Глава 39 На корабле
Заскрежетал засов и скрипнула открывающаяся дверь. Я бухнулась на тюфяк, не желая, что бы раньше времени поняли, что я разорвала чары. Свет, проникший через дверной проем, рассеивал темноту, которая не была и так сильно плотной за счет двух иллюминаторов. Через прикрытые ресницы я видела мужской силуэт. Источник света был у него за спиной, поэтому рассмотреть лицо было невозможно. Мужчина подошёл ко мне. С минуту молча смотрел на меня, потом присел на корточки и положил руку мне на щиколотки. Задержал руку и медленно повел вверх, сминая подол платья. Голень, колено, бедро, ягодица. От его прикосновения было страшно до дрожи. Не выдержав, я открыла глаза и откатилась, вжимаясь в стенку.
— Я думал, когда ты перестанешь претворятся спящей? — заговорил незнакомец сипловатым голосом.
Я села, одернув платье вниз, прикрыв голые ноги.
— Кто вы? И где я нахожусь? — постаралась придать голосу твёрдость.
Он выпрямился, слегка наклонившись ко мне, ухватил за плечи и рывком поставил на ноги. От резкой смены положения, меня повело. Незнакомец упасть не дал, а подхватил на руки, ругнувшись под нос, понёс из трюма.
— Поставьте меня на пол, — как можно строже говорила ему, при этом пытаясь вывернуться из рук, но железная хватка не ослабла ни на миг.
— Успокойся, — прикрикнул он на меня, вынося из темноты трюма.
Был поздний вечер и заходящие светила уже коснулись линии горизонта. Но и этого света, после темноты, было слишком много. От резкой боли в глазах я вскрикнула, и ладонями закрыла лицо. Мой тюремщик что-то прошипел сквозь зубы.
Через минуту мои глаза уже не были столь чувствительны, и я постепенно отняла руки от лица. Я не ошиблась. Это был огромный корабль, который скальзил по водной глади под надутыми парусами, хотя ветра не ощущалось вообще. Блики от светил отражались от воды, которая была изумительного бутылочно-зеленого цвета. На палубе кипела жизнь. При виде незнакомца со мной на руках все как-то замирали и слегка поклонившись продолжали заниматься своим делом. Это натолкнуло меня на мысль, что этого мужчину здесь уважают. Он занес меня в чистую и по-мужски лаконично обставленную каюту. Мой взгляд упал на стол с разложенными морскими картами, приборами навигации из которых мне был понятен только компас.
Меня, наконец-то, поставили на ноги. Он молча вышел из каюты, но одна я прибыла не долго. Даже осмыслить увиденное не хватило времени. Зашли два, скорее всего, матроса, которые несли кадку с водой, кусок мягкой ткани и мыло. Молча всё это оставили и ушли. Это для меня? Мне очень хотелось помыться, но я боялась, что в любой момент вернётся незнакомец. Дверь открылась. Не заходя, он сказал
— Пятнадцать минут, — и закрыл дверь.
Угу, значит у меня есть пятнадцать минут. Стремглав я бросилась к кадке, по пути снимая платье и ночную рубашку на которую оно было надето среди той ночи. Отмывшись, завернулась в ткань. Решая, как быть с грязными вещами, но не успев их одеть на себя, дверь снова отворилась, и незнакомец спокойно вошёл в комнату. Он прошел к сундуку и вынул мужские рубашку с летними брюками со шнуром вместо пояса. Все это дал мне.
— Переодевайтесь, — сказал он, присаживаясь в кресло и наливая в пузатый бокал янтарного цвета жидкость. Он что думает я ему сейчас стриптиз устрою? Ха-ха три раза! Это он не знает как я на пляже под полотеничком переодеваться наловчилась. Чем не преминула воспользоваться. Вздох разочарования за спиной. И вот я в мужском наряде повернулась к нему лицом.
— Моё имя Ярина, а как к вам обращаться? — начала с простого знакомства.
— Капитан Джордан Бэйли Скайрим, — отсалютовал он мне бокалом.
Я на минуточку подвисла …Скайрим…фамилия Матиаса. Я пристально стала рассматривать сидящего передо мной мужчину. Его волосы были скрыты банданой, не давая рассмотреть цвет. Серебристые глаза, подсвеченные изнутри с капельками тьмы. Ему на вид было лет сорок. Мужественные черты лица, волевой подбородок, прямой нос, мягкие губы, изогнутые в усмешке, трехдневная щетина. Мощная атлетическая фигура.
— Нравлюсь? — хмыкнул он, расслаблено откинувшись на спинку кресла.
— Вы очень схожи с лордом Матиасом Дананг Скайрим, — я бы вообще сказала, что передо мной сидит Матиас только более взрослый.
— Матиас хороший воин, — серьезно ответил капитан.
— Мне не понятно, что вам от меня понадобилось? — решила брать быка за рога.
— Мне? Ничего. Вас продали, как рабыню, с тем чтобы я доставил на Бейсман. Попадаешь на Бейсман и всё…никто не найдет, — равнодушно сообщил он. От его слов всё внутри сжалось от страха.
— Я не понимаю, как это произошло? Я была сегодня ночью во дворце… — начала я говорить, но меня прервали.
— Пять дней назад.
— Что пять дней? — не поняла о чем он говорит.
— Вы были без сознания пять дней, чтобы у меня была фора уйти от преследования, — спокойно пояснил он.
Я в шоке посмотрела на него, но не время предаваться панике. Пока он готов со мной говорить, буду добывать информацию.
— Кто меня похитил? Кто за этим стоит? — сосредоточилась на собеседнике, загоняя липкое чувство страха в глубину.
— Вас похитил обычный маг наёмник, который служил во дворце моего… — запнулся капитан.
— Брата? — подсказала я.
— Хм, сообразительная. А кто стоит, не ваше дело, — допил он одним махом содержимое бокала и плеснул в него ещё.
— Если дело в деньгах, то за меня заплатят выкуп, — только бы согласился, предательски сжалось всё внутри.
— И что хорошо заплатят? — спросил он иронично улыбаясь.
Я чувствовала, что дело не в деньгах, а в чем-то другом, какие-то семейные разборки, или самоутверждение за счет другого или… Да мало ли этих ИЛИ.
— Можете не сомневаться, — отзеркалила ответную улыбку.
— Деньги меня не интересуют, — повел он бокалом в сторону, всколыхнув напиток.
— А в чём ваш интерес? Возможно мы удовлетворим его? — продолжала допытываться, всё также стоя напротив него. Сесть он мне не предлагал.
— Не в ваших силах. Я отдаю долг, — выражение лица изменилось, как будто бы тень пробежала.
— В качестве кого вы будете меня продавать… для какого рода деятельности? — решила спросить, на всякий случай, хотя, что там выдумывать и так ясно.
Он обвёл меня выразительным взглядом с головы до ног задержавшись взглядом на груди и остановился на моих губах.
— Нейла первородных лордов будет высоко цениться на рынке так что я кроме того, что отдам долг, неплохо заработаю на вас, — он рассмеялся так звонко от души. Но мне было не до смеха.
— Капитан Скайрим, вы ошиблись, или вас ввели в заблуждение, я не пригодна для такого рода деятельности, — медленно стала закатывать рукава рубашки демонстрируя шесть помолвочных татуировок.
Капитан резко перестал смеяться, встал и подошел вплотную схватил меня больно за руки и приблизив к лицу стал рассматривать. Выругавшись сквозь зубы, отступил на шаг. Теперь взгляд его был другим — цепким, внимательным, как хищник рассматривает добычу.
— И Матиас один из ваших женихов? — напряженно спросил он.
— Да.
— Я не вижу, что бы вы ему принадлежали, — прищурив глаза он вглядывался в мои и что-то видимо там не находил.
Теперь я иронично улыбалась: “Нам как раз помешало похищение. Но в нашем с ним случае, мы связаны куда более прочными узами. Более того я не могу быть ни с кем другим кроме них, как и они не могут быть не со мной.”
Он подошел, взял меня за подбородок и заглянул в глаза. “Как она могла”, прошептал он на уровне слышимости. И уже громко добавил: “Мне нужно подумать. Можете отдохнуть я распоряжусь на счет ужина.”
Он вышел, а я опустилась на койку. От пережитого нервного напряжения ноги дрожали, подкатывала тошнота. Что он придумает?
Через двадцать минут внесли ужин на две персоны. За матросами вошел капитан. Подождал, пока накроют стол, а потом закрыл дверь за вышедшими.
— Прошу, леди Ярина, к столу, — подошел он ко мне отставляя стул и предлагая присесть.
Ужин так ужин. Он галантно придвинул мой стул и сел напротив. Я неспеша ела явно какие-то морепродукты и запечённую рыбу. И посматривала на мужчину, сидящего напротив меня. Он снял бандану. Его темно синие волосы ниже плеча были распущены, и только две тонкие косички у правого виска перевиты красной ниткой. Я даже замерла, вглядываясь в его черты лица. Сейчас я видела, что он с Матиасом на одно лицо. Да Матиас не был похож так на своего отца, как на … дядю? Или…
— Леди Миранда очень любит Матиаса, — почему-то ляпнула вслух эту фразу. — Вы с ним очень похожи, как отец и сын.
Мужчина напрягся и посмотрел на меня жестким взглядом.
— Мы прибываем в Бейсман завтра поутру. Отдохните, пока можете. Ужин окончен, — встал он из-за стола, кинув салфетку в тарелку вышел из каюты.
Его поведение только укрепило во мне мысль, что капитан и Матиас — отец и сын, а это значит…
Ночью я лежала на койке, пытаясь подавить приступ тошноты, но ничего не выходило. Мне отчаянно хотелось выйти на свежий воздух. Встала, удерживая равновесие, добралась до двери. Они оказались не запертыми. Выбралась наружу, прошла по короткому переходу и вышла на палубу, ухватившись за перила вырвала за борт. На море поднялось небольшое волнение, которое не способствовало улучшению моего состояния.
— Что вы здесь делаете? — окрик у меня за спиной. Я оттерла тыльной стороной ладони рот и выступившие слезы.
— Мне плохо. Укачало, наверное, или ваш ужин мне не подошел, — слабым голосом сказала капитану. Он схватил меня за руку и дернул вести в каюту, но от резкого движения мой желудок снова скрутило спазмом, и я только успела отклонить голову чтобы не вывернуть его содержимое на сапоги мучителя.
— Дранный кашар, — выругался он. — Стойте здесь и не смейте никуда уходить. Мейтас! — окликнул он пробегавшего мимо матроса. — Смотришь за нашей гостьей.
Мейтас — здоровенный детина с бородой и маленькими заплывшими глазками застыл, как первогодок на службе, вытянувшись в струнку.
— Да, капитан!
Ночной прохладный морской воздух немного успокоил меня. Я стояла, прикрыв глаза и медленно, глубоко вдыхала. Вернулся капитан с напитком в кружке.
— Пейте! — протянул он мне кружку. Я опасливо взяла её в руки и принюхалась. Запах был так себе. На вкус кисло-горьковатая настойка настоянная на травах. Маленькими глотками выпила.
— Лучше? — участливо спросил он минут через пять.
Я кивнул: “Можно я постою здесь? На свежем воздухе мне лучше.”
Он подошел ближе, и я даже не уловила как, но оказалась прижата к нему спиной. Он обнимал меня теплыми руками. И прижимал к груди.
— Ты любишь его? — спросил он меня дыша в макушку и перейдя на ты. Его близость напрягала, но я не чувствовала в этих объятиях эротического подтекста. Повозилась, чтобы выбраться, но он сжал руки сильнее, а когда я застыла, то расслабил. Странный он. Такое впечатление было, что через меня он обнимает сына.
— У нас с Матиасом не простые отношения. Но он мне очень дорог. Я за него жизнь отдам если понадобиться. И он мне обязан жизнью, — решила сказать ему правду.
Капитан развернул меня лицом к себе. Магические шары света, освещающие палубу, давали достаточно света, чтобы он мог разглядеть моё лицо.
— Расскажи, как это произошло, — тревожно вглядываясь в мои глаза спросил он.
— Что вы знаете обо мне? — после минутной паузы спросила его.
— Ничего существенного, хотя теперь знаю, что ты его невеста, — ответил он улыбаясь уголками губ.
— Вы знаете, что он один из шести асуров Хранящей свет?
— Нет.
Я покачала головой. Похоже этого мужчину используют вслепую. Что же его толкнуло на преступление?
— А вы вообще знаете кто такая Хранящая свет и какая у неё связь с асурами? — озадачено спросила его, а то вдруг он не в курсе.
— Я не такой дремучий, что бы не знать это пророчество и правила, — тихонько рассмеялся он.
— Ну, что же, капитан Скайрим, давайте познакомимся — Хранящая свет, Ильминэ для Матиаса и еще пятерых первородных лордов.
Выражение лицо капитана передавали гамму чувств — удивление, недоверие, непонимание. Он отстранился от меня, отпуская.
— Как такое возможно? Ты врёшь! — загрохотал он на меня. — Если бы это была правда, то тебя бы здесь не было.
— С чего бы такой вывод? — заинтересовалась я.
Растерянность и потерянность во взгляде этого зрелого могучего мужчины у меня вызвали странное чувство. Мне захотелось его …защитить, ободрить, пожалеть. «О себе, Ярина, думать нужно! А ты о похитителе!» — одёрнула себя в своих чувствах, которые уже завладели мной. И сквозь всю рациональность этой мысли, я, вопреки себе, левой рукой взяла его за руку, а правой погладила по щетинистой щеке, заглядывая в его серебряные глаза, так похожие на глаза Матиаса. И выпустила искорку света, которая прошла в его сердце согревая, снимая груз прошлых лет, даря надежду и веру в лучшее. Я могла читать его жизнь, как раскрытию книгу. Первая любовь юного ирлинга посмевшего влюбиться в молодую жену старшего брата. Безграничная, взаимная, запретная любовь результатом которой стал Матиас. Рождение которого принесло радость и боль, страх, злость. Эти чувства заменили все светлые и съедали долгие годы его изнутри. И сейчас я забирала их, прогоняя прочь обиду, тревогу, тяжесть от разлуки с любимой, невозможность открыто воспитывать сына, сказать ему о себе, видеть из года в год, как он называет брата отцом, а о нём даже не подозревает.
— От того, верите вы или нет, ничего не изменится. Я, Хранящая свет, и не в ваших силах это изменить! И если вам дорог сын, вы поступите так, чтобы не сожалеть о его загубленном счастье, — опуская руки сказала, глядя на него. Именно в этот момент поняла, что сейчас смогла бы быть с Матиасом. Частичка любви капитана к Матиасу разгорелась ярким цветком в моём сердце.
Он молча меня обнял, а я его в ответ. Наверное, мы смотрелись со стороны, как два любовника на романтическом свидании. Но нас сейчас объединяли чувства к Матиасу, моему Темному ангелу.
— Капитан! Пираты! — крик матроса сидевшего в «вороньем гнезде» разрезал ночь. Капитан подобрался, схватил меня на руки, отнес в каюту и запер. Ничего не говоря. Это была страшная ночь.