Глава 16

Через пятнадцать минут, отметив для себя все замечания шефа, Макс постучал в дверь кабинета Кай, который находился на этаж ниже, через пару кабинетов от его собственного. И всё ещё пытался вспомнить о каком завтрашнем деле она говорила, потому что в их расписании ничего на завтра вроде бы не было.

– Заходи, – крикнула Кай, не отвлекаясь от различных схем и чертежа здания, неоновыми линиями светящихся на её электронном столе, и делая в них пометки.

Закрыв за собой дверь, Макс замер, скользя взглядом по её телу и мгновенно забывая, зачем она его позвала. В голове осталась только одна мысль: намеренно ли Кай его соблазняет или просто не задумывается над тем, как действует на него. Стоя к нему спиной и облокотившись на стол, она уж точно не могла не знать, на что прежде всего он обратит внимание. Особенно когда узкая чёрная юбка так туго обтягивала её литые бёдра. Позвала ли она его специально, потому что ей надоело бегать от него? Может быть, это новый способ насолить ему и поиздеваться? Или же какая-то новая игра, с правилами которой он должен был либо согласиться, либо не играть вовсе?

Когда же его взгляд опустился ниже, туда, где в глубокий разрез юбки была видна кружевная резинка чулок, Макс мысленно облизнулся. К чёрту её правила. Замок в двери глухо щёлкнул.

Кай удивлённо посмотрела через плечо, при этом непроизвольно вильнув бёдрами, но решив, что ей просто послышалось, нетерпеливо махнула ему рукой:

– Мне нужно, чтобы ты посмотрел на это и сказал, что думаешь. Я всё просчитала и подготовила, но всё равно сомневаюсь. И хоть убей, не понимаю, почему Ник обратился с этим ко мне, а не к тебе.

Кай быстро чеканила каждое слово в желании расквитаться с неприятным вопросом. Просить его о помощи было некомфортно, и если бы дело было только в ней, она бы никогда на это не пошла. Но от того, как она завтра сработает, будет зависеть жизнь Анны и Ника, а ставить их под удар только лишь из-за своих амбиций она не могла. Тем более когда точно знала, что Макс разбирается во всём этом лучше неё.

– Я с бóльшим удовольствием посмотрю на то, что скрывается под этой чертовски вызывающей одеждой, – встав рядом практически вплотную, Макс провёл ладонью по изгибу её поясницы, и Кай раздосадованно оттолкнула его руку.

– Перестань, у нас нет на это времени, – выпрямившись, она схватила Макса пальцами за подбородок и развернула его голову к столу, заставляя обратить внимание на чертежи. – Чтобы Ник и Анна смогли проникнуть в особо охраняемую секцию, мне нужно будет подключиться к системе безопасности изнутри. Пробраться туда не составит для меня проблем. Но вот со всем остальным… Я два дня пыталась в этом разобраться и боюсь ошибиться.

– Почему ты не воспользовалась теми программами, что у нас уже есть? – Макс примерно начинал понимать, о чём она говорит. Они с Ником обсуждали это задание ещё неделю назад. Правда, тогда тот не упоминал, что им может понадобиться помощь со стороны. Что ж, придётся вникать сейчас.

– Потому что ни одна из них не сможет обойти их фаерволл.

– И ты серьёзно изучала это всего два дня? – присев на стул рядом с ней и пробежав глазами схему здания с указанием места, где она собиралась внедриться в сеть, сейчас Макс вчитывался в имеющиеся данные и программу взлома, которую она написала. Немного корявую, но вполне рабочую. Перелистывая текст кода и прописанные ею алгоритмы правой рукой, левую он положил сзади Кай на ногу, мягко поглаживая. Наедине с ней он мог позволить себе вести себя, как хочет. К тому же он не собирался отказываться от своей первоначальной мысли.

– У меня был базовый курс программирования, – Кай попыталась отодвинуться, но сильные пальцы сжались на нежной коже, не пуская. Да и кого она обманывала, ей нравились его прикосновения. Даже сейчас, когда нужно было думать совсем о другом. – Но этого оказалось недостаточно. Вот я и…

– То есть завтра ты опять идёшь куда-то одна, а я об этом даже не знаю? – отстранённо протянул Макс, пытаясь заглушить в себе это мерзкое нервное чувство, снова неприятно скрутившее всё внутри. – Мы в который раз возвращаемся к этому твоему “сама”?

– Нет. Поэтому я и попросила тебя помочь.

– В последний момент.

– Это сейчас совершенно не важно, – перекинув волосы на одну сторону, Кай вновь наклонилась над столом, пытаясь найти то место в коде, над которым больше всего сомневалась. Она вообще уже начинала жалеть, что сразу не отправила Ника к Максу с его просьбой. Не нужно было браться за это. Но и отказывать другу она не хотела. Как и признавать, что чего-то не умеет. – Вот здесь, посмотри.

Она увеличила схему, и Макс едва заметно качнул головой:

– Неплохо для новичка, но это не сработает, – его рука медленно поползла вверх по ноге Кай приподнимая юбку. – Слишком много лишнего. Ты потратишь кучу времени, и тебя засекут, моментально блокируя. И тогда ты уже ничего не сможешь сделать.

– Ты можешь это исправить?

– Могу, но… – наклонив голову, Макс растянул губы в плотоядной улыбке, в то время, как его ладонь уже добралась до резинки чулок, и Кай дёрнулась, мотнув бёдрами, чтобы скинуть его руку. Впрочем, безрезультатно.

– Макс, пожалуйста, не отвлекайся, – зашипела она, почувствовав прикосновения его пальцев к голой коже, запустившее толпу мурашек вдоль позвоночника и заставившее её застыть на месте. Ну какого чёрта?

– Я не могу не отвлекаться, когда вижу тебя в этой одежде, да ещё и в такой позе, – Макс снова вернул свой взгляд к электронному дисплею, лениво смахивая ненужные строчки, безжалостно удаляя половину из того, что она прописала и внося корректировки в то, что оставалось. В то время как вторая его рука уже доползла по её ноге до тонких бесшовных трусиков. – Более того, после такого напряжённого дня сейчас я могу думать только о том, как, задрав эту узкую юбку, буду трахать тебя на этом столе.

– Дьявол, Макс, у нас полно работы, – Кай вспыхнула, сжав ноги. Это грубое слово, так легко слетевшее с его губ, звучало очень неуместно и даже оскорбительно. И чересчур возбуждающе. И, кажется, у неё оставалось всё меньше сил, чтобы сопротивляться этому чувству. Потому что вопреки своим словам, она едва заметно качнулась назад, позволяя его руке коснуться уже такой влажной ткани между её ног. Нужно было подняться и отойти от него, заставить заняться делом. Но она не могла.

– У нас всегда полно работы, – довольно оскалившись, Макс встал, нависая над ней и упираясь правой ладонью в стол, который тут же потух, превращаясь в обычное стекло. – А ты как будто специально меня соблазняешь.

Слегка отодвинув её трусики, он провёл пальцами по нежным складочкам и скользнул внутрь, туда, где Кай уже вся горела от невыносимого желания. Та же закусила щёку, чтобы не застонать от удовольствия. Это было невозможно. Неправильно. То, как он действовал на неё.

– Макс, нам нужно… остановиться и… доделать…

– Мы разберёмся с этим позже, – твёрдо сказал он и прошёлся пальцами по её ноге, размазывая по ней влагу.

Развернув Кай к себе лицом, он с треском разорвавшейся ткани задрал её юбку и подтолкнул назад, вынуждая упереться бёдрами в край стола. Жадный взгляд заскользил сверху вниз от каштановых волос, волнами лежащих на плечах, до кончиков изящных туфель на слегка раздвинутых ногах. Она даже не представляла, насколько развратно сейчас выглядела в этой строгой белой блузке и с завязанным на шее галстуком. Или представляла? Зелёные глаза за прозрачными стёклами очков в широкой пластиковой оправе потемнели и сверкали чертовщинкой. Как будто она добилась того, чего хотела с самого начала. Но Макс совсем не чувствовал себя проигравшим.

Не сводя с неё глаз, он потянул за галстук, слегка расслабляя аккуратный узел.

– Я хочу, чтобы он остался на тебе. Как и эти очки, которые, я уверен, ты специально не сняла, – его бархатистый голос завораживал, заставляя смотреть на губы. Заставляя желать коснуться их, провести по ним языком, прикусить зубами.

Ещё шире раздвинув коленом её ноги, Макс встал между ними и начал медленно, пуговицу за пуговицей, расстёгивать блузку Кай.

– Фрейзер, ты чёртов дьявол… – окончательно сдаваясь, та потянулась пальцами к пряжке его ремня, лёгким движением расщёлкивая холодный металл.

– Кто бы говорил, ведьма-искусительница, – хмыкнул Макс, наконец-то распахивая ткань на её груди. Чёрный галстук лёг на белый гладкий лиф, ещё больше приковывая к нему внимание. И Максу казалось, что он мог бы вечно смотреть на неё такую. Распущенную, возбуждённую, жаждущую его близости.

Пройдясь пальцами по атласной шее, он обрисовал самыми кончиками выделяющиеся ключицы, скользнул на плечи под тонкую ткань блузки и потянул вниз бретельки лифа, приоткрывая для себя вид на налитую грудь, где даже в конце осени всё ещё были различимы следы летнего загара. В следующую секунду его губы уже с упоением впивались в нежные соски.

– Макс…– еле слышно простонала Кай, откидываясь назад на одну руку и запрокидывая голову. Вторая её рука замерла в нескольких сантиметрах от заветной цели, так и не успев пробраться в его брюки, безвольно зацепившись пальцами за ткань. – Макс, нас могут услышать…

– Ты прекрасно знаешь, что здесь великолепная шумоизоляция, – прикусив один сосок, второй Макс сдавил пальцами, оттягивая и резко отпуская.

По всему телу Кай прошёл нервный импульс, отдаваясь сладкой тяжестью внизу живота, и она застонала громче, подаваясь ему навстречу бёдрами. Завтрашнее задание и то, что она не была к нему готова, было давно забыто. Сейчас она могла думать только о парне, так жадно ласкающем её грудь и…

Кай задохнулась от удовольствия, когда настойчивые пальцы бесцеремонно проникли в её трусики, тут же находя центр возбуждения.

– Такая горячая и мокрая… Моё любимое твоё состояние. Ещё больше мне нравится только, когда ты кончаешь на мне.

Ритмично насаживая Кай на свои пальцы, Макс отстранился от её груди и, нависнув сверху, не отрывал взгляда от затуманенных похотью глаз, ненасытно впитывая каждую эмоцию. Но как только Кай задрожала в его руках, готовая сорваться в пропасть наслаждения, он остановился, заставляя её расстроенно захныкать.

– Я буду мучить тебя так же, как ты любишь мучить меня. До тех пор, пока ты не начнёшь умолять наконец-то взять тебя, – прошептал он ей на ухо и, уложив спиной на стол, опять принялся ласкать её.

Через время тело Кай напряглось струной, и она снова издала разочарованный стон, когда перестала чувствовать его пальцы. Это было невыносимо. Она была так близко, что ей бы хватило всего лишь ещё одного прикосновения, чтобы утонуть в волне накатившего оргазма. Но Макс как будто знал, когда остановиться, чтобы лишить её такого желанного сейчас удовольствия.

Наклонившись сверху, он провёл влажными пальцами по её губам и щеке, размазывая по ним смазку, и опалил её развязно-довольным взглядом. А потом, спустившись ниже, до боли сжал зубами её левый сосок.

– Ма-а-акс… – крепко зажмурившись, Кай выгнулась, хватаясь пальцами за край стола над своей головой. – Макс, пожалуйста…

– Что, детка? Чего ты хочешь?

– Тебя…

– Вот так?.. – Макс снова ввёл в неё два пальца, лениво лаская.

– Нет…

– Может, так? – и он добавил ещё один палец.

– Нет… твой…

– Мой что?

Мужские пальцы двигались всё быстрее, снова подталкивая Кай к краю безумия. Но сейчас этого уже было недостаточно. Она хотела его всего.

– Твой член… Хочу почувствовать его в себе… Пожалуйста…

Макс ухмыльнулся, рывком поднимая её обтянутые чулками ноги, и закинул их себе на одно плечо, стягивая тонкие трусики. У Кай перед глазами засверкали звёзды от того, как резко и глубоко он вошёл в неё, тут же начиная размашисто вбиваться на всю свою длину, крепко сжимая пальцами её бёдра. И она отпустила себя, уже даже не пытаясь сдерживать крики удовольствия, вырывающиеся из груди. Хорошо, ей было невероятно хорошо в этот момент.

Тихо рыча, Макс то замедлялся, то снова ускорялся, чувствуя, как и перед его глазами встаёт пелена яростного желания, отключая остатки разума. Схватив рукой чёрный галстук, он намотал его на кулак и потянул. Плотная ткань заскользила по тонкой шее, туго затягиваясь, и Кай снова выгнулась, жадно хватая губами воздух сквозь затихающие стоны.

Она как будто поднималась сейчас на эшафот, точно зная, что через несколько секунд деревянные балки под ней исчезнут, а она сама провалится в пустоту, повисая на тонкой верёвке. А Макс с каждым жёстким движением всё ближе и ближе подталкивал её к этой пустоте, сулящей маленькую смерть.

Одной рукой разведя в стороны её ноги, Макс заставил Кай обхватить себя ими и угрожающе зашипел сквозь плотно сжатые зубы:

– Я хочу, чтобы ты трогала себя. Хочу посмотреть, как ты ласкаешь себя.

В голове всё взрывалось, его вибрирующий голос доносился как сквозь толщу воды, но тело, захваченное эйфорией не могло сопротивляться. Разжав пальцы, онемевшие от сильной хватки за край стола, Кай опустила руку на свою грудь, подпрыгивающую в такт толчкам, несколько раз пощипывающими движениями прошлась по невероятно чувствительным сейчас соскам и повела её вниз, туда, где Макс пронизывал её уже гораздо более медленными движениями. Немного расслабив галстук, он дал ей возможность глотнуть столь необходимого воздуха, а себе – продлить их общее удовольствие.

Добравшись до желанного места, Кай опустила пальцы на клитор и начала массировать его круговыми движениями, прикрывая глаза. Макс не отрывал взгляда от её пальцев, ловил каждое движение, и когда они задвигались быстрее и напористей, он ускорился и сам, снова натягивая ткань на её шее.

– Макс… – с протяжным хрипом Кай забилась в его руках, сжимая в себе его член и балансируя где-то на краю между реальностью и сном. Он же догнал её через пару сильных толчков, изливаясь в пульсирующую плоть, и практически рухнул сверху, тяжело дыша.

– Детка… – едва слышно прошептал Макс, блаженно жмурясь от порхающих по его плечам женских рук. Казалось, он мог бы провести так вечность. И, пожалуй, это было лучшим завершением такого нервного для него дня.

Через время, когда их дыхание выровнялось, а сердцебиение вернулось в нормальный ритм, Макс осторожно выскользнул из неё и нехотя выпрямился, застёгивая брюки. Притянув Кай к себе, он снял с неё галстук и внимательно осмотрел шею, на которой остался едва заметный красный след.

– Чёрт, прости, – Макс растерянно провёл рукой по волосам. Он раньше никогда себе такого не позволял. – Я не знаю, что на меня нашло.

– Всё… – Кай запнулась, но болезненно сглотнув, продолжила уже гораздо увереннее: – Всё нормально, правда.

И густо покраснев, она отвернулась, пряча глаза и судорожно застёгивая наполовину выдернутую из юбки блузку. Макс несколько секунд наблюдал за ней, пытаясь уловить мысли, скрывавшиеся в её своевольной голове, а потом за подбородок нежно развернул её обратно, пробегая подушечками пальцев по щеке.

– Означает ли этот румянец, что тебе понравилось то, что я сделал?

Кай упрямо сжала губы в тонкую полоску, всё ещё избегая его пытливого взгляда.

– Эй… – большой палец мягко прошёлся по губам. – Ответь. Мне нужно знать.

– Да! Чертовски понравилось! Доволен? – мгновенно вспыхивая, Кай соскочила со стола, отталкивая его и поправляя сбившуюся на талии юбку. Признаться в этом себе было стыдно. А ему – тем более. Но ещё никогда она не испытывала такого сильного возбуждения во время секса.

– Дьявольски доволен, – расплывшись в какой-то особо безумной улыбке, Макс дёрнул её на себя и зашептал в самое ухо: – И тебе не мешало бы переодеться, если ты всё ещё хочешь поработать. А то я опять могу не сдержаться.

Одарив его убийственным взглядом, Кай выскользнула из его рук и поспешно скрылась за дверью в углу, ведущей в раздевалку с маленькой душевой, какие были в каждом кабинете. Там, приведя себя в порядок, она переоделась в узкие голубые джинсы, сидящие низко на бёдрах, красный трикотажный лонгслив с открытыми плечами и белые кеды. В таком повседневном образе она чувствовала себя гораздо комфортнее, хотя и строгие вещи носить она привыкла довольно давно.

Когда Кай вышла обратно в кабинет, Макс стоял, склонившись над включённым столом. Неоновые цифры и буквы издалека выглядели сплошным сгустком синего света, а мужские пальцы, мелькающие над стеклом, казалось бы, в хаотичном порядке, и вовсе сливались в одно пятно. Кай ещё никогда не видела, чтобы он так быстро работал. Хотя, если подумать, она ещё никогда не видела эту часть его работы.

– Я переписал программу, – сосредоточенно произнёс Макс, доделывая последние штрихи. – Теперь она работает гораздо быстрее, но есть маленький нюанс. Её нужно постоянно корректировать на месте, поэтому я иду завтра с тобой.

– Ладно. Как скажешь, – какой смысл был препираться? Ведь он действительно справится с этим гораздо лучше неё.

– И мы даже не спорим. Это не может не радовать, – закончив, Макс поднял голову, тут же наклоняя её набок, и, прищурившись, опёрся руками о стол: – Да ты издеваешься…

– Что? В чём дело? – удивлённо моргнув, Кай осмотрела себя, но не найдя к чему придраться, непонимающе нахмурилась.

– Хорошо, что я не отпер дверь. Пожалуй, вечернюю тренировку я сегодня отменю.

Скептически выгнув бровь, она сложила руки на груди и подошла ближе, ощущая на себе его тяжёлый взгляд, заставляющий кожу как будто пылать:

– Серьёзно? Что именно тебя так возбуждает?

– Открытые ключицы и цвет этих джинсов. Иди сюда…

Захохотав, Кай оттолкнула потянувшиеся к ней руки и начала выпихивать Макса из кабинета:

– Ну уж нет, красавчик. Проваливай отсюда. Тренировки не отменяются.

И она захлопнула дверь перед его носом прежде, чем он успел хоть что-то сказать.

* * *

Всё было как-то неправильно, абсолютно нереалистично. Несмотря на то, что в темноте тридцатого этажа строящейся многоэтажки Кай видела всё чётко и ясно, двигаться становилось всё сложнее и сложнее. Её тело как будто было одним большим куском пожёванной жвачки, размазанной по стене, или застывшим желе, вытряхнутым из формы на плоскую тарелку. Руки и ноги отказывались слушаться. Но удары неизвестного ей парня в чёрном спортивном костюме с капюшоном и в маске удивительным образом не приносили боли.

Когда же она окончательно потеряла способность сопротивляться, парень схватил её за ногу и потащил по усыпанному стройматериалами полу к краю, за которым далеко внизу сиял огнями ночной город. Единственное, что ей оставалось, это цепляться пальцами за холодный бетон в попытке хоть немного отсрочить неминуемую смерть.

Кай уже практически смирилась с неизбежным, когда увидела мелькнувшую на лестнице знакомую фигуру, а через пару секунд Макс снёс неизвестного ей парня с ног, отшвыривая саму её ближе к центру этажа. Ещё никогда она не видела его таким взбешённым и пылающим яростью. Но вместе с тем, Кай различила несколько пулевых ранений, из которых текла кровь, блестевшая в темноте и пропитывающая его рубашку и брюки.

Дикий зверь в образе человека загораживал её собой, стараясь не подпустить парня в чёрном и уловить момент для ответной атаки. А она всё никак не могла встать, чтобы помочь ему.

Неистовая схватка длилась не больше пары минут, но Макс был серьёзно ранен, постоянно переключаясь на её защиту, а его противник как будто просто играл с ним в кошки-мышки в желании утомить и выбить из сил. Словно в старом чёрно-белом кино Кай видела, как в очередной раз отвлёкшись на неё, Макс пропустил сильный удар, опрокинувший его на спину. Он даже не успел перевернуться, чтобы подняться, когда парень в чёрном ловким движением руки достал из-за спины пистолет и выпустил в него всю обойму.

– Макс… – из горла вырвался едва различимый хрип, и Кай кое-как дотянулась до него рукой. Пальцы тут же окрасились тёмно-бордовым цветом.

– Ты же знаешь, так будет с каждым, – донёсся безликий голос из-под маски, но парень тут же снял её со своего лица. – И это только твоя вина.

Кай несколько секунд с ужасом всматривалась в такие хорошо знакомые зелёные глаза, пока не распахнула свои собственные в темноте своей спальни, с диким криком садясь в постели и обхватывая колени руками.

– Макс… – с болью зашептала она, пытаясь справиться со сбившимся дыханием и задавить слёзы, медленно стекающие по щекам. – Это я… Всегда была я…

Достав из прикроватной тумбочки пачку сигарет, Кай кое-как выпуталась из одеяла и, встав с кровати на негнущихся ногах, распахнула настежь окно, подставляя тело колючему зимнему холоду и пытаясь прийти в себя. Её ночные кошмары вернулись. Только теперь на месте Адама был Макс. Выпустив дым в высокое зимнее небо, Кай зажмурилась, приваливаясь спиной к оконной раме.

Ложиться спать уже не было смысла.