Платье необычного фасона. Приталенное, облегающее фигуру, со струящейся юбкой и шлейфом. А рукава не фонарики, а более изящные.

Я любовалась собой в зеркале и жалела, что Эверий не видит меня сейчас. Появилось желание подвести глаза, подкрасить губы…

После я стала выглядеть так нарядно, что страх сменился азартом. В душе появилась уверенность, что все будет хорошо, что мне многое по плечу!

— Вы собрались? Без служанки? — В спешке Нилена почти выпрыгнула из портала. Увидев меня, задумалась: — Платье было другим! — Оглядела коробку, меня. Недовольно нахмурилась.

— Разве я не достойно выгляжу? — смело спросила я.

— У вас прорезались зубки, — улыбнулась Нилена. — Вы не безнадежны. Я уже думала, что вы и вправду простушка.

Я прищурилась, и она рассмеялась:

— И верно! Точная копия. Но чтобы вам походить на предков, надо еще столькому научиться. Идемте! Сегодня важнейший день — день вашего триумфа!

Перед тем как уйти в портал, я оглядела комнату. Эверия не было, а без него она казалась пустой и блеклой, несмотря на роскошь.

Мы перенеслись в кабинет Нилены. Пока я осматривалась, ожидая, что сейчас выйдет Селебрин, фрея вернулась и накинула на меня тончайшее покрывало.

— Пусть для всех выбор Селебрина окажется неожиданностью! Идемте!

Я последовала за ней.

Волнение нарастало, ноги стали тяжелыми, непослушными. Едва не запнулась о подол.

— Так и знала, что вы будете излишне волноваться, поэтому все продумала. Не стоит, дитя, тревожиться! — обернувшись, она улыбнулась. И больше не было в ней высокомерия и раздражения, только вежливость и услужливость. — Я буду рядом!

Я вспомнила слова Эверия и только теперь поняла, как сложно ему будет приблизиться ко мне. Если только в толпе… Однако статс-фрея повела меня не к бальной зале, откуда лилась торжественная музыка. Через небольшую комнату с фонтанчиком и большими окнами, она подвела меня к неприметной двери. Створки распахнулись, и я увидела балкон, с которого открывался вид на бальный зал…

Императорский бал в самом деле выдающееся событие для высшего света. Огромный зал, увеличенный магически, просторный и высокий. Колонны, украшенные цветами и магическими всполохами, подпирали прозрачный потолок. Тонкие ажурные перекрытия напоминали паутинку, устремившуюся к небу…

Распахнутые панорамные окна зрительно увеличивали и так просторный зал и сохраняли комфортную температуру.

С высокого пьедестала на приглашенных взирала императорская семья, облаченная в торжественный белый цвет. Расшитые золотом мундиры идеально облегали фигуры седовласого императора и принца. Мелдея в длинном царственном платье с высоким кружевным воротом — восседала как Снежная Королева.

Невольно залюбовалась их статью. И все же, несмотря на власть, что сосредоточена в их руках, богатства, я не желаю входить в их семью.

Прежде чем вывести меня в свет, Нилена помогла расправить подол, красиво уложить шлейф, после чего легонько подтолкнула в спину.

— Небольшое опоздание будоражит умы — длительная заминка свидетельствует о неуверенности и слабости. Ступайте!

Я переступила через порожек и оказалась в шумной, насыщенной атмосфере бала.

Смесь дорогих духов и музыка окутали меня. Я словно оказалась в коконе роскоши и лицемерия. Только что все танцевали, увлеченные балом и танцем, а стоило появиться — почти одновременно обернулись в мою сторону, по залу волной прошелся шепот.

Музыканты продолжали играть, как будто не замечая заминку.

Нарушить ход танца — дурной тон, поэтому пары вынуждены были вновь продолжить движение. Через минуту все было так, как будто ничего и не произошло.

— Видите, Ольха, как просто угомонить любопытных, — улыбнулась статс-фрея и указала на стул. — Милостью Сиятельных вам даровано право сидеть в их присутствии.

— Но… Это же будет скандал! — спохватилась я, вспомнив, что подобная честь даруется только особо приближенным.

— Скорее оторопь возьмет всех. И зависть. Надо уметь принимать дары и зависть с достоинством.

Я понимала, что Нилена дает дельные, важные советы. Спорить с ней сейчас — глупость и вздор, поэтому я послушно села. В тот же миг в мою сторону опять повернулись почти все гости. Разговоры стали громче.

— Ну вот, первый шаг сделан! Чувствуете, как радость наполняет ваше сердце?

— Скорее ощущаю, как тревога переполняет, — отозвалась я.

— Глупости! Смотрите, как на вас смотрит Селебрин, — Нилена присела рядом. В отличие от меня она была очень довольна вниманием.

Селебрин и вправду пожирал меня глазами. Фасон моего платья немного иной, нежели у собравшихся на балу дам: без корсета, облегающее фигуру второй кожей. Юбка от плавно подчеркнутых изгибов бедер переходила в объем, потом в шлейф, что добавляло мне не помпезности, а женской притягательности. Очень смелое платье выбрал Эверий. Равнодушным оно никого не оставит…

Вспомнив о маге, невольно улыбнулась и стала искать его взглядом. Под покрывалом я могу смотреть куда угодно — никто и не заметит.

Найти Эверия, высокого, светловолосого, в красивом насыщенно голубом сюртуке, оказалось несложно. Он с достоинством вел в танце даму в красном платье. После смены пары закружился с другой — молодой, симпатичной и очень кокетливой девушкой. А потом… пройдя сквозь ряд оказался рядом с Димеей!

Сердце екнуло, когда я увидела, как зажато маркизетта двигается, как смотрит на Эверия исподлобья. Я напрягла глаза, чтобы понять, что между ними происходит, но они находились слишком далеко. Однако когда перед сменой пары Эверий что-то шепнул подопечной, она замерла. Но ее подхватил другой кавалер и растерянную закружил в танце. А Эверий с новой партнершей встал в колонну таких же пар, ожидавших начало движения, повернулся ко мне и кивнул.

Да, он думал сейчас обо мне, и все же я дико ревновала его.

После завершения танца пары выстроились в четыре колонны, и снова зазвучала музыка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Бал продолжался. Я же сидела, как на иголках, и не сводила глаз с моего Эверия, который танцевал настолько великолепно, что я ощутила себя неуклюжей медведицей. А как он придерживал за талию партнёрш? Дамы стреляли в него глазками, что-то говорили, он им отвечал, они улыбались… Я злилась и ревновала.

— Вот такой ваш настрой мне нравится больше, — шепнула Нилена. — Выше голову, дитя. И пусть вас не заботят слухи!

Наконец музыка стихла. Танцующие пары разошлись, освобождая центр бального зала. Пол легкий гул голосов вышел распорядитель бала, облаченный в костюм с алыми полосами, с великолепным жезлом в руках. Громко стукнув им, он зычным голосом обратился к присутствующим:

— Наступило время подвести итог императорского отбора! Приглашаются претендентки, прошедшие все туры!

Негромко заиграла музыка, в центр зала стали стекаться и выстраиваться в шеренгу девушки.

Димея тоже приблизилась, встала предпоследней и послала мне взгляд, наполненный ненавистью и проклятьем.

— Маркизетта поступила глупо, забрав ваше платье, — наклонилась ко мне Нилена. — Я не выдала вас… — Красноречиво прищурилась, намекая, что когда-нибудь от меня потребуется ответная услуга, и будто в доказательство, добавила: — Я сообщила Их Сиятельствам, что произошла некоторая путаница, но впредь — думайте о каждом своем шаге, иначе ваш брак может стать тернистым лабиринтом. Надеюсь, вы поняли, какую глупость совершили?

— Это произошло случайно, — тихо отозвалась я.

— Не сомневаюсь, — улыбнулась Нилена. — Готовьтесь, когда назовут ваше имя, у балкона появятся ступеньки. Вы спуститесь и подадите руку Селебрину. После чего ваша жизнь круто изменится. Больше не будет забвения и нищеты, страха и бегства! Только счастье, роскошь и радость!

Если бы я была наивной — поверила, но я не глупышка.

Тем временем в зале воцарилась тишина.

Церемониймейстер стукнул жезлом по полу, оглушив присутствующих волнительным грохотом, после чего торжественно обратился.

— Королевский отбор, призванный помочь выбрать лучшую невесту для наследного принца Элирии, подходит к концу. Остался последний этап. После него будет объявлена победительница. Я, как один из наблюдателей отбора, должен отметить, что выбор предстоит сложный. Девушки, прошедшие все испытания — достойные самой лучшей партии. Они все прекрасны, умны, находчивы, верны…

Где-то среди толпы раздался тихий, приглушенный смешок.

Мужчина сделал вид, что не услышал, но я уверена: шутника найдут, и он еще пожалеет, что не держал себя в руках.

— К сожалению, принц один, и ему нужна единственная! Та, которая даст силы и вдохновит на большие, важные дела, поможет возвеличить Элирию… — его слушали, затаив дыхание. Вот только я знала, что все это ложь: отбор был нечестным, и девять претенденток оставили, чтобы отвлечь внимание от моей персоны. Все вот так просто и цинично.

Среди зрителей кому-то стало плохо от волнения. Скорее всего, родительнице одной претенденток. Еще бы, дочь одна из девяти счастливиц. Но те, кто поумнее, уже сообразили: мое появление на балу — неспроста. Слухи про еще одну принцессу, пропустившую начало отбора, уже ходили, а я как раз сижу… Легко догадаться, что я та самая принцесса…

— К нашему огромнейшему сожалению, Эарана — принцесса Эвискарии, пожелала покинуть отбор. Мы уважаем ее решение, — церемониймейстер подошел к фигурке, облаченной в легкую золотую накидку, щедро расшитой жемчугом, поклонился. — В память об участии в отборе, просим принять дары.

К принцессе торопливо подошел симпатичный юноша и на бархатной подушечке вручил ларец.

Эвискарийка приняла его с величественным достоинством. Приняв дар, она чуть склонила голову, одарила гостей легкой полуулыбкой и покинула участниц, которых осталось восемь.

— Фрея Даэрия, — мужчина остановился перед невысокой, худенькой, как тростинка девушкой. Сейчас она была кроткой, тихой, но я знала, какой заносчивой и злоязычной Даэрия может быть, особенно когда перед ней тот, кто ниже рангом. Поэтому когда прозвучало: — Вы покидаете отбор! — Не нашла для нее ни капли жалости.

— Фрея Ордения, вы тоже покидаете отбор! — сообщил он следующей претендентке, и она едва не потеряла сознание. Хорошо, что маг, приставленный следить за порядком на балу, успел среагировать, и девушка не упала.

Церемониймейстер продолжал называть имена тех, кто покидал отбор.

Казалось, что претендентки, что стояли в конце ряда, имели больше шансов на победу, но когда выбыла соседка Димеи, стоявшая последней, маркизетта осознала: не все так просто. Она побледнела, задрожала…

— Фрея Димея, — остановился перед ней мужчина. Кроме нее, остались еще две девушки, и маркизетта поняла: время ее пребывания на отборе истекло. Селебрин ее не выбрал. Она бросила на него взгляд, полный боли, надежды, обиды, но принца не тронул ее немой крик. — Вы тоже покидаете отбор!

— Фрея Кармелия… — обратился церемониймейстер к другой девушке, однако его речь остановила Димея. Взмахом руки она привлекла к себе внимание, прокашлялась, а потом, вскинув голову, перебивая зычный мужской голос, произнесла:

— Я не могу покинуть отбор! — громко, четко. Так, что ее проигнорировать было нельзя.

— Правила для всех одинаковы, — резко ответил церемониймейстер и уже собирался вновь обратиться к фрее Кармелии, но Димея не была бы собой, если бы так легко отступила.

— У меня важная причина! Очень важная! — и рывком сдернула с шеи ожерелье, открывшее всем пятно на ее молочной коже.