Глава 2.2 Слезы

***

Я не могу его оставить, пусть злится потом, кричит, но я не могу его оставить.

…Что это? Почему этот ублюдок Лайнел целится в своего?

***

Насколько хорошо может проходить сражение, настолько хорошо оно шло, под ногами не крутился малой, да и враг был уже практически повержен.

— Владимир, — он услышал родной голос.

"Какого…???"

Он повернулся и тут же в его грудь врезался Сэм, император схватил его и затащил за насыпь, выговаривая:

— Какого черта???!?! Я же просил тебя?!?!?

Он немного отстранил от себя Сэм, чтоб продолжить отчитывать его, но осекся, увидев стоявшие в миндальных глазах слезы.

Что это? Что с ним?

Кажется, сердце Владимира пропустило пару ударов?

Маленькая ладонь Сэм прижалась к небритой щеке императора:

— Ты в порядке… мне больше ничего не нужно, — слезы покатились по нежным щекам, так, словно разом, все те, которые он не мог выплакать с детства.

Кажется, император забыл, как дышать:

"Что происходит? Я больше не могу… сдерживаться… знаю, что не должен… но не могу…"

Он подался вперёд… и коснулся своими губами губ Сэм… Одно короткое мгновение… Он понял, что для него это хрупкое создание важнее всего на свете. Ему было плевать на все сейчас, его сердце больше не могло терпеть, он знал, что у этого не может быть будущего, но сейчас он не хотел об этом думать. По его щеке скатилась одинокая слеза, и тут он осознал, что-то не так, губы слишком холодные, такие же, как тогда, когда он делал искусственное дыхание… и в момент, когда пришло понимание, тело в его руках обмякло.

***

Так больно, и так спокойно, больше нет сил держать глаза открытыми, слезы продолжают литься. Что-то тёплое коснулось моих губ, легкая истома обволокла мое тело, но сознание начало покидать меня. Нет, пожалуйста, ещё немного, позволь насладиться этим сладким, неведомым доселе чувством.

***

— Малыш? Нет! Только не это, — император начал осторожно осматривать Сэм. Как он уже догадался, он нашёл рану, на плече.

"Этот мальчишка прикрыл меня…"

Разорвав на плече у своего спасителя рубашку, владыка принялся доставать пулю от мушкета, благо все необходимое было у него с собой, ему пришлось таскать свою аптечку, на случай, если его ранят, он не мог доверить это никому, ни один полевой врач не обладает такой квалификацией, как император.

— Потерпи малыш, я помогу тебе, — пусть и лучшая квалификация, но его руки дрожали от страха, он больше не представлял жизни без Сэм.

Владимир собрался с силами и благополучно извлёк пулю.

Бой уже совсем стих, поэтому он смело поднял на руки мальчишку и понёс его к лагерю.

Сэм очнулся спустя несколько часов, и рассказал, что он прикрыл Владимира, от пули их же сослуживца, который, видимо, затаил обиду после того, как император, можно сказать, надругался над ним, во время спарринга.

Началось разбирательство, такого уже нельзя было скрыть, или оставить незамеченным. Решали, так же, судьбу Сэм, так как из-за ранения его рука была практически недееспособной. Ну или как минимум не способна держать оружие. Это была левая рука, но видимо велением злого рока Сэм был именно левшой.