Глава 89

Эрдан тем временем рвал и метал у себя в кабинете. Как он и предполагал, мамаша умело сыграла на чувствах дочери, выкурила ее, теперь однозначно будет капать на мозг необходимостью вернуться на родину как можно скорее, ведь только там несчастная женщина сможет восстановить подорванное здоровье. И только при наличии рядом заботливой Арины.

В кресло рухнул в состоянии полнейшего эмоционального бессилия. Можно было бы поступить как ублюдок Вайнер, схватить девчонку и утащить подальше от цивилизации, однако это тоже не выход. А в чем вообще выход? Если только поговорить с хитроумной мамашей.

В этот момент раздался звонок сотового, что странно, номер не определился.

— Слушаю, — все ж ответил.

«— Кронов Эрдан Роданович? — донесся зычный голос на другом конце»

— Да, это я. С кем имею честь?

«— Военный следователь Берт Сакарович Ройс. У нас к вам есть вопросы, которые хотелось бы обсудить в максимально сжатые сроки»

— Можно узнать, что за вопросы?

«— Вы не так давно находились на излечении в Военном госпитале Святого Гойя. Верно?»

— Верно.

«— Так вот, по нашим данным, вам была введена сыворотка Джаспера без необходимых для того жизненных показаний. Сыворотка подотчетный препарат и поставляется в госпитали ограниченными партиями для тяжелобольных и раненых. Нам очень бы хотелось понять, как так вышло, и по чьей инициативе сыворотка была использована для стабильного пациента»

— Когда и куда нужно подъехать? — прикрыл глаза. Этого еще не хватало.

«— Ждем вас через два часа в Военной прокуратуре пятого округа. Не опаздывайте»

— Хорошо.

После Кронов схватил со стола свою кружку и запустил в стену. Однако не поехать он не может, ибо второй раз ему не позвонят, а уже приедут в сопровождении жандармов и под конвоем отвезут в прокуратуру.

— Одно дерьмо за другим, — процедил сквозь зубы, после схватил фуражку и устремился к двери, но открыв ее, так и остолбенел. Напротив стояла Арина. Вся бледная с опухшим носом и губами.

— Можно? — всмотрелась ему в глаза.

— Да, проходи, — скорее отошел в сторону. — Но только недолго, у меня появились срочные дела.

— Ладно, — шагнула внутрь, закрыла за собой дверь. — Постараюсь коротко, — и взяла дракона за руки, — Эрдан, я верю в то, что говорю. Верю в свою любовь к тебе. И наверно, моя мама могла схитрить, просто ей очень не хочется, чтобы дочь была шлюхой. Еще ей сложно понять, как так можно жить под одной крышей, спать вместе, но не иметь возможности ни выйти на прогулку вдвоем, ни магазин посетить, ни за руки взяться при всех. Мне тоже это сложно понять. Да, иного выхода, кроме как принять правила игры, нет. Прошу тебя, не злись на нас… — заключила его лицо в ладони, — так уж сложилось, что отношения между человеком и драконом сопряжены с выбором одного стать тенью другого, — вдруг вытянулась в струнку и зашептала в губы. — Я хочу быть с тобой, Эрдан, только с тобой. Хочу делить с тобой постель, душевую кабину, кухонный стол, диван и любой другой предмет мебели. Знай это, мой любимый дракон… А мама… она мама. И только она одна поддерживала меня, помогала, утирала сопли.

В ту же секунду он подхватил девушку под бедра и усадил на край письменного стола. Ее признание разлилось негой по телу, а внутренний зверь и вовсе впал в состояние космической невесомости, утратив связь со всем мирским.

— После такого даже не думай, что сможешь от меня отделаться, — только сейчас заметил, что она пришла в сарафане.

— Не хочу от тебя отделываться, — схватилась за ремень на его брюках.

Эрдан в свою очередь стянул с Арины трусики. Остальное происходило как в тумане — вязком, тягучем, горячем. Настолько горячем, что термометр, висевший на стене, в какой-то момент показал максимально возможную температуру.

— Теперь ясно, почему от тебя все девушки выходили слишком красные и слишком помятые, — произнесла сквозь тяжелое дыхание. — Ты их здесь не столько жарил, сколько варил.

— Не надо о других, Арин, — так и лежал лбом на ее плече, — больше нет никаких других, и не будет.

— Кажется, ты куда-то торопился.

— И всё ещё тороплюсь, — без какого-либо желания поднял голову, — но для начала провожу тебя домой.

Знала бы сейчас Арина, как он счастлив и благодарен ей за то, что пришла сама, за всё сказанное и отданное в виде энергии. Кажется, теперь ему не страшен даже военный следователь. Хотя, расслабляться ни в коем случае нельзя. Военная жандармерия куда серьезнее гражданской. И если уж вцепятся в задницу, то не отпустят, пока не добьются своего.

— Удачи, — скромно улыбнулась, когда Эрдан открыл для нее дверь в подъезд.

— Спасибо. Как освобожусь, наберу.

Но стоило девушке подняться в квартиру, как ее телефон завибрировал. Звонила Стеша.

— Привет, — ответила сразу.

«— Привет, Арин. Я сейчас на работе. В общем, с тобой хочет поговорить Ирит Лемановна»

— Хорошо.

«— Окей. Тогда передаю трубку»

В следующую секунду Арина услышала голос госпожи Вайнер:

«— Добрый день, Ариана. С тобой все в порядке?»

— Да, Ирит Лемановна. Все хорошо. И простите, что я… — однако она перебила.

«— Скажи, ты могла бы приехать сегодня? Нам необходимо обсудить дальнейшее сотрудничество»

— Я постараюсь.

«— Очень надеюсь на встречу, — и послышались короткие гудки»

Отлично. Час от часу не легче.

Конечно же, мама как услышала, что дочери надо срочно уехать, так снова схватилась за сердце. Правда, узнав, куда именно, как-то быстро пришла в себя.

— И еще, мам… — Арина решила наконец-то расставить все точки над «и». — Я буду с Эрданом. Перееду к нему. Очень хочется верить, ты тоже.

— До чего же глупая, — закачала головой. — Ничему-то тебя жизнь не учит.

— Скажи, ты точно справишься с Данькой? Или мне все-таки перенести поездку?

— Справлюсь. А о переездах мы еще поговорим.

Путь до дома Вайнеров занял положенные два часа. Еще сидя в автобусе, Арина заметила, насколько стало прохладнее. За всей беготней и нервами она даже не обратила внимания на то, что погода изменилась. Сорокапятиградусная жара уступила место нормальным показателям в двадцать градусов, что сейчас подсвечивались зеленым на внутреннем табло над дверями.

Интересно, о чем хочет поговорить Ирит? Наверно о том, что держать у себя столь нерадивую работницу не собирается. Оно и правильно. Увы, последнее время от нее никакого толка. А зарплату за просто так ей платить никто не обязан.

На крыльцо поднялась добро, у дверей как всегда повстречала охрану. Верзилы для начала сообщили о визитере, только потом впустили Арину в дом. Тут и Стеша показалась.

— Наконец-то, — прошептала чуть слышно. — Иди в кабинет.

В ответ последовал кивок, и девушка поспешила на второй этаж. Ирит появилась спустя пять минут. Сегодня она была в черном комбинезоне с широким поясом, на ногах красовались туфли на высокой платформе, в ушах мерцали увесистые серьги.

— Рада, что ты так быстро приехала, — скупо улыбнулась, затем зашла в кабинет, — заходи.

Арина проследовала за ней и остановилась в паре метров от хозяйского стола.

— Давай сразу к делу, — Ирит меж тем устроилась в широком кресле, — я в курсе всего, что случилось между тобой и моим сыном. Он похитил тебя, держал в доме где-то в горах, затем был арестован и отправлен в комиссариат, откуда едва унес ноги.

— Что значит, едва? — вмиг нахмурилась.

— Его там сильно избили, даже руку сломали, — и криво усмехнулась, — однако Марк разбираться с этим форменным беспределом не хочет, а я не настаиваю. Главное, что всё закончилось. Закончилось ведь?

В ответ Арина неуверенно кивнула.

— Это хорошо. Так вот, в свете всех событий и того, что у тебя слишком много нерешенных личных вопросов, думаю, нам лучше расстаться. А за неблаговидный поступок сына я готова заплатить тебе сумму в размере трех месячных окладов.

— Как и тогда, так и сейчас, мне ничего не нужно, Ирит Лемановна. Ваш сын вреда мне не причинил. Что касается увольнения, с ним я тоже согласна. Как себя чувствует Марк?

— Идёт на поправку, готовится к свадьбе. Ах да, — и потянулась к телефону, что лежал на столе, после чего сняла трубку, затем набрала короткий номер, — Руан, будь добр, отыщи Стефанию и попроси ее подняться в кабинет. Благодарю.

Стеша пришла буквально через пару минут.

— Вызывали, Ирит Лемановна? — приоткрыла дверь.

— Да, да, заходи, — поманила ее к себе.

— Слушаю, — встала рядом с Ариной.

— С Арианой мы уже всё решили. Теперь с тобой. С сегодняшнего дня наша семья больше не нуждается в твоих услугах.

На что Стефания захлопала глазами, растерялась было, но довольно быстро собралась:

— Можно узнать, по какой причине?

— По причине твоего нынешнего положения. Беременным запрещены частые контакты с чистящими средствами, как и активные физические нагрузки. Мне не хочется потом отвечать за тебя, случись какая-нибудь неприятность. А тебе стоит найти работу не сопряженную с физическим трудом. Само собой, я понимаю, что быстро новое место найти вряд ли получится, потому готова выплатить тебе четыре месячных оклада. Согласна?

— Согласна, — произнесла с небывалой легкостью, чему очень удивилась Арина.

— Рада, что мы нашли общий язык. В таком случае вы свободны. Можете идти вниз, а я пока выпишу на твое имя, — глянула на Стефанию, — чек.

Когда спускались вниз, Арина не выдержала:

— Прости, — легонько коснулась плечом плеча подруги, — это, скорее всего, из-за меня. Из-за всей этой истории с Марком, да и моими прогулами.

— Ох, Аринка. Хватит уже. Мир не крутится вокруг тебя одной, — улыбнулась совершенно искренне, — если старушка на улице поскользнется на банановой шкурке и упадет, ты тоже себя винить будешь? Мол, видела, но не успела подбежать? Прекращай. Меня бы уволили в любом случае. Чуть раньше, чуть позже, не суть. А причиной тому беременность. Да и плевать я уже хотела на этот дом с его весьма подмоченной репутацией. Каждый здесь хочет казаться благородием, на деле же у всех по скелету в шкафу, а то и по два. Тут мне узнать довелось. Оказывается, наш достопочтенный Берган Дебросович тот еще ходок налево. Буквально сразу после этой новости выяснилось, что Ирит всегда знала о его походах, а знания эти запивала виски, но в силу природы тот выветривался быстрее, чем все успевали заметить ее под мухой. Что уж говорить о Марке. О нем ты и сама все прекрасно знаешь.

— Да уж…

— Как мама? Она знатно накрутила себя после твоего отъезда. В итоге пришла ко мне, начала плакать, причитать, грозиться вот-вот умереть. Я не вытерпела и налила ей вина, потом еще подлила, и еще.

— А как же врач? — уставилась на нее круглыми глазами.

— Врач был. Пришел, посмотрел, понюхал и посоветовал средство от похмелья. Ну, я сбегала в аптеку, купила спасительные таблеточки.

— Почему мне не рассказала обо всем?

— Решила, что вам надо поговорить по душам. Она любит тебя, ты ее, но дракон встал между вами, — улыбнулась еще шире. — Прости, Арин.

— Да ладно, — махнула рукой, — уж лучше пусть так, чем, если бы ей действительно стало плохо.

— Вот и я так считаю. А сейчас идем в кухню, выпьем чаю с Эльгой на прощание. Потом еще дома отметим мой переезд. Я ведь, можно сказать, уже на чемоданах. Ты-то как, куда?

— Надеюсь, к нему, — произнесла на выдохе. — Осталось только маму уговорить.

— Уговоришь. А когда переберетесь к Эрдану, уверяю, ей сразу станет лучше.