Глава 17

Меч Каида глубоко вошёл в древесину и застрял, ярость вскипела у меня в голове, и я пнул брата ногой в грудь, отчего тот отлетел назад и ударился о ближайший комод. На пол со звоном полетели золотые подсвечники, ваза и ещё какие-то украшения. Ничего не понимающую Аару я оттолкнул к Исару на безопасное расстояние. Вероятно, это старший брат видел в снах. Исар без малейшего намёка на тревогу, даже с улыбкой на губах выдернул меч из дверей и прикрыл их, пока охрана не сбежалась на шум.

– Живой, значит! – рявкнул Каид. Я слишком сильно отвлёкся и не заметил летящего мне в лицо кулака. – Посмотрим, надолго ли!

Я упал, но успел откатиться, когда Каид схватил ближайший подсвечник и со всей силы швырнул в меня. Я вскочил на ноги, ошарашенный злостью в словах, которая шла вразрез с его хищной улыбкой. Хотя тогда было тяжело понять, радостный ли это оскал или у брата спазм от ярости.

– Каид! Хватит! – в тон ему рявкнул я, надеясь, что это охладит его пыл, но чёрта с два.

Этот псих ударил меня светом. Пришлось выставлять стену тьмы, и сквозь завесу я едва ушёл от его пинка, который должен был пройтись мне по рёбрам.

– Не заставляй меня сильнее пачкать твою белую рубашку, Каид! – предупредил я, копируя его ухмылку, после того как разбил ему губу в ответ.

Брат практически не изменился. Золотые волосы он больше не стягивал в пучок, а носил как есть, позволяя прядям касаться его подбородка и шеи. От моего удара его аккуратно зачёсанная назад причёска распалась. В молодости Каид излучал притяжение и обаяние, теперь же от него веяло силой. Аура правителя, который железной хваткой держит в руках власть.

Я опять задумался, и брат сделал подсечку, опрокинув меня на пол, я застонал от боли в плече, но стоило Каиду нагнуться, как я нанёс ему удар ногой в лицо, ломая нос. Обаятельный, но всё такой же придурок.

– Я предупреждал! – зло ухмыльнулся я.

– Я оплакивал тебя, сопляк! – зарычал брат и снова бросился на меня, забыв о боли быстрее, чем я рассчитывал.

Я удивлённо ахнул, когда Каид схватил меня за грудки, поднял над полом и одним махом опрокинул на дубовый стол, разметав с него книги и свитки. Весь воздух разом вышел из лёгких, я зашипел от боли в спине.

– Оставь его! – закричала Аара на Каида, и мне хватило его замешательства, чтобы вывернуть запястья брата и пнуть его в живот.

Каид с размаху плюхнулся в ближайшее кресло, но с рёвом моментально дёрнулся вперёд, схватил меня за ногу и стащил со стола на пол. За это я разбил ближайшую фарфоровую вазу о его голову.

– Не переживай, Аара. Они так разговаривают, – с безмятежной улыбкой успокоил её Исар. – И клянусь, что остальные в нашей семье более цивилизованные.

– Чушь собачья! – незамедлительно опроверг я, но по глупости повернулся в сторону Исара и пропустил удар Каида коленом мне в живот.

Я был благодарен, что старший брат крепко держал принцессу, не давая ей вмешаться, пока мы с Каидом, как два идиота, катались по полу, пытаясь прибить друг друга и устраивая бардак в роскошной комнате. Мы использовали любые подручные средства, чтобы хоть швырнуть друг в друга. В итоге серьёзная схватка окончательно превратилась в балаган, когда Каид кинул в меня тонкой книгой, которая даже не долетела до цели, упав на середине пути.

Мы выдохлись через десять минут, отползли в разные стороны комнаты, одаривая друг друга раздражёнными взглядами. Пытались отдышаться, сидя на полу. Мой халат остался цел, лишь рубашка порвалась у ворота, а кровь из носа и рта оставила крупные разводы на ткани. Рубашку Каида же можно было смело выкинуть, в один момент я потянул слишком сильно и почти оторвал рукав.

Я ругался сквозь зубы, пока сломанный нос вставал на место и болезненно заживала трещина в скуле. Каид, превозмогая боль, усмехался на каждую мою фразу. Он не исцелялся, но приложил маленький серебряный поднос к распухающему лицу, пытаясь снизить боль.

Образовавшуюся тишину прерывало только наше с Каидом тяжёлое дыхание.

– Я скучал по тебе, – бросил я первым.

– А я по тебе, братишка.

– Свадьба – это уловка, да? Или ты выкрал чью-то дочь, шантажируя её отца? Потому что на этом Континенте точно нет девушки, способной выдержать твой дрянной характер.

Каид захохотал, но смех быстро перешёл в болезненный стон.

– Свадьба настоящая, Илос. И моя невеста вряд ли тебя поблагодарит, увидев моё лицо.

– Так ты даже симпатичнее, могу добавить слева для лучшей симметрии, – предложил я.

– Рад, что ты стал хоть немного крепче. На мгновение я решил, что ты отключился на моём столе, – не отставал он.

– Должен напомнить, что остался час, иначе будущая королева придёт и добавит вам обоим, – приструнил нас Исар, и мы посмотрели на него и Аару, которая не знала, куда себя деть.

Мне стало стыдно перед ней за такое поведение, принцесса со смешанными чувствами смотрела то на меня, то на моего светловолосого брата. Я поднялся и пнул Каида по ботинку, когда он с привычным бесстыдством рассматривал Аару, заставляя её смущаться.

– Давай приведём тебя в порядок.

Пока я пытался поднять Каида, он с такой силой обхватил мою шею, что, вероятно, решил использовать лишнюю возможность меня придушить. В устроенном погроме мы отыскали единственный целый кувшин с водой, и я смешал воду в кубке со своей кровью. Я протянул напиток Каиду, но, прежде чем брат успел его коснуться, ударил его кулаком в челюсть в последний раз.

– За то, что замахнулся мечом на мою принцессу, – оскалился я.

Удар был не сильный, но лицо Каида и так было в ужасном состоянии, поэтому он отступил на шаг и поморщился от новой волны боли. Каид бросил короткий взгляд на Аару, взял кубок и сразу ответил мне более сильным ударом в лицо.

– За то, что притворялся мёртвым.

Я усмехнулся, приняв заслуженный ответ, а потом смутился, заметив что-то новое в карих глазах принцессы, когда она рассматривала меня словно незнакомца.

Каид провёл меня в соседнюю комнату, которая служила спальней, там же был проход в умывальню, где я отмылся от крови и помог Каиду привести себя в порядок. Он помылся и сменил всю одежду, а мне одолжил одну из своих рубашек.

– Попробуешь сегодня удрать, ничего не рассказав о прошедших годах, и я твою пустыню перекопаю лично, – невзначай бросил Каид, проверяя в зеркале, не осталось ли следов драки на лице.

Он уверенно поправил тёмно-бордовый парадный мундир, надетый поверх белоснежной рубашки. Я с улыбкой заметил, что на его эполетах обычная бахрома заменена на множество длинных золотых цепочек.

Он всё так же любил красный, золотой и белый.

– Ты всё ещё думаешь, что я убил Тею? – не в силах сдержаться, спросил я.

Мы были одни, Исар и Аара остались в другой комнате, поэтому я не смог не задать этот вопрос. Каид бросил на меня взгляд через отражение в зеркале. Всё веселье исчезло, он двумя руками пригладил растрёпанные волосы обратно в аккуратную причёску.

– Нет, – уверенно сказал он, – но я по-прежнему считаю, что ты что-то знаешь. У меня было время подумать, Илос. Не знаю, кого ты прикрываешь, но теперь и не хочу знать, так как любой ответ уничтожит мне душу. Незнание. В моём случае это оказалось благом, потому что я не хочу ненавидеть никого из моих братьев.

Каид подошёл ближе, а я лишь усилием воли не отступил. Я не страшился его кулаков и меча. Но его уважение и вера были именно тем, что я боялся потерять. Каид обнял меня. И этим жестом снял всю мою оставшуюся боль, страх и недомолвки, которые огромными валунами я продолжал таскать за собой годами. Мне стало легко как никогда.

– В ответ я помогу своему глупому братишке, раз уж ты не опроверг обвинения и сам повесил себе мишень на спину. Незнание, Илос. Чужое незнание – твоё спасение, поэтому храни в секрете свои способности. Я поступаю так же: все записи и слухи о твоём Даре, что у нас появляются в книгах, я вырываю и сжигаю. С Исаром и Шейном я этот план обсудил, и они помогают. То, что передаётся людьми из уст в уста, скоро забудется без письменных доказательств. Скрывай свои таланты и дальше: благодаря чужому страху от неведения ты получишь шанс на спокойное существование, когда все узнают, что ты жив. И, к сожалению, шанс – это единственное, что я могу тебе дать.

Я несмело кивнул, благодарный за помощь и совет, который я принял к сведению, как и все остальные уроки брата.

– Пришло время мне посмотреть на твою принцессу. – Он хлопнул меня по плечу и стремительно вышел из комнаты. Я выскочил следом, поняв, что после драки назвал Аару «моей» при всех.

Принцесса спокойно разговаривала с Исаром, но они оба замолчали при нашем появлении. Каид молча обошёл Аару, нагло и оценивающе оглядев её, как экзотическую вещицу. Принцесса, как и при первой встрече со мной, позволила ему это, но, вздёрнув подбородок, внимательно следила за каждым его шагом.

– Она совсем не похожа на Тею, – задумчиво пробормотал Каид, кинув на меня косой взгляд. – Значит ли это, Илос, что за тебя можно не переживать?

Я весь напрягся, глядя, как губы Каида растянулись в белозубой улыбке, и брат наклонился к Ааре совсем близко.

– Удивительный запах… – Мёд в его голосе оборвался, когда тонкое лезвие коснулось его бедра слишком близко к паху.

Я хмыкнул, брови Каида от удивления взлетели. Он предусмотрительно замер на месте и сперва посмотрел Ааре в глаза, а затем повернулся ко мне.

– Ты научил её тому же трюку, который я показывал сестре. – Это было скорее утверждением, чем вопросом. Каид действительно подсказал Теяле, как подобным тонким лезвием нужно резать артерии. Либо на бедре, либо под мышкой. Я передал эти знания Ааре, но не знал, что она умудрилась спрятать лезвие в рукаве халата.

– Я бы попросила перестать придвигаться ко мне так близко, – спокойно сказала принцесса.

Я не скрывал довольную ухмылку.

– Как пожелаешь. – Каид с очаровательной улыбкой сделал шаг назад. – И я был бы рад узнать твоё имя. Или мне подождать до вашей свадьбы?

– Мы не… – начал я, краснея.

– Аара, меня зовут Аара, – перебила принцесса, не пытаясь переубедить Каида.

– Красивое имя. И добро пожаловать в худшую семейку из тех, что тебе доводилось встречать, – воодушевлённо поприветствовал брат.

– Хотя бы Исар и Шейн кажутся вменяемыми. – Принцесса спрятала кинжал.

– А она с характером! – похвалил Каид и воспитанно предложил Ааре согнутую в локте руку. – Пока мы идём до главного зала, я буду рад услышать хоть часть истории о том, как вы познакомились. Что ты вообще нашла в моём мрачном братишке? От его выражения лица и чувства юмора даже цветы в Астаре вяли.

Аара обхватила предложенную руку, и они оба, игнорируя мой оскорблённый вид, пошли к выходу.

– При первой встрече я его подстрелила из лука. Дважды, – охотно поделилась принцесса.

– Очаровательно.

– А потом тащила по песку за ноги, как мешок с фруктами.

– Ох, Аара, ты точно нам не родня? – заинтересованно уточнил Каид.

Исар засмеялся, а я закатил глаза и поплёлся за ними.

* * *

По завершении церемонии я не сбежал, зная, что Каид угроз на ветер не бросал. Пустыню он вряд ли перекопал бы, как грозился, но мог прийти и буйствовать, испепеляя всё подряд, лишь бы доказать, что «он предупреждал».

Хотя нормально поговорить нам удалось только через несколько часов после церемонии, до этого брат провёл всё время, получая поздравления от приглашённых гостей да обсуждая дела со своими советниками. К счастью, гостей было много, а новых членов Сената я не узнал – похоже, Каид полностью переформировал местную власть, подстроив под себя. О своём имени я распространяться не хотел, поэтому мы с Аарой терпеливо ждали в стороне, пробуя местную еду. Эйлин не приехала из-за беременности, и это ощутимо облегчило мне пребывание в Цере.

С Шейном мы делили общий секрет, поэтому с Исаром и Каидом я откровенничал меньше: не стал рассказывать о своём новом побочном Даре перемещения, не рассказал про легион и про местонахождение Паргады. Из остального я сплёл неплохую историю, сбивая внимание братьев на рассказы о культуре южан и о Падших, которых мы приструнили. Это напомнило нам о походе на север, и разговор с лёгкостью перетёк в обсуждение приятных воспоминаний из прошлого.

В ответ я не давил на Каида, не просил рассказать, как погиб отец и какой отпечаток на его душе оставила свершённая братом жестокая месть. Я с интересом выслушал те истории последних лет, которыми он сам решил со мной поделиться.

Ливия – супруга Каида – оказалась совсем не такой, какой я её представлял. Скорее, была полной противоположностью сложившемуся образу. Я был уверен, что с характером моего брата сможет справиться лишь девушка вроде Аары. Острая на язык, хитрая, с упрямым характером.

Однако Ливия походила на хрупкий цветок, который Каид бережно оберегал. Девушка цеплялась за его согнутую в локте руку, как за спасительную скалу, защищающую её от непогоды. Ростом девушка была чуть выше плеча Каида, а хрупкость её рук и тела уверяла, что оружия в руках она никогда не держала. Бледная кожа выдавала в ней дочь аристократии, золотые кудри спадали до самой поясницы, а большие голубые глаза делали её похожей на ребёнка.

Во время нашего знакомства я то и дело растерянно поглядывал на Каида. Брат, ранее не знавший, что такое длительные отношения, смотрел на свою жену с небывалой нежностью во взгляде. Он даже не замечал других девушек в зале, хотя раньше точно бы приметил каждую и оценил откровенность их декольте. Уважая подобную перемену в Каиде, я с вежливой улыбкой поцеловал кисть его супруги, стараясь спрятать всю свою язвительность и дикость поглубже. С Ливией я не шутил и не иронизировал, а говорил тепло, рассыпаясь в комплиментах её красоте и платью.

Я почти физически ощущал шок братьев и Аары, пока моя речь текла плавно и учтиво, как учили говорить родители.

– Ты, Илос, совсем не такой, как о тебе говорил Каид, – улыбнулась мне в ответ Ливия, когда мы сидели за столом.

– Да? – притворно удивился я. – И что же обо мне рассказывал дорогой брат?

– Каид говорил, что ты беспокойный юнец, любящий всё драматизировать и усложнять. А если на тренировках кто-то вытаскивал щит, то Каид всегда припоминал, как неуклюже ты с ним выглядел.

Она засмеялась, глядя, как я недоверчиво приподнял бровь. Ливия была очаровательна и бесхитростна, правдиво отвечала на каждый вопрос. Удерживая вежливую улыбку, я пнул сидящего напротив Каида по колену под столом, отчего брат дёрнулся, но сделал вид, что ничего не произошло.

– Но о твоём обаянии он не соврал, – вновь заговорила Ливия. – Говорил, что ты сам похож на чёрную ночь и пахнешь персиками.

На последней фразе моя выдержанная улыбка дрогнула, став кривой и натянутой.

– Похоже, брат отлично развил обоняние, принюхиваясь к здешним цветам?

– Ох нет, – смущаясь, отмахнулась Ливия. – Это часть его силы. Я такие тонкие ароматы почувствовать не могу, но Каид говорит, что сквозь запахи ему удаётся увидеть суть вещей или определить, есть ли у человека Дар.

Я слегка наклонил голову, повернувшись к Каиду.

– Давно это у тебя?

– Было всегда, – задумался он. – Но стало сильнее за последние три года. Теперь мне достаточно встать рядом с человеком, и я уже чувствую, чем от него пахнет. Особенно сильно пахнут люди, обладающие Даром.

– А Тея?

Не знаю, зачем я задал этот вопрос, но Каид понимающе кивнул.

– Персики, как и ты. Наверное, это из-за того, что вы были двойней. Однако Тея пахла сильно и всегда. Ты же получил не более чем отголосок аромата, который усиливается лишь при произношении твоего имени, – спокойно поведал он, покачивая кубком с вином. – С такими, как вы, просто, запах фруктов легко распознать. А вот твоя принцесса…

Каид задумчиво перевёл взгляд на Аару, которую Исар пытался научить танцевать. На юге подобных обычаев нет, поэтому при виде танцующих пар она вцепилась в мою руку, желая узнать больше. Я не хотел расстраивать её своими неуклюжими способностями и попросил Исара. Тот, несмотря на хромоту, был в сотни раз лучшим танцором, чем я. Аара увлечённо глядела под ноги, а Исар что-то пытался ей рассказывать, захваченный врасплох её восторгом от привычного для него действия. Я радовался, что они неплохо подружились.

– Что с ней? – уточнил я.

– Я с трудом могу подобрать описание, но в ней есть что-то помимо Дара… она пахнет, как… что-то знакомое, но редкое… – Я не стал пересказывать легенду о Калануа и их способности к кровным клятвам, Каид сам узнал об Ааре больше, чем я рассчитывал. Я молча ждал вердикта, пока брат задумчиво постукивал пальцем по кубку, всё так же глядя на принцессу, и неожиданно воодушевился. – Гроза. Точно! Думаю, гроза будет самым верным описанием, – Каид заулыбался, найдя ответ. – Помнишь, как в одном из походов в конце весны нас в дороге, за день до Астары, застала гроза. Пришлось ночевать в укрытии деревьев. Вот она пахнет, как тот ночной воздух.

Я опять повернулся к Ааре, понимая, что Каид прав. Я чувствовал схожее, будучи рядом с ней. Тот запах свежести и лёгкого беспокойства, что сводил меня с ума и одновременно приносил странный покой.

– Ты выглядишь счастливым рядом с ней, – заметила Ливия.

– Уверен, благодаря тебе, Ливия, счастливее Каида сейчас в этом зале никого нет. Ещё немного, и брат буквально начнёт светиться от счастья. – Я засмеялся и едва не расплескал своё вино, когда мой заносчивый брат заметно покраснел, стоило только Ливии поцеловать его в щёку.

Затем жена Каида встала, чтобы отойти к своим подругам и оставить нас поговорить наедине. Я терпеливо проводил девушку взглядом.

– Даже не смей пасть раскрывать, – тихо, но угрожающе предупредил Каид, когда Ливия отошла достаточно далеко, и мои губы сами собой растянулись в привычной ухмылке. – Вот же актёр! Я испугался, что при драке приложил тебя головой об стол слишком сильно.

– Она очаровательна и нежна, Каид. Не слишком ли для такого болвана, как ты?

– Не завидуй, – фыркнул он.

– А ты перестань глазеть на мою принцессу.

– Я просто оцениваю, насколько сильно ты влюбился, братишка, – нагло поддел он, подаваясь ближе через стол. – Можешь не верить, но я мечтал увидеть тебя счастливым. Твоё пустое лицо после смерти сестры мучило меня в кошмарах чаще, чем сама кончина Теялы.

Улыбка сошла с его лица, он внимательно смотрел мне в глаза, надеясь, что до меня дошёл смысл сказанного. Я смущённо кивнул и залпом допил своё вино.

– Она не знает, – на выдохе признался я.

Каид удивлённо заморгал.

– Я не уверен, что вообще достоин хоть малой любви после того, что сделал.

Каид вновь наполнил мой бокал и заставил меня выпить всё, подталкивая пальцами дно кубка, не позволяя опустить его, пока не допью до конца. Пару раз я чуть не подавился, но всё выпил.

– Я и сейчас с лёгкостью могу решить твою любовную проблему, но, думаю, будет лучше, если ты сделаешь это сам, – ответил Каид, а я хмуро взглянул на кубок, который он наполнил в третий раз, но пить я не стал.

– Конечно, с нетвёрдой походкой я быстрее свалю её с ног, но маловероятно, что дело будет в моём очаровании, брат, – буркнул я.

– Тогда этот оставь мне, – встрял Исар, подсаживаясь к нам и забирая мой напиток. – Иди к Ааре, порази её своими изысканными манерами, которые ты, оказывается, не растерял.

Ворча, я неуверенно поднялся на ноги под их пристальным вниманием и снисходительными улыбками.

– Мне проще принести ей голову дракона, чем покорить учтивыми поклонами и танцами, – продолжал бубнить я, делая несколько неловких шагов к Ааре.

Каид захохотал, когда я на всякий случай развернулся, чтобы уточнить:

– У вас на севере точно драконы не водятся?

– Точно. Проваливай! – всё ещё смеясь, махнул рукой брат и отогнал меня от стола.

* * *

– Прости за сцену драки с Каидом. Я не хотел, чтобы ты видела, как мы выясняем отношения.

Я отвёл Аару в ближайшую гостевую комнату, где заметил балкон. Хотел перед уходом ещё раз показать ей вид на горы и на город. Мы могли бы вернуться в Церу в любое другое время, но я оттягивал возвращение в Паргаду. Аара заворожённо следила, как тлел закат над городом.

– Илос.

Я вскинул голову, вынырнув из собственных мыслей. Аара смотрела на меня с немым вопросом.

– У тебя всё в порядке с братьями? – спросила она конкретнее.

– Да, всё лучше некуда.

– Тогда ты хотел о чём-то поговорить?

– Да.

Я опять замолчал и упёрся руками в мраморные перила, разглядывая пейзаж. Мне многое хотелось сказать, но все слова и правильные мысли распадались на бессвязные фразы, становясь глупыми и несуразными.

– Хочешь, расскажу о своём предсказании? – неожиданно предложила Аара, и я был благодарен ей за попытку сгладить неловкую паузу.

– Разве это не секрет?

– Секрет.

– Тогда почему ты решила мне рассказать?

– Хочу, чтобы ты знал, – расслабленно ответила Аара, вставая рядом и глядя на город. – Моё предсказание пугало меня с детства, а после смерти брата я и вовсе решила, что это проклятие. Ахна сказала, что я займу трон, поднимаясь по костям, а помогут мне в этом испорченные тени да носители огня. Всё это сбылось. Члены Совета Пяти и мой брат умерли, а отцу осталось недолго. Мой путь к трону действительно выложен костями. Испорченные тени, скорее всего, легион, а носители огня – Падшие. Ведь именно из-за них укрепилось моё влияние. Какое-то время я была уверена, что все мои близкие умирают только из-за моего предсказания.

До белизны в пальцах она сжала перила. Я погладил её руку, оказывая немую поддержку.

– Ты знаешь, что это не так. В происходящем нет твоей вины.

– Иронично слышать это от тебя, Илос, ведь ты винишь себя буквально во всём.

– Может, Каид прав и иногда я люблю драматизировать. – Я кисло улыбнулся, вызвав у Аары смешок.

– Слова ахны передал отец, он единственный, кто, помимо меня, знает о предсказанном. И второе имя – Зара – он дал мне именно из-за второй части предсказания. Ахна предупредила, что в этой жизни я стану важным рассветом для культуры нашей страны, но затем меня саму будет ждать тёмная ночь. Илос?

Я перестал моргать, пристально разглядывая её лицо.

– Что означает твоё имя? – нетерпеливо выдал я, словно ответ на этот вопрос именно то, что я давно искал.

– Аара – «обожаемая», а у «Зара» есть два значения. Первое – «рассвет». Обожаемый рассвет.

Рассвет. Ну конечно.

– Второе значение – «золото».

– Я люблю тебя. – Моё сердце пропустило удар, когда я сам понял, что сказал. Но стоило первой фразе вырваться, как следом речь потекла сама собой. – Тебя всю, твою улыбку, твой голос…

Я положил ладони ей на шею, запуская пальцы под ворот уличного халата. То ли из-за алкоголя, то ли из-за сердца, которое билось невпопад, мир начал расплываться, а в горле пересохло. Глаза Аары округлились, но я торопливо продолжил, не позволяя ей встрять:

– Люблю, как ты смотришь на меня, как пытаешься дать мне шанс за шансом, не сдаваясь. Всё это время ты была тем, что я так давно искал. – Сперва я бормотал сбивчиво, наобум подбирая слова, но потом стал более уверенным в своём жадном желании забрать свой рассвет. – Я никогда не изменюсь, Аара. Не стану великодушнее, добрее или изящнее в своих выражениях. Мне нечего тебе предложить, принцесса, кроме себя, своего чёрного сердца и тьмы, которая стелется за мной, куда бы я ни пошёл. Но я могу обещать, что ни один враг не помыслит ступить близко к твоим землям, страшась даже слухов о том, что ждёт их за нашей границей.

Я держал её лицо крепко в своих ладонях, с упрямством глядя ей в глаза. Будто я не признавался в любви, а кидал ей очередной вызов, наблюдая, сможет ли она его принять.

– Мне не нужен титул, не нужна корона, мне нужна ты, моя дикая королева. Примешь ли ты меня, Аара Зара Калануа?

Она молчала, а я не отступал, пока её очаровательные губы не тронула хитрая улыбка.

– Что ж. Тогда к лучшему, что мы в Паргаде предпочитаем ночь дню. Тьма нам родная, как и ты, Илос, которого я и не собиралась отпускать.

– Это «да»? – уточнил я.

– Это лучше, чем «да». Это абсолютно всё, о чём ты просил. – И она подняла руку прямо перед моим носом, держа в пальцах и предлагая мне своё Кольцо Пустыни.

Увидев его вблизи, я наконец узнал камень. Обсидиан. Дважды предлагать было не нужно – я схватил кольцо сразу, жадно приникая к её губам. Аара обняла меня за шею, и её смех перешёл в одобрительный стон, когда я стянул тени, чтобы забрать свою принцессу домой.