Глава 29

Адриан

Нас обоих все еще потряхивает от испытанного дикого оргазма. Прижимаю жену к себе, вдыхая, как настоящий токсикоман ее цитрусовый запах, смешавшийся с запахом секса. Наши сердца быстро бьются в унисон. Дыхание постепенно выравнивается.

Вот это скачки она мне устроила, да еще и после такого крышесносного минета. Ее умелый ротик вытворял со мной, то, отчего я чуть не кончил как гребаный подросток. В какой-то момент чертовы мысли о том, что она не только со мной это вытворяла, но и со своим бывшим любовничком вызвали неконтролируемую злость. Пришлось задвинуть бессмысленную ревность куда подальше. Всегда думал, что это отвратительное чувство мне совсем несвойственно, но после появления в моей жизни белокурой бестии я в полной мере ощутил его на себе.

– Ты недоела свой завтрак, bella, – целую ее в обнаженное плечо, подав с пола платье.

Очередное порванное мной белье, прячу в карман шорт. Не знаю, откуда взялась эта странная тяга рвать на ней одежду, но, кажется, я вошел во вкус.

– Мне нужно в душ, – отстраняется, вставая с меня, и я замечаю, как все еще дрожат ее ноги.

Она надевает платье через голову, поправив юбку.

– Доешь, а потом сразу пойдешь в душ. Ты должна быть сыта, – застегиваю ширинку.

– Почему? – возвращается на свое место, сразу взяв недоеденный кусок пирога.

– У нас будет насыщенный день.

– Мы куда-то поедем? – откусывает пирог, с аппетитом поедая его.

– Да.

– Куда? – спрашивает с набитым ртом, и это ее подростковая непосредственность вызывает внутри теплые чувства. Одна из ее черт, которая привлекла меня когда-то.

А еще я стал чаще улыбаться, как только эта девушка появилась в моей жизни. Вчера, когда слушал ее игру на рояле, улыбка не сходила с моего лица. Знакомые звуки окунули в приятные воспоминания. Я будто оказался намного лет назад в той самой гостиной в один из наших семейных вечеров. Когда-то за тем же роялем сидела моя мать и играла красивую классическую мелодию, а отец стоял, облокотившись о крышку, и слушал, не сводя с нее глаз, пока мы с сестрой играли на ковре в какую-то игру.

– Потом узнаешь. Считай это очередным свиданием.

Вижу, как зеленые глаза сразу загораются и уголки все еще распухших губ приподнимаются.

– Ладно.

– Ешь, bella, – сам принимаюсь за еду, параллельно любуясь дерзкой красавицей, и ловлю себя на мысли, что это, пожалуй, один из лучших завтраков за последние много лет.

Через час выходим из дома, и охранник, ожидающий нас у машины открывает дверь. Помогаю Эверин забраться и сам сажусь рядом.

– Почаще носи платья, они тебе очень идут, – отвешиваю искренний комплимент, и моя жена лишь фыркает, отвернувшись к окну.

Я вижу, как на щеках появляется милый румянец и меня всегда умиляет ее смущение.

– Тебе понравились вещи, которые я попросил купить для тебя? – беру ее руку в свою, поцеловав тыльную сторону.

– Ты зря потратился, я могла взять и свои вещи. А некоторые я точно никогда не надену, – как я успел понять, принимать подарки она совершенно не умеет также, как и комплименты.

– Какие?

– Вечерние платья.

– Как раз сегодня вечером у тебя будет повод надеть одно из них.

– С чего бы это? – поворачивается ко мне, прищурив мятежные глаза.

– Мы приглашены на праздничный банкет по случаю семидесятилетнего юбилея мэра Миконоса.

– Ты знаком с мэром?

– Наши семьи дружат много лет.

– Не думаю, что мне стоит ехать с тобой.

– Стоит, bella. Ты моя жена, и должна сопровождать меня на всех светских мероприятиях.

– Я ненавижу все эти пафосные сборища, – кривится, открыто выражая свое негодование.

– Я знаю, но мы должны там быть. Я обещаю, что мы не будем задерживаться надолго.

– Как знаешь, Адриан. Отказаться ты мне все равно не позволишь и потащишь силой, как это сделал, привезя сюда, – снова отворачивается от меня.

– А тебе здесь так не нравится, bella? – возвращаю ее лицом к себе за подбородок.

Она не сразу отвечает, задумчиво блуждая взглядом по моему лицу.

– Нравится. Но это всего лишь первое впечатление.

– Уверен, твое впечатление не изменится, – провожу подушечкой большого пальца по родинке рядом с губой.

Постоянно касаться ее стало какой-то особой потребностью.

– Хм…посмотрим, – нарочито дерзко заявляет, вызывая у меня смех.

– Ты очень забавная, Рини.

– Забавно–смешная или забавно-придурковатая? – сводит светлые брови на переносице, и я уже откровенно хохочу.

– Не уверен. Пожалуй, и то и другое, дорогая, – целую ее в лоб.

***

Через пятнадцать минут нас привозят к месту назначения, и когда мы выходим из машины, Эверин сразу направляет взгляд на бескрайнюю бирюзовую водную гладь с деревянным пирсом, тянущимся от песчаного берега на метров тридцать. Охранник обходит кузов и, открыв багажник, передает мне нашу экипировку.

– Зачем мы сюда приехали, Адриан? – жена кидает на меня вопросительный взгляд, прикрываясь рукой словно козырьком от яркого солнца.

– Сначала надень это, – протягиваю ей гидрокостюм ее любимого оранжевого цвета и черные коралловые тапочки.

Она опускает взгляд на экипировку, и на доли секунды замирает, а в глазах отражается замешательство.

– Мы будем серфить?

– Нет, – смеюсь. – Если ты не заметила, здесь нет больших волн.

– Кататься на сапборде?

– Хватит гадать, bella. Переодевайся, – взглядом даю знак охраннику отвернуться, чтобы моя жена смогла спокойно переодеться.

Больше ничего не спрашивая, Эверин переодевается, и я делаю тоже самое, оставив наши вещи на заднем сиденье внедорожника.

– Пойдем, – протягиваю ей руку, и она берется за нее, следуя за мной к пирсу, на котором нас уже ждут.

– Что это за место? Здесь совсем нет людей.

– Это один из немногих диких пляжей на острове. Я нашел его шесть лет назад.

– Если он дикий, то откуда здесь пирс?

– Я договорился о его постройке с местных муниципалитетом.

Мы ступаем на пирс и идем, держась за руки. Грудь переполняет приятное трепетное чувство оттого, что я показал это место Эверин, ведь больше никто из моих близких о нем не знает. Раньше я всегда приезжал сюда один. Можно сказать, это мое место силы.

– Здесь очень живописно и умиротворенно. Отличное место для перезагрузки, – констатирует жена.

– Я рад, что тебе нравится.

– Это то, о чем я думаю? – Эверин замечает впереди то, что я для нас приготовил, и красивое лицо озаряет широкая улыбка.

– Да, bella. Мы будем кататься на гидроциклах.

– Ух ты! – нетерпеливо потирает ладони.

– Ты когда-нибудь каталась?

– Никогда, – мотает головой.

– Значит, очередное «впервые» со мной? – смотрю сверху вниз на весь спектр эмоций, который отражается в сияющих изумрудных глазах.

– Кхм…очередное, – ее голос звучит иначе, и я замечаю, как она густо краснеет, нервно заправив прядь волос за ухо.

Интересно, что на этот раз ее смутило?

Но выяснять уже нет времени, мы как раз подходим к краю пирса, где нас встречает мой человек, передавая ключи от скутеров и спасательный жилет для Эверин.

– Надень это, – протягиваю жилет жене.

– Не нужно, он будет только сковывать меня.

– Я сказал, надевай, Эверин.

– А ты сам почему без жилета?

– Потому что я делал это уже сотню раз.

– Я отлично вожу скутеры и байки, не вижу большой разницы с водным мотоциклом.

– Как знаешь, – впервые решаю не настаивать, не желая накалять обстановку. Взрывной характер моей жены может проявиться в самый неподходящий момент.

Помогаю ей сесть, показывая управление, которое на самом деле совсем несложное.

– Все поняла? – уточняю.

– Все элементарно.

– Далеко от меня не отъезжай и будь всегда в поле зрения, – меняю тон на более серьезный.

– Поехали уже, – заводит движок.

– Нетерпеливая, – качаю головой и сажусь на свой гидроцикл.

– Ну что, посмотрим кто быстрей? – с алчной улыбкой произносит строптивица и газует, уезжая вперед.

– Потише, шустрая! – смеюсь, газуя за ней, но мои слова вряд ли слышны.

Догоняю жену, и она поворачивается ко мне, вся светясь от счастья.

– Это мега круто, Адриан! – кричит, объезжая меня по кругу и едва не сталкиваясь со мной.

Когда дело касается адреналина, моя жена становится абсолютно неуправляемой.

– Лучше, чем на твоем стареньком скутере? – ездим по плавной зигзагообразной траектории.

– Эй, не обзывай моего верного коня. Он служил мне верой и правдой не один год.

– К твоему сведению, твой верный конь мог убить тебя в любой момент на дороге. Мои люди проверили его и там нужно менять чуть ли не половину деталей.

– Ни хрена подобного!

– Ты снова за свое? – виляю задом гидроцикла, обливая жену за ее грязные ругательства.

– Ах так? – делает резкий рывок, обливая меня в ответ, и уезжает вперед, выдавливая газ на максимум.

Жена стремительно отдаляется от меня и закатив глаза, еду за ней. Обращаю внимание, что чем дальше от берега мы уезжаем, тем выше становятся волны, хотя их не было видно с большого расстояния. Гидроцикл начинает буквально подпрыгивать на волнах, но я как опытный водитель смогу справиться, в чем я не уверен насчет своей бесстрашной жены. И как только я думаю об этом, замечаю, как гидроцикл Эверин кидает на волну и тот летит боком, ударяясь о другую волну, сбрасывая жену с сиденья.

– Эверин! – кричу и пытаюсь выдавить из движка все, что только можно.

Сердце бешено колотится в груди, и чувство страха холодным змеем бежит по позвоночнику. Когда подъезжаю к дрейфующему пустому гидроциклу, начинаю судорожно искать жену глазами. В метрах пяти замечаю брызги и то, как светлая макушка уходит под воду.

Без раздумий ныряю и с такой силой перебираю ногами и руками, что доплываю до жены меньше чем за минуту. Она барахтается под водой с видом полного ужаса на лице, и я подхватываю ее за талию, стремительно выталкивая на поверхность. Эверин делает глоток воздуха и заходится сильным кашлем, успев наглотаться воды. Цепляется за меня, как за спасательный круг, царапая шею ногтями. Ее лицо красное, а в округлившихся глазах все еще плещется паника.

– Все хорошо, малышка. Ты в порядке, – пытаюсь успокоить ее, крепко прижимая к себе. – Дыши, Рини. Дыши, девочка, – глажу ее по спине.

Медленно подплываю к своему гидроциклу, и Эверин хватается за край подножки. К счастью, кашель быстро заканчивается и хрупкое тело начинает бить мелкая дрожь. Ставлю руки по обеим сторонам от нее, давая понять, что она в безопасности. Сжимаю челюсти, начиная не на шутку злиться.

– Почему не сказала, что плавать не умеешь, глупая?! – повышаю голос.

– Ты не спрашивал, – произносит осипшим голосом, и я осознаю, что моей вины в произошедшем не меньше.

– Тогда жилет должна была надеть! Какого черта ты вытворяешь, Эверин?! Жить надоело?! – кричу, уже не контролируя себя.

– Не надоело. Я не собиралась падать в воду, – обиженно бухтит отворачиваясь от меня.

– Не собиралась она! Что ни день, то приключения ты мне устраиваешь!

– Ну так разведись со мной.

– Даже не надейся, bella. Назад поедешь со мной. Сама забраться сможешь? – заставляю себя успокоиться.

– Смогу, – упирается на руки, и я придерживаю ее за попку, подталкивая вверх.

Как только она оказывается на сиденье, забираюсь следом и сажусь за руль. Прежде чем поехать, поворачиваюсь к ней.

– Сильно испугалась? – заглядываю в покрасневшие зеленые глаза.

– Н-нет, – рвано произносит, и я замечаю, как начинает дрожать нижняя губа, сигнализируя о то, что она вот-вот расплачется.

– Иди ко мне, – хватаю ее за предплечье и тяну к себе, усаживая на бедра к себе лицом.

Она прижимается ко мне своим миниатюрным дрожащим телом и уткнувшись в шею, начинает в голос плакать.

– Ты в безопасности, маленькая, – забираю ее в плен своих объятий. – Все хорошо, – глажу ее по мокрым волосам.

Впервые вижу ее такой уязвимой, а значит, моя жена действительно перепугалась.

Просидев минут пять, пока Эверин окончательно не успокаивается, пересаживаю ее назад, приказав крепко держаться за меня.

Почти весь путь до дома в машине она молчит, отвернувшись от меня и виновато опустив плечи. Но я тоже не могу избавиться от чувства вины, подвергнув ее опасности.

– Ты как? – обращаюсь к ней, пригладив спутавшиеся светлые пряди.

– Нормально, – сипло произносит и поворачивается ко мне, посмотрев мрачным взглядом.

– Прости, это я виноват.

– Ты не виноват. Просто я переоценила себя.

– Мне даже в голову не пришло, что ты можешь не уметь плавать.

– Кажется, не только я себя переоценила, – на пухлых губах появляется печальная улыбка.

– Да уж…такая у нас семейка странная, – убираю с ее щеки прилипшую влажную прядь.

– Можно больше без свиданий на воде?

– Можно, bella, – хрипло смеюсь, вот только внутри до сих пор бушуют отголоски страха.