Глава 4

Времени критически не хватало. Эбби не знала, куда бежать в первую очередь. Длинные коридоры из стеллажей тянулись далеко вперед от входа. Понять самой, в каком разделе, в каком ряду и на каких полках искать информацию про телепорты, можно было и не мечтать.

Эбби бросила панический взгляд на наручные часы – осталось около пяти минут, прежде чем «мертвым клиентом» заинтересуется охрана. Стук каблуков эхом разносился по огромному помещению с куполообразным потолком. Геометрические углы коридоров и поворотов, ровные линии тесно прижатых друг к другу книг. Как тут вообще можно разобраться?

– Эбби Лерой?

Она испуганно застыла, пойманная с поличным, прежде чем даже успела совершить свое преступление. Ей навстречу вышел Ройс Харви и сурово сдвинул брови.

– Эбби, что происходит? Как ты сюда попала?

Она не смогла сразу ответить, но Ройс и не стал дожидаться ответа. Схватил ее за локоть и грубо потащил к выходу.

– Ройс! – Она дернулась, но сил не хватило. – Отпусти! Что ты делаешь?

– Спасаю твою дурью башку от неприятностей, – прошипел он. – Дурочка…

Он вытащил недействительный пропуск из пасти артефакта буквально за секунды до того, как сработал тревожный сигнал. Блестящая панель потухла в ожидании нового посетителя. Эбби потерянно смотрела, как Ройс прячет пропуск Дэниэла в нагрудном кармане пиджака.

– Идем со мной, – велел мужчина, и Эбби уныло поплелась за ним на улицу, где возле входа в библиотеку был припаркован его автомобиль. Совсем новый, только с конвейера. Лучший следователь отдела магических расследований мог позволить себе такую дорогую игрушку. – Садись.

Эбби забралась в салон, пахнущий новой кожей и мужскими духами, пристегнула ремень безопасности и вздохнула. Опять ничего путного не вышло. Она совершенно бесполезна.

– Я заеду в Департамент, а потом отвезу тебя домой. – Ройс сел за руль и посмотрел на Эбби: – Рассказывай. Как дошла до такого?

Она отвернулась к окну, но долго молчать ей не дали.

– Эбби, я серьезно. Я успел вовремя, опоздай я минут на пять, за тобой прислали бы охрану. Что такого важного ты искала, что пошла на обман? На тебя это не похоже.

Машина тронулась с места, салон мягко завибрировал. Эбби проводила взглядом удаляющееся здание библиотеки.

– Информацию по телепортам. Книги по магии можно достать только в одном месте, – ответила она нехотя и добавила: – Если ты не маг.

– А мастер Карби? Я же дал тебе его адрес. Лучше специалиста по телепортам не найти.

Эбби замялась. Почему-то не хотелось рассказывать Харви правду о случившемся в поселке Сеттерфилд. Она непроизвольно облизнула верхнюю губу.

– Мы не застали его на месте. Я нашла в вещах Дэниэла пропуск недавно, хотела вернуть. Это правда. Но…

– В последний момент в тебе проснулась тяга к преступлениям, – закончил за нее Харви. – Я не знаю, что ты недоговариваешь, но помяни мои слова, все беды от этого фэйри. Не пытайся слепо понравиться ему. Он этого не стоит.

– А кто стоит? – вырвалось у Эбби. Она готова была молча слушать любые нотации, они с Ройсом были знакомы много лет, но сейчас не выдержала. – Я помню о бдительности, о хитрости фэйри и обо всем, что ты мне говорил. Но ты не знаешь Реми и не можешь просто валить все грехи на него. Это несправедливо.

Она снова отвернулась к окну. Стоило промолчать, а то ее тирада прозвучала как-то уж совсем по-детски. Да и кого она так рьяно защищала? Фэйри, который запросто утащил у нее важную улику в угоду своим грандиозным планам, а ей даже не удосужился рассказать. Фэйри, который не любит отвечать на вопросы, но задает их в неимоверных количествах. Фэйри с сомнительными знакомствами и не менее сомнительным прошлым, которое он не спешит раскрывать.

Но это ее фэйри. Эбби взяла на себя ответственность.

– Я не буду с тобой спорить, – неожиданно пошел на попятную Ройс. – Тебе лучше знать, на что ты готова пойти и ради кого. Просто я за тебя волнуюсь.

Эбби не смогла ничего ответить на это. С одной стороны, слова мужчины грели душу, но вместе с тем буквально опутывали по рукам и ногам. Она чувствовала, что задыхается от этой заботы, словно она ребенок, которому никак не дают стать взрослым.

– Спасибо, но я правда разберусь с этим сама.

Они подъехали к зданию Департамента магического надзора. Эбби вышла из машины и пошла следом за Харви, решив забежать на работу, забрать кое-какие личные вещи со стола. Но уже на лестнице столкнулась с секретаршей Джойс, которая с радостью сообщила, что шеф собирался сегодня вызвать ее к себе в кабинет.

– Я бы после обеда позвонила, – прощебетала Джойс. – Только не помню, куда делся номер твоей домовладелицы.

Профессиональные качества секретарши блекли на фоне ее модной внешности, так что Эбби ничуть не удивилась «пропаже».

– Я сама к нему зайду.

– Вот это смелость… – выдохнула Джойс восхищенно и побежала дальше по своим делам.

Эбби решила сразу начать с малоприятного и вместо своего родного рабочего стола пошла к начальству. Тони Дженкинз был, как всегда, на месте, точно врос в свое дорогое кожаное кресло. При виде Эбби он грозно нахмурился, подтверждая свое прозвище.

– О ежедневных отчетах, надеюсь, не забыли, мисс Лерой?

Эбби непроизвольно выпрямилась, как солдат на плацу.

– Не забыла.

– И где же они?

Дома, где им еще быть. Эбби тщательно заполняла стандартные бланки, только писать туда было особенно и нечего, не про взлом с проникновением же писать? Получится почти что явка с повинной.

– Ладно, с вами все ясно, – сам себе ответил Дженкинз. – У меня только один вопрос, мисс Лерой. Вы хотите продолжать или мне сегодня же передать дело Инг-Мари опытному инспектору? Гиббсон освободился и хочет забрать ваше дело. Возможно, он справится лучше.

Звучало жестоко и очень обидно. Эбби сжала кулаки и решительно ответила:

– Я не согласна. Я не отдам дело никому, тем более инспектору Гиббсону.

Слишком долго он посылал ее за булочками и относился, как к своей секретарше, даже к Джойс было больше уважения, чем к Эбби. Отдать ему Инг-Мари и его сыскное бюро? Ну уж нет!

Эбби повторила:

– Я не согласна отдать это дело другому инспектору. Либо я доведу его до конца, и Инг-Мари будет доволен моей помощью, либо, – она глубоко вдохнула, – мне придется уволиться.

Бесполезно пугать шефа увольнением, не такой она ценный сотрудник. Но Эбби только что решила – или удача, или ничего. Она ставит на кон все, что у нее имеется, и немного грустно сознавать, что это ее работа, и ничего более.

– Хорошо. Пусть будет по-вашему.

Дженкинз согласился неожиданно легко, выдвинул ящик стола и бросил на стол несколько сшитых листов.

– Что это? – Эбби с опаской их взяла.

– Если вы решили стать настоящим инспектором, то пора подойти к работе с умом. Это список мест, которые вы должны посетить вместе со своим подопечным. Жду отчетов. Свободны.

И он вернулся к своим делам.

– У меня есть один вопрос, шеф.

Дженкинз недовольно поднял голову.

– Что еще такое?

– Все-таки почему именно я? – спросила Эбби, сама удивляясь своей наглости. – Вы шеф, вы могли дать это задание в нагрузку любому из инспекторов, и они бы справились. Почему вы дали его мне?

Она испугалась, что он отберет у нее листы, наорет и выгонит вон, но шеф молчал. Эбби ждала.

– Я не добавлю ничего нового, мисс Лерой. С этим заданием можете справиться только вы. Потому что вы женщина.

Эбби вышла из кабинета со странными чувствами. Выходит, шеф считал, что подход к молодому снежному эльфу сможет найти только женщина? И дело вовсе не в ее способностях и талантах, которые прежде никто не замечал. Она вздохнула, но сильно расстраиваться не стала. Посмотрела на бумажные листы и вчиталась в ровные машинопечатные строки.

– Да вы издеваетесь…

Она представила в красках, как ведет Реми в театр «Националь», потом они вместе идут слушать выступление филармонического оркестра и «закусывают» это дело выставкой современных художников в галерее искусств.

Реми будет в восторге. Если не сбежит от нее в первые же полчаса.

Эбби подошла к своему столу и взяла в руки фоторамку. С фотографии улыбался Дэниэл, и Эбби, как всегда, улыбнулась ему в ответ, хотя сама на этом снимке так и не смогла выдавить из себя улыбку. Хотя она была счастлива, ведь тогда они с Дэниэлом… Тогда они были, он был. Этого хватало.

– Эбби?

Она поспешно сунула фотографию в сумку и повернулась к своему бывшему инспектору. Гиббсон, наверное, вернулся из булочной – он нес в руках пакет, из которого очень вкусно пахло.

– Здравствуйте, – поздоровалась она настороженно. Хотя в душе, пожалуй, ликовала. Похоже, что Гиббсону больше некого было послать за булочками, Джойс даже просто работать не всегда удается заставить.

– Ты решила вернуться? – по-своему понял он ситуацию. – Так давно пора. Быть инспектором миграционного контроля – дело не для девушки вроде тебя. Это прерогатива взрослых мудрых мужчин. Я приму тебя обратно, не переживай.

Эбби не открыла рот от удивления только по той причине, что попросту онемела.

– Простите?

– Твое дело передадут мне, и ты сможешь успокоиться и приступить к своим непосредственным обязанностям.

А сколько уверенности в своей правоте было в его словах, и не описать. Только хорошее воспитание родителей помогло Эбби удержаться от язвительного и резкого ответа. Проглотив гнев и обиду, она вежливо улыбнулась.

– Я уже выполняю свои непосредственные обязанности.

Она закрыла ящик стола на ключ и, попрощавшись, ушла. Сколько можно втаптывать ее в грязь? Она уже не в первый раз доказывает, что настроена серьезно. Почему никто ей не верит? Она уже не девочка на побегушках и не собирается возвращаться к той жизни.

Свою неуклюжую попытку раздобыть информацию по телепортам Эбби стыдливо от Инг-Мари утаила, благо было чем развлечь его и без этого. По дороге она посмотрела афиши и из дома позвонила в парочку музеев. Работа предстояла непростая, Эбби заранее переживала будущую головную боль. Не любила она культурные мероприятия, был за ней такой грех.

– Ты приглашаешь меня в оперу? – Взгляд Реми лучился ехидством. – Неужели это свидание? Мы сядем на задний ряд и будем держаться за руки…

Эбби фыркнула и отобрала у него список.

– И не надейся. Это часть процесса твоей социализации.

– Опера «Черный замок» сделает из меня человека? – Он уже откровенно потешался. – Разве она не про фэйри?

И откуда только узнал? Эбби впервые увидела это название сегодня на городской тумбе с объявлениями.

– Знаешь, как у нас говорят о таких выходах в свет? – спросила она. – «На людей посмотреть и себя показать».

Реми манерно тряхнул головой, откидывая назад длинную косу, и Эбби с большим удовольствием добавила:

– В твоем случае актуальна будет только первая часть.

Фэйри горько вздохнул и налил себе еще воды из холодильника.

– Мне нечего надеть, – заныл он совсем как девчонка. – Своди меня по магазинам, Лерой. Это тоже часть моей социализации.

Самой Эбби тоже нечего было надеть для похода в оперу. Последний раз вечернее платье она покупала, еще когда Дэниэл был с ней. Ему нравилось, когда она надевала платья, и тогда ей казалось, что они и правда ей подходят.

Сейчас так уже не казалось.

Ходить с Реми по магазинам оказалось целым приключением. Он как ребенок бегал от одной витрины к другой, из одного магазина к другому, все хватал, ко всему приценивался. Она только и успевала, что отгонять от него радостных продавщиц, наметанным глазом определивших в них заинтересованных клиентов.

– Мы это возьмем.

– Нет, не возьмем. – Эбби выдернула из рук подопечного ворох ярких тряпок.

– А это?

– И это не возьмем.

– Я хочу примерить.

– На тебя не налезет.

– А если натяну?

Эбби готова была взвыть в голос. Чувство вкуса у Реми либо хромало на обе ноги, либо слишком отличалось от человеческого. Хотя Эбби сильно сомневалась, что у фэйри нынче в моде красная кожа и зеленые рубашки. Строго говоря, Эбби вообще не представляла, откуда в приличном магазине взялись эти вещи. Мир, конечно, не стоит на месте, но девушку в красном и кожаном чем-то на улице неправильно поймут и вызовут констеблей.

В итоге окончательно расстроившегося Реми осчастливили несколькими пакетами с мужскими рубашками, брюками и одним тонким коричневым плащом вроде того, что недавно Эбби видела на Ройсе Харви. Галстуки Эбби тоже выбрала сама, не доверив это важное дело Реми. Устала так, будто пробежала кросс вокруг Акерли, и взмокла как пловец, переплывший мутную Вельду.

– А ты? – Фэйри дождался, пока Эбби расплатится на кассе деньгами, полученными в бухгалтерии Департамента, и распахнул перед ней дверь. – Ничего не будешь себе покупать?

– Я устала, – ответила Эбби, хотя это была лишь часть правды. Ей попросту не хотелось тратить на это время, страсти к вещам в ней не было давно.

Реми честно пообещал зайти за ней в назначенное время и даже дал согласие вызвать потом такси и доехать до оперы с ветерком. Эбби проводила воодушевленного фэйри взглядом и с облегчением закрыла дверь.

В шкафу пылилось несколько чехлов, которые Эбби сразу достала и повесила на дверцу. Почему-то теперь, глядя на себя в зеркало, она засомневалась, что страшнее – убегать от боевого мага, обещать странному фэйри свои глаза в качестве оплаты или собираться в оперу в нарядах, которые вышли из моды около двух лет назад?

Она расчехлила платья и приложила одно из них к себе. Бордовое, с тяжелыми складками юбки до пола, длинными рукавами и открытой спиной. Она купила его за бешеные деньги, потому что увидела в женском журнале. Девушка-модель была похожа на нее, и Эбби не смогла устоять. Но сейчас от этого платья больше не захватывало дух, и Эбби без сожаления отложила его в сторону. Второе они выбрали уже вдвоем с Дэниэлом – нежно-розовый, почти как пудра, шелк и тонкое светлое кружево сверху. Пышная юбка прикрывала колени, но оставляла открытыми спортивные икры. К наряду прилагались бежевые туфли на каблуках, перчатки и маленькая шляпка-таблетка с вуалью. Эбби провела рукой по волосам. Что с ними делать, она не представляла.

– Тук-тук? – Миссис Маккензи заглянула в комнату, подслеповато щурясь. На шее у нее болтались очки на тонкой цепочке, но она обычно забывала про них. – Вы куда-то собираетесь, милочка?

Эбби смущенно повесила вешалку с платьем обратно в шкаф.

Миссис Маккензи выслушала ее сбивчивый рассказ и сурово уперла руки в бока.

– На свидание нужно собираться тщательно, моя дорогая. Если у вас оно первое, то главное произвести правильное впечатление. Вы только взгляните, что с вашей прической? Вас нужно срочно уложить. У меня где-то были бигуди. Что смотрите? Марш купаться и мыть голову.

До встречи с Реми еще оставалось много времени, но добрая миссис Маккензи крепкой рукой взялась за дело. Эбби едва вышла из ванной комнаты, как старушка уже позвала Кэти Хид, и та разложила на туалетном столике косметику.

– Ты не подумай, будто я чем-то недовольна, – поджала тонкие губы Кэти и посмотрела со снисходительной жалостью, – но ты выглядишь несовременно. С этим нужно что-то делать.

Эбби буквально видела торжество в ее глазах, еще бы, наконец настал ее звездный час – показать, насколько она утонченная, возвышенная натура с тонким чувством прекрасного. Эбби покорно села на стул, и женщины начали заниматься ее преображением. Миссис Маккензи больно дергала за короткие прядки, накручивая на них горячие бигуди, в это же время Кэти сосредоточенно напудривала Эбби лицо. Пуховка щекотала кожу, от запаха пудры свербело в носу. Эбби из последних сил держалась, чтобы не чихнуть. А когда дошла очередь до угольно-черной подводки для глаз и туши для ресниц, стало совсем страшно. Кэти яростно отстаивала свои модные взгляды, с которыми было проще смириться, чем избежать. Строго говоря, бежать было некуда, у двери стояла с виду безобидная домовладелица.

Некоторое время спустя из зеркала на Эбби смотрела незнакомка.

– Ну разве не прелесть? – восторженно пропищала Кэти. – Настоящая звезда!

Эбби похлопала тяжелыми ресницами, привыкая, а точнее, вспоминая забытые ощущения. Румяна делали ее лицо неожиданно юным, а глаза в обрамлении черных стрелок казались по-особенному яркими. Эбби прикоснулась к аккуратным волнам волос, уложенным на одну сторону. Платье сидело как влитое, стягивая талию, пышные складки расходились колоколом. Жесткий лиф-сердечко приподнимал небольшую грудь. Миссис Маккензи велела пригнуться и сама приколола шляпку к волосам. Кэти протянула перчатки. Когда Эбби надела туфли и выпрямилась на каблуках, образ завершился.

Разве это она?

– Не сутультесь, милочка, – строго велела миссис Маккензи. – И не вздумайте что-то менять или поправлять. Сумочка у вас есть? Чего-то еще не хватает… Кэти, голубушка, что скажете?

Кэти придирчиво оглядела Эбби с ног до головы.

– Я думаю, украшений. Эбби, у тебя есть бусы, колье, на худой конец, серьги?

Эбби достала шкатулку и изучила содержимое. Серьги были, а к ним подходил браслет, подаренный Дэниэлом. Эбби он казался немного вычурным, позолоченный, с крупным жадеитом красивого зеленого цвета. Камень был очень красивым и редким, Дэниэл говорил, что достал браслет через друзей, но Эбби догадывалась, что такой подарок дорого ему обошелся, потому и не носила почти, а бережно хранила в шкатулке для украшений.

– Так гораздо лучше, – согласились обе женщины и, наконец, оставили Эбби одну.

Ненадолго.

– Я пришел! – громко возвестил о своем появлении Реми и по-хозяйски вошел в комнату.

Кажется, пора завести привычку запирать ее, по крайней мере, такова была первая мысль, которая посетила Эбби в этот момент. Вторая мысль так толком и не оформилась, потонув в почти детском восторге.

– Ну? Что скажешь?

Реми покрутился, как заправская кокетка. И, стоит признать, он был невероятно, потрясающе хорош.

– Почему не убрал волосы? – спросила Эбби, чтобы скрыть свои чувства. Фэйри всегда заплетал свои длинные белые волосы в косу, а сегодня оставил распущенными. В таком виде они спускались почти до самой поясницы. Наверное, жутко неудобно.

– Плохой ты инспектор, Лерой, – усмехнулся он. – Плохой, но симпатичный.

Эбби почувствовала, как смущенно краснеет, щекам стало горячо. Она дернула головой, забыв об осторожности, но завивка держалась хорошо.

– Не хочешь, не говори.

– Наши мужчины не убирают волосы, это их гордость и признак особого положения перед людьми, – признался Реми.

– А ты почему убираешь?

– А я особенный. Разве не заметила?

Он галантно подал ей руку, и Эбби неловко шагнула ему навстречу. Каблук подвернулся, Эбби поняла, что не устоит на ногах, и тихо вскрикнула, приземлившись точно в распахнутые объятия фэйри.

– А дело совсем плохо, если ты уже падаешь к моим ногам, а мы еще даже не вышли из спальни, – хихикнул Реми. – Или, может, к демонам оперу, останемся тут?

Эбби как могла гордо выпрямилась и поправила вуаль.

– Не думай о себе слишком многого.

– Поверь, я еще себя недооцениваю.

Эбби обреченно закатила глаза и отвернулась проверить содержимое сумочки.

– Кто этот человек рядом с тобой?

Реми в это время беспардонно изучал фотографию, которую Эбби поставила пока на тумбочку, точнее, положила изображением вниз, но кое-кто не постеснялся протянуть к ней руки.

– Положи на место, – приказала Эбби, чудом не срываясь на крик. Не хотелось, чтобы хоть кто-то прикасался к ее самым дорогим воспоминаниям. – Не надо лезть, куда не просят.

Голубые глаза Реми посветлели, и у Эбби отчаянно зачесалась шея.

– Что? – Реми моргнул, с некоторым удивлением наблюдая, как Эбби старательно скребет за головой ногтями через перчатку.

– Просто положи на место, что взял, и пошли, – огрызнулась она, но уже более спокойно.

К зданию оперы подъехали точно к сроку, оставалось достаточно времени, чтобы привести себя в порядок в дамской комнате и чинно прошествовать в зал. На их пару посматривали с деликатным любопытством, и Реми, вопреки опасениям, вел себя прилично – сдержанно, степенно, был элегантным, но не манерным. То есть явно старался не ударить в грязь лицом. Темный костюм-тройка по фигуре и струящийся по спине водопад белых волос, безусловно, не могли не привлекать внимание, так что Эбби быстро забыла об этом, тем более что следовало и за собой следить тоже.

Опера была не менее впечатляющей и роскошной внутри, чем ее сияющий огнями фасад – снаружи. В фойе в большом количестве висели афиши и фотографии оперных звезд. Эбби задержала взгляд на одной из них – восходящей дивы оперной сцены Иоланты. Имя, разумеется, не настоящее, уж Эбби-то знала наверняка, но звучало очень подходяще к роли. Выходит, они даже могут встретиться, если не повезет. Эбби хотелось бы избежать этого по личным причинам, и, еще раз скользнув взглядом по улыбающемуся лицу, она подала руку Реми.

Вместе они поднялись по широкой мраморной лестнице, укрытой темно-бордовой ковровой дорожкой, и вошли в зал. Их места находились в амфитеатре – на остальное бюджета не хватало. Обитые красным плюшем кресла были очень удобными, и Эбби с наслаждением опустилась на мягкое сиденье, давая отдых ногам. Каблуки оказались слишком высокими, а лестница – слишком длинной. Тут как раз прозвенел первый звонок, извещающий о скором начале представления. Можно было выдохнуть и больше никуда не торопиться.

– Ты великолепна, Лерой, – сказал Реми с улыбкой, садясь рядом. Эбби закатила глаза.

– Только не надо издеваться.

– Но я совершенно серьезно, – возразил он. – В платье ты совсем другая.

Он не сказал – красивая. Эбби посмотрела на сложенные на коленях руки, обтянутые тонкой тканью перчаток, и поджала накрашенные темной помадой губы. С чего бы ей вообще хотеть, чтобы он называл ее красивой? Совершенно не с чего.

После третьего звонка погас свет, и тяжелый занавес разошелся в стороны.

Эбби никогда не была поклонницей оперы, театра или чего-то в том же роде. Музыку она слушала с удовольствием, но не такую. Модный нынче джаз был ей больше по душе. Она старалась следить за действом на сцене, но то ли усталость брала свое, то ли общая нервозность последних дней, но понять сути происходящего никак не получалось.

Она тихонько вздохнула, подавляя зевок.

– Совсем не достоверно, – пожаловался Реми, наклонившись к ней. – Девушка-фэйри не стала бы делать такое со своими волосами. Ты посмотри, что это за мрак!

Эбби пригляделась и невольно хихикнула.

– Можно потише? – шикнул кто-то с заднего ряда. Эбби уже не могла отвести взгляда от огромного цветка, мягко колыхающегося в прическе в такт экспрессивным движениям актрисы.

– Что за бездарный текст? – продолжил нашептывать Реми. – Тебе он не кажется смешным?

Эбби не могла не согласиться. С другой стороны их еще раз одернули, и Реми ненадолго притих. На Эбби снова начала накатывать сонливость. А потом фэйри дернулся, привстал и начал озираться.

– Что случилось? – насторожилась Эбби.

– Сядьте, не видно же ничего!

– Кто вас сюда пустил?

Реми нервно тряхнул головой, как дикая кошка. Эбби это уже совсем не нравилось. И тут снова засвербела кожа пониже затылка, это стало случаться все чаще в последнее время. Эбби протянула руку, почесать, и в этот момент Инг-Мари вскочил и бросился к выходу, не обращая внимания на недовольных зрителей, кому-то даже отдавил ноги и не извинился. Само собой, Эбби кинулась вдогонку, но менее ловко, поэтому быстро потеряла подопечного из виду. В коридоре никого уже не было. Эбби прислушалась и уловила звук удаляющихся шагов. Паркет отзывался высоким звонким стуком. Эбби поудобнее перехватила сумочку и побежала.

Коридор вывел ее к лестнице, ведущей наверх, с другой стороны к ней как раз приближалась пожилая женщина в гротескно вычурной шляпке с перьями.

– Мисс, мисс! – Она махнула рукой, останавливая Эбби. – Здесь нельзя бегать!

Эбби схватилась одной рукой за перила и побежала наверх. Вслед ей понеслись укоризненные ахи и вздохи.

На этом этаже было подозрительно сумрачно и тихо. Посреди коридора, спиной к ней, стоял Реми. Эбби уже собралась его окликнуть, но фэйри резко сорвался с места и ворвался в одну из актерских гримерных. Хлопнула дверь, и снова все стихло. Эбби сделала шаг, и каблуки громко стукнули о паркет. Эхо разлетелось, ударяясь о стены. Сердце так стучало, что в груди заболело. Эбби медленно приблизилась к гримерной и замерла, никак не решаясь взяться за ручку.

– Не трогайте.

Эбби так испугалась, что не смогла ни сжать пальцы, ни, наоборот, отдернуть руку. Так и застыла.

– В сторону, женщина.

К ней буквально ниоткуда устремился красноволосый фэйри и за плечо убрал с дороги. Эбби схватилась за стену, чтобы не упасть, а фэйри уже скрылся внутри комнаты. Спустя пару секунд Эбби последовала за ним.

В гримерке не горел свет, окон не было, и лишь желтый прямоугольник от входа падал на пол, залитый кровью.

Эбби прижала ладонь ко рту, но так и не закричала, хотя в первую секунду крик готов был вырваться из груди. Реми вышел из тени совсем рядом с ней и обратился к третьему присутствующему:

– Это сделал не я.

Йон Люциус Биргхир, стоящий на одном колене возле тела, повернулся к нему:

– Выведи свою женщину.

Эбби будто отмерла после этих слов.

– Я не его женщина, – сказала она недрогнувшим голосом. – Меня зовут…

– Вы уже представлялись, – напомнил Биргхир. – Реми, выведи ее. Это место преступления.

Эбби увернулась от руки Реми и приблизилась к телу на полу. Женщина, кажется молодая, но лежала она на боку, и лицо… У Эбби подкосились ноги.

– Лерой!

Реми подхватил ее и помог устоять на ногах.

– Что с ней сделали? – спросила она хрипло.

– Ударили по лицу тяжелым металлическим предметом, – снизошел до ответа Биргхир и кивнул в сторону. – Предположительно этим. А потом перерезали горло. Предположу, что девушка была еще жива.

Возле тела валялся окровавленный бронзовый купидончик. Его «собрат» стоял на будуарном столике. Но хуже всего выглядела открытая рана на горле. Эбби почувствовала, как комната начинает кружиться вокруг нее, и тут в гримерную вошел Ройс Харви, по случаю одетый в модный фрак. Он цепким взглядом подметил все детали, взгляд его чуть дольше задержался на Эбби и Реми.

– Эбби, я попрошу тебя уйти. Это место преступления.

Они с Биргхиром переглянулись – два следователя, поняла Эбби. И в чем-то они были даже правы, выпроваживая ее, но дело касалось Реми, а значит, ее тоже.

– Идем, Лерой, – неожиданно сказал Реми. – Пусть господа работают.

Он деликатно взял Эбби под локоть и увлек в коридор. Дверь в гримерную закрылась, отрезая от них мрачную картину.

– Вы с Биргхиром же знакомы? – сразу спросила она, едва они с Инг-Мари остались одни. – Я заметила странности еще тогда, на территории фэйри.

Она и правда тогда почувствовала нечто странное в том, как эти двое смотрели друг на друга и как разговаривали. Спектакль с вымышленными именами ее все-таки обманул, но сейчас и он казался фарсом.

– Скажи мне правду. – Она сжала кулаки и прямо посмотрела в дивные голубые глаза. – Почему ты покинул земли фэйри и кто ты такой, будь ты неладен?!

Она все-таки сорвалась на крик, но не стеснялась этого. Буквально в паре шагов от нее за стеной лежал труп молодой женщины, и она, Эбби Лерой, могла позволить себе быть немного неадекватной.

– Я скажу, – согласился Реми. – Но только после того, как ты скажешь, откуда на твоем теле магическая татуировка фэйри?

Рука сама собой взмыла вверх, прикасаясь к рисунку на шее. Волосы не могли прикрыть ее полностью, как и цепочка колье – знак из трех переплетенных треугольников, выбитый на коже чуть ниже линии роста волос. Он вел себя как самая обычная татуировка до знакомства Эбби с йоном Реми Инг-Мари. Кстати, и эта приставка к имени тоже должна была вызвать у Эбби вопросы. Но не вызвала.

Кажется, пришло время кое-что прояснить.

– Ее сделал мне мой муж, – сказала она, и голос дрогнул, выдавая давнюю затаенную грусть. – Перед тем… Перед тем, как пропал без вести.

Она не любила вспоминать об этом, еще меньше она любила говорить об этом. Уставившись на круглые мысочки своих туфель, она пыталась заставить себя произнести еще хоть слово.

– Мисс Лерой, – сказал Реми. – Разве это…

– Дэниэл мой муж. – Эбби резко вскинула голову. – Мы не успели пожениться, но это ничего не меняет!

Она неуверенно качнулась на каблуках, а потом не выдержала и сорвалась с места. Если она все-таки заплачет, то никто этого не увидит.

– Лерой! – Реми успел схватить ее за руку. – Лерой, тебе не обязательно убегать одной. Давай сбежим вместе?

Он хитро улыбнулся, подмигнул ей и протянул вторую руку.

Совсем скоро они вдвоем сидели в буфете за столиком, и Эбби вытирала зареванное лицо бумажными салфетками, которые фэйри раздобыл у кассирши вместе со стаканом воды.

– Мы с Дэниэлом хотели пожениться в последний месяц лета. Он был государственным магом, постоянно пропадал на службе и совсем ничего мне о ней не рассказывал. И однажды он просто исчез. Я все никак не могла поверить, что он не вернется. День свадьбы приближался, а мы даже не успели заказать ему костюм. Понимаешь, он был очень высоким и худым, почти как ты, только шире в плечах, ему всегда шили пиджаки по индивидуальным меркам. Я ждала до последнего, но он так и не пришел. Мне сказали, что его объявят умершим. Для магов эту процедуру проводят ускоренным образом.

Она помнила, как рыдала в одиночестве над своим подвенечным платьем, а про нее говорили, что жила с мужчиной до брака, вот и получила по заслугам. А они просто любили друг друга. Какая кому была разница?

– Ты знаешь, что за татуировку он тебе сделал?

Эбби покачала головой:

– Он сказал, что это свадебный подарок. Настаивал, поэтому я согласилась. – Она смяла в руке очередную салфетку и сделала большой глоток воды. – В последнее время она начала приносить проблемы.

– Все не так. Она не приносит тебе проблемы, а защищает от них.

Реми объяснил, что на шее у Эбби один из самых мощных символов защиты у народа фэйри. Руна, нанесенная на тело, будет охранять своего носителя от ментального воздействия и отводить некоторые магические атаки. Но нанести такой рисунок мог лишь фэйри, потому что такие чары могут накладывать лишь они. Людям такое не под силу.

– Дэниэл был человеком, – уверенно сказала Эбби.

Реми ничего на это не ответил, и тогда Эбби сама решила задать ему вопрос:

– Кто ты такой? Почему йон Биргхир обращается к тебе по имени, как к старому знакомому? И не вздумай меня обманывать.

Реми не спешил с ответом, но и не отказывался говорить. Эбби было страшно от того, что она может услышать. Немного бестолковый, легкомысленный и нагловатый фэйри мог оказаться кем угодно, и от этой мысли что-то внутри болезненно сжималось.

– Наверное, ты права, Лерой. Немного откровений не помешает.

Он задумчиво провел ладонью по спадающим на грудь волосам, будто собираясь с мыслями, но в этот момент в буфет вошел Ройс Харви и отыскал Эбби взглядом.

– Йон Инг-Мари, вам необходимо пройти со мной. Эбби, дождись сержанта, он отвезет тебя домой.

– Вы его арестуете? – спросила Эбби, прежде чем Реми успел подняться со стула.

– Не волнуйся, Лерой. – Реми похлопал ее по плечу. – Послушай своего друга и отправляйся домой. Увидимся утром.

Он поднялся, поправил пиджак и расслабленной походкой вышел из буфета, оставив Эбби одну дожидаться не знакомого ей сержанта.

И снова ничего не рассказал. Как же это раздражало!

– Мисс Лерой?

Она встала, одернула юбку, неосознанно копируя поведение Реми, а когда сообразила, разозлилась еще сильнее.

– Вы сержант? Везите меня домой!

Молодой мужчина пропустил ее вперед, невозмутимо глядя, как Эбби чеканит шаг на каблуках, едва не продырявливая паркет. На улице она позволила усадить себя в машину и бурлила от непонятных чувств всю дорогу. А длилась она, эта дорога, так долго, что Эбби укачало…

– Можно остановиться? – попросила она и постучала по спинке водительского кресла. – Я хочу выйти.

Но сержант проигнорировал просьбу и лишь прибавил скорость.

– Остановитесь немедленно! – крикнула Эбби, уже понимая, что ее везут вовсе не домой. И точно ли сержант был за рулем? Она ведь даже не спросила его имени. Это… Это что же, ее сейчас похищают?!

Желудок скрутило, Эбби сжалась, и в этот момент заскрипели шины, машина дернулась, рванула куда-то вбок с главной дороги и врезалась во что-то. Эбби тряхнуло, толкнуло вперед, а потом ударило головой о стекло. На пару мгновений перед глазами все помутилось. Эбби вцепилась в ручку, подергала, и дверь нехотя открылась.

Эбби вывалилась на дорогу.

В глаза ударила яркая световая вспышка. Порыв горячего воздуха взъерошил волосы, выпавшие из укладки. Эбби прикрыла лицо и крепко зажмурилась. Всполохи стали чаще, Эбби рискнула выглянуть из-за машины и увидела водителя, стоящего к ней спиной. Его руки были объяты темным сиянием. Напротив стояла высокая молодая женщина в деловой одежде и очках с приподнятыми внешними уголками. От ее фигуры тоже исходило свечение, гораздо более слабое и светлое и как будто теплое. Женщина почувствовала на себе взгляд и посмотрела прямо на Эбби. Губы сложились в какое-то слово, но Эбби не смогла его понять. И вдруг от женщины в очках повеяло тем самым горячим ветром, что Эбби уже ощущала минутами ранее. Он обнял ее, увлекая обратно за машину, и магический поединок продолжился без нее.

Когда снова стало темно, Эбби услышала стук каблуков по камням. Он приближался.

– Не сидите на земле, испачкаете платье.

Женщина протянула руку и помогла Эбби подняться. Удалось ей это не с первой попытки.

– Кто вы?

– Меня зовут Джейн, – представилась женщина. – А вас зовут Абигейл Лерой. Я ждала вас у здания оперы, но пришлось играть в догонялки с этим отребьем.

– Этим… отребьем? – Эбби ничего не поняла, кроме того, что спасшая ее женщина была магом. Кстати, спасшая от чего? – Он хотел меня похитить? Зачем?

Джейн поправила очки и, окинув Эбби оценивающим взглядом, решительно произнесла:

– Вам нужно принять душ и переодеться. Я отвезу вас куда скажете, а по дороге обсудим детали.

Какие детали она собралась обсуждать, Эбби тоже не поняла, но села в припаркованный неподалеку автомобиль с откинутым верхом. Дорогая и стильная штучка.

То же Эбби могла сказать и про саму Джейн, руководствуясь первым впечатлением.

– Есть мысли, кто мог желать вас похитить?

Джейн заставила машину мягко тронуться с места и одновременно с этим начала разговор. Ее ухоженные тонкие пальцы с длинными красными ногтями покоились на руле, и вообще Джейн выглядела невозмутимо и спокойно, в отличие от жертвы неудавшегося похищения.

– Прежде чем я отвечу, – осторожно начала говорить она, – хочу знать, кто вы такая и почему ждали меня.

– Это хороший подход, правильный. Я сказала, что меня зовут Джейн. Джейн Костин. Ки сказал, что вы ищете помощи.

– Вы государственный маг?

– Я маг, этого для вас уже должно быть достаточно.

Эбби вдруг стало страшно.

– У него ваши руки…

– Пальцы, ему они чем-то приглянулись, – поправила Джейн. – Ки показал мне кристалл и попросил разобраться. Куда мне поворачивать?

Эбби указала направление.

– Так что с кристаллом? Вы поняли, для чего он нужен?

– Он нужен для телепортации. Я могу установить путь, проложенный магом, но для этого потребуется время. И вы. Вы же нашли кристалл?

Эбби кивнула:

– Да, я. Что мне нужно сделать?

Джейн неожиданно ударила по тормозам. Эбби вскрикнула и вцепилась в ремень безопасности. Они всего ничего не доехали до бюро магического сыска. Погасли фары, стало совсем темно. Джейн повернулась к Эбби и сняла очки.

– Ничего. Я просто должна отделить ваш след от тех, что есть на кристалле. Сидите и не шевелитесь.

Сказано это было таким строгим голосом, что Эбби застыла в кресле, как на приеме у стоматолога, и огромными глазами смотрела в близоруко прищуренные зеленые глаза Джейн Костин. Она подспудно ждала, когда станет больно, но взгляд Джейн завораживал, почти как магия Инг-Мари и других фэйри. Эбби немного расслабилась, но вдруг Джейн обхватила ее лицо ладонями и прижалась лбом к ее лбу. От неожиданности Эбби дернулась, но пальцы женщины до боли вжались в кожу, их кончики были горячими, как нагретые гвозди.

– Отпустите, – попросила Эбби осипшим голосом, и странная пытка прекратилась. Джейн отстранилась, села на свое место и надела очки.

– Спасибо за сотрудничество, – нейтрально поблагодарила она. – О результатах расскажу позже, когда сама с вами свяжусь. Выходите из машины.

– Что?

– Выходите из машины. – Джейн кивнула на дверцу. – Вы же с самого начала не собирались возвращаться домой и показали мне дорогу сюда. Я не такси, так что дальше разбирайтесь сами. Доброй ночи, мисс Лерой.

Шины прошуршали по брусчатке. Эбби проводила удаляющийся автомобиль взглядом, посмотрела на свое грязное мятое платье, на дыру в перчатке. Потом сняла туфли и босиком направилась в контору Инг-Мари. В окнах не горел свет, так что едва ли он успел вернуться раньше нее, а ключа у Эбби не было. Она постучала в окно, подождала немного, а потом поискала запасной ключ в тех местах, где люди их чаще всего оставляют – под ковриком, над дверным косяком, в цветочном горшке у входа и внутри горшка. Смешно, но как раз там ключ и обнаружился. Эбби вошла в темную прихожую и сразу села на любимое кресло Инг-Мари напротив входа.

Казалось, прикрыла глаза всего на минутку, но звон дверного колокольчика вырвал ее из объятий сна.

– Лерой?

Она прикрыла рот ладонью, пряча зевок. В темноте и тишине не заметила, как отключилась. Реми зажег свет, и она прищурилась от болезненной яркости.

– Лерой, мне нужно кое-что тебе… – Он резко замолчал. – Что с тобой случилось? И почему ты не дома?

Эбби присмотрелась к нему. Фэйри тоже выглядел неважно и совсем не походил на самого себя. Сейчас под его немигающим взглядом она чувствовала смущение. Подтянула ноги, будто невзначай пряча в тени поползшие стрелки на недавно совсем новых чулках.

– Я передумала ехать домой. И меня… – Она внезапно решила поменять события местами и сразу перескочила на Джейн. – Я встретила мага, которого нашел для нас доктор Ки. Она изучает наш кристалл.

Реми провел ладонью по лицу, и Эбби неожиданно для себя сделала удивительное открытие. Ее фэйри устал.

– Но по дороге меня пытался похитить человек, который притворился водителем от Ройса Харви. И Джейн Костин меня спасла.

Да уж, получилось все равно не слишком связно. Эбби замолчала, напряженно следя за реакцией Реми.

– Все становится слишком серьезно, Лерой. Я думаю, тебе стоит отказаться от этой работы. Работы со мной. Так будет лучше для тебя.

Эбби понадобилось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. Она облизала пересохшие губы и переспросила:

– Ты хочешь, чтобы я ушла?

– Я не об этом. Сама подумай, на тебя уже дважды покушались. Тебе оно надо? Твой друг-следователь прав, это слишком опасно.

– Ройс давил на тебя? Промыл тебе мозги? – Эбби мгновенно вышла из себя. – Послушай себя, разве это говоришь ты? Я… да я ушам своим не верю.

– Лерой…

– Подожди. – Она решительно прервала его взмахом руки. – Разве тебе не приходило в голову, что если преступник начал так необдуманно действовать, значит, мы на верном пути? Мисс Костин обещала проследить путь, заложенный в кристалле для телепортации, так что как только она выйдет с нами на связь, мы сможем проверить, куда собирался попасть наш маг, и, возможно, узнаем его имя. Остальное дело техники. Ну? Теперь понимаешь, что не время думать о ерунде?

– Я думаю не о ерунде, – вздохнул Реми. – Я думаю о тебе. Лерой, все гораздо серьезнее, чем тебе представляется. Лерой… Я возвращаюсь в город фэйри.

Прозвучало как гром среди ясного неба.

Он возвращается. А как же расследование? А как же их сыскное бюро? А как же…

– А как же я?

На глаза некстати навернулись слезы. Эбби усилием воли затолкала подкатывающий к горлу ком обратно.

В форточку залетел большой белый мотылек, закружил под потолком, заслоняя крыльями свет от лампы. Эбби часто-часто заморгала, так часто, что голова закружилась.

– Если я скажу, что на той стороне ты встретишь совсем другого Реми Инг-Мари, ты не передумаешь?

Она помотала головой. Реми поднял взгляд к потолку, следя за танцем мотылька перед лампой.

– Тогда пакуй вещи, Лерой. Походы по театрам придется отложить до лучших времен. А пока займемся тем, что спасем мою младшую сестренку из лап кровавого маньяка, убивающего фэйри.