Глава 5

Ощущение было мерзким. Но его колдун просил потерпеть еще немного, а когда Кузя выполнит это важное поручение, от памяти урода можно будет избавиться навсегда. Обратно Кузя вел катер уже в своем обычном облике и не испытал почти никаких трудностей. Этот навык он сохранит. Правда, шли они недолго, хозяин решил добраться до Приморска, а оттуда их повезло домой теплое комфортабельное такси.

Но, даже наевшись и оказавшись в удобной постели, Кузя никак не мог перестать думать о несчастных дивах с острова. Понятно, зачем туда везли похищенных девушек – вовсе не для извращенных «любовных утех», как сначала думал его колдун. Их использовали в качестве жертв, чтобы вызвать… других жертв для отвратительных развлечений. А может, девушками кормили, чтобы увеличить количество обликов. Та дива на сцене была под личиной. Эти мысли позволяли Кузе смириться и потерпеть еще немного и гадкий облик, и тошнотворную память.

Он вошел в дом и остановился в прихожей, ожидая «своего нанимателя», Ивана Скрепцова. Тот появился тотчас же и, схватив его за руку, втащил в гостиную.

– Ты! Ты что творишь, идиот?! Где товар?! Мне весь телефон оборвали! Говорят, над островами кружил спасательный вертолет! Что случилось?

– Не получилось доставить девок. Пришлось избавиться от них.

– Избавиться?! Ты обалдел! Где мы сейчас возьмем новых, они уже поразъехались все. Да чтоб тебя… я рассчитывал на эти деньги. Что ты с ними сделал? Они не всплывут? Что там делали спасатели?

– Пока мы шли, заштормило. Пришлось остановиться у Большого, переждать ветер. Там я решил немного развлечься.

– Болван… нашел время. И… что? Они попытались бежать?

– Нет, – Кузя покачал головой, – оказалось, что на судне прятались человек из Управления и его див.

– Что?! – Скрепцов открыл рот и вытаращил глаза.

– Они услышали шум и бросились спасать девушек. Я выхватил оружие и… – Кузя сделал драматическую паузу, – его див меня сожрал. – Он улыбнулся во весь рот. Эх, жаль, что под личиной не покажешь клыки. Это всегда производит впечатление.

Но, судя по всему, это было излишним. Скрепцов попятился, споткнулся, с размаху сел на пол и спиной вперед пополз к стене, как кузнечик. Кузя рассмеялся и сменил облик.

– Уйди, тварь! А-а-а-а!!! Помогите!

За спиной Кузи скрипнула дверь, и послышался звук аплодисментов.

– Браво, Кузя! У нас бывают любительские спектакли, я приглашу тебя поучаствовать. – Виктор Геннадьевич шагнул к Скрепцову, но тот, мельком взглянув на полицейского, снова во все глаза уставился на Кузю.

– Не бойтесь, он вас не съест, господин Скрепцов. – Хозяин тоже зашел в гостиную. – Ну как вам, – обратился он к Виктору Геннадьевичу, – он достаточно наговорил для суда?

– Вполне. И девушка его помнит. И свидетельство дива, сожравшего его подручного, тоже очень важное доказательство. Но, позвольте, зачем? Велите диву его сожрать, и дело с концом. Все равно приговор будет именно таким.

Колдун посмотрел с некоторым сомнением:

– Думаете? Я бы все же предпочел суд. У меня див и так одного сожрал уже…

– Да полно вам, я буду свидетелем, что он на вас напал. Вы только подумайте, сколько будет возни с его допросом, он наймет адвоката, начнет запираться, врать. Может, ну ее, эту волокиту? Р-раз, и все. И свидетельство дива под протокол, дело закрыто, премия пополам, а? – Виктор Геннадьевич подмигнул.

– Нет! – истошно заверещал Скрепцов. – Я расскажу! Я знаю много, очень много! Я не главный! Я вам все расскажу!

– Расскажете? – Виктор наклонился к нему. – И будете полностью содействовать следствию? Что же, тогда, может быть, я похлопочу об обычной каторге. Договорились?

– Да! Да! – Скрепцов изо всех сил закивал.

– Кузя, грузи его в машину, – Виктор Геннадьевич протянул наручники, – держи, как договаривались.

Кузя взял стальные браслеты, поднял Скрепцова за шкирку и рявкнул ему в ухо:

– Вы арестованы, вот! – и защелкнул наручники на его руках.

– Так, а вот и наша заметка. – Виктор зашел в гостиную со свежей газетой в руках. Аверин и Рогов обернулись к нему.

– Ну-ка. – Аверин протянул руку и прочитал: – «Трагедия в ночных волнах».

– Да уж, пафосно.

«Вчера ночью возле побережья Бьеркского архипелага произошла трагедия. Из-за сильного восточного ветра небольшое судно типа СВП, попытавшись найти укрытие на острове, врезалось в скалы Большого Бьерка. Смотритель маяка перехватил сигнал SOS, к месту крушения немедленно отправились спасатели. Из воды подняли мужчину в спасательном жилете, но, к сожалению, спасти его не удалось, он скончался от переохлаждения. Личность пострадавшего уточняется. Также спасатели обследуют акваторию в поисках тел других пассажиров судна, если таковые имелись. На сегодняшний день поиски ни к чему не привели».

– Хм, – усмехнулся Аверин, – а я-то ожидал что-то вроде: «и безумное море поглотило катер и всех его пассажиров».

– Зато на первой странице, – пожал плечами Рогов. Он оказался на удивление сговорчив, единственное, о чем он попросил, давая согласие на участие в операции: не ставить в известность Управление. Иначе дело тут же уйдет туда. Да и самому Аверину не слишком этого хотелось – пока раскрутится неповоротливый маховик правосудия, будет потеряно много времени. Нет, на стол Булгакову должны лечь железные доказательства. Тем более что Аверин своими глазами видел на представлении фамильяров. Выходит, посетители «загородного клуба» из древних дворянских родов, а значит, не последние люди в Петербурге.

– Где сейчас девушки?

– В Мариинской больнице. Нужно подержать их там несколько дней. Одна сильно избита, остальные три истощены и в ужасном душевном состоянии. Но все уже дали показания.

– Они рассказали что-нибудь новое? – Аверин махнул рукой Кузе. Тот стоял возле стены и внимательно слушал. – Сделай нам кофе, хорошо?

– Ага. – Кузя скрылся на кухне.

Маргариту Аверин отпустил пораньше: разговор не предназначался для посторонних ушей.

Рогов покачал головой:

– Думаю, вы и так все знаете, от… кхм… похитителя. – Он покосился в сторону кухни. – Звали его Алексей Тетерин, работал он на Скрепцова уже пять лет. Машины угонял, маскировал под такси, выслеживал на остановках девиц с вещами. Девушки рассказали, что выходили на остановку, подъезжал мужчина на такси, предлагал отвезти подешевле, «не включая счетчик». Они соглашались и садились в машину. Дальше он их отвозил в гараж. Этим жертвам крупно повезло. Тетерин должен был отвезти «партию» еще три дня назад, но из-за сильного ветра не пошел. СВП хороши, но против ветра не очень устойчивы. И это спасло жизнь девочек. Как я понял, их ждала ужасная участь.

– И это обязательно надо доказать, – заметил Аверин. – Иначе под суд пойдет Скрепцов, а настоящие убийцы и насильники отделаются легким испугом. Мне кажется, план был прост: девушки должны были сесть на поезд, поэтому о пропаже заявляли их близкие, не дождавшись детей домой. И дела оказывались заведенными в разных городах, никак не связанные между собой.

– Я читал показания Кузи, – вмешался Виктор. – Я правильно понял, что Тетерин со Скрепцовым промышляли не первый год?

– Да. Так что похищенных девушек довольно много. Надо связаться с другими регионами и поднять дела о пропажах. Я уверен, что у некоторых дивов в этом заведении, а может, и у парочки чьих-то законных фамильяров окажутся личины пропавших.

– Безумие! – воскликнул Рогов. – Вы рассказываете, а у меня просто в голове не укладывается. И такое в наш век и под самым нашим носом!

Аверин только вздохнул:

– Я уже составил письмо на высочайшее имя и отправил его сегодня утром. Надеюсь, оно не осядет в какой-нибудь канцелярии и дойдет до его величества. Я не хочу, чтобы это дело удалось замять.

– Могут и замять, – заметил Виктор, – если замешаны какие-нибудь высшие чины.

– Значит, надо действовать быстро. – Аверин принял из рук дива чашку с кофе и поблагодарил кивком. – Поэтому мы с Кузей отправимся в клуб, я уже договорился с чародеем, он сделает мне личину. Все посетители, кто может себе это позволить, надевают такие «маски». Большинство не участвует ни в чем незаконном, наслаждаются представлениями или берут «поиграть» диву или дива и якобы не знают, откуда они берутся в клубе. А те, кто приходят со своими фамильярами, обмениваются ими или выставляют на «аукцион», чтобы ими мог попользоваться кто-то другой.

– Какая мерзость. – Рогов передернул плечами. – Если предать дело огласке, как минимум – это позорище.

– Поэтому они и скрывают внешность. К сожалению, Скрепцов понятия не имеет, как выглядит главный организатор. Девушек принимала и платила ему «какая-то женщина». Но зато он любезно предоставил мне рекомендацию в этот «закрытый клуб». Разумеется, он и сам любил его посещать.

– Рекомендацию? Что это значит?

– У всех членов клуба есть прозвища – не называться же им своими настоящими именами. Настоящие имена они скрывают. И чтобы тебя приняли, надо или прийти с завсегдатаем, или назвать его прозвище и сказать: «Милостивый сударь черному льву кланяться велел». Черный лев на гербе клуба. Кстати, пробовали проверять, кому принадлежит остров и отель?

– Конечно, – ответил Виктор. – Он числится за неким научным обществом наблюдения за чайками, у общества несколько учредителей, сейчас их проверяем. Но уже очевидно, что они подставные.

– Я так и думал. Ну что ж, значит, разберемся на месте.

Виктор взялся за чашечку с кофе и повернулся к Кузе:

– А ты бутербродик какой-нибудь по-быстрому сообразить можешь? А то домой еще не скоро, а есть ужасно хочется.

– Ага, – ухмыльнулся Кузя.

– И мне тогда, если можно, – попросил Рогов.

– Ну, раз у нас перекус, тогда и я не откажусь, – добавил Аверин.

– Тогда я и себе сделаю, ага?

– Ага, – усмехнулся Аверин.

Виктор проводил взглядом Кузю, идущего на кухню:

– Я знаю, что он сейчас очень силен. Но все же… не слишком ли рискованно вам туда отправляться вдвоем? Фамильяры гостей точно не слабее… Да и тех, незаконных, дивов может оказаться довольно много.

Аверин посмотрел на товарища и многозначительно улыбнулся:

– У меня есть план. Не волнуйтесь, я буду под надежной защитой.

В особняк Перовых Аверин направился с утра. Было заметно, что Анастасия ему обрадовалась, да и Алеша тоже. Но Аверин попросил мальчика поиграть в саду.

– И все же вы по делу… – Анастасия скромно опустила ресницы.

– Если ты думала, что я пришел позвать тебя на романтический вечер, – Аверин сел в кресло, прислонив к ручке трость, – то ты почти не ошиблась. Я хочу пригласить тебя на прогулку в одно очень романтичное место. Ты ведь любишь, когда тебя связывают, бьют плетью, заставляют ползать на коленях?

– Вообще-то не очень. – Анастасия присела на диван напротив. – Но если вы мне расскажете, зачем это надо, я могу и согласиться. Вы хотите куда-то меня отвести?

– Именно. – Он рассказал ей о месте, в котором побывал, не скупясь на подробности. Не забыл упомянуть и о безголовом теле. Вероятнее всего, оно оттуда. С каждым его словом Анастасия мрачнела, а под конец рассказа, когда он живописал «танцы у шеста», ее взгляд стал совсем холодным.

– Значит… вы хотите проникнуть туда под видом гостя? И я вам нужна в качестве сопровождения и вероятной защиты на случай, если вас раскроют? Я правильно поняла?

– Все верно. По словам Кузи, самый сильный из встреченных им дивов был примерно седьмого уровня. Сильные фамильяры принадлежат гостям – вряд ли они встанут на защиту хозяина этого заведения. Хотя у него тоже может оказаться фамильяр. Дивы клуба довольно слабы. И неудивительно: слишком много человек незаметно в нынешние времена скормить диву невозможно. Но ты это знаешь.

– Основную силу я набрала не на людях, – губы Анастасии тронула едва заметная улыбка, – я много сражалась.

– В войнах?

– И в войнах, само собой. Но было и другое. Сейчас вызов дива первого класса – это целое событие. Но когда-то было по-другому. Человеческая жизнь стоила очень дешево, поэтому дивов вызывали часто, и сильных. И существовала такая практика: колдун вызывал из Пустоши сильного дива, а своего заставлял сражаться с ним. Кто побеждал, тот и оставался на службе. Ну и увеличивал силу, соответственно.

– И ты побеждала.

– Конечно. Некоторые мои хозяева очень любили такие развлечения. Знаете, развлечения, о которых вы рассказали мне, – ничто по сравнению с тем, как с нами обращались раньше. Если бы вы видели, что люди творили с дивами в те времена, когда мир был более жестоким местом, вы бы не смогли спать по ночам.

– И тем не менее ты согласна мне помочь?

– Согласна. В этом вы правы.

– И почему же?

– Я уже сказала, сейчас мир стал намного лучше. И многие люди, и не только люди, прилагают множество усилий, чтобы сделать его еще более хорошим местом. И я ненавижу подонков, которые пытаются тащить его назад, в темные времена. Поэтому я вам помогу. Мне нужно притвориться вашим дивом?

– И не только. Тебе нужно будет не притворяться. Тебе нужно будет им стать.

– Стать?

– Да. В этом клубе полно дивов и немало колдунов. Они сразу заметят, что ты не принадлежишь никому из присутствующих.

– И… вы хотите привязать меня к себе?

– Да. На короткое время, естественно. Иначе не получится, ты же фамильяр.

– Что ж, тогда нам нужно поговорить с Алешей. Только он может дать такое разрешение.

За Алешей она сходила сама. Когда она вкатила кресло с мальчиком в гостиную, лицо у того было очень серьезным и сосредоточенным. Похоже, она уже успела что-то рассказать.

Аверин улыбнулся:

– Ну что, Алеша, одолжишь мне ненадолго свою маму?

Мальчик серьезно посмотрел на него:

– Ы вы п-йдете спа-а-асать ди-ав? И ль-юдей?

– Да, Алеша. Людей я уже спас, четырех девушек, их хотели мучить и жестоко убить. А дивов мучают и убивают до сих пор. Я должен их спасти. Твоя мама обещала мне помочь, но только если ты разрешишь. Ты должен отпустить ее, чтобы я мог… – Он попытался подобрать слово.

– П-йи-вязать. Я зна-а-йу, я чи-ита-й.

Аверин встал, подошел и наклонился к нему:

– Ты ведь знаешь, кто твоя мама? Так?

Мальчик наклонил голову.

– Я не ма-й-ень-кий.

– Вот и отлично. Тогда договорились? – Он протянул Алеше руку. – Я зайду вечером и приготовлю все к обряду.

Мальчик пожал руку и снова наклонил голову.

– Отлично. – Аверин обернулся к Анастасии: – Тогда подбери подходящую личину под это. – Он показал на сумку, которую принес с собой.

– Что это?

– Ханьфу. Сейчас можно купить едва ли не в любом магазине. У твоего облика должны быть черные волосы. Постарайся как-нибудь воткнуть в них заколки, которые я принес. Будем самыми модными в этом гадюшнике.

Внешность у чародея Аверин сделал себе вполне европейскую. Даже чем-то похожую на собственную, только чуть помладше и с другой формой лица. Цвет глаз и волосы оставил прежними. И, посмотрев в зеркало, остался доволен. Узнать будет затруднительно, а отвращения эта личина не вызывала. Оставалось решить еще один важный вопрос.

Он набрал номер брата.

– Поместье графа Аверина.

– Анонимус, это я. Позови Василя.

– Слушаюсь.

– О, это ты, привет, – раздался в трубке голос брата. – Ты уже вернулся из столицы? Приедешь, расскажешь, как все прошло?

– Конечно, обязательно. Сразу же, как только освобожусь. Слушай, у меня к тебе важное дело.

– Конечно, говори.

– У тебя, случайно, нет яхты?

– Случайно, есть. А тебе какую надо?

– У тебя их несколько, что ли?

– Три. Я поэтому и спрашиваю, для чего тебе. Просто прокатиться недалеко или погулять с большой компанией? И где? По Ладоге или по заливу?

– Ох, ничего себе вопросы… Мне нужно от Приморска добраться до Бьеркского архипелага.

– Понятия не имею, где это.

– Ладно. Мне нужно что-то, что выглядит прилично и при этом не перевернется зимой на море. Кузя умеет летать, а я, к сожалению, нет.

– А, ну возьми тогда «Чайку». Она надежная, морская. А что, там навигацию открыли?

– Не совсем… там работают ледоколы.

– А, ну отлично.

– Еще нужно перевезти ее в Приморск. Желательно по суше.

– Ну-у это вообще не проблема. Перевезем в лучшем виде. Тебе когда надо?

– Завтра.

– Завтра? Ну… хорошо, тогда я сейчас позвоню и договорюсь.

Вечером, как и обещал, Аверин отправился к Анастасии.

Он позвонил в ворота и обомлел: калитку ему открыла юная китаянка.

Протянув руку, она увлекла его в сад.

Только мурашки по коже подсказали, кто перед ним на самом деле.

– Ничего себе… это что, настоящая китаянка? – совершенно искренне удивился он.

– Японка. Я расскажу, только пойдемте в дом, тут холодно для шелкового платья. Я, конечно, не простыну, но это все равно неприятно.

Аверин пошел за дивой. Вот что имел в виду Кузя, когда отказался от пальто. Див не пострадает от последствий переохлаждения, но даже сейчас, глядя на хрупкие плечи китаянки-японки Анастасии, Аверину захотелось прикрыть их.

Когда они зашли в дом, Анастасия забрала его пальто, шапку и, опустившись на колени, расшнуровала и сняла ботинки. Все это она проделала с удивительной грациозностью.

– Выглядит потрясающе, – одобрил Аверин. – Так когда ты успела сожрать японку?

– В восемнадцатом году мы с госпожой и детьми уехали на Дальний Восток. Там в то время было гораздо спокойнее. В Хабаровске в поезд села семья японцев, ехали во Владивосток. Старшая дочь оказалась больна, а к вечеру ей стало совсем плохо – тиф. Моя хозяйка велела мне немедленно убрать из вагона заразную девушку.

– А скажи, ты помнишь историю каждой своей личины?

– Да, конечно. От некоторых у меня даже осталась частичная память. Я храню ее.

– Хранишь? Серьезно? Ты бережешь память своих жертв? Зачем? В ней что-то полезное?

Она подняла уголки ярко накрашенных губ:

– Нет. Ее ценность в другом. Понимаете, ситуации и обстоятельства бывают очень разными.

– И… как долго она может храниться?

– Не знаю. Думаю, пока я снова не попаду в Пустошь.

– Ну что ж… Пока переоденься, я еще успею насмотреться на эту красоту. А я пойду к Алеше, покажу, как подготовить обряд. Он несколько сложнее, чем с Сарой.

Через некоторое время Анастасия стояла перед зеркалом и ощупывала ошейник.

– Он красивый у вас.

– Да, на тебе отлично смотрится.

Она обернулась с легкой улыбкой:

– Вам нравится?

– Да, а тебе?

– Я же сказала, красивый. А так… странное ощущение, непривычное и давно забытое.

– Да? Разве фамильяры ощущают связь по-другому?

– Нет, – она тихо засмеялась, – просто я давно не служила никому по-настоящему сильному. Как фамильяр, я заботилась о своих хозяевах, и все. Это совершенно другое. А вы старались, создавая свой ошейник. Не просто кольца грубой цепи, как у многих.

– У меня всегда была страсть к некоторому щегольству. Что ж… надеюсь, если меня ранят, ты сможешь сдержаться.

– Я постараюсь, честно, – слегка нахмурилась она, но потом ее лицо разгладилось. – Я надеюсь, вы останетесь на ночь сегодня? Если у вас нет до завтра никаких важных дел?

Аверин посмотрел на диву и коснулся пальцем ошейника.

– …Наверное… стоит остаться. Только позвоню Кузе и скажу, что я под надежной защитой.

– Хорошо, а я пока схожу за вином.