Глава 11

ГЛАВА 11

Пригород Райхола. Главное ведомство городской стражи.

— Выкладывай!

Эларонис стоял в кабинете капитана Корса Мальтала опираясь о стол со сложенными на груди руками. Злость дракона выдавали лишь темно-янтарные глаза, которые разве что молнии не метали.

Диэса шумно выдохнула, устало опустилась в немного потертое кресло на мягких подлокотниках и упираясь локтями в ноги, подперла подбородок, бросив виноватый взгляд на Элая.

— У меня появились зацепки насчет событий в горном лесу и причастности Вилиас. Для подтверждения нужно было попасть в главное императорское хранилище записей. А незамеченным туда мог войти и выйти твой брат, — снова тяжелый вздох. — Ты же знаешь, я никогда не предам твоего доверия, мой принц. Мои намерения не несли тебе вреда.

— Знаю, — сухо отозвался Элай.

Он никогда не сомневался, но был уверен, что Диэса не станет действовать за его спиной. Слова Арэи всякий раз отзывались неприятной горечью. Для Эларониса Шивьен и Ди стали больше, чем просто друзья, советники и солдаты. От мысли, что им приходилось марать руки вместо него на душе становилось мерзко.

Он не трус, прячущийся за спинами своих людей!

— Нилмэйн… — Диэса старалась подобрать более мягкие слова, но подобное совершенно было не в ее характере. — Как ни крути нам понадобится его помощь. Ты же понимаешь, что будет, если о способностях Вилиас станет известно другим. Это обернется реальной охотой на ведьм.

На скулах Элая заиграли желваки, ладони до скрипа сжались в кулаки. Он был готов рвать и метать. Как бы ни старался ярость никуда не уходила.

Кому как не ему знать, что произойдет, когда сила Ари станет достоянием общественности. Какой глупец откажется обладать той, в чьих руках возможность повелевать одной из сильнейших рас.

— Но ее влияние, — осторожно начала Ди. — Душа Вилиас располагает к себе всех в ком течет кровь драконов.

— Лишь в шкуре дракона, — глухо напомнил Элай.

— Сейчас да. А когда ее силы станут больше? Ты посмотри, даже древний дух, будь он неладен, и тот привязался к полукровке. Даже против своей воли, хотя, о чем это я, они будут защищать ее до последнего вздоха, желая угодить. Да это покруче любого приворота, — скорбно покачала головой эльфийка.

— Намекаешь, что я попал под влияние ее крови? — Элай криво усмехнулся, устало потер переносицу и продолжил, заметив вопрос на смуглом лице темной: — С памятью проблемы, Ди? Я единственный кто не прошел слияние с душой собственного дракона. Я знаю его чувства, желание, с которым он тянется к ведьмочке. И трезво могу отличить свои эмоции от его.

С первой встречи Элай нашел Арэю забавной. Она была похожа на дикого зверька, тревога и беспокойство отчетливо были видны в ее движениях, иной раз в пленительных изумрудных глазах. Как и отвага. Ринулась на дракона с голыми руками. Это воспоминание до сих пор вызывает улыбку Эларониса. Девчонка со своими скелетами в шкафу. Такие у каждого есть. А после обращения она заинтересовала его куда как сильнее. Сперва Элай и сам решил, что его подчинили Проклятым поцелуем. Случайно. Но это соображение быстро сошло на нет, а дальнейшее пребывание рядом с Арэей это подтвердило.

«Каковы мои чувства к Арэи? Жалость? Или… зависть? Несмотря на все пережитое, малышка превозмогая страх продолжает бороться до конца. Смириться с неугодной ей участью? Да она скорее объявит войну всем богам и судьбу заодно проклянет. И я, кто делал лишь видимость борьбы против пророчества, захлебываясь в неприязни к отцу и ненависти к брату. В том сне… ведьмочка была рядом со мной. Стояла рука об руку на руинах и тот взгляд, с которым смотрела на меня… Сейчас я все бы отдал, лишь бы Арэя снова взглянула на меня так. Но кто сказал, что сон станет явью? Я не демонов Пророчий камень. Дело в чувствах? Они глубже, чем я сам думал? С желанием защитить ее не поспоришь, оно такое же мое, как и души дракона, с желанием обладать дело обстоит иначе и черный не имеет к этому отношения».

— Я уже видела этот взгляд, — прищурилась Ди, поднялась на ноги, и отбросив косу за спину, спросила: — Что ты задумал, Эларонис?

Светлый улыбнулся, обернулся к окну, вглядываясь в собравшихся у ведомства стражей, с которыми сейчас говорил Нилмэйн и решительно заявил:

— Защитить ту, кто, возможно, даст мне шанс снова начать бороться. А может и ту, кто спасет меня от себя самого.

***

Первой мыслью было: Как-то слишком много удобства для пленницы. Лежу себе в мягонькой кровати, со стороны льет солнечный свет, приятно согревая лицо. Даже эфир восстановился наполовину, и все еще ощущается магический фон целительной магии, не говоря о зельях. Кто же будет так печься об узнице?

То, что я находилась в лазарете определила сразу исходя из концентрированного запаха лекарств и трав, да и защита академии ощущалась отчетливо.

Лень было открывать даже глаза. Если уж меня в итоге ждет Крепость Отверженных хоть высплюсь напоследок. Но погрузиться в сон не дало раздавшееся в тишине громкое урчание собственного желудка. Дико хотелось кушать!

— Раз проснулась, вставай! Я твои голодные песнопения уже битый час слушаю, — послышался раздраженный голос… Лимьена.

Кого-кого, а братца рядом со своей койкой я никак не ожидала увидеть.

— Ты почему здесь? — я приподнялась на локтях, облокотилась о спинку кровати.

— Я третьекурсник. Где, по-твоему, еще может находиться адепт академии как не в ее стенах в учебный период? — и сказано было таким тоном, будто я самая тупая ведьма в мире.

— Конкретно в лазарете, — забурчала я в ответ, исправляя вопрос.

— Ректору спасибо скажешь, — светлый поднялся на ноги, захлопнул какую-то книгу. — Он у нас ярый поклонник семейных уз. Так что пришлось не отходить от твоего ложа, изображая убитого горем братца.

— Э-э-э…

— Да расслабься, я пошутил, — фыркнул Лимьен и насмешливо добавил: — почти.

Хмуро смотрю на светлого.

— Ирмона грозилась наведаться в академию, если ей не будут присылать полный отчет лекарей о твоем восстановлении. Так что ректор, скрипя зубами, отправил к тебе меня. Вернее, к лекарям, я как раз ждал очередные записи, — не без раздражения просветил братец.

— Бабушка? — я немного растерялась. — Погоди, очередные записи?

— Да. Как-никак ты проспала почти пять дней. А теперь посчитай сколько раз мне пришлось быть посыльным у этой карги? — скривился Лимьен.

— Пять?! — ввергли меня в шок. — Так долго?

Понятно почему магия восстановилась наполовину.

— И все же почему я здесь?

— А где ты должна быть? — вопросительно вскинул бровь светлый.

Я растерянно моргнула, запоздало сообразив, что ляпнула это вслух.

— Э… ну знаешь… думала мне конец. Там… там были измененные и…

— Некромант.

Вот слов нет, как достало удивляться!

— Откуда ты?..

— Адепт Велинтайн сообщил ректору, — пожал плечами Лимьен, бросив книгу на стол, загроможденный всевозможными склянками, травами и настойками.

Дэйвар? О чем же… он еще сообщил?

— Удивлен тем фактом, что такая, как ты выжила после встречи с чародеями Смерти и некромантами, — светлый подозрительно прищурил голубые глаза.

— Он один был, — поспешила его исправить. — И там не было чародеев Смерти. Только измененные.

— Да, Билш в красках рассказал, как ты последней магией их чуть щитом не расплющила вроде как защищая и оставшись один на один с монстром, — снова подозрительный взгляд.

— Нет. Не то чтобы… А! Там рыцари Лиоса были, — вовремя вспомнила я. — Они нас спасли, хотя вначале чуть не угробили завалом, — этот малоприятный факт я тоже вспомнила. — Они с Шивьеном появи… Точно! Шивьен! Он в порядке? — спохватилась я, даже вперед подалась, чуть не свалившись с кровати.

— Ронмар жив, — кивнул Лимьен. — Он из тех субъектов, которых крайне сложно прикончить.

Говорит так, словно на собственной практике испытал.

— Но ты снова отличилась, — ехидная ухмылка.

Я вопросительно взглянула на сводного брата.

— Первокурсница. Полукровка. Спасла стражей, столкнулась с некромантом, измененными и… выжила, — чуть растягивая слова, пояснил он.

— Что, академия опять на ушах?

Светлый хмыкнул, развел руками, мол, судьба у тебя такая, а мне выть в голос хотелось.

— Сообщу ректору, что ты пришла в себя.

— С-спасибо.

Лимьен кивнул, указал на тумбочку.

— Твоя одежда.

Немного помедлив, словно хотел о чем-то спросить, но передумав, он направился к выходу. А когда открыл дверь, там оказался Дэйвар!

Вовремя подавила желание заорать во все горло: «Закрой эту злосчастную дверь!». Просто потому, что вряд ли захлопывание этой самой дверью перед носом Черного принца что-то бы изменило.

— Ваше высочество, — Лимьен отвесил темному шуточный поклон, который был полностью проигнорирован Дэйваром, и обернувшись ко мне, спросил: — Мне остаться?

Видимо, я выгляжу настолько напуганной, что даже Лимьен это заметил. И все же его вопрос застал меня врасплох.

— Н-нет. Мне нужно поговорить с Дэй… с адептом Велинтайном о том, что случилось в Райхоле, — пролепетала я, стараясь не смотреть на издевательскую ухмылку темного. — Спасибо… Лимьен.

Братец пожал плечами и вышел, оставив меня наедине с подошедшим и чуть ли не нависшем надо мной драконом.

Сжав кулаки, я с вызовом посмотрела на Дэйвара, изо всех сил стараясь больше не выказывать страха. Не дрожать как лист по ветру. Не хочу доставлять ему такое удовольствие.

— О-о, а мгновение назад выглядела так, словно за тобой явился сам повелитель мертвого царства Эгросса.

Ему я была бы куда больше рада, чем тебе. Впрочем, я с ним скоро встречусь.

— Внезапно прочувствовала все мое величество? — хмыкнул темный.

Пока еще «высочество». Но исправлять наследника я не стала. А если подумать, усугубить ситуацию, в которой я оказалась уже просто ничем невозможно!

— При каждой нашей встречи у тебя гордости и смелости хоть отбавляй, а, ведьмочка? Что изменилось? — усмехнулся Дэйвар, присев на край кровати.

— Умолять я не стану. Просто скажи, что намерен делать.

— С чем? — озадачился дракон.

Я подозрительно прищурилась, на место страха пришла злость. Хочет, чтобы я это вслух сказала?

— Ты же видел мое воспоминание. Видел, что я… сделала, — последнее слово я произнесла еле слышно.

— Истребление тех никчемных недомагов? И какое мне до этого дело?

Изумленно смотрю на темного, он, закинув ногу на ногу и сложа руки на груди с искренним безразличием в темно-синих глазах на меня. К тому же определение, которое он использовал: «истребление» вместо «убийства» действительно о многом говорило. Однако…

— Я ведь… чары Смерти запрещены в империях Света и Тьмы, — ответила я срывающимся голосом.

— И как это касается твоей расправы над недоумками, рискнувшими сунуться к темной ведьме? К слову, эпичное было зрелище, — от зловещей и какой-то одобрительной улыбочки Дэйвара у меня холодок по спине пробежался.

И как мне на это реагировать?

— Чарами Смерти я отобрала четыре жизни, а вам, ваше высочество, нет до этого никакого дела? — приглушенно проговорила я, опасаясь, что нас мог кто-то ненароком услышать.

Нет, его реакция, по сути, должна меня еще как радовать, только вот слишком уж все просто получается.

А на лице Черного принца отразилась немалая буря эмоций. Что-то между растерянностью, крайней степенью недоумения и откровенного беспокойства за мой рассудок.

В следующую секунду за психическое состояние Дэйвара беспокоилась уже я, ибо тот взял и разразился хохотом, да таким, что у меня у самой нервный смешок с губ сорвался.

— Слушай, малышка, фантазировать скромнее не пробовала? — совершенно серьезно спросил темный, резко перестав заливаться смехом. И взгляд потемневших глаз до икоты жуткий.

Когда на мне резким рваным движением распахнули верх длинной сорочки, от которой оторвались пуговки и звонко ударяясь об пол из черно-белой плитки покатились в разные стороны, я от изумления потеряла дар речи.

— Тэроу аш… — начала я активировать проклятие отойдя от шока, но мне ловко зажали рот ладонью.

— Да не покушаюсь я на твою честь девичью! — рявкнул Дэйвар. — Предпочитаю девушек, которые знают, чего хотят от мужчины.

Учитывая, что меня продолжили раздевать, да еще и пожирать глазами, верилось с большим трудом! А потому я взяла и без зазрений совести вцепилась зубами в пальцы темного.

— Ты меня укусила?!

— А тебя это удивляет?! — искренне возмутилась я.

— Не дергайся, иначе свяжу!

— Продолжишь раздевать…

— Проклянешь? — усмешка дракона.

— Лешего натравлю! — пригрозила я.

Дэйвар недобро прищурил темно-синие глаза, в которых вдруг отсветом появились огненные всполохи и издевательски растягивая слова, напомнил:

— Не ты ли говорила, что с зелеными дружбы не водишь?

— А ты уверенно заявил, что я тебя не привлекаю и тем не менее, — я указала взглядом на свои руки, которые удерживали края сорочки.

— Наглядно тебе демонстрирую, как сильно ты ошибаешься!

Я испуганно дернулась, дракон резко разжал пальцы и выпрямился.

— Я похож на того, кто берет девушку силой?

Молчу, сверля Дэйвара откровенно неприязненным взглядом.

Тот раздраженно цыкнул, набросил на меня простынь, которой я тут же до подбородка прикрылась и продолжаю недоверчиво смотреть на темного.

— Ты когда в последний раз сталкивалась с чародейкой Смерти? — вопрос больше походил на озлобленное рычание.

— Эм… в месяце эдак… никогдацатом, — бодро ответила, немного поразмыслив.

Хотя размышлять там было не о чем, ибо с подобными крайне опасными и не в меру смертоносными субъектами, я с милости Темнейшей не встречалась.

— Тогда скажи мне, малышка, откуда тебе знать, как именно выглядят чародеи Смерти?

— Молва в народе ходит, — скромно ответила я. — И хроники с трактатами их красноречиво и доступно описывают. Они отбирают жизнь у всего живого, обращая их в пепел.

Дэйвар глянул так, что я решила — сейчас снова наброситься! Но нет. Глубоко вздохнув, потому как кажется, он меня сейчас с трудом выносил, темный, четко выговаривая слова, пояснил:

— По той же схеме работает магия Души, Вилиас. Она убивает все живое, включая тебя саму. Я повидал многих самоубийц, которые прибегали к запрещенной силе. Все они отправились к костлявому. И единственное, что меня заинтересовало в твоем воспоминании — это причина, по которой ты осталась в живых, использовав магию Души.

Я слушала Дэйвара затаив дыхание и никак не могла взять в толк главный смыл.

— Думаешь, я не использовала чары Смерти? — недоверчиво уточнила я.

— Я не думаю, я знаю. Скажу больше, ни в тот раз против разбойников, ни в каком-либо другом ты никогда их не использовала, — огорошил темный.

Это не то учение, о котором можно открыто спросить. Но я была уверена…

— Когда кто-то использует чары Смерти их кожа начинает темнеть. Ногти, зубы, глаза и кровь чернеть, тело постепенно иссушаться. Чары Смерти — это замедленное действие магии Души, при использовании которых человек выжигает ее. Состояние ни жив ни мертв. Но в итоге его ждет ужасная и мучительная смерть. Учитывая твой внешний вид, малышка, ты не чародейка Смерти. Для нее ты чересчур… жива.

Я опустила голову, потрясенно смотря на ослабевшие пальцы, из которых выскользнула простынь, упав мне на бедра.

Не чародейка… Я не чародейка Смерти?

Все это время я так нелепо ошибалась? Нелепо? Ужасно! Ведь, по сути дела, я ни за что подписала себе смертный приговор. В корреспонденции чародеи Смерти описывались как жуткие монстры. Но это было фигуральное описание, основанное на их деяниях. Что же касается облика — он всегда был разным. И потому многие считали, что те используют морок, чтобы скрыться от стражей и рыцарей Лиоса.

— Та-а-ак, — хмуро протянул Дэйвар. — Странно. Согласен. Но с чего так убиваться из-за единичного случая?

Единичного? Я не раз прибегала к магии Души, ошибочно принимая ее за чары Смерти! И о первом мне, как и любому другому одаренному, прекрасно известно. Так почему я не погибла? Причина в душе дракона? Поэтому используя эту магию я всякий раз оставалась в живых?

Если вспомнить, в детстве, когда я взывала к магии она не пыталась меня убить. Впервые я это ощутила в Райхоле. В чем разница?

И тут меня осенило. Символ на моем теле!

Если верить словам куратора Митиана он у меня с рождения и с самого начала блокировался маминым артефактом, ныне Эстионом, включая магию дяди? В последнее я не верю. Это был не Сайлас!

Однако после Вознесения часть защиты была стерта, оставшуюся уничтожили в Райхоле. И все потому что одному любителю попарить крылышки в горячем источнике захотелось проверить свою теорию! Печати будь она неладна, и кто бы ее ни поставил больше нет. И теперь ко мне будут липнуть все чешуйчатые ящеры, не считая убиения меня же и всего окружающего!

О Владычица Хаоса! Да лучше бы… лучше бы это были чары Смерти!

Я невольно коснулась ободка черного золота на пальце, рассматривая руническую резьбу. Нилмэйн сказал, что это убережет как меня, так и тех, кто рядом. От кольца тонким фоном исходит схожая аура с моим перстнем Наследника. Значит, это работа древних мастеров.

— Вилиас? — напомнил о своем присутствии Дэйвар.

Я вскинула голову, натянуто улыбнулась.

— Ты прав, Дэйвар. Нет смысла из-за этого убиваться.

Подумаешь, вместо чародейки Смерти оказалась полукровкой с древней душой дракона. А что, с каждым бывает.

Но… погодите-ка. Если я не обладаю чарами Смерти, как же мне удалось управлять измененным драконом? Нельзя повелевать тем, в ком нет души, если только это не создание чар Смерти, и ты сама ими не обладаешь!

Тогда как?! Как Бездна меня раздери?!

— Насчет магии Души… — начал с осторожностью Дэйвар, я моргнула, отгоняя очередной вопрос без ответа и сказала прежде, чем темный продолжил.

— Всерьез думаешь, что я имею хотя бы малейшее представление об этом? — ответила, правильно истолковав недосказанный вопрос дракона. — Я была уверена, что ты отправишь меня в Крепость Отверженных или станешь шантажировать на худой конец из-за того, чем, как выяснилось, не обладаю.

Как некоторые не в меру наглые светлые императорской кровинушки.

— Но в этом есть и хорошее. За магию Души не казнят, — нашла я немалый плюс в ситуации.

Дэйвар хмыкнул и с ехидной улыбкой выдал:

— Похоже, твой шкаф со скелетами уже переполнен.

— Что вы, ваше высочество, там всего-то парочка завалялась, — клятвенно солгала я. — Один вы видели, — а это правда.

— Мы не закончили, — угрожающие нотки в голосе заставили поежиться. — Одевайся. Я подожду за дверью.

— З-зачем?

— В таком виде пойдешь к главе академии? — вопросительно приподнял бровь темный.

Явно же издевается!

— Зачем ждать меня? Уверена у тебя куча важных государственных и академических дел не терпящих отлагательств. Совестно даже как-то. Сижу тут, задерживаю.

— Ректор приказал тебе явиться, как только очнешься. У него… много вопросов.

«Какие все нынче любопытные» — мысленно скривилась я, предчувствуя приближение новой волны бед.

И это с учетом нынешнего положение дел. Волшебно!

— Я, как капитан твоей группы обязан там присутствовать, — просветил Дэйвар.

— Разве Билш не доложил о практике? — задумчиво поинтересовалась я.

— Именно поэтому вопросы и возникли.

Мда-а. И что же мой дор-р-рогой напарничек наговорил-то?!

— Пошевеливайся, — бросил темный и направился к двери, когда я окликнула его.

— Мой принц!

Дэйвар обернулся, посмотрел выжидательно.

— Спасибо. За помощь в Райхоле, — искренне поблагодарила я.

Молча кивнул, улыбнувшись уголком рта и вышел, а я устало выдохнув, отбросила простынь и поднялась, чтобы тут же рухнуть обратно на кровать. Ноги будто ватные!

Сейчас свадьба с Омасом мне не кажется такой уж ужасной. И кто, вообще, сказал, что это бы он овдовел?