Вспышка и Отступление
Резкий, мигающий свет аварийного генератора ударил по глазам, выхватывая их из темноты. На секунду они были застывшей картиной: Лина, прижатая к стене, тяжело дышащая, с растрепанными волосами и распухшими от поцелуев губами; Кайден, нависший над ней, его форма смята, на лице — отпечаток страсти, мгновенно сменяющийся шоком. Этот миг, пойманный стробоскопом умирающих ламп, был квинтэссенцией всего, что они подавляли.
Затем — отступление. Неловкое, резкое, почти болезненное. Кайден отпрянул так быстро, словно его ошпарили. Его ледяная маска вернулась на место с пугающей скоростью, затягивая трещину, обнажившуюся секунду назад. Лицо — непроницаемое. Взгляд — холодный. Дыхание — все еще сбившееся, но под контролем.
«Патhetic mammal», — прошипел внутренний голос Регины, наблюдая за его реакцией. Биологический алгоритм: страсть, выброс гормонов, затем — страх перед потерей контроля, инстинкт самосохранения (репутационного, статусного). Предсказуемо. И, следовательно, скучно.
Лина стояла, дрожа — от пережитого, от адреналина, от резкости его отстранения. Губы горели, тело гудело от его прикосновений. В голове — хаос. Что это было? Срыв? Тест? Или… что-то настоящее, от чего он тут же сбежал? Боль от его внезапной холодности была острее, чем любая физическая травма.
— Симулятор… восстановлен, — голос Кайдена прозвучал механически ровно, но Лина чувствовала в нем едва уловимое напряжение. Он уже двигался, пробираясь через обломки к проходу. — Тренировка… окончена, кадет.
Он не смотрел на нее. Он просто уходил. Оставляя ее наедине с последствиями момента, который не должен был случиться. Ее грудь вздымалась от сдерживаемых эмоций. Гнев, обида, унижение смешивались с жгучим остатком желания и полным непониманием.
Но тут раздался другой звук. Не сбой симулятора. Не вой сирены. Тихий, нарастающий гул. И вибрация. Пол под ногами задрожал. Не имитация разрушения, а что-то… реальное. Системы Цитадели реагировали.
Кайден резко остановился. Его голова повернулась, он прислушивался, его взгляд метнулся к ближайшей панели индикаторов, которая тоже мигала, но не аварийным, а… служебным сигналом. Лина видела, как напряглось его тело.
— Что это? — спросила она хрипло.
— Не знаю, — ответил он тихо, но в его голосе прозвучала стальная нотка тревоги. Он достал свой комм. Экран вспыхнул, показывая сообщение. Лицо Кайдена стало еще мрачнее. — Это не тревога. Это… блокировка сектора. Идентификация… Кадет Рин. Симулятор «Черный Отсек».
Лина похолодела. Блокировка? Идентификация?
— Они знают, что я здесь? — прошептала она.
— Хуже, — Кайден убрал комм. Его взгляд был тяжелым, пронзительным. Лед в его глазах вернулся, но теперь в нем плескалась и холодная ярость. — Симулятор… не сломался случайно, Лина. Это была ловушка. Для тебя. И они только что ее активировали.
«Ах, вот как, — усмехнулась Регины. — Ты наконец-то понял, что твои „случайные сбои“ слишком очевидны. И решил сделать их частью плана антагонистов. Неплохо. Банально, но уже не так топорно.»
Пол под ногами снова задрожал, сильнее. Раздался лязг металла. Гермодвери по периметру сектора с грохотом начали опускаться. Они были заперты в симуляторе. Снаружи раздались голоса. Приказы. Тяжелый, размеренный топот ботинок.
— Служба безопасности, — констатировал Кайден, его голос снова стал командным, в нем не было ни тени недавнего срыва. Он вернулся к своей роли. Роли офицера, загнанного в угол. — Они идут за тобой. И теперь, кажется, за мной тоже. Твоя сила… они видели, как ты восстановила пульт. Как провода… отреагировали. Это был тест. Или провокация.
Он посмотрел на нее. В его взгляде больше не было страсти, только расчет и холодная решимость. Момент близости испарился, вытесненный непосредственной угрозой.
— Лина, — произнес он твердо. — Твоя сила. Ты можешь… повлиять на замки? На системы блокировки этих дверей?
Лина смотрела на гермодверь, которая медленно, неумолимо опускалась, отрезая им путь к отступлению. Напряжение, страх, гнев — все смешалось внутри. Но под этим вихрем… она почувствовала тот самый спокойный поток, который помог ей с турелями. Ее истинная сила. Та, что слушалась воли, а не эмоций.
Она кивнула, сжимая кулаки.
— Я попробую. Но я не знаю, насколько это сработает.
— Должно сработать, — Кайден уже направлялся к панели управления дверью, оставшейся поблизости. — У нас нет другого выхода. Как только дверь откроется — бежим. Любой ценой.
«Вот так, — удовлетворенно отметила Регины. — Никаких соплей. Только действие. Только выживание. Использование „эротического триггера“ для создания уязвимости перед лицом новой, более серьезной опасности. Хорошо.»
Лина подошла к массивной стальной двери, игнорируя лязг других опускающихся решеток и приближающиеся голоса. Она приложила ладони к холодному металлу. Закрыла глаза. Отпустила все лишнее — страх, гнев, смущение от только что произошедшего. Сосредоточилась на двери. На ее механизмах. На ее «сути». Она почувствовала сопротивление — не физическое, а… концептуальное. Воля системы, приказ остановить.
Она направила свой поток. Спокойный, но несгибаемый. Волю — против воли. Приказ — против приказа. «Открыть», — беззвучно приказала она, вкладывая в это всю свою силу, все свое желание вырваться.
Серебристое сияние окутало ее руки, металл под ними завибрировал. Раздался тихий, высокий звон. Гермодверь заскрежетала.
— Получается? — голос Кайдена был напряженным.
— Да! Идет! — выдохнула Лина, чувствуя, как напряжение нарастает, как сила вытекает из нее. Это было тяжело. Сопротивление было огромным.
Дверь двигалась медленно, мучительно. Опускающиеся решетки позади них почти сомкнулись. Голоса снаружи стали громче, уже совсем близко.
— Быстрее, Лина! — крикнул Кайден. Он стоял рядом, прикрывая ее своим телом, готовый к встрече с первыми врагами.
И в этот момент, когда до полного открытия двери оставались считанные сантиметры, сияние вокруг рук Лины вспыхнуло ярче, а потом резко оборвалось. Замок издал громкий, предсмертный скрежет… и встал. Завис. Ни открыт, ни закрыт.
— Нет! — Лина вскрикнула, чувствуя опустошение. Силы кончились. Она не смогла.
— Черт! — Кайден выругался. Дверь застряла. Выхода нет. Решетка позади них с грохотом встала на место, отрезая путь обратно.
Они оказались в ловушке. В маленьком, пыльном пространстве между двумя заблокированными гермодверями, с приближающейся службой безопасности с одной стороны и тупиком с другой.
Голоса снаружи, за заклинившей дверью, стали отчетливыми. Приказы. Тяжелое дыхание.
— Они сломали дверь изнутри! — прозвучал знакомый голос. Голос полковника Шарда. — Она здесь! Вольф с ней! Блокировать сектор полностью! Никто не должен выйти!
В этот момент Кайден принял решение. Быстрое. Безжалостное.
— Лина, слушай, — его голос был твердым, как сталь, но в нем звучала новая, опасная нотка. Он схватил ее за руку, притягивая к себе, но не для близости. — У нас нет времени. Я могу… временно отключить их. Дать нам шанс. Но это будет жестко.
Он не стал объяснять. Он просто посмотрел на заклинившую дверь, за которой стояли враги. Затем на Лину. Его взгляд был полон решимости и… прощания?
— Готова? — спросил он.
Лина не понимала, что он собирается делать. Но она доверяла ему. Полностью. Даже после… всего.
— Готова, — ответила она, сжимая его руку.
Кайден закрыл глаза на секунду. Лина почувствовала, как от него исходит волна… не энергии, а сосредоточенной, холодной воли. Очень похоже на ее силу, но другая. Не гармонизация, а… подавление. Контроль. Он использовал свою силу. Ту, о которой он никогда не говорил. Ту, которую, возможно, скрывал даже от самого себя или считал просто железным самоконтролем.
Из-за двери раздался хаос. Крики. Оглушительный грохот. Похоже на взрывы, но не от оружия. Словно механизмы сходили с ума. Электроника визжала. Запах озона и горелой изоляции просочился даже через заклинившую дверь. Шум боя снаружи был не просто звуком — это был хаос.
— Что… что вы сделали? — выдохнула Лина, пораженная масштабом воздействия.
— Отключил их системы, — ответил Кайден, открывая глаза. В них была усталость и… боль. — Нейронные интерфейсы, оптические сенсоры, голосовая связь, системы наведения оружия. Временно. Полный паралич боевой эффективности. Но… это привлекло внимание. Теперь они знают, что я могу.
Он сделал глубокий вдох. Его тело слегка дрожало. Использование его силы, видимо, далось ему не легче, чем ей.
— Замок! Он застрял! — крикнул он, указывая на дверь. — Попробуй снова! У нас есть… максимум минута, пока системы не перезагрузятся!
Лина кинулась к двери. Минута. Она была измотана после первой попытки. Но сейчас… сейчас был Кайден. Он показал свою силу. Он спас их, используя что-то такое же тайное и опасное, как ее дар. Это придало ей решимости.
Она снова приложила руки к двери. Собрала остатки сил. Сосредоточилась не на замке, а на своей воле. На желании вырваться. На нем.
Серебристое сияние вернулось, ярче, чем раньше, подпитываемое адреналином и только что увиденной силой Кайдена. Металл завибрировал сильнее. Скрежет стал оглушительным. И медленно, преодолевая сопротивление, гермодверь начала отъезжать в сторону.