Глава 27

Оставшийся день провожу на террасе, переодевшись в найденный среди вещей новенький купальник, моего любимого оранжевого цвета и принимая солнечные ванны на удобном плетеном лежаке. Наслаждаюсь приятным моментом спокойствия под гипнотические звуки разбивающихся о камни волн.

После ужина Бель и Христин прощаются со мной, оставляя в доме с охраной, которую я с утра больше не вижу. Но я знаю, что они следят за мной по камерам, расставленным по всему дому, кроме спальни. Адриан уехал с самого утра и даже не звонил. Почти уверена, что сегодня его можно не ждать и почему-то это расстраивает. Мне стоит отпечатать в своей голове несмываемыми чернилами, что наш брак ненастоящий, так мне будет гораздо легче жить и сохранять свое сердце невредимым.

Солнце уже прячется за горизонтом, окрашивая небо в оттенки желто-оранжевого и розового, когда переодевшись в шелковый пеньюар на тонких бретельках пудрового цвета и надев сверху длинный халат из того же комплекта, я вхожу в гостиную. Все пространство залито закатным светом, и это выглядит поистине потрясающе. Ноги сами несут меня к роялю, и, став напротив, провожу пальцами по гладкой полированной поверхности закрытой крышки. Сажусь на круглый крутящийся стул и поднимаю крышку, открыв доступ к черно-белым клавишам. Воспоминания с головой окунают во времена, когда в моей жизни еще была любимая тетушка, и, поддавшись порыву, опускаю пальцы на инструмент, начиная по памяти наигрывать красивую, но немного грустную мелодию из творчества Шопена. Странная печаль, скопившаяся внутри, вырывается наружу, и пальцы все быстрей начинают перебирать клавиши.

Удивительно, как мне удается всего раз сбиться, ведь в последний раз я садилась за рояль лет восемь назад. Ухожу в странное трансовое состояние, наслаждаясь звуками, наполнившими весь дом.

– Не знал, что ты умеешь играть, – пальцы резко замирают, от звука бархатистого голоса за спиной.

Щеки начинают пылать от смущения. Совсем не ожидала, что он может вернуться так рано.

Как давно он наблюдает за мной?

– Я уже закончила, – собираюсь закрыть крышку и встать.

– Нет, не надо, – на мои плечи опускаются большие теплые ладони, удерживая на стуле. – Поиграй еще, – голос становится глубже с ярко выраженной хрипотцой.

Вернув пальцы на инструмент, снова начинаю играть, но уже другую мелодию, которой, как и предыдущей меня научила тетушка. Руки Адриана все так же продолжают неподвижно лежать на моих плечах, и я ощущаю себя словно в коконе. Его мужественная аура окутывает полностью. Она поглощает окружающее пространство, сузившись до размера нас двоих.

Когда я заканчиваю играть, на мгновенье повисает молчаливая пауза, разбавляемая только шумом морского прибоя со стороны открытых дверей террасы.

– Кто научил тебя играть? – Адриан первым нарушает тишину.

– Тетушка Мэри, двоюродная сестра моей мамы.

– У тебя был хороший учитель, это очень красиво звучит. Ты продолжаешь играть?

– Нет, я не делала это уже очень давно.

– Почему? У тебя определенно талант.

– У меня не сразу начало получаться. Я часто психовала и бросала обучение, но тетушка настаивала, видя во мне потенциал, и со временем я вошла во вкус. Но потом тетя умерла, и Говард начал запрещать мне играть, считая это бесполезной тратой времени. Но я все равно играла ему назло, пока он не приказал убрать из нашего дома подаренной мне тетей рояль.

– Твой отец – настоящий идиот, – он собирает мои волосы и перекидывает на одно плечо, открывая доступ к шее.

Я чувствую, как он наклоняется ко мне и нежно касается носом места под мочкой, пуская мурашки по коже.

– А к-кто в твоей с-семье играл? – голос придает, отдаваясь дрожью.

На доли секунды Адриан прекращает свои манипуляции и не сразу отвечает.

– Моя мама. Она была известной в штатах пианисткой, – снова продолжает сводить с ума, захватив губами мочку.

– Адриан…

– М? – проходится горячим языком.

– Я устала и собиралась лечь спать пораньше, – придумываю нелепую причину сбежать и не поддаться очередному сладостному безумию. Я больше не могу контролировать нарастающие чувства.

– Ляжем вместе, bella, но позже, – резко разворачивает на стуле к себе.

Коленом разводит мои бедра, пристроившись между ними, отчего низ пеньюара задирается, явив взору кружевные трусики. – Я слишком сильно хочу тебя, – поднимает мое лицо за подбородок, заставляя посмотреть в темно-серую бездну.

– Не надо, я не хочу, – шепчу пересохшими губами, утопая в водовороте гипнотических глаз.

– Хочешь, bella, – проводит пальцами по моим губам. – Мы оба это знаем, – внезапно подхватывает меня за талию и усаживает прямо на клавиши.

Гостиную мгновенно заполняет громкий низкий вибрирующий звук, эхом отскакивающий от стен. Охаю, ощутив прижимающийся к промежности каменный пах, и хватаюсь руками за край клавишницы.

Адриан рывком спускает с моих плеч халат, оголяя острые ключицы.

Обхватывает рукой шею, слегка сжимая ее, и блуждает обжигающим взглядом по лицу. Начинаю буквально гореть изнутри, видя в его глазах безумное вожделение, обожание и восхищение.

– Ты как Елена Троянская, Эверин. Если бы ты только дала волю своему очарованию, смогла бы разжигать целые войны за твое расположение, – вторая рука опускается на мое бедро, опаляя кожу горячим прикосновением.

– Во мне нет ничего такого, я просто Эверин.

– Ошибаешься. Я вижу то, чего не видишь ты.

– Хватит ненужной лести, Адриан.

– Никакой лести, я говорю то, что думаю. Мне ни к чему играть в игры со своей женой.

– Я твоя жена только на бумаге.

– Хм…в самолете ты считала по-другому, – рука с шеи поднимается к подбородку.

– У меня было временное помутнение, – сглатываю вязкую слюну, ощущая, как ужасно пересохло в горле.

– Продолжай и дальше обманывать себя, девочка. Твое тело, твой пульс и твои сияющие глаза говорят все за тебя.

– Это всего лишь животные инстинкты.

– Маленькая упрямица, – стремительно наклоняется и с горловым рыком припадает к моим губам, сразу завладевая ртом во властном и требовательном поцелуе.

Его жадный язык находит мой, сплетаясь в бешеном ритме, и реальность покидает мой разум. Низ живота пронзает разрядом тока, и мелкая дрожь проносится по всему телу.

Перестав контролировать себя, зарываюсь двумя руками в мужскую шевелюру, с особой дикостью отвечая на поцелуй.

Резким движением он дергает за бретельки пеньюара, и те не выдерживают, с треском отрываясь. Легкая ткань спадает, задержавшись на талии и обнажая грудь. Розовые камушки сразу твердеют, потеревшись о ткань рубашки, которую так хочется сорвать с него и убрать хоть какое-либо препятствие между нами. Чтобы даже воздух не просочился.

Обе руки опускаются на мои ягодицы и сжимают их, толкая к внушительной эрекции. Стон нетерпения вырывается из груди, и я тянусь дрожащими пальцами к пуговицам рубашки, начав расстегивать их. Пальцы совершенно не слушаются, и я начинаю хныкать, вызывая глухой смешок у Адриана. Он отрывается от моих губ и спускается губами к подбородку. Захватывает его зубами. Покусывает и сразу проходится горячим языком.

Наконец-то, справившись с последней пуговицей, распахиваю полы рубашки и срываю ткань с широких плеч. Прогнувшись в пояснице, звучно выдыхаю, прижавшись налившейся желанием грудью к горячему мускулистому телу.

– Такая отзывчивая малышка, – хрипло шепчет, проводя влажные дорожки от шеи к ключицам.

– Заткнись, – тяжело дышу, проводя кончиками пальцев по рельефным бицепсам.

– Заткнусь, как только займусь твоей сладкой киской, – резко подхватывает меня под ягодицы и поднимает, усаживая на крышку рояля.

Теперь моя промежность находится на уровне его груди, и волнение захлестывает. Он берется за резинку моих трусиков, стягивая их по ногам. Швыряет в сторону, устремив почерневший взгляд прямо на то самое место.

– Ад-дриан? – растерянно хлопаю глазами. – Что ты задумал?

– Тебе понравится, bella, – ухмыляется. – Ляг, – нажимает ладонью мне на грудь, и я подчиняюсь, дрожа от волнительного предвкушения.

Он берет одну мою ногу и начинает покрывать короткими поцелуями место подъема, немного щекоча щетиной нежную кожу. После чего переходит к пальчикам, захватывая каждый губами и лаская языком.

– Оохх… – судорожно выдыхаю, зажмурив глаза от совершенно новых для меня ощущений.

– На меня смотри, bella, – властно требует муж, и я распахиваю глаза, посмотрев на него затуманенным взглядом. – Я хочу, чтобы ты смотрела, как я буду ласкать каждый сантиметр твоего божественного тела.

– Д-да… – шепчу дрожащими губами, обхватив одной рукой свою шею.

– Умница моя, – продолжает сводить с ума, перемещаясь к внутренней стороне бедра, но не переходит грань, переключаясь на другую ножку.

Внизу живота уже настоящий пожар, и тело жаждет большего, заставляя начать ерзать на крышке рояля.

– Адриан…прошу…

– Чего ты хочешь, Рини? Скажи мне, девочка? Я сделаю все, что ты попросишь.

– Прошу…сделай это.

– Не понимаю тебя, дорогая? – издевается, улыбаясь.

– Ты знаешь, Адриан, – готова начать умолять.

– Понятия не имею, о чем ты.

– Я хочу твой чертов язык там! – выпаливаю, краснея, и указываю на свою промежность.

– Так бы сразу и сказала. С удовольствием, малышка, – наклоняется, коснувшись языком чувствительного бугорка.

– Ох…даа… – вздрагиваю, судорожно выдохнув от сладостных ощущений движения языка по набухшей плоти.

– Обожаю твой вкус, – муж разводит мои ноги шире и начинает вытворять что-то невообразимое, доводя меня до исступления.

Оргазм приходит быстро и неожиданно, как это часто бывает с этим мужчиной.

Пока меня все еще трясет, он снова подхватывает меня за талию и возвращает на клавиши, которые снова издают громкий звук. Освободившись от остальной одежды, запрокидывает мои ноги себе на плечи и упирается своим возбуждением к входу.

– В глаза, bella, – приказывает, сжимая шею, и в следующую секунду толкается в меня одним резким движением до самого упора.

Из груди вырывается громкий протяжный стон в унисон с глухим хриплым рычанием, и я теряюсь в ощущениях, когда он начинает двигаться, быстро набирая запредельный темп.

Время замирает. Пространство вокруг перестает существовать. Лишь только он. Мужчина, присвоивший себе мое тело. И сумевший пробраться глубоко под кожу, что пугает гораздо больше, чем физическая зависимость.

Запрокидываю голову, ощущая нарастающее напряжение, сигнализирующее о приближении очередной разрядки. Глаза закатываются от блаженства, и я запрокидываю голову, прикусив нижнюю губу. В неосознанном порыве впиваюсь ногтями в мужские ягодицы, и сама двигаюсь ему навстречу, неумолимо подходя к финалу.

– Смотри на меня, Эверин, – хрипит низким басом, сжав мои волосы в кулаке, и я возвращаю взгляд к его лицу. – Я хочу видеть твои глаза, когда ты будешь кончать для меня, – квадратная челюсть напрягается, и я вижу, как на его лбу вздуваются вены.

Он совершает еще несколько поступательных движений, каждое из которых сопровождается низким звуком клавиш рояля, и через доли секунды меня накрывает безумный оргазм.

– Адриан, о боже! – выкрикиваю, содрогаясь всем телом, и не отвожу глаз от бездонной серой дымки.

– Ты мое совершенство, bella, – опускает мои ноги на изгибы своих локтей и ухватившись руками за крышку стола, фиксирует меня в еще более откровенной позе.

Наклонившись, накрывает мои дрожащие губы поцелуем, продолжая погружаться в меня с не меньшей силой.

Почти не осознаю, когда наступает очередная более интенсивная разрядка. На миг моя душа покидает тело. Усилием воли прихожу в себя, только когда мой муж присоединяется ко мне, излившись прямо на мой живот. Язык становится настолько тяжелым, что я не могу произнести и слова. Тело окутывает приятной негой, и глаза начинают сами собой слипаться.

Словно в тумане осознаю, что Адриан несет меня по лестнице наверх и, оказавшись в нашей спальне, аккуратно опускает на кровать. Глаза закрываются, и я погружаюсь в сонное забвение с пониманием того, как сильно вляпалась.