43
Отчий дом всегда угнетал Данила. Возможно, именно поэтому он много времени проводил с дедом, который до самой смерти проживал в городской квартире. Часто Данилу казалось, что родители часто не замечали его отсутствия, переложив заботы по воспитанию младшего сына на плечи нянек и гувернанток. А когда Данил повзрослел, то и вовсе перестали интересоваться его жизнью, посвятив себя старшему сыну, Анатолию, на которого возлагали огромные надежды. Чета Аркановых не скрывала, что именно в Толике видят наследника, преемника и гордость всей фамилии.
Выходя из машины, Данил не мог скрыть злорадную ухмылку. И дураку была очевидна причина звонка матери. Ведь не каждый день рушатся ее розовые мечты, и она узнает, что горячо любимый сын, который последние полгода занимал высокий пост и возглавлял семейную фирму, последние несколько лет крепко подсел на наркотики.
Данил предпочел не думать, что мать не соизволила даже попрощаться с ним весной, когда он сам улетал заграницу. Он давно понял, что был лишним в маленьком раю семейства Аркановых.
Массивную дверь особняка распахнул древний, как само здание, дворецкий. Данил вспомнил, как в детстве любил подшутить над стариком. Пожалуй, это были единственные теплые воспоминания о доме.
- Здравствуйте, Данил Анатольевич! – ровным, старческим голосом проскрипел дворецкий. – Позвольте доложить о вашем приезде.
- Здравствуй, старина, - едва заметно кивнул Данил. – Не стоит. Я сам найду дорогу.
Дворецкий почтенно кивнул и скрылся за дверью, ведущей на кухню. Бросив взгляд на часы, Дан усмехнулся. Маман, как обычно, пунктуальна. Время утреннего чая. А заодно, и прекрасно спланированного лично мадам Аркановой спектакля.
Что ж, Данил готов был его просмотреть, от начала до конца.
Расправив плечи, убрав руки в карманы брюк, Дан нарочито медленным шагом отправился в просторную комнату, которую хозяйка дома называла личным кабинетом. Данил тянул время, прекрасно понимая, как сильно разозлится мать, если он заявится в кабинет после боя старинных часов и после того, как ее чашка будет наполнена травяным чаем. А стало быть, мать будет в ярости.