Глава 2

– Священная Ночь, до чего же этот аваре тяжёлый!

Это первое, что я услышал, после того как чьи-то руки бросили мои ноги обратно на песок. Удар вернул меня в сознание. Затем меня вновь схватили за ноги. Я продолжал безропотно лежать, справляясь с гулом в голове и остатками боли, прокатывающейся по телу спазмами. Раздалось недовольное пыхтение, ещё какие-то фразы, но я пропустил их мимо ушей, поняв, что кто-то бессовестно пытался тащить меня, словно тушу убитого оленя или мешок с рисом. И этот кто-то часто бросал затею, уставая от моего веса буквально через каждые пару метров.

– Не поможешь мне, а?!

Молодой женский голос. Сама её просьба походила на недовольный приказ. В ответ раздался глубокий мужской смех.

– На кой ты его тащишь? Сперва подстрелила, а теперь ждёшь, что он встанет как новенький? – Незнакомец помогать своей подруге явно не собирался.

Они говорили на знакомом мне языке, каждое слово звучало понятно, но речь была окрашена необычной интонацией, словно язык им привычен, но он для них не родной или не единственный.

Я сосредоточился на своих ощущениях, пытаясь определить, есть ли новые раны и насколько плохо моё состояние. Ветер на разгорячённой коже казался прохладным, а свет сквозь закрытые веки – мягким. Значит, солнце почти зашло, а я провёл без сознания совсем немного. Стрелы из моего тела, похоже, вытащили, но боль пульсировала в местах ранений, голова гудела, а язык распух от жажды. Я продолжал притворяться, что нахожусь без сознания, чтобы заранее подсчитать количество противников. Напрягся, собирая остатки сил с надеждой, что смогу подняться и убить их всех при необходимости.

– Солнце почти скрылось, болван! Я не разглядела, решив, что он один из Падших, вечно зарящихся на наш оазис! – Вначале девушка злилась, но потом её тон смягчился, будто она оправдывалась и ей было немного совестно. – Я впервые вижу живого аваре, зашедшего так далеко… раньше мы находили лишь мертвецов.

– Ну, благодаря тебе и этот почти труп, – иронично подметил её собеседник.

– Выглядит он, конечно, неважно, – деловито произнесла она, а я, недовольный оценкой, едва удержался от гримасы. – Но вовсе не мертвец. Ты же видишь, что его кровотечение… остановилось само! И появился он… из ниоткуда. Я уверена, что у него…

Дыхание девушки сбилось, она опять выдохлась и отпустила мои ноги, прекратив меня куда-то тащить.

– Остановка кровотечения ещё ни о чём не говорит, – напомнил мужской голос.

Повисла задумчивая тишина, я успел незаметно двинуть рукой, убеждаясь, что воры уже прикарманили моё оружие. Придётся разбираться с ними голыми руками. К счастью, я не приметил других голосов или звука шагов. Кроме этих двоих, больше никого не было.

– Да что б тебя! Просто возьмись за вторую ногу и помоги его дотащить! – снова возмутилась девушка.

– Смотрю, ты решила добить парня, разбив ему голову о камни, – продолжил насмехаться собеседник.

Устав слушать их болтовню, я медленно сел и лениво открыл глаза. Оба наконец заткнулись.

Передо мной стоял крепкий, молодой мужчина на пару лет старше меня, а рядом с ним – девушка, вероятно, моя одногодка либо немного младше. Кожа у обоих была оливковая, а волосы чёрные, как сама ночь. Лица по-варварски раскрашены. У парня были чёрные разводы на скулах – три тёмные линии от нижней губы тянулись по подбородку и далее по шее. У девушки же, от бровей до скул всё было в кроваво-красной краске. Она покрывала ей переносицу, нос и даже веки. Как и у её спутника, от нижней губы тянулись три чёрные полосы по подбородку.

Я медленно поднялся, а незнакомцы отступили на пару шагов, создавая безопасное расстояние. Парень предупреждающе положил ладонь на рукоять длинного кинжала, висевшего у него на поясе рядом с мечом, и попытался спрятать девушку за свою спину, но она упиралась, смело глядя на меня.

– Если вы не намерены предложить воды, то убирайтесь с дороги.

Я смочил горло остатками слюны, избавляясь от хриплости. Фраза прозвучала почти нормально, но собственный голос показался мне чужим. Я давно не разговаривал.

Не снимая руки с оружия, незнакомец кинул мне бурдюк с водой. Я открыл затычку и начал пить, безотрывно следя за собеседниками. Я силился скрыть охватившую меня слабость, но от жадности чуть не подавился на первом же глотке.

Прикончив половину их запаса, я бросил бурдюк обратно, отметив, что парень прекратил хвататься за оружие. У него были выразительные скулы, приятная внешность, а чёрные волосы доходили до подбородка. Но самыми интересными были ярко-зелёные глаза, подобные настоящим изумрудам. Я никогда раньше не видел людей с настолько яркими радужками. Я вяло оглядел его, оценив телосложение, ширину плеч, рост и неплохую форму. Во мне не дрогнул ни один мускул в готовности к предстоящей схватке. Я не испытывал и капли страха или каких-либо других эмоций. Трагедии, произошедшие со мной за прошедший год, и пустынное солнце выжгли не только страх и благоразумие, но даже интерес. Передо мной стояли два представителя южного народа, о существовании которого мы гадали многие годы, а мне было плевать.

– Я бы сказал спасибо за воду, но вы продырявили меня дважды.

Я хмуро посмотрел на девушку. У неё за спиной висел лук, и было ясно, что произошедшее – её рук дело. Чёрные волосы незнакомки были заплетены в толстую косу, которая спускалась почти до поясницы. Аккуратный нос, светло-карие глаза и чувственные губы. Её красота была экзотичной за счёт привлекательного лица, другого цвета кожи и отличающегося разреза глаз, но песок в волосах и измазанное краской лицо делали её образ диким и неопрятным. Она недовольно нахмурила брови, сжала губы и важно распрямила плечи, всей позой демонстрируя вызов.

Особой разницы между мужским нарядом и женским не было. Свободные штаны, заправленные в невысокие сапоги из мягкой кожи, подпоясанные длинные туники, поверх же – накидки с капюшонами и укороченными широкими рукавами. Всё в бежевых и серых цветах, позволяющих сливаться с пустыней.

Столкнувшись с незнакомой культурой, я скептически, с учёным интересом рассматривал южан, и взгляды, направленные на меня, были не менее изучающими, хотя по моей поношенной и пропитанной потом одежде было невозможно понять, насколько красивые наряды носят жители Астары. Я коснулся пальцами саднящего бока, нашёл окровавленную ткань и дыру в рубашке. Рана затянулась, но моя последняя одежда была полностью испорчена.

– Кто вы такие? – Я первым прервал затянувшееся молчание.

Они продолжали таращиться так, будто я диковинное животное, и это порядком раздражало.

– Меня зовут Аара. Я дочь вождя, а это – Дастан, мой Назари. – Девушка выдала незнакомый мне статус таким тоном, словно это объясняло абсолютно всё о её спутнике.

– Понятно. Принцесса, значит, и её охранник, – фыркнул я, теряя интерес.

– Я не принцесса, а он не охранник, треклятый аваре! – огрызнулась она.

– Хватит называть меня этим непонятным словом, принцесса. – Я угрожающе понизил голос.

– Ещё раз назовёшь меня принцессой, и найдёшь стрелу между глаз!

– Уверен, что с таким характером женихи к тебе в очередь не выстраиваются.

– А тебя, стало быть, вышвырнули на край света за ненадобностью, как мусор? – не отставала в язвительности она.

– Всё сказала? – ледяным тоном уточнил я.

– Да. – Аара вздёрнула подбородок и усмехнулась, я бросился вперёд, а они – в разные стороны.

Только моей целью была не девчонка, а Дастан. Я схватил его за руку и вывернул кисть прежде, чем противник обнажил лезвие кинжала. Парень зашипел от боли и опустился на одно колено. Он стал ниже ростом, и я с лёгкостью взял его шею в захват. Когда я поднял взгляд, Аара с гримасой ярости на лице уже нацелила стрелу на меня. А она быстрая.

Однако принцесса, может, и прицелилась, но не могла выстрелить без вероятности попасть в своего Назари.

– Даже не знаю, кто он для тебя. Охранник, друг или любовник, но я с лёгкостью сверну ему шею. – Мои губы растянулись в злой улыбке, а тон был намеренно ленивый и раздражающий. – Или лучше перерезать ему горло?

Пока Дастан не успел среагировать, я вытащил его же кинжал и приложил у самого подбородка.

– Отпусти его! – строго приказала Аара.

Её трясло от гнева.

– Дёрнешься, и я убью тебя, и глазом не моргнув, – тихо шепнул я Дастану, и тот благоразумно замер, прекратив попытки освободиться.

– Убери лук, – добавил я громче для Аары. – Ты мне и рта раскрыть не дала, а сразу нашпиговала стрелами, тебе же я великодушно даю второе предупреждение.

Она стиснула зубы – будь я ближе, наверняка услышал бы скрежет. И всё же девчонка упрямилась, лук дрогнул в её руках, но оружия она не опустила. Я надавил лезвием на кожу, чтобы она убедилась, что я не шучу.

– Хочешь испытать моё терпение?

Вид тонкой струйки крови по шее её дружка напугал Аару. Она моментально прекратила в меня целиться, опустила лук, повесила его на спину и засунула стрелу в колчан. Девушка делала всё предусмотрительно медленно, боясь спровоцировать меня на необдуманное движение.

Я видел, с каким усилием она контролировала тревогу и дыхание, но голос продолжал быть командным и твёрдым.

– Тебе, аваре, даже близко не понять всю глубину связи с Назари. Отпусти его!

– Попроси меня не убивать его, принцесса, и, возможно, я его отпущу, – издевательски протянул я. Почему-то её злость и беззащитность доставляли мне удовольствие.

Может, в качестве лишней ноши где-то в пустыне я сбросил остатки человечности? Понимание, доброта, самоотверженность, привязанность, любовь… всё это тяготило и причиняло боль. Я устал от боли и позволил солнцу выжечь всё. В ушах зашептали знакомые демоны, я бы хотел избавиться и от их гомона, но за прошедшие дни засомневался, что голоса доносятся откуда-то извне. Может, я обманывался и носил безумие в собственной голове?

Немного, но я отвёл лезвие от шеи Дастана, а затем не сумел скрыть удивления при виде того, как рана затянулась у меня на глазах.

Он исцелился.

– Пожалуйста. – Аара буквально выплюнула это слово, явно не привыкшая умолять врагов, но голос дрожал от беспокойства за друга. – Не трогай его.

Я вновь натянул маску безразличия, улыбнулся ей одними губами и с силой толкнул Дастана в спину к ней поближе. Стоило парню почувствовать свободу, как он резко обернулся, намереваясь мне врезать. Предвидя такой поворот, я упёр конец лезвия ему в грудь, и Назари замер с занесённым кулаком.

– Вы такие предсказуемые, что даже неинтересно, – скучающе бросил я.

Коротким взмахом кинжала я безмолвно приказал ему отойти, а потом откинул оружие подальше в песок. Лезвие неплохое, но я хотел назад свои кинжал и меч. Дастан не предпринял новых попыток к нападению. Это сделала Аара.

Я и понять не успел, как ей это удалось. Девушка появилась передо мной прямо из теней и успела врезать мне по челюсти, но её вторую руку, пальцы которой намеревались впиться мне в глаз, я перехватил и вывернул. Принцессе было больно, но она лишь рассерженно шипела, как дикая змея. Я поддал ей по ногам, и Аара рухнула на песок. Дастан воспользовался заминкой и атаковал, желая снести мне голову мечом, я пригнулся, сделал резкий шаг вперёд, выпрямился прямо перед противником и нанёс ему удар в лицо. Тяжело с чем-то спутать треск ломающегося носа. Кровь залила Дастану лицо, и он, споткнувшись, завалился назад, уронил меч и упал рядом с подругой.

Я устал и был обезвожен, но Каид натренировал меня на славу. Однако этим двоим не стоило знать, что сил на ещё одну схватку у меня не осталось. Носком ботинка я поддел меч Назари, подбросил его вверх, поймал за рукоять и направил острое лезвие на них. Я отошёл на несколько шагов, позволив южанам встать.

На пару секунд я опустил взгляд на меч. Сталь обладала чёрной серединой, будто имела в составе камень. Но, быстро потеряв интерес к незнакомому оружию, я снова сосредоточился на воинственной парочке.

– Верните моё оружие, – потребовал я и тыльной стороной ладони вытер кровь с губы.

Удар Аары был не таким уж и сильным, но из-за обезвоживания губа лопнула, и кровь всё никак не переставала идти.

– Да кто ты такой? – В голосе Аары отразилось больше изумления, чем былой ненависти.

Противники стремительно поднялись на ноги, но благоразумно прекратили нападки. Дастан тоже вытер кровь с лица и держал свою принцессу крепко, не давая ей приближаться ко мне. Его нос заживал на глазах.

– Это наши земли, и просто так оружие я не отдам, аваре, – ответил Назари.

Да что б им провалиться.

С вымученным вздохом я опустил оружие и разочарованно мотнул головой.

– Меня зовут Илос, и я один из пяти Первых, – заговорил я самым монотонным и унылым голосом. Может, раньше было интересно наблюдать, как менялись чужие выражения лиц при этом, но тогда мне было плевать. – Один из тех, кто очистил землю от Чёрной Зимы…

– Чёрная Зима? Что он бормочет? Это он про Долгую Ночь? – Аара недостаточно тихо зашептала спутнику. Я слышал каждое слово, но проигнорировал и продолжил:

– …и вернул жизнь на Континент. Так что…

– Да кто знает этих аваре, о какой жизни он вообще лепечет, – так же шёпотом ответил Дастан.

Моё терпение было на исходе, но я решил дать им последний шанс:

– …лучше верните моё оружие и убирайтесь с дороги, пока я не решил выпотрошить вас из-за вашей наглости…

Принцесса прыснула от смеха, и тут я опешил, глупо уставившись на неё. При взгляде на моё выражение лица она испуганно прикрыла рот рукой, наигранно округлив глаза, а потом прыснула ещё раз и засмеялась заливисто, не сдерживаясь. Её спутник присоединился к ней.

У меня до сих пор был меч в руках, а им смешно?

– Этот аваре… кажется, перегрелся на солнце, Дастан. – Аара едва выдавила единственную фразу сквозь смех, от души хлопая друга по плечу.

– И это он называет себя Илосом, – поддакнул Дастан.

В Астаре громко смеяться считалось неприличным, особенно девушкам. Эта же, будто дикарка, хохотала до выступивших слёз.

Ещё никто не смеялся, услышав моё имя, а уж в то время тем более. Эти же двое вовсе напоминали бестолочей. Не знаю, откуда у меня нашлось столько терпения, но я не убил их, а, проигнорировав, прошёл мимо к ближайшему пруду.

Уже совсем стемнело. Температура в ближайшее время должна была упасть, поэтому требовалось развести костёр и найти еды. Я умылся водой и оглядел ближайшие деревья в поисках фруктов. Парочка варваров, отсмеявшись, пошла за мной, как приставучая детвора.

– Мы слышали о Первых. Пятерых, владеющих истинным Даром. Якобы самые сильные, только что же вы сделали, мы не особо поняли, – начал объяснять Дастан, хотя я не спрашивал.

– Мы очистили воздух от пыли, вернули солнце и реки, вернули еду и сезоны, – всё так же монотонно перечислил я заслуги братьев и сестры.

Они ходили за мной по пятам, пока я осматривал растительность и ближайшие деревья с незнакомыми плодами. Я срубил зелёный фрукт. Понюхал его, пытаясь понять, съедобен ли он. Меч, который я так и не вернул Дастану, я грубо воткнул между камнями в песок, не заботясь о стали. Назари за моей спиной недовольно зашипел, но претензии оставил при себе.

Не мой меч – не мои заботы.

Аара демонстративно огляделась вокруг, уперев руки в бока.

– Что-то плохо вы старались. Не вижу зелёных полей да фруктовых садов до самого горизонта.

Я устало опустился на ближайший валун и бросил на неё хмурый взгляд, не оценив шутки.

– Я не ответил тебе на удар просто потому, что ты девушка, но ещё немного, и я захочу отрезать тебе язык.

– Не ешь.

Я остановился, не успев откусить фрукт, хотя собирался.

– Он незрелый.

Я вопросительно поднял бровь, глядя, как Аара отошла в сторону и принялась рыться в одной из сумок, оставленных у пальмы.

– Возьми это.

Она бросила мне спелую хурму, чем вызвала моё недоумение. Некоторое время назад Аара хотела выцарапать мне глаза, а теперь делилась едой с такой непринуждённостью, словно не я угрожал прирезать её драгоценного Назари.

Лишь первый укус мне удалось сделать медленно, затем я вгрызся в сладкую мякоть, наслаждаясь каждым кусочком. Желудок болезненно заныл, отвыкший от пищи. Я не спускал взгляда с Дастана и Аары, пока те слаженно сооружали костёр и вешали маленький котелок с водой над огнём. Они расстелили покрывала и уселись на почтительном расстоянии, но продолжали внимательно меня разглядывать.

Я не чувствовал ни былой враждебности, ни страха. Я был для них занимательной диковиной. Южане достали съестные припасы и разделили их на три равные части, предложив одну мне. Я для них никто, но они предлагали равную долю их пищи с такими лицами, будто это само собой разумеющееся.

– Тебя не учили приличиям? – спросила Аара, когда я не двинулся с места.

– Я не пёс, чтобы меня едой приманивать.

– По мне, так ты очень похож на побитую дворнягу.

У Дастана вырвался смешок, в то время как он добавлял что-то в кипящую воду.

– Ты сказал о Чёрной Зиме… Если речь о трёх годах темноты, то мы называем тот период Долгой Ночью, – примирительно заговорил Назари в попытке предотвратить назревающую ссору. – Падение Звезды повлияло на всех, включая нас. Многие погибли, плодородные земли были загублены, не говоря уже о сокращении территории: часть южной и восточной сторон откололась и ушла под воду. От них осталась цепь совсем маленьких островов. Пустыня расширилась, а один из главных источников воды – озеро на севере – полностью исчез. Количество оазисов тоже уменьшилось. Погода стала холоднее из-за отсутствия солнца, но мы смогли приспособиться и поддерживать часть фруктовых насаждений. Выжила только половина нашего народа, но мы и ранее не были многочисленными или целостными. В отличие от вас, северян, наш народ разделён на племена.

– Я не северянин, – фыркнул я.

– Ты живёшь севернее нас, а значит, северянин, – под стать мне ответила Аара.

Я открыл рот, чтобы возразить, однако её слова были логичны. Ощутив мою заминку, принцесса с надменной улыбкой бросила мне другую хурму. Я тут же поймал плод, чем вызвал ещё больше самодовольства на лице Аары.

Она действительно воспринимает меня как дворнягу, радостно хватающую подачки.

Я снова принялся за еду, сверля девчонку взглядом.

– Выжившие переместились вглубь пустыни, куда не добрался огонь вулкана. Однако там тучи и пепел скрыли солнце, – продолжил Назари, разливая приготовленный напиток по двум кружкам. Одну он передал Ааре. – Может, пересядешь поближе? Мы не рассчитывали на встречу с аваре и лишнюю кружку не захватили. Я дам тебе свою.

– Что в ней? – спросил я, доев фрукт.

– Чай.

– Обойдусь.

– Дикарь, – оскорблённо фыркнула Аара, чем вызвала у меня неподдельный шок.

– Это я-то?!

– Тише, Аара. Не его вина, что он невежественный болван, – успокоил её Дастан, хотя в улыбке читалось язвительное веселье. Он даже не пытался его скрыть, повернувшись ко мне. – Просто сядь ближе и выпей. Предложение выпить чаю – это первое правило гостеприимства. Отказываясь, ты оскорбляешь нас как вежливых хозяев.

– Мы не пойми где в пустыне. Я не у вас в гостях, – упёрся я.

– Вся пустыня наш дом, так что сядь ближе! – с большим напряжением прикрикнул Дастан.

Среди братьев я самый упрямый, но эти двое явно были настроены спорить до самого конца. Я подсел к костру и принял напиток. Первый же глоток я едва не выплюнул Дастану в лицо.

– Это ужасно! Кто добавляет в зелёный чай сахар? Вы сами оскорбляете его суть. Он должен горчить! – возмутился я.

Я пил зелёный чай с детства из-за отца, чей народ уважал этот напиток. Вероятно, каждый в Астаре скривился бы при мысли о сахаре в чае.

– Говорю же, дикарь, – пробубнила Аара в свою чашку.

– Допивай, если желаешь, чтобы я рассказал дальше, – невозмутимо пригрозил Дастан.

Нехотя я продолжил пить. Непривычный вкус был ужасен, но горячая жидкость опускалась в желудок и приятно согревала, расслабляя мышцы всего тела.

– Не скажу, что сперва мы очень скучали по солнцу, ведь днём оно жжёт, а летом вообще тяжело находиться в пустыне, – заговорил Назари. – Однако температура начала опускаться, а ночи стали невыносимо холодными для нашего народа. После окончания Долгой Ночи до нас стали доходить слухи о Первых и о Дарах, о том, как вы возвращали миру былой вид и безжалостно расправлялись врагами. Мы слышали о ваших походах, но до нас никто так и не добрался. Поэтому для наших племён вы не сделали ничего, за исключением того, что вернули солнце и пекло днём. Поэтому не удивляйся, что мы не кланяемся тебе, подобно богу. К тому же об Илосе мы слышали жуткие вещи, о его могуществе и внушаемом им ужасе, а ты… – Дастан запнулся и окинул меня сочувственным взглядом, словно оборванца, – …ну, ты просто… аваре.

– Вам демонстрация нужна? Попро́сите стянуть вам тьмы, когда и так ночь? – язвительно парировал я, взмахнув рукой на тёмное небо.

– Мы слышали, что наша сила такая же, как у тебя. Вы называете это Даром Тьмы. Говорят, что именно ты наш Первый, – без былой насмешки серьёзно закончил Дастан.

Теперь я не смог скрыть интереса. Мы встречали людей с таким же Даром, как у Исара, Каида и Шейна, но не видели тех, у кого был бы огонь Теи или моя тьма. Я уже решил, что наши Дары – личное проклятие, раз более они никому не достались.

– Я, как и ты, могу исцеляться.

Дастан достал кинжал и сделал надрез на своей ладони. Порез затянулся прямо на глазах.

– Аара способна перемещаться. А что можешь ты?

– Я могу стянуть столько теней, сколько захочу, могу видеть чужое прошлое при помощи прикосновения, могу исцеляться и лечить, а также успокаивать. – Признание сорвалось с губ легко и почему-то абсолютно естественно.

Я никогда открыто не говорил о своём Даре, но, будучи так далеко от родных, в краях, где меня даже не воспринимали всерьёз, я решил, что бессмысленно скрывать. Особенно перед теми, у кого схожий Дар. Я выложил всю правду и все свои секреты незнакомцам, ни разу не запнувшись. Аара уставилась на меня во все глаза.

– А перемещение? Я видела, как ты появился из ниоткуда.

– Это я сделал впервые и ещё не понял, как именно это произошло. Ты тоже…

Я замолчал, ощутив вибрацию в песке и камнях под нами. Приложил ладонь, проверяя, не померещилось ли мне. Мои спутники мигом умолкли и напряглись. За слабой вибрацией пришли шёпот с ветром. Какофония голосов нарастала, казалось, шипение доносилось из-под каждого куста. Дастан и Аара вскочили на ноги и схватились за оружие, я с безразличием огляделся, ища причину перемен.

– Проклятье, похоже, их пару десятков! – потрясённо озвучил Назари и схватил Аару за руку, подтаскивая поближе к костру.

– Аккуратнее, Дастан, – прошептала принцесса и обнажила короткий меч.

– Защищайся, если сможешь, аваре, – сказал Назари, кинув мне моё оружие. Волнение в его голосе заставило меня попридержать вопросы и немедленно закрепить меч и кинжал на поясе.

– От кого защищаться?

– От легиона, – моментально ответила Аара, подбородком кивнув на сгущающиеся тени.

Я прищурился, пытаясь разобрать, о ком она говорила. Из-за яркого костра не сразу различил движущиеся фигуры.

В самых густых тенях копошились твари, которые вылезали из-под земли, раскапывая песок. Сотканные из чёрного тумана, они походили на свирепых волков, половина их тел бесформенным сгустком тянулась за ними. Тени могли бы показаться безобидными, если бы не безумный, злой шёпот и широкие, полные острых зубов пасти, растянутые в оскале почти до самых ушей.

Не успел я уточнить у собеседников, что это за демоны, как первая тварь прыгнула, и Назари разрубил её мечом. Тень взвыла, распалась как туман на две части, стеклась назад и вернула себе прежний облик.

Сумрачные создания принялись бросаться на них двоих вновь и вновь. Я оторопело смотрел, как Аара и Дастан отбивались от теней, они даже защищали меня, реагируя быстро, словно им привычен этот противник. И всё же, сколько бы тварей они ни рубили, защита не работала. Тени, недовольно скуля, отползали на несколько шагов и снова приобретали потерянную форму.

– Они… не уходят, Дастан. – Дыхание Аары стало тяжёлым, а взмахи меча медленными. Она уставала.

Я бесцеремонно схватил девчонку за капюшон и дёрнул назад, спасая от острых зубов. Движение вышло бессознательным, меня не особо беспокоило её благополучие, но рефлексы и привычки взяли своё. Я занял её место подле Дастана, пряча девушку за свою спину. Зачем я в это ввязался?

– Обычно они пугливее, – неловко оправдался Дастан.

Я попытался разрубить одного из демонов, но мой меч прошёл сквозь его бесплотное тело. От зубов меня уберегла лишь быстрая реакция. Я резко дёрнулся в сторону, оттащив за собой принцессу. Я подметил, что они не столько нападали на меня, сколько пытались достать Аару. Поэтому я продолжал таскать её за капюшон, как капризного ребёнка, пока та шипела, недовольная подобным обращением.

– Мой меч… – в замешательстве пробормотал я.

– Бесполезный кусок металла, – осадила Аара и вложила мне в руку свой клинок с чёрной сердцевиной.

Твари распадались на части, когда я обрушивал на них странное лезвие, но происходящее по-прежнему сбивало с толку.

– У вас Дар Тьмы, зачем вы сражаетесь с этими тенями? – громко спросил я, обращаясь сразу к обоим.

– Это не обычные тени, – с трудом отозвался Дастан.

Парень хоть и был выносливее девчонки, но не мог бесконечно сражаться с противником, которого ему явно не победить. Эти тени могли продолжать свою игру бесконечно.

Да и я начал потеть, раздражаясь от бесполезного махания клинком.

– Они хоть и выглядят, как… сумрак, – Дастан увернулся от очередных зубов, – но никогда никому…

Я разрубил очередного демона, но он вернул свою форму. Изнутри поднялась ярость, вырываясь наружу криком.

– Стоять!

Все твари мгновенно замерли.

Затем смиренно сели.

Помимо демонов как истуканы замерли Дастан и Аара, разинув рты и глядя на произошедшее.

– …не подчиняются, – с огромным запозданием закончил свою мысль Назари.

Я устало выдохнул, спиной ощущая пристальное внимание моих новых спутников. Не знаю, почему я решил, что это сработает, но с самого появления тварей я не чувствовал страха перед ними, связь – да, но не более.

– Мне плевать, кто или что вы такое. Для чего пришли? – рявкнул я на тени, которые стали походить на свору теневых волков, покорно ожидающих новых команд.

– Приветство… вать, – с трудом, но я разобрал сказанное. Казалось, что со мной в унисон общалась толпа.

– Кого?

– Родственную душу.

– Что за родственная душа?

– Которая наконец отыскала путь к своей тьме.

Я понял, что они говорили обо мне. Ни Аара, ни Дастан даже не попытались остановить, когда я вышел вперёд, и твари окружили меня, словно преданные псы. Запрокинув морды, они смотрели мне в глаза и лизали руки, пока моя кожа сверкала слабым серебристым светом, будто отражение холодной луны в воде.

И я понял, что пришёл туда, куда надо.