда пропитано духом дружбы и поддержки. Именно сегодня мне не хочется видеть в Гильяме Алере двойное дно, хочется просто ему довериться. И, наконец, сделать что-то правильно. Чтобы помочь Кайду выбраться из передряги.

— Как говорится, если не можешь пресечь бунт, возглавь его, — продолжает Гильям. — Уж лучше ты постоянно будешь под моим надзором, чем мне придется бросать все свои дела и скакать к тебе на помощь.

— То есть, теперь мы окончательно заодно?

— Да, я постараюсь ускорить отправку групп в карнийское поселение. Я прекрасно понимаю, что ты все равно решишь туда отправиться, даже если я буду категорически против. Как ни крути, но все нити ведут именно туда. Но до этого нам предстоит еще кое-что сделать. Готова быть моим напарником?

— Конечно, — не могу сдержать радости в голосе. Уж сколько раз мы с Гилямом пытались о чем-то договориться, но именно сейчас все слова кажутся настоящими. Может, это из-за того, что по моим потокам течет его магия? Что мой резерв заполнен его энергией? Пусть временно, но все же.

— Элиан, пообещай мне только одно, — сухо говорит он.

Я вопросительно приподнимаю брови.

— Когда все закончится… Когда мы найдем твоего брата, когда мы снимем проклятие, ты и правда исчезнешь. Как вы с Кайделиусом и запланировали. Из королевства и… из моей жизни.

— Обещаю, — мне почему-то горько, но отвечаю твердо. Я не знаю почему, но в горле вновь появляется ком. Вот только в этот раз мне удается его сдержать.