Глава 16. Р — Решерш

Алер назначил встречу в пять, после занятий. В малом зеленом саду. Сообщил, что я все еще могу отказаться, и что нам придется рисковать. Не то, чтобы меня это напугало, но до этого момента у меня есть еще несколько неоконченных дел. Тоже довольно рискованных.

Я всегда считала себя не то, чтобы борцом за справедливость, скорее, остро реагирующей на ее отсутствие. А еще очень не любила, когда обижают слабых. Неважно — Элиан Зерг или Ландгард Шеклис — душа требовала мщения.

А потому я притаилась в самом прозаичном месте, которое только можно было найти в академии Лойнех. В мужском туалете. Почему я посчитала, что они придут именно сюда, а не в любой другой туалет? В этом тоже заключается часть моего плана.

Готовиться начала с самого утра. Несколько раз потренировала наложение векторов, проверила — правда ли, что мои чары будет невозможно идентифицировать из-за того, что Гильям в меня влил львиную часть своего резерва. Оказалось, что правда. Более того, и на самого Алера не падет никаких подозрений. При слиянии двух магий образуется третья, в которой слишком сложно обнаружить границы первой и второй.

И сейчас, когда мои приготовления закончены, я таюсь за тонкой стенкой одной из кабинок. Зеленоватая плитка, вычищенная до блеска, отшлифованные деревянные кабинки, пахнущие каким-то резким средством для мытья. Весь этот пейзаж вводит в уныние: никаких позолоченных унитазов с бархатными ободками, только дырка в полу. Пусть сравнительно чистая, даже блестящая, но… Сильнее всего поразило то, что на внутренней стороне двери красовалась целая вязь из чьих-то инициалов. О природе их появления стараюсь не думать.

— Зачем ему назначать встречу именно здесь? — басистый голос после скрипа двери. — Я же говорю, это какая-то подстава, нет его тут.

— Значит, сейчас придет. Это ж Алер, у него вечно все… вот так вот, через туалет, — а вот и второй братец, низко и довольно мерзко хихикает. — Может, хочет что-то сказать без лишних ушей.

А вот если бы у вас были мозги, дорогие братцы, вы бы первым делом проверили кабинки. И только потом начали обсуждать что и почему. Но мозгов у вас нет, а потому…

Тихо выдохнув, тянусь векторами к Баркель. Да! Чары стазиса наложены. У меня есть буквально несколько минут, чтобы успеть провернуть все задуманное. Выхожу из кабинки, благо, братья повернуты ко мне спиной. Если все вышло как надо и я успею, то они даже не заметят ничего. Но стоит мне продержать чары стазиса дольше, чем несколько минут — подопытные не только их почувствуют, но и попробуют снять.

Прикусываю губу, меня уже распирает от смеха. Хотя я прекрасно осознаю, что то, что я придумала, может выйти боком. Конкретным таким боком.

Вновь выдыхаю и сплетаю новую формулу чар. В этот раз вполне для меня привычных — чар иллюзии.

— Вот есссссли Гильям узззнает… — задумчиво тянет Катрин. Надо же, проснулась! А ведь с самого утра голоса не подавала.

— То поржет, — мысленно отрезаю я. Хотя в этом я совершенно не уверена. Вполне возможно, что мне предстоит очередная выволочка за то, что страдаю фигней.

— Ты уверена в сссссвоих ссссилах? — осторожно уточняет вининумис.

Уверена. Я уже такое проворачивала, вот только дома, когда отец с матерью были в долгом отъезде, чтобы никто ничего не мог заподозрить. Но весело было всем: и мне, и Кайду, и всем слугам, хоть раз пострадавшим от его руки. Всем, кроме самого Ферена.

Закончив с заключительным узелком, разминаю пальцы. После таких чар они сильно затекают. Но уже через мгновение навожу лоск и тороплюсь к выходу. Самое время занять наблюдательную позицию и насладиться цирком.

В коридор выхожу под змеиное хихиканье. Оно уже не так пугает, как раньше.

— Ты подожди, это не самое веселое, — беззвучно шевелю губами. Разговаривать вот так, без слов, у меня получается через раз. Выхожу в общий коридор и утопаю в толпе обучающихся. Тут проходят все: и младшие и старшие курсы. Если Баркель планируют посетить следующее занятие, то миновать этот коридор у них никак не получится. Остаться незамеченными — тоже.

Минута, вторая, пятая… время тянется, а я все сильнее начинаю нервничать. А что, если я все же напутала с чарами стазиса? Что, если Баркель все еще стоят там, в центре туалета, не могут пошевелиться. И даже оценить всю степень произошедшего.

Спустя десять минут я всерьез начинаю думать о том, чтобы вернуться и перепроверить. В мои планы не входило как-то серьезно им навредить, разве что немного повеселиться. Может быть, жестоко повеселиться. Без грызунов, ползающих по ногам, и то ладно.

Я уже готова отложить взятую для конспирации тетрадь и возвращаться в туалет, но внезапно наступившая гробовая тишина приковывает к подоконнику. Я боюсь пошевелиться, даже взгляд приподнять. Волна смешков — от самого начала коридора до самого конца — следом откровенный ржач, и я выдыхаю, все получилось.

Поднимаю взгляд, и не могу сдержать победную улыбку. Если остальные, как и я, не могли раньше различить близнецов Баркель, то сейчас это можно было сделать с легкостью. Конечно, ведь один из них в сиреневом платье, а второй в розовом. У одного красная помада, а у второго — фиолетовая. Их объединяли разве что одинаковые по оттенку и насыщенности румяна. А как они удивленно хлопают ресницами, ах! Вот просто сказка!

— Что вы лыбитесь? — спрашивает Сиреневый.

— Что происходит? — вполголоса бормочет Розовый, осматриваясь. Но он ничего кроме обычной формы на себе и на брате не видит. Ведь сам маскарад рассчитан не на них, а на зрителей. Наслаждайтесь, мальчики!

Без ложной скромности вынуждена признать — мастерское освоение чар иллюзии! Пожалуй, с такими навыками я даже могу претендовать на работу в Тайной канцелярии. Вот смеху то будет, опальная принцесса на службе в тайной канцелярии!

Смех набирает обороты, и я скромно потупив взор бочком продвигаюсь к выходу. На меня никто не обращает внимания, еще бы — не я звезда сегодняшнего спектакля, хоть и приложила к нему руку.

Низко?

Наверное. Но я искренне полагала, что к нормам навязанной морали стоит обращаться лишь при общении с людьми, знающими хотя бы определение слова “мораль”. А о нравственности вспоминала, когда рядом оказывались люди, которые если мне не нравились, то хотя бы вызывали симпатию. В остальное время предпочитала отмалчиваться и анализировать, не привлекала к себе особого внимания.

— Опаздываешь, — сквозь зубы шипит Алер, стоило мне обнаружить его у одной из колонн во дворе.

— Полминуты, — сверяюсь с артефактом и удивленно приподнимаю брови.

— Идем, — он осматривается и дергает меня за руку, подводя к неприметной деревянной двери в углу. — Постарайся вести себя тихо и не используй магию. Как только мы проникнем внутрь, сними с себя чары иллюзии, чтобы не оставлять след.

— Мои чары сейчас нельзя идентифицировать, — так же тихо замечаю я.

— Наша задача не допускать даже мысли о том, что в этих комнатах кто-то был. И помни, ни звука.

Киваю.

Не спорю, не задаю вопросы, не уточняю, даже не ехидничаю. Просто киваю.

И слушаюсь.

Стоит нам переступить порог, как я тут же избавляюсь от чар иллюзий. Мы оказываемся в темном коридоре, в котором нестерпимо пахнет сыростью. Настолько сильно, что тут же начинает чесаться нос, хочется чихнуть. Но я держусь. Конец коридора расходится на три дополнительных, и Гил уверенно шагает в правый. За ним лестница и новая развилка. Все вокруг совсем не походит на академию, даже при всей скромности ее внутреннего убранства эти помещения выглядят еще проще, даже беднее. Будто мы оказались в подсобке работников, но… вокруг не единой живой души.

Алер легко касается моей руки и тянет за край рукава, прямо в стену. В стену?! Ее будто не существует, и не существовало никогда — мы проходим легко. Чары иллюзии? Интересно, сколько энергетических затрат строит такая стенка и зачем она вообще нужна?

Оказываемся в коридоре еще более темном узком и затхлом, чем те, где мы были раньше. В конце винтовая лестница, на вид такая же старая, как и все королевство, но Алер уверенно тянет туда. Десять ступеней и при наступании на каждую внутри будто что-то переворачивается, мне все кажется — вот, именно сейчас вся лестница навернется. Но нет, она даже не поскрипывает от шагов, словно бы вся ее дряхлость — очередная иллюзия.

Алер толкает люк, с третьего раза он поддается. В нос ударяет свежий запах дерева, скошенной травы и свежей бумаги. Подтянувшись на руках, я, вслед за Гильямом, оказываюсь в комнате. В красивой и ухоженной.

В центре расположена широкая кровать с бордовым балдахином, чуть поодаль гардероб из черного дерева. Полки со свитками, камин — все тут сияет чуть ли не маниакальной чистотой и блеском, будто каждый день все это дерево натирает десяток служанок. Это чьи это хоромы в академии выглядят настолько хорошо?..

Но стоит мне заметить пиджак с королевским гербом на манжете, висящий на ростовой вешалке, как все внутри меня переворачивается.

Во фразе “Элиан, нам придется рискнуть, но ты можешь отказаться” я как-то не услышала: “Элиан, мы проникнем в личные покои второго принца!”.

*****

— Эли, сссспокойно, — в голове раздается голос Катрин. — Гильям бы не повел тебя ссссюда, ессссли бы это было по-настоящщщщему опассссно.

Да уж, утешила, ничего не скажешь!

Алер предупредительно сжимает мою руку. Видимо, Катрин сообщила ему о волне паники, едва не накрывшей меня с головой. Ладно, надо так надо. И правда, Алер не дурак. И точно не враг короне, которой его род служит вот уже долгие века. В руках Его величества наверняка есть ниточки, за которые можно подергать, чтобы Алеры не вышли из-под контроля.

Гил знаком показывает, что нам нужна боковая дверь. Я киваю, в параллель стараюсь взять себя в руки, все убеждаю, что нет ничего предосудительного в том, что мы делаем.

Это точно! Что такого, что мы забрались в личные покои второго принца в королевстве?! Ерунда же. И никакой смертной казни или, что еще хуже, лишения магии и заточения в темницу до скончания веков нам не светит!

Мы оказываемся в кабинете, больше похожем на библиотеку. Каждая стена в комнате являет собой полки с огромным количеством самых разнообразных книг. Я почти физически ощущаю присутствие магии в этой комнате, слышу дыхание этих книг — неужели все это настолько отвратительно охраняется, что в личный кабинет директора академии могут пробраться два нерадивых студента?

— Гильям, вообщщще-то, лучшшший сссстудент на курсссе, — иронично замечает Катрин. Час от часу не легче.

Мысленно пародирую:

— А мы, вообще-то, в кабинете директора!

— Мне так Алеру и передать? — с показушной серьезностью уточняет вининумис. — А то вдруг он не в курссссе?

Гильям подходит к столу и осторожно выдвигает верхний ящик, то и дело сверяясь с каким-то артефактом. Пальцами проходится по бумагам, морщится и закрывает ящик. Тянется к следующему.

А я что, так и буду тут стоять и наблюдать? Какой тогда от меня вообще прок? Всего на мгновение меня посетила мысль, что я тут только из-за собственного каприза.

Хочу быть в курсе!

Хочу действовать!

Как же.

И куда же делась моя бравада, если сейчас я просто стою и наблюдаю? Бесполезный балласт.

— Катрин, что мы ищем? — мысленно спрашиваю я у вининумиса, подходя к столу.

Через несколько секунд в голове раздается ответ:

— Любое упоминание гильдии “Решшшерш”.

Вот как? Интересненько.

Поскольку стол оккупирован Алером, подхожу к полке за ним. Что-то меня в ней интуитивно смущает, но я никак не могу понять что. Стою и гипнотизирую ее взглядом довольно долго, пока взгляд вновь не цепляется за одну любопытную деталь.

Казалось бы, что любопытного может быть в книгах по магической биологии, истории королевств и бытовых чарах — простейший набор книг, который можно найти практически в любой аристократической библиотеке? Вот только есть несколько интересных фактов.

Первый — их обычно не читают. Даже страницы не проминают. Всем этим знаниям обучают в школах, пансионах и академиях. И крайне редко — на дому. А если на дому — то гувернеры и приглашенные преподаватели приносят свои экземпляры. И именно перед этими фолиантами виднелись четкие дорожки стертой пыли. Вся остальная полка, несмотря на блеск и лоск первой комнаты, чуть ли не несколькими слоями была покрыта этой пылью. Но это ладно — мало ли по каким причинам сам Мэттью Лойнех мог заинтересоваться подобной литературой.

Смущал второй факт — у второго принца королевства напрочь отсутствовала магия в резерве. А значит, как минимум две из трех книг никаких практических знаний не могли ему принести. А в данном случае без практики теория имела мало смысла.

Все эти размышления занимают буквально несколько мгновений, как я тяну книги на себя. Каждая из них весит по меньшей мере по пять кило — подозрительно увесистые, даже несмотря на то, что они сами по себе пухлые. Осторожно складываю их на стол, у которого с вопросом в глазах замер Гильям. Раскрываю одну из них, и с трудом сдерживаю чих.

Так я и думала. Тайная шкатулка!

И во второй.

А вот третья оказалась пустой, на дне специальной ниши виднелся только небольшой бархатный плоский чехол. Алер заносит над книгами свой ну о-о-о-очень таинственный артефакт, и он легко вибрирует. Ни Гильям, ни Катрин, разумеется, не спешат посвящать меня в детали.

Но парень замирает, будто о чем-то всерьез задумывается.

— Эли, надо чтобы ты кое-что сссделала, — осторожно выдает Катрин.

— Мое имя Элиан, — беззвучно. Я раздражаюсь, но не на змею, а на ситуацию, в которой оказалась.

— Надо всссскрыть зззамок в этой книге, — Катрин сползает к истории. — Я рассскажу, как это сссделать.

— Я умею вскрывать замки, — мысленно огрызаюсь и прикусываю себя за язык. И правда, откуда принцесса, пусть и опальная, может знать такие детали? Не буду же я направо и налево рассказывать о том, как мы с Кайдом однажды вскрывали сейф одного купца, который не пожелал возвращать долговую расписку даже после уплаты долга.

— Ессссть детали, — все еще аккуратно, будто эти детали меня как минимум испугают, добавляет Катрин. — У нассс будет ровно три минуты до того, как принц узнает о том, что одну из его шкатулок всссскрыли.

— За это время нам надо успеть уйти?

— За это время ты должна усссспеть ссссоздать магичесссские копии каждого из предметов и бумаг, что там находятсссся. Копии, сссспособные сссскопировать магичесссский фон.

Вот копии меня совершенно не пугают — еще одна из разновидностей чар иллюзии, в которых я чувствовала себя как рыба в воде. А вот время… Время, по своему обыкновению, вызывало сложности. Даже не время, а его отсутствие.

— За сколько он успеет добраться до кабинета? — деловито, но все еще мысленно спрашиваю я.

— Ещщще минуты три, — незамедлительно отвечает вининумис. — Он тоже пользуется тайными ходами и артефактами.

Значит, суммарно у меня есть шесть минут. За это время я точно успею создать копию трех предметов. Но ведь за это время нам надо еще попытаться скрыться, иначе толку от этих попыток не будет. И тайные ходы… А если мы пересечемся именно там?8c847c

— Портал?

— По порталу нассс будет ссслишшшком просссто отссследить даже при твоей магии, — мысль очевидна, но требует обсуждения. Создать сеть из порталов, способных запутать следы, я не смогу. Я один-то вряд ли нормально наколдую, не говоря уже о нескольких.

Черт. Ладно.

Канис, будь другом, помоги, а?

Решительно ставлю на место ненужные фолианты. Вдыхаю, настраиваясь… Не знаю, сколько у меня есть времени и не угасает ли оно прямо сейчас. Это будоражит, пробуждает ранее незнакомую мне эйфорию.

— Ты ссссправишшшься, — шепчет Катрин, и вместе с тем я чувствую как на плечо ложится ладонь Алера.

Осторожно, но стремительно выпускаю вектора. Знаю, что передо мной не самый легкий замок, но все еще не такой сложный, как тот сейф купца. Вряд ли Мэтт хранит в этой шкатулке по-настоящему важные документы и вещи — просто именно эти нам и понадобились.

Замок открывается с тихим щелчком. Я пробегаюсь взглядом по всему, что лежит внутри, перенастраиваю вектора. Прикрываю глаза, выдыхаю и вместе с тем прощупываю каждую частичку того, что внутри.

Не руками, нет. Магией. Она не обманет.

Раз…

Два…

Три…

— Эли, надо поторапливатьсссся, — словно сквозь вату слышу голос Катрин. Обеспокоенный, поспешный.

И потому ускоряюсь. Мне уже не сложно, я делаю это играючи.

Семь…

Восемь…

Готово!

Как только я заканчиваю и открываю глаза, Гильям захлопывает шкатулку и пихает ее обратно на полку. Я беру в охапку все то, что появилось на столе. Бегу к двери.

В глазах черные мушки, во рту металлический привкус, и только теперь до меня доходит, что я с силой закусываю губу. Мы едва ли не падаем на винтовую лестницу. Стремительно спускаемся вниз, и испуганно замираем. Слышим гулкие шаги. Неужели Мэтт решил воспользоваться именно этим потайным ходом?

Твою ж!

Ну уж нет, так просто я не дамся!

Толкаю Гильяма в темный угол, прижимаюсь к нему сама. Направляю один из векторов, который буквально через несколько мгновений накрывает нас новой иллюзией.

Мэтт спешит, он не станет проверять ходы на наличие магии. Быть может, перепроверит их потом, когда поймет, что в его кабинете никого нет. Хоть бы потом! Канис, умоляю, пусть сейчас при нем не будет никакого быстросрабатывающего артефакта! Если поможешь, то я при первом же удобном случае наведаюсь в твой храм! Пожертвую денег, поставлю благовония в твою честь, прочту молитву, исповедуюсь в конце концов!

Стук сердца гулко отдается где-то в висках, я задерживаю дыхание и даже закрываю глаза. Где-то на периферии сознания отмечаю, что уже в который раз о богах я вспоминаю только в критической для себя ситуации. И почти сразу забываю, стоит мне из нее выйти. И это неправильно, наверняка благословение богов не бесконечно… Именно из-за этой мысли — пусть далекой и нечеткой — меня накрывает страхом. А что, если именно сейчас Канис пошлет меня темным лесом?!

Как вдруг чувствую, что руки Алера меня крепко обнимают, а пальцы легко проходят по спине — будто бы в знак утешения. Нашел время, чесслово!

Мгновение, и Гил резко выдергивает меня из этой странной эйфории и тянет за собой. Видимо, я пропустила, как Мэтт прошел мимо нас. Нехило меня накрыло!

Весь путь смешивается в одну аляпистую кляксу. Я не понимаю, куда Гильям меня тянет, но иду. Только когда мы добираемся до двери, смутно похожей на ту, через которую мы вошли, он шепчет:

— Иллюзия.

И стоит мне переступить порог, как я и правда накрываю себя иллюзией младшего сына барона Шеклис. Не удивлюсь, если она дергается так, будто бы я впервые пользуюсь этими чарами.