Глава 31

Панибратские слова принца, что Димею ничего не испортит — можно понимать двояко, только влюбленная натура пылкой маркизетты однозначно истрактовала их как издевку. Я бы на ее месте тоже обиделась, но ныне пытаюсь во всем искать плюсы, иначе с ума сойду. Нет бы на отборе чинно выполняли задания, судьи как на выставке породистых лошадок выставляли баллы, а потом по максимальным определили победительницу. Так нет же!

И вот Димка истошно завывает, я мечусь и пытаюсь придумать, как вернуть волосы, не нарушив правила отбора.

Деликатный стук отвлек меня от тягостных раздумий.

На пороге стоял высокий элегантный мужчина в сочно-зеленом костюме с большой сумкой в руке. Его волнистые темные волосы ниспадали на угловатые плечи и однозначно подошли бы для рекламы шампуня — настолько шелковистые, сияющие, сочные по цвету.

— Я мастер Рано, — поклонился он. — Его Сияние, принц Селебрин рассказал о… — огляделся по сторонам, приложил узкую, холеную ладонь ко рту и перешел на шепот. — Некой деликатной проблеме.

Как мило, что принц соизволил позаботиться о подруге, вот только в свете последних событий я окончательно растеряла веру в человеческую доброту, поэтому не спешила впускать гостя.

Удивленный мужчина не привык, что его заставляют ждать, еще и оценивают, горделиво вскинул голову. Тогда я, деликатно, чтобы не обрести нового врага, обозначила причину своего недоверия.

— Мастер Рано, как я могу проверить, что вы говорите правду? — вон, Димке уже помогли бескорыстно. Еще одна попытка такой помощи доведет меня до сердечного приступа.

Мужчина заморгал, открыл рот, чтобы возмутиться, но быстро пришел в себя. Видимо, привык, что аристократы с причудами, и красивым, театральным жестом приложил ладонь медальону в виде льва, висевшему на груди.

— Клянусь: все сказанное — правда до единого слова! — произнес сдержанно.

Не впечатлилась бы, но такие носят доверенные лица императорских особ. Если он клянется на таком — доверять можно. Я замерла, ожидая результата.

Изумрудные глаза зверя сверкнули, подтверждая клятву, и я, выдохнув с облегчением, впустила мастера.

Услышав горестные рыдания, он убедился в деликатности проблемы, но держался все так же уверенно. Жеманной походкой подошел к ванной и пропел:

— Маркизетта! Я мастер Рано — личный парикмахер императрицы! Нет таких проблем, которые мне не по плечу!

Дверь сразу же приоткрылась, показался красный нос Димеи.

— Кто вас прислал?

— Принц, — поклонился мастер.

Она перестала дышать, притихла, раздумывая, потом распахнула дверь и вышла с наволочкой, обмотанной на голове в подобии чалмы.

— Сам Селебрин? — уточнила еще раз, уже деловито. Мне даже почудились теплые, почти нежные нотки в ее голосе.

— Да, принц посетовал, что вы огорчены. Присаживайтесь, милая маркизета! — мастер потянул ее за руку к пуфику, что стоял перед зеркалом. И пока Димея поправляла юбку, ловко стянул с нее импровизированную шапочку.

Насколько глобальна проблема маркизеты, стало понятно по его вытянувшемуся лицу.

— Тут бы магию применить, — хмуро подытожил мастер, не прикасаясь к ежику. — Маг сделает пасс рукой — и все станет лучше, чем прежде. А я могу лишь прикреплять волосы по прядкам. Продержится они до первой помывки.

— А если дернут? — уточнила я, не сомневаясь, что соперницы обязательно это сделают.

Мастер развел руками.

— Дим, — я решила попытаться уговорить ее на самый простой вариант. — Давай наденем капюшон или шляпку, а? И сходим?

— Шляпку?! — прорычала Димея. — Да уже весь двор смакует происшествие! Попытку скрыть воспримут как слабость! А я не слабачка!

— Где отрезанное? — поинтересовался Рено.

Я завертелась в поисках волос и вспомнила, что когда прибиралась, нигде их не видела.

— Унесли, чтобы бросить на видном месте, как поверженное знамя рода Рыжных, — горестно вздохнула Димея. — Каждый узнает, что произошло. Гвардейцы не менее болтливы, чем все остальные. — Зыркнула на мужчину.

— Настоящий мастер умеет находить подход к клиентам, — ответил мужчина, в туманном ответе обещая держать язык за зубами за некоторое вознаграждение.

— Клиенты умеют находить подход к мастерам не хуже, — пробурчала Димка. Повернулась к зеркалу, тряхнула рваными прядями, сомкнула губы и приняла решение: — Раз Селебрин считает, что меня ничем не испортить… — В ее карих грустных глазах отразилась обида. — Пусть так и остается. Селебрину виднее.

Я упала на софу. Ну, Димка дает! Вот упрямица! Гордячка! Аж гордость взяла.

— Но… но… — заблеял мастер, пытаясь подобрать слова, чтобы вразумить и не обидеть вспыльчивую клиентку.

— Пусть. Останется. Так, — отчеканила Димея и отвернулась от нас.

Для местных короткие женские прически — нечто невероятное, шокирующее, но только не для меня.

— Есть идея! — подскочила я. — Смелость — в крови Рыжных! Но мы сделаем такую прическу, чтобы она была не только удобной и дерзкой, но и эпатажной, креативной!

— Какой? — уточнил изумленный мастер.

— Креативной!

Он посмотрел на меня как на ненормальную, но я уже была полна планов.

Трудно объяснить на пальцах то, о чем знаешь лишь понаслышке. Однако мастер Рено — профессионал. Слету сообразил, чего я от него хочу, и молча выполнял мою задумку.

Не сразу, но что-то похожее на боб-каре стало проявляться на рыжих, слегка волнистых волосах.

— Смотри! Тебе идет! — я поправила прядки, визуально сузив широковатое лицо Димеи. Челка придала ей загадочность и удивительно смягчила черты. Вот только на затылке длинна не просто провокационное мини — настоящий панк Элирии!

— Тут можно выбрить императорский герб, — вошел во вкус мастер.

Димея напряглась, готова была возмутиться, но подумав, просто промолчала.

— Мы еще можем сходить к Эверию… — мягко напомнила ей, но она отмахнулась.

— Толку? Селебрин видел меня… — она закусила губу, вспомнив, в каких ракурсах нас видели, и вздохнула: — Остальное не имеет значения.

Пока мы работали над новым имиджем, к нам то и дело пытались прорваться любопытствующие соседки.

— Ах, бедная маркизета… Нам так жаль, так жаль… Как она себя чувствует? — переживали соперницы, но в глазах их читалось откровенное злорадство. Разве что эвискарийка прислала шкатулочку со снадобьем для роста волос, которую Димка, опасаясь подвоха, велела передать для проверки статс-фрее Нилене.

Я всем видом демонстрировала, что у нас все супер. Но ведь и вправду супер!

Димка симпатичная, смелая. Правда, с придурью, что иногда на руку. Но радовалась я недолго.

Маркизетта, прежде чем отпустить парикмахера, задела меня плечом и ехидно поинтересовалась:

— Если моя новая прическа такая стильная и дерзкая, не хочешь себе такую же?

Мы скрестили взгляды, как шпаги.

Нет, не хочу, но… Во-первых, новый тренд надо поддержать. Во-вторых, злыдня не угомонится, пока не отчекрыжит мою косоньку. А так я сделаю благородный жест доброй воли… Борьба была мучительной.

— Легко! — гордо вскинув голову, ответила я и потянулась за ножницами.

— Нет-нет-нет! — встрепенулся мастер. — Позвольте мне.

***

Теперь мы как близнецы. Затылки в отражении так точно одинаковые.

«А не погорячились ли?» — подумала я с запозданием и покосилась на Димею.

Она тоже в замешательстве — прикусила губу, пытается свыкнуться с новой прической, и только упрямство не позволяет ей сознаться, что надо было мчаться к Эверию…

В комнате раздался шорох. Я обернулась и увидела кота, застывшего на пороге балкона.

Он разглядывал нас круглыми, как блюдца, глазищами, а мордочка его настолько ошарашенная, что если бы умел говорить, однозначно выдал мамкин перл.

— Снежок, ну как? — повертелась пред ним. — Хочешь такую же?

Хотела взять его на руки, чтобы потискать и успокоиться, но он попятился от меня, как от чумной.

— Снежок?!

Прохвост пулей залез под кровать и притих.

— Глупый кот, — поворчала Димка, недолюбливающая Снежка за то, что он не принимал ничего из ее рук, даже ароматные кусочки бекона, а из моих хрумкал все. — Не место ему в моих покоях!

— Он живет в моих покоях, — передразнила я ее.

— Что?! — резкий дробный стук прекратил наши препирательства.

Решительно настроенный Селебрин ворвался в комнату вихрем, но увидев нас, остановился, с занесенной в воздухе ногой.

— Вижу… вы… кхм-кхм… нашли выход, — задумчиво произнес он, прокашлялся и достал руку из-за спины. Раскрыл пальцы, снял иллюзию, и мы увидели в его ладони рыжие локоны, которые принц нашел или раздобыл для подруги детства.

— Очень мило… — через силу улыбнулась Димка, выше задрала нос и дерзко напомнила: — Вы сказали, что меня ничего не испортит. Оценив ваш вкус, — прищурилась, вкладывая во взгляд потайной смысл, понятный только ей и Селебрину, — я решила не прибегать к уловкам и хитростям, что практикуют некоторые фаворитки… Теперь я буду ходить так! — Маркизетта вскинула голову и как бы невзначай повернулась к нему спиной.

— А-а-х… — невнятно пробормотал Селебрин и закачал головой, не веря глазам.

— Однако, — подбоченилась Димка, — вы должны обещать мне найти мерзавку.

— Уже… Компаньонка баронессы Виоль. Она и ее помощница покидают отбор, — Селебрин ни единым жестом не выдал своего шока, разве что пригладил волосы.

— Благодарю, Ваше Сияние, — кивнула Димея.

Я решила, что мешаю им общаться, и постаралась бочком ускользнуть. Но когда Селебрин увидел мой затылок, ахнул, закрыл рукой глаза и прошептал:

— Это скандал!

— Да неужели? — хмыкнула маркизетта. — Это смелость, Селебрин! Смелость принять удар судьбы и идти дальше, плевав на тех, кто плюет в спину!

— Потому что если тебе плюют в спину — это значит, что ты впереди всех! — добавила я, не менее гордо.

— Маркизетту Рыжную не сломить! — отчеканила Димка и выпрямилась стрункой под взглядом принца.

Впервые я увидела в глазах Селебрина нечто похожее на зависть и восхищение. Он переводил взгляд с Димки на меня и молчал, но как красноречиво его молчание.

— Музыкальный вечер, разумеется, сегодня не планировали, — наконец произнес принц. — Но его обязательно стоит устроить, чтобы позволить тебе, Ди, блистать…

— А вот и блесну! — Димка скорчила рожицу и показала ему язык.

— Тогда приглашаю.

Маркизетта с лихорадочным румянцем на щеках собиралась на музыкальный вечер.

Проблема с прической была кардинально решена, вот только наряды с новым стилем не сочетались.

Пришлось срочно отпарывать кружева, наспех придавать платьям строгость.

Я изо всех сил старалась придать ее новому образу гармоничности, и вышло все отлично, но… когда настало время выходить из покоев, нас обеих потряхивало.

Димея дрожащими руками взяла меня под локоток, ища поддержки. Сейчас ее не смущало, что я простолюдинка.

Я кивнула… и мы вышли в коридор — в вольер с плотоядными рептилиями, оживившимися при нашем появлении.

На нас глазели, нас обсуждали, над нами смеялись, но ровно до тех пор, пока не видели наши затылки, после чего поступала тишина, как после Армагеддона.

Неспешно, стараясь не показывать волнения, мы дошли до поворота. А когда свернули, Димка прошептала:

— Мне страшно!

— Селебрин-то тебя уже видел, — напомнила ей. Она кивнула, распрямила плечи и поспешила скорее попасть в музыкальный зал.

Он небольшой, уютный, со множеством диванчиков, как раз для компании, которая собралась скоротать вечер.

Императрица, император, стаст-дамы и другие приближенные к императорской семье степенно общались, но при нашем появлении повернули головы и притихли.

— Я, конечно, слаб здоровьем, — прохрипел сиплым голосом император, нарушая тишину, — но неужели дело дошло до галлюцинаций?

— У вас идеальное зрение, Ваше Величие, — поклонилась Димея почтительно. — Это я рискнула совершить эксперимент в моде.

— Покажитесь, маркизетта, — взмахнул рукой он. Димка сложила веер и повернулась затылком.

— Дитя своего отца, — благосклонно улыбнулся император.

— Горжусь им, — поклонилась в низком реверансе Димея.

— Как смело, — улыбнулась и Мелдея. — О вашем эксперименте только и будут судачить. Равнодушных не останется.

— Его Сияние, принц Селебрин, заверил меня, что эта прическа мне к лицу, — улыбнулась Димея. Мелдея вскинула брови, посмотрела удивленно на сына.

— Только храбрый сердцем сможет попереть мнение толпы… — подарила она сыну ласковый взгляд, разрядив обстановку. Статс-фреи не посмели перечить императрице, притихли, а вскоре начался спектакль.

Свет померк, заиграла музыка, маги-иллюзионисты начали вытворять чудеса.

Весь спектакль мне пришлось стоять за стулом маркизетты, но я позабыла о неудобствах, любуясь цветными фантазиями магов. Один образ плавно перетекал в другой, поражая сочностью цветов, невообразимым перевоплощением, сочетанием с музыкой. Потом фантазию мага подхватывал другой маг, и их соперничество было невероятно захватывающим.

Однако даже эта красота не остановила перешептывания.

И все же вечер прошел душевно. А наблюдая, как маркизета общается с Селебрином и императором, я впервые поверила, что у хитрюги есть шанс победить в отборе и сделать меня свободной.