Глава 27 Великий змей праотец.

Отец Дарелишша остановил нас, придержав сына за рукав. Когда все остальные вышли, заговорил:

— Можете не возвращаться в зал, идите отдыхайте. У вас был тяжелый день.

После его слов я почувствовала облегчение. С благодарностью улыбнулась.

— Спасибо, отец, — просто ответил Дарелишш.

И повел в сторону моих покоев. Войдя в комнату, я развернулась чтобы попрощаться, но Дарелишш продвинул меня во внутрь и закрыл за нами дверь.

Пока происходило всё это: безумие в пещере, лечение нас в моей комнате, его сопровождение меня на балу и совещании, у меня не было времени, возможности и права, подумать о своих чувствах и разобраться в отношении к произошедшему. Сейчас же, услужливая память подбросила образ сплетенных тел, жаркие стоны, тошнотворный запах его измены.

Сегодня я кинулась спасать Дарелишша думая о глобальных понятиях — на кону была его жизнь, осуществление задуманного Инанной, спасение мира, чёрт побери! А сейчас, находясь вдвоем с ним в комнате, в спокойной обстановке, смотрела на него и испытывала двоякое чувство. С одной стороны, я понимала, в том, что случилось виновата Гелена, которая использовала приворотное зелье и чары, но … И это, НО не давало покоя. Я не забыла все те чувства, что испытала, когда Дарелишш изменил мне, пусть даже не по собственной воле … своей воле ….

Да что он не видел кого трахает?! — кричала во мне иррациональная злость. Не понимаю до конца, КАК ОН МОГ! Если сразу все всё поняли и прониклись сочувствием к нему, когда узнали о зелье, то мой не магический скептик отказывается принимать это. Можно ли вообще простить измену? Измена ли? Точно знаю, что на Земле не простила бы никогда!

Мы стояли друг напротив друга и молча смотрели. Напряжение в комнате нарастало. Дарелишш решительно пошел на меня, я непроизвольно попятилась. Он ничего не говоря, подхватил меня на руки, и стремительно пошел через веранду, унося в глубь леса. Его молчание и отчаянная решительность пугали.

— Куда ты меня несёшь? — с паническими нотками в голосе спросила его.

— Не бойся, прошу, верь мне, — хрипло сказал, нежно прижимая меня к себе и целуя в висок.

Минут через пятнадцать мы вышли к … храму. У входа в храм стояли, как бы охраняя его две статуи наагатов. Храм был древний, заросший плющом и мхом.

— Что это за место? — тихо спросила его, рассматривая цветные фрески с изображениями разных битв наагатов с разными существами.

— Храм Великого змея — праотца всех наагатов Ильмариона. Наагаты всегда обращаются к нему перед знаковыми событиями в жизни или если нужен совет, помощь.

Мы вошли в зал поражающий своими масштабами. У противоположной стены от входа был алтарный камень за которым стояла колоссальная статуя наагата в полной трансформации, боевой амуниции и с копьем. Дарелишш поставил меня возле камня, а сам стал на колени и обратился к Великому змею:

— О, Великий Тандишш, праотец всех наагатов! Призывая тебя в свидетели. Заявляю, здесь и сейчас, всё, что будет сказано — истина! — камень засветился, принимая сказанное.

Повернувшись ко мне, продолжил:

— Нет таких слов, чтобы утолить твою боль. Но ты должна знать: я не в силах изменить случившееся, но на то не было моей доброй воли. Мой разум и чувства были под воздействием чар. Я не помню, как Гелена оказалась в моих покоях. Последнее, что я помню, как встретил ее в коридоре. Она сказала, что заблудилась, идя с женской половины от Алишии.

Поверь в искренность моих слов — я и мой змей признали в тебе свою Единственную, свою Пару, иначе бы в пещере змей не услышал тебя. Я впускаю тебя ко мне в сердце и душу. Загляни, ты увидеть, что оно бьется для тебя и душа расцветает, только когда ты рядом. Моя любовь только для тебя. Моё счастье только рядом с тобой. Моя жизнь ради тебя.

От его слов комок в горле стал и в глазах защипали непрошенные слезы. Может я дура, но в тот момент я отбросила все сомнения и приняла его вместе со змеем. Таких взрывных, порой агрессивных, гордых, деспотичных, но в то же время пылких, честных, целеустремленных, ранимых, трепетных. Я потянулась к нему, заставляя встать с колен.

— Дарелишш, я верю тебе и принимаю тебя в свое сердце и душу. И пусть ваш Великий змей будет мне в этом свидетелем. Я отпускаю всю горечь обид и прошу поверить, что ты стал за это время для меня близким и родным, иначе я не пришла бы в пещеру к вам со змеем.

Камень засветился, подтверждая мою честность. Вздох облегчения вырвался у него, как будто бы он не надеялся на прощение. Черты лица смягчились, поникшие плечи расправились, в глазах засияло счастье. Сейчас на меня смотрел уверенный в себе молодой мужчина полный надежды. На душе стало тепло и уютно. Мы, взявшись за руки, ушли из храма, чтобы завтра сюда вернуться всемером. Правда ушла я в туфлях на высоком каблуке не далеко — до тропинки, выполненной из крупной гальки. Когда я в третий раз перецепилась на пятом шаге, Дарелишш весело рассмеялся и сказал:

— Будешь гулять по лесу у меня на руках, — я была не против. Вывихи и переломы меня не прельщали. О чём я и сообщила.

— Я очень даже не против такой прогулки. Учитывая, что за день я очень часто оказывалась у тебя на руках, то привыкла. Еще не отвяжешься. Просить будешь — с рук не слезу, — подшучивала над ним.

Еще один день полный потрясений, эмоциональных качелей, тревог и веры в лучшее, закончился. Мы легли спать в одну постель всё так же держась за руки, боясь нарушить границы, как дети во время первого свидания. Пока не заснули, а во сне, бессознательно, притянулись в объятия друг друга. Я прижималась к его груди ища защиты и покоя. Он — боясь выпустить из рук, чтобы я не исчезла, как мираж.

Я просыпалась нехотя. Мне снился такой правдоподобный эротический сон…Ммм…застонала я, когда мой не видимый любовник стал ласкать моё лоно гибким слегка шершавым языком, задевая лепестки губ, целуя и нежно обводя по кругу бугорок клитора, посасывая его, скользящим движением проникая во влагалище, и снова нежные поцелуи вызывающие волны нарастающего возбуждения, когда все тело становиться, как натянутая струна, готовая лопнуть от …Ммм…Да-а-а. ноги сгибаются в коленях в стремлении шире раскрыть ракушку с жемчужинкой…пальцы с силой сминают простыни помогая приподнять, выгнуть на встречу ласкам тело с чувствительными сосками …я вся дрожу от плавящих прикосновений рук к низу живота, скользящих вверх к груди, задевающих затвердевшие соски…

Резким прыжком сознание вернулось, прогоняя остатки сна. Широко распахнутыми глазами я смотрела на Дарелишша, тяжело дыша от нахлынувшего возбуждения. Мужчина, видя панику в моих глазах, и не дав опомнится, рывком подмял меня под себя. Подхватывая одной рукой под голову и целуя чувствительные губы. Второй рукой лаская грудь. Ласки языка быстрые, немного поспешные, как будто бы боится, что сбегу. Пару секунд на раздумье — поддаться или оттолкнуть? Нет — прижать ближе! Ответить на поцелуй! Взметнулись руки обнимая за рельефные плечи, скользя по мышцам спины, царапая коготками и снова поглаживая. Хочется покориться его силе, сдаться в плен его напору. Быть слабой женщиной! Изнывать от наслаждения под в умелой рукой ласкающей лоно…А-а-ах, сорвалось с уст, когда его палацы добрались до сокровенного, поглаживая заскользили по влажному от желания лону то ускоряясь, то снижая темп и медленно проникая в глубину. И так по кругу, подводя к черте.

Я ощущаю бедром силу его желания. Бархатистый член мокрый от выступившей смазки скользит, желая занять своё место. Я чувствую сдерживаемое нетерпение мужчины, который в наказание себя, не смеет взять меня. Ну нет, любимый, мне мало твоих рук!

— Прошу, возьми меня, — выдыхаю, глядя в глаза, ласково прикасаясь к его лицу. Тяну его за плечи. Этого достаточно чтобы все барьеры были сметены. Резкое вхождение до упора…Ай!… и медленно тягучее движение назад до входа и снова назад, наращивая темп, стремясь заполнить меня собою…А-а-ах… и снова замер у входа

— Посмотри на меня, — хриплый срывающийся от страсти голос, заставляет открыть глаза и посмотреть. Его змеиные глаза обычно с вертикальным зрачком расширены. Зрачок пульсирует с частотой биения сердца.

— МОЯ на всегда!

— МОЙ бесконечно!

И снова движение навстречу друг другу, чтобы стать единым целым и замереть в судорогах наслаждения от нахлынувших двух волн оргазма, идущих навстречу друг другу, столкнувшихся и перемешавшихся между собой, усиливая блаженство, взрываясь светом, откатившимся по всем нитям связи к моим мужчинам…