Глава 6

Глеб не видел и не слышал призрака, но побледнел ещё сильнее. Он выглядел так, будто вот-вот лишится чувств. Неужели это всё-таки его рук дело?

Призрак перевёл взгляд на кого-то за спину Глеба, медленно поднял руку и указал:

— Вот этот человек. Алексей Торопов.

Все, кто слышал призрака в этот момент, одновременно посмотрели в конец зала. Там сидел мужчина, надвинув на глаза кепку. Всё это время я его даже не замечал.

Мужчина заёрзал на месте, но не более того. Он не мог знать наверняка, что указали на него. Зачем он здесь находится?

Хотя ответ очевиден. Если он подставил Глеба, то хотел посмотреть на то, как его признают виновным.

Сейчас я был рад, что купил не самые мощные ритуальные кристаллы из возможных. Их дальность ограничена, поэтому призрака видят только те, кто стоит вплотную.

— Вы уверены, Михаил Сергеевич? — спросил судья.

— Да. Он окликнул меня в переулке, а когда я обернулся, ударил молотком по голове. Я упал на асфальт, — призрак прислонил руку ко лбу, будто вспоминая ту боль, которую испытал в физическом теле. — Разглядел его лицо во всех деталях перед тем, как он ударил ещё раз. Зачем? Зачем ты это сделал?

— Он вас не слышит, Михаил Сергеевич, — сказал я. — Но будьте уверены, мы обязательно узнаем ответ на этот вопрос.

— Передайте моей жене, что я люблю её, — напоследок сказал призрак, медленно растворяясь в воздухе.

Я разорвал плетение, и он окончательно исчез. Печать на полу погасла. Адвокат защиты расплылся в широкой улыбке, а прокурор только пожал плечами и вернулся на своё место.

Судья же стукнул молотком и приказал:

— Приставы! Арестовать того человека в конце зала!

— Чего? — Алексей вдруг подскочил.

— Вы признаны виновным в убийстве, — объяснил судья.

— Брехня! — пытаясь вырваться из хватки приставов, вопил мужчина. — Что это за фокусы? Призраков не существует!

— Вы ошибаетесь, — сухо парировал судья. — И призрак убитого вами человека заявил, что это вы виновны в преступлении. У нас нет причин не доверять ему или благородному провидцу, который потрудился призвать духа.

— Это неправда! Я здесь ни при чём!

— А вот сейчас мы это и выясним, — произнёс прокурор. — Приставы, сюда его. Я хочу задать несколько вопросов.

Прокурор довольно быстро расколол Алексея, и тот признался, что именно он убил Михаила Сергеевича и пытался подставить Глеба. Причина была простой: оказалось, что он был двоюродным братом того гопника, которого Глеб случайно убил несколько лет назад. Такое вот совпадение, что они устроились работать на один склад.

Судья вынес окончательный обвинительный приговор, а Глеб был оправдан.

Как только отзвучало эхо от удара молотком, сидевшая до этого неподвижно Виктория взвизгнула от радости. Подскочив, она бросилась к брату, лицо которого перестало быть цвета мела, принялась обнимать и целовать его. А затем с такими же эмоциями бросилась ко мне.

— Ваше благородие! Спасибо, спасибо огромное, — она без конца целовала меня в щёки. Поцелуи были мокрыми от слёз, но это были слёзы счастья.

— Пожалуйста, — сдержанно ответил я. — Справедливость восторжествовала.

С Глеба сняли наручники. Потирая запястья, он подошёл ко мне и низко поклонился.

— Григорий Александрович, спасибо, — сказал он. — Не знаю, как вас благодарить.

— Не нужно благодарности. Я давно знаю твою сестру и просто захотел помочь, — ответил я.

«Ну, и ещё мне очень хотелось обучиться новому провидческому навыку. Уметь призывать духов полезно», — добавил про себя.

— Я могу хоть что-нибудь для вас сделать? — настаивал Глеб. — Может, вам нужен работник? У меня руки на месте, что угодно могу делать.

— Насколько я знаю, у меня в поместье достаточно сотрудников, — ответил я.

Про себя подумал, что можно было бы взять мужчину в «Астру», но Константин вчера уже нанял необходимое количество людей.

— Григорий Александрович, я обязан как-нибудь вам отплатить, — настаивал Глеб. — Иначе меня совесть сожрёт. Вы от тюрьмы меня спасли, за рецидив мне бы сейчас лет восемь дали… Считайте, что я должен вам эти годы.

— Хорошо. Давай я позвоню своему дворецкому и спрошу, не нужен ли нам работник. Или, возможно, мне бы пригодился ещё один гвардеец.

— В гвардию? — удивился Глеб. — Я не против, ваше благородие. В армии служил, оружием умею пользоваться. Только вот я же сидевший…

— Так это и не государственная служба, — пожал плечами я. — Для меня разницы нет. Тем более, Вика рассказала, что ты лишь защищался.

— Да, господин. Я не плохой человек, просто судьба неудачно сложилась…

— Похоже, сегодня удача повернулась к тебе лицом, — улыбнулся я.

Мы покинули здание суда. По дороге я позвонил начальнику своей гвардии и узнал, что дополнительный боец нам бы не помешал. Глеб пообещал, что заберёт вещи из съёмной квартиры и к вечеру будет в моём поместье.

После чего он уехал, и мы с Викторией остались вдвоём.

— Снова жара, — сказала она, обмахиваясь ладошкой. — Ваше благородие, может, зайдём выпьем чего-нибудь прохладного? Я хочу вас угостить.

— Буду себя неловко чувствовать, если меня угостит девушка, — улыбнулся я. — Но зайти в кафе не против, я сегодня не завтракал.

— Здесь недалеко есть гостиница… — сказала Вика и тут же покраснела. — Там внизу хорошее кафе. Очень вкусные круассаны с разными начинками.

— Хорошо, пойдём, — кивнул я, уже понимая, к чему клонит девушка.

Кафе оказалось небольшим, но уютным — деревянные столики, запах свежемолотого кофе и тихая джазовая мелодия из динамиков. Я выбрал столик в углу, отделённый от общего зала полупрозрачной шторкой.

Усевшись, Виктория сняла туфли и сказала, как бы оправдываясь:

— Ноги устали от каблуков.

Она явно лукавила, потому что пока мы работали в «Фиесте», она каждый день ходила на каблуках и ни разу не жаловалась.

Я позволил ей эту маленькую шалость. Было интересно, как она продолжит развивать ситуацию.

Между нами уже пробежала искра. Мы оба воодушевлены победой в суде и оба понимаем, что завтрак в кафе при гостинице может плавно перетечь в рандеву в номере…

— Кофе тут хороший? — спросил я, беря в руки меню.

— Да, мне нравится. Тут есть один особенный, его готовят с острым перцем, — ответила Вика, якобы случайно касаясь обнажённой ножкой моей голени. — Он очень… пикантный.

— Хочешь заказать его? — спросил я.

— Хочу, — глядя мне в глаза, ответила девушка. — Очень хочу.

В этот момент мы оба понимали, что речь не про кофе. Она хочет совсем другого.

Предвкушение страсти щекотало меня изнутри. Ситуация теперь была совсем иной — мы уже победили, и если Виктория хочет меня, у меня больше нет причин ей отказывать. Я также не считаю, будто это какая-то плата за помощь.

Мы оба взрослые люди, имеем право провести вместе время и получить удовольствие.

Официант скоро принёс заказ — круассаны с шоколадом и два тех самых пряных кофе. Виктория наклонилась вперёд, и вырез её платья приоткрылся, обнажив верхнюю часть.

— В суде вы выглядели так… — она сделала паузу, намеренно затягивая, — победоносно. Вы были так уверены в себе.

— Можешь обращаться на «ты», когда мы наедине, — разрешил я.

— Разве мы наедине? — Вика бросила взгляд на других посетителей кафе.

— Пока да, — сказал я и взял круассан.

Воздух между нами сгустился. Она прекрасно понимала, что делает — каждый жест, каждое слово будто обжигали меня.

— Было так интересно наблюдать за работой провидца, — её нога снова скользнула по моей, теперь уже точно намеренно.

Я вопросительно приподнял бровь, ловя её взгляд. Вика пожала плечами и ответила на мой немой вопрос:

— Ну-у, — она вытащила ложечку из чашки с кофе и облизала. — Тот, кто играет с духами… Кто владеет магией и обладает властью над ней…

Её стопа медленно поднялась по моей ноге, остановившись на бедре.

— … очень возбуждает, — бархатистым шёпотом закончила Виктория.

Я наклонился через стол, сократив расстояние между нами, и спросил:

— Насколько сильно?

Вика подалась вперёд, и теперь между нами почти не осталось дистанции. Её дыхание смешалось с моим.

— Просто невероятно, — ответила она и пробила последний барьер.

Быстрый, лёгкий поцелуй. Вкус кофе и острого перца.

Виктория было отстранилась, но я взял её за шею и решительно притянул обратно, продолжая поцелуй.

Всё. Ты разожгла во мне огонь, красотка, и теперь тебе предстоит его потушить…

— Как насчёт того, что ты подробнее расскажешь мне о своём возбуждении? — спросил я, отрываясь от её губ.

— С радостью, — шёпотом сказала она.

Я встал, швырнув на стол несколько купюр. Взял Вику за руку и помог ей встать. Наши пальцы сплелись, обжигая друг друга.

Номер был на третьем этаже — шикарные интерьеры в стиле ар-деко, но мы не успели их рассмотреть. Виктория прижала меня к двери, срывая галстук.

— Я хочу… — она начала, но я перехватил инициативу, взяв её за подбородок и притянув к себе для нового поцелуя.

Когда он закончился, я произнёс:

— Хватит слов. Пора перейти к делу.

С этими словами я нащупал застёжку на спине её платья и потянул молнию вниз.

Одежда падала на пол бесшумно. Кожа Виктории пахла жасмином и адреналином, её пальцы впивались в мои плечи, оставляя глубокие следы. Я перенёс её на кровать, где мы лишились остатков одежды и в полной мере насладились друг другом.

Наша страсть горела ярко и долго.

Когда пламя погасло, я обессиленно упал на спину, вслушиваясь в её прерывистое дыхание.

— Это… не потому что ты спас Глеба, — Вика провела рукой по моей груди.

— Я знаю. Наше желание было обоюдным, — улыбнулся я в ответ.

Мы снова спустились в кафе, где на этот раз нормально пообедали, восполнив потраченные силы. После этого я вызвал для себя и Виктории такси. Она поехала к себе домой, а я к себе.

Никаких обид, никаких обязательств. Разве что короткая фраза напоследок: «Если захочешь повторить, всегда буду рада».

Да, пожалуй, я действительно не против повторить. Вика была красавицей, но я даже не подозревал, что внутри неё скрывается столько страсти.

Сегодня у меня снова выходной в полиции. На этот раз я сам попросил отгул, как раз для того, чтобы выступить в суде. Но у меня ещё половина дня впереди, и я могу потратить его с пользой.

Отправился в библиотеку. Закончив изучать очередной учебник из тех, что советовал Дмитрий, я взялся за ту таинственную книгу из тайника. Решил подробнее изучить плетение с помощью эфирной линзы — особого заклинания, которое позволяло разглядеть чуть больше эфирных структур.

Линзу использовали в основном новички, у опытных провидцев не было в ней нужды. Но я-то как раз новичок, а плетение вокруг книги невероятно сложное и наверняка многослойное.

Возможно, как раз с помощью линзы я могу увидеть что-то такое, что поможет разобраться.

Кретова я уже попросил взглянуть, и он не смог ничем помочь. Сказал лишь то, что книга очень древняя, а такого защитного плетения, что скрывало бы содержание, он никогда не видел. Взламывать плетение он отказался, однозначно заявив, что это приведёт к уничтожению книги.

Сосредоточившись, я создал нужное плетение. Эфирная линза появилась передо мной, подрагивая, будто была сделана из воды. Я слегка изменил плетение и влил чуть больше энергии, чтобы стабилизировать линзу.

Получилось.

Я посмотрел через неё на книгу, и защитное плетение вспыхнуло ядовито-зелёным светом. Второй слой проступил сразу — чёрные нити, сплетённые в узор, напоминающий паутину. Каждая линия пульсировала, словно вена, перекачивающая яд.

— Чёрт… — прошептал я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Этот узор был знаком. Тонкие чёрные прожилки, как те, что опутывали ауру Сергея.

Я придвинул линзу ближе, пытаясь разглядеть детали. Плетение реагировало — нити шевелились, будто уворачиваясь.

Даже в трактате о высших заклинаниях, куда заглянул ради интереса, я не видел ничего подобного. Там были очень сложные схемы, но эта… Эта была как будто живой.

Скрипнула дверь. Я поднял голову и увидел брата.

— Гриша? — Сергей заглянул в библиотеку, держа в руках чашку чая. — Тётя Варвара спрашивает, придёшь ли ты на у…

Книга вздрогнула. Я отстранился и развеял линзу. А таинственная книга снова дёрнулась и подпрыгнула на столе.

Чёрные нити рванулись к Сергею, образуя тонкую линию между ним и фолиантом. На страницах проступили буквы — бледные, будто выцветшие. Это на мгновение меня обрадовало, пока я не понял, что связь между книгой и Сергеем становится всё сильнее.

Она выглядела точно так же, как тот поток между ним и тёмным артефактом, который появился в кабинете великого магистра.

— Выйди! — закричал я, вскакивая. — Сейчас же!

Сергей отпрянул, но было поздно. Он схватился за грудь и уронил чашку. Та разлетелась на осколки, но я не обратил внимания.

— Не могу… дышать… — прохрипел он и рухнул на колени.

Я рванул к нему, одновременно обрушивая на связующую нить всю энергию, которую только смог собрать. Книга снова подпрыгнула на столе, нить оборвалась. Буквы погасли.

Подхватив Сергея на руки, я выскочил в коридор и побежал вперёд, чтобы унести его как можно дальше от библиотеки. Видел при этом, что его аура будто подёрнулась чёрной плёнкой — но та становилась всё тусклее.

Сергей громко вдохнул и соскочил с моих рук на пол. Оперевшись рукой о стену, он несколько раз глубоко вдохнул, вытер выступивший на лбу пот и спросил:

— Что это было?

— А ты как думаешь? Твоё проклятие. Эта книга как-то с ним связана, — хмуро ответил я. — Больше никогда не заходи без спроса, когда я работаю, понял?

— Откуда же я знал…

— Ты понял или нет? — строго спросил я.

— Да, — буркнул брат, продолжая держаться за стену, будто боясь упасть.

— Теперь иди. Ужинайте без меня, — сказал я и быстрым шагом направился обратно в библиотеку.

Мысленно призвал по дороге Оскара. Тот появился у меня на плече и не успел что-либо произнести, как я отдал приказ:

— Принеси тот клык в библиотеку.

— Ох, ты уверен, хозяин? В прошлый раз…

— Уверен. Но на всякий случай будь готов, может случиться нечто подобное, — ответил я.

Феникс с сомнением мотнул головой, но не посмел ослушаться.

Как только я вошёл в библиотеку и запер дверь на толстую задвижку, фамильяр появился рядом. Он держал в лапе тёмный артефакт — и как только клык и книга оказались рядом, случилось именно то, что я предполагал.

Клык вырвался из лапы феникса и упал на пол с громоподобным звуком. Книга вздрогнула, как хищник, почуявший кровь. Мгновение — и между ними вспыхнула спираль из чёрного эфира. Воздух завибрировал, стал таким тяжёлым, что застревал в горле.

— Оскар, барьер! — крикнул я, выстраивая собственное плетение.

Феникс взмахнул крыльями, окружив стол огненным кольцом. К счастью, это был особый эфирный огонь, который не мог причинить вреда книгам, но зато мог блокировать эфир.

Спираль прорвала защиту, ударив в потолок. Люстра рухнула, рассыпавшись тысячей осколков, и стало темно. Только эфирное пламя и перья феникса продолжали светиться, порождая танец теней.

Оскар метнулся в сторону, уворачиваясь от чёрных щупалец.

Я бросился к столу и схватил книгу. Пальцы обожгло холодом, и они слегка прилипли к обложке — как если бы я голыми руками коснулся металла на морозе. На обложке замигали алые руны.

— Надо разорвать связь, — сказал я, призывая эфирный барьер.

Я поставил его между фолиантом и клыком. Прозрачная стена тут же покрылась трещинами, долго не продержится.

Однако связь дрогнула. Клык приподнялся с пола и завис в воздухе. Я напряг мышцы и оторвал ладонь от переплёта. На пол брызнула кровь, но я даже не почувствовал боли.

— Уноси его! — велел Оскару, кивая на артефакт.

Феникс подхватил клык, но чёрная спираль обвила его крыло. Перья почернели, рассыпаясь пеплом.

Фамильяр пронзительно вскрикнул и отпрыгнул в сторону, подволакивая раненое крыло.

— Не могу… Прости, хозяин…

Я выбросил весь накопленный эфир, сжав его в одну тонкую струю. Будто копьё, она врезалась в клык и заставила его отскочить в угол. Спираль стала слабее, и я смог отбросить книгу вглубь библиотеки.

Оскар подбежал к артефакту, схватил его клювом и исчез.

Связь между клыком и книгой не исчезла просто так. От высвобождения энергии случился взрыв. Стол разлетелся на щепки, а меня отбросило на пол. Кажется, я даже на секунду потерял сознание.

Когда очнулся, Оскар сидел передо мной, ощипывая обугленное крыло.

— Ты в порядке? — прохрипел я, приподнимаясь.

— Да. Я же феникс, для меня сгореть — не проблема, — ответил фамильяр. — А ты?

Я посмотрел на ладонь, с которой сорвал лоскут кожи, отрывая её от обложки.

— В порядке. Надо убрать книгу в тайник.

— И больше не позволять ей оказываться в одной комнате с артефактом, — посоветовал Оскар.

— Да. Пока что.

— Что значит «пока что»? — испугался феникс.

— То и значит. Когда я стану сильнее, мы это обязательно повторим, — решительно произнёс я. — Теперь нет сомнений, что эта книга связана с проклятиями.

— Значит, в ней содержатся запретные знания…

— Может быть. Но я обязан их изучить, чтобы спасти брата. Поэтому не вздумай меня останавливать.

— Как я могу? — вздохнул Оскар. — Я буду делать всё, что прикажешь, хозяин.

Я позвал слуг и попросил убрать беспорядок. Объяснять ничего не стал, а они не стали задавать лишних вопросов. Думаю, прекрасно понимали, что работают на провидца, а не на обычного барона.

Снова чувствовал себя обессиленным. Но это была не приятная усталость, как после любовной баталии с Викой. Она была противной, ведь я понимал, что пока мне просто недостаёт сил и навыков, чтобы разобраться с книгой.

Но это не повод сдаваться. Это лишь повод стать сильнее.

Аппетита не было. Вместо ужина я просто выпил чашку травяного чая и отправился в кровать, а утром поехал в отделение.

Сегодня был важный день. Почему? Потому что вторник.

Кретов заранее договорился с начальником отделения, и по всему городу были разбросаны группы быстрого реагирования, снабжённые артефактами. Как только мы получим сигнал от одной из «помеченных» девушек, то к ней немедленно выдвинется полиция.

В течение дня мы занимались различной текучкой. Но чем ближе становился вечер, тем более сильное напряжение чувствовалось в воздухе. Мы с Кретовым сидели в провидческом отделе, я поглощал энергию, и он тоже медитировал.

Мы прождали всю ночь. И без толку…

— Похоже, похититель решил затаиться, — проворчал Дмитрий, приглаживая растрёпанные волосы. — Он ведь знает, что мы его ищем.

— Похоже на то, — кивнул я. — Но он обязательно…

В этот момент моё сердце пропустило удар, в груди укололо. Кретов подскочил. Значит, мы оба это ощутили. Метка!

— В машину! — рявкнул Дмитрий, и мы оба побежали по коридору.

Прошло секунд десять, не больше. Мы только успели выбежать на улицу, Дмитрий по дороге сотворил плетение, чтобы отследить сработавшую метку… И ощущение вдруг исчезло.

— Что за… — Кретов резко остановился. — Ты её чувствуешь?

— Нет, — ответил я.

— Я тоже. Вот дерьмо! Похоже, похититель обнаружил метку и разрушил её. Либо телепортировал девушку в какое-то место, где не проходит эфирный сигнал…

Как только наставник произнёс эти слова, меня осенило. Все прочие догадки вдруг слились воедино, и картинка в моей голове окончательно сложилась. Это было похоже на рассвет, который внезапно наступил прямо в моей голове.

— Чему ты так рад? — буркнул Дмитрий.

— Поехали, — сказал я, не переставая улыбаться. — Я знаю, кто преступник!