Глава 2. Метания, терзания и сомнения

— Никогда нельзя быть настолько самоуверенной, радость моя, — меня щелкнули пальцам по носу. — Это ты сейчас думаешь, что уложишь. А ведь скелет может оказаться и не чахлым.

— На вступительном испытании я справилась сразу с несколькими, — заупрямилась. — И я не настолько слаба, чтобы мне не хватило сил на упокоение скелета. Понять только не могу, почему именно ко мне вы относитесь так предвзято? Хотите отправить меня домой? Чтобы не мешалась под ногами, не маячила лишний раз перед носом, как живое напоминание о том, что случится с вами через четыре года. А вдруг я посмею помешать вашему хождению налево? — Да, меня уже откровенно понесло. Куда и надолго ли, сама не знала. Но хотелось выговориться. Дать понять этому остроухому, что я не забитая девчонка, которая будет спокойно сносить такое к себе отношение.

— Что за глупости витают в твоей хорошенькой головке, Холли? — полюбопытствовал Хилт. — Насколько сильно ты успела себя накрутить? И давай на чистоту — ты сама питаешь интерес определенного рода к одному из студентов второго курса. И не надо мне говорить, что это не так.

— А вы думали, что, смотря на вас, я буду мечтать о свадьбе с вами, как о благословении бога… Хотя нет, не очень удачное сравнение, — поморщилась, осознав, что чуть было не сказала лишнего. Не самую удачную выбрала формулировку.

— Го-о-о-орько, — вдруг тихо завыли из могилы, в которой скрылся Жужжен.

— Горько, горько, горько… — послышалось со всех сторон.

Если бы это слово не повторилось несколько раз, я бы подумала, что ослышалась. Заозиралась, пытаясь рассмотреть хотя бы одного скелета, но они не торопились выбираться из своих укрытий. Нашептывали из-под земли и противно хихикали время от времени. И как, спрашивается, их еще никто не застукали за таким странным развлечением?

— Целуй ее, давай, — а вот этот голос я узнала. Фил… — Иначе я сейчас вылезу со свечкой в руках и буду стоять над вами, пока вы не сделаете то, что должно.

— А что должно? — И когда это губы у меня перестали нормально шевелиться. И язык будто онемел.

— Такая ночь, полная луна,

Романтики душа полна.

Коснись его хотя бы раз,

Чтобы он тут впал в экстаз… — а вот это произнес уже Жужжен.

— Этого еще не хватало, — передернула плечами.

И вот, казалось бы, ничего такого не сказала. А рука, удерживающая меня за плечи, потяжелела. А вторая, что так и пряталась за волосами, с силой сжала их в кулак. Из-за этого почувствовала легкую боль. Но больше и не думала шевелиться. Иначе на голове у меня образуется плешь.

— Ой, молодая еще… — почему-то обреченно прошелестел Жужжен, — глупая.

— Так, все, — кажется, Фил потерял остатки терпения, — я вылезаю. И потом не говорите, что не предупреждал. Жужу, где моя ритуальная свеча? Эжи, ты на шухере. Если какой смертный подойдет и попробует подглядеть, напугай его так, чтобы он выскочил отсюда в мокрых штанишках!

— Не надо, — попросила. Голос мой было еще слышно, но Фил затих. Как и все остальные перестали скандировать «Горько». — Что вы от нас хотите? Боги, Хилт, отпусти мои волосы, иначе…

И снова мне не дали договорить! Судя по всему, Шеннон решил послушаться умертвий и, дабы избежать большей шумихи, снова меня поцеловать. И знаете, что я скажу? Усы, если и щекочут, то слегка. И вообще, ощущения довольно приятные. Никогда бы не подумала… Или это еще связано с мастерством партнера? У Хилта же богатый опыт в целовании противоположного пола. Я же даже в этом словно оказалась несмышленым котенком. Иначе бы не теряла голову от прикосновения чужих губ к моим губам. Конкретных губ, если уж на то пошло. Потому что с Вигором я не испытывала ничего подобного.

Поцелуй, который должен был прерваться почти сразу же, затянулся. Я уловила в какой-то миг сомнения мужчины, но они почти сразу же рассеялись, как только я рискнула и на этот раз ответить на ласку. Я! Сама тянулась к своему жениху за продолжением. А тем временем скелеты стали улюлюкать и шушукаться. Для них, вероятно, это все было сродни развлечению. Если бы я могла испытывать что-то подобное. Но нет, для меня это было настоящей пыткой.

— Так, хватит, голубки, — Фил, судя по всему, посчитал, что на этом можно заканчивать. — Я убедился, что моя моральная поддержка вам не упала и вы сами вполне справляетесь. Рад за вас, безмерно рад. Но если хотите уединиться, склеп не самое подходящее место. Мой тебе совет, Хилт, тащи ее сразу в храм. А дальше уже сам знаешь, что делать.

Шеннон прекратил поцелуй, резко вскинул голову и посмотрел куда-то поверх моей головы. Выпускать все так же не торопился. Наоборот, прижал к себе еще крепче, продолжая удерживать одной рукой за волосы на затылке, а второй приобнимая за талию. Ладно… чуть пониже талии. Стыд-то какой! Я ведь перед отцом со стыда сгорю, если он узнает, что его единственная дочь повела себя подобным образом! И попробуй потом оправдаться, что это мой жених и по факту мы имеем на подобную вольность права. Ведь в поцелуе нет ничего такого… А вот если папа узнает, что до этого я целовалась с другим магом…

— Совсем смутил девочку, — запричитал пока еще невидимый для меня Филипп. — Чую, как она буквально кипит от смущения.

Знал бы он, чем это самое смущение вызвано.

— О да, она у меня настолько горячая, что часто закипает. Не знаешь, чем таких особ можно остудить?

— О-о-о-о, — довольно протянул Фил, — способ есть. Но твоей невесте он не очень понравится. Не доросла она еще до таких разговоров. А уж про практику и говорить нечего.

С чего это, спрашивается, у меня уши гореть начали?

— Никогда бы не подумал, что меня обрадует отсутствие практики у девушки, — почему-то довольно проговорил некромант. — Фил, следи за студентами. Я пока отправлю свою персональную головную боль в ее комнату. Еще немного и она сама начнет напоминать зомби. С красными ушками.

Прикусила себе язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Потому что сказать хотелось многое. И часть из этого многого была неприличная. Ну вот что за шутка богов! Этот усатый, языкастый преподаватель, старше меня лет на двадцать, должен стать моим мужем. Конечно, браки, с такой немаленькой на первый взгляд разницей в возрасте у магов не редкость. Все-таки наделенные силой богов люди и нелюди стареют медленнее и живут дольше обычных людей.

— Учти, Хилт. — Фил подошел к нам ближе и теперь я могла его разглядеть. Жуткий скелет. Особенно, когда в его глазницах, как сейчас, загорается потусторонний, холодный огонь. — В следующий раз, если будешь медлить, достану свечу.

— Не боишься, что я могу ее у тебя забрать и засунуть, куда…

— Тш-ш-ш. — Умертвие приложило костлявый указательный палец к зубам, которые, стоит отметить, хорошо сохранились. — Не пугай девочку своими больными фантазиями. Сомневаюсь, что она поддержит тебя в их реализации.

— Уйди, Фил, — Шеннон поморщился. Ему, кажется, этот разговор стал надоедать. Чего уж там, я тоже не отказалась бы вернуться в общежитие как можно быстрее. Завтра, конечно, выходной, но…

Вигор хотел пойти со мной на прогулку. Честно, меня она уже немного пугала. Поэтому я уже подумывала отказаться. Как бы не хотела увидеть парня уверенно управляющим лошадью, но лучше уж побуду в стенах института. Нужно было повторить уже пройденный материал. Посетить библиотеку магов и, возможно, почерпнуть там побольше интересной информации. Что мой преподаватель еще мог упустить, обучая меня Некромантии? Нет, он, разумеется, был хорошим педагогом. Отец бы не стал нанимать глупого эльфа на должность моего личного учителя. Но определенные пробелы в моей голове были. И эти самые пробелы нужно было как можно быстрее заполнить. Иначе я в самом деле могу присоединиться к умертвиям с этого кладбища.

— Эх, ладно, — притворно расстроился Филипп. — Не цените вы мой талант сводника, — сказав это, он сделал шаг назад. — А я так старался… — еще пара шагов. — Но в следующий раз, — тут он уже погрозил моему жениху пальцем, — я все-таки приду со свечой.

Если Хилт и собирался ответить, то его бы все равно уже никто не услышал. Потому что Фил в самом прямом смысле слова провалился сквозь землю. Секунда, не больше, и вот его уже нет. Если он хотел впечатлить меня, то у него получилось.

— Пойдем, Холли. — Хилт сам отстранился от меня. Скользнул по мне задумчивым взглядом, потом хмыкнул каким-то своим мыслям и… схватил меня за руку, чуть выше локтя. — Пожалуй, лучше держать тебя поближе к себе.

— Ничего, профессор, — посмотрев недовольно на пленившую мою руку конечность, заговорила, — это ненадолго. Скоро прибудет отец. И у вас убавится проблем, связанных со мной.

— Радость моя, проблем, связанных с тобой, у меня всегда будет предостаточно, — беззаботно откликнулся Шеннон.

Снова оказавшись возле примечательного надгробия, часть которого лежала плачущим ангелом на земле, мы сразу заметили Фрэйн. Она стояла неподалеку, облокотившись спиной о другое, более высокое надгробие. Руки сложены на груди, глаза полуприкрыты, губы плотно сжаты. Она точно о чем-то думала. Или за кем-то следила?

— Фрэйн, я ее забираю! — повысив голос, сообщил Хилт, подходя к магессе ближе.

Девушка словно очнулась от дремы и темным взглядом посмотрела на некроманта. Почти сразу она пришла в себя. До нее дошел смысл сказанных мужчиной слов. И она поспешила заверить, что уж какое-то время она вполне справится со своей группой одна. Да и, если что, ее напарники придут на выручку.

— Скоро буду, — напоследок произнес Шеннон.

Он продолжал сжимать мою руку. И, разумеется, Фрэйн заметила, что некромант удерживает меня именно таким образом. Будто я не студентка, а преступница, которую ведут на казнь. В чем провинилась — вот вопрос.

— Не торопитесь, профессор, — фыркнула студентка, отворачиваясь от нас.

Она точно догадывалась, что Хилт для меня не просто преподаватель. Как и я для него — не просто студентка. Вот ведь… Ну, какого дряхлого вампира именно я попала в такую ситуацию? С такими темпами скрывать то, что мы жених и невеста, будет очень трудно. Особенно долгих четыре года. Хотя… это всего лишь четыре года. Когда они окажутся позади, мне придется выйти замуж за чистокровного эльфа. Запятнать, так сказать, своей кровью его кристально чистую жидкость, текущую по венам.

Мы направились на выход с кладбища. И если Хилт представлял собой невозмутимость и спокойствие, я была готова взорваться. Бранью…

— Расслабься, Холли, — склонившись к моему уху, тихо проговорил профессор, — я не кусаюсь. Пока что…

И вот не понравились мне последние сказанные им слова. Становиться его новой жертвой, галочкой в, не сомневаюсь, длинном списке сердечных побед, не собиралась. Но как отгородить себя от зародившейся вдруг симпатии? Неужели она так быстро стала разгораться всего лишь от пары поцелуев? Или это случилось еще раньше? Когда я испытывала злость и недовольство, видя его с другими. Ведь, будь на его месте кто-нибудь другой, прошла бы мимо. Даже если бы этот кто-нибудь был моим женихом. Поправочка: не навязанным богом Любви. В том случае мне можно было бы избежать брака с таким нелюдем. А тут… связали по рукам и ногам.

— Надеюсь, вам и не придется кусаться, — холодно заметила, смотря прямо перед собой.

Слева кто-то закричал. Но кто, увидеть не смогла. Затем последовала ругань и выкрик одного из наставников. Кажется, голос принадлежал Кроузу.

— Кажется, кто-то из студентов поднял целое умертвие, — решил пояснить Хилт. Он не успел договорить, как к крикам вдруг примешалось утробное рычание. — Оборотня, если быть точнее, — еще одно невозмутимое пояснение. Кажется, профессора в этой ситуации вообще ничего не смущало.

Ну да, уже одно то, что он целовал меня на кладбище, под надзором местных обитателей этого места, говорило о многом. Только некромант может посчитать такое поведение вполне допустимым.

— И вы не пойдете посмотреть, что же пошло не так? — поинтересовалась.

Не то чтобы меня смущала компания профессора. Просто сейчас, рядом с ним, мысли у меня в голове никак не хотели раскладываться по полочкам. Метались из угла в угол, словно тараканы в замкнутом пространстве.

— Если бы было что-то из ряда вон выходящее, Фил бы уже сообщил, — пояснил мне свое бездействие профессор. — Поторопись, Холли. Иначе мы с тобой так до утра идти будем.

Я бы может и поторопилась, если бы не тропинка, что, будто издеваясь, так и норовила бросить мне под ноги то камень поострее, то ветку потолще. Поэтому шла я осторожно, периодически осматривая тропу, которая вела на выход из кладбища. Вот не удивлюсь, если Шеннон специально пошел именно этим путем. Потому что к части кладбища, на которой у нашей группы должна была проходить первая практика, мы шли по другой дороге.

Попыталась высвободить свою руку, но не получилось. Пальцы сдавили еще сильнее. И чего он продолжает меня удерживать? Не сбегу ведь…

— Отпустите, профессор, — добавила в голос требовательных ноток.

Мою попытку быть холодной и отстраненной проигнорировали. Даже не посмотрели на меня. И комментировать свое странное поведение не стали.

Так мы и дошли молча до границы кладбища. Вышли за пределы погоста и пошли дальше, по уже знакомой тропке, в сторону стены, за которой скрывались институты. Как ни странно, шли медленно. Несмотря на то, что до этого Хилт выказал свое недовольство, связанное с тем, что я не тороплюсь. И ночь показалась бы мне романтичной, если бы… Если бы не неизвестный, желающий моей смерти, не идущий рядом языкастый маг и не раздрай, случившийся у меня в душе. Или я просто сама по себе не такая уж и романтичная натура.

Я бы сказала, что нас окружала тишина, как на кладбище. Но в последнее время там гораздо более шумно и… весело, чем в самих институтах. Что сказать? Скелеты умеют веселиться. И шутить, как оказалось, тоже. Только развлечения и шутки у них специфические. Да и слышно было, как птицы, что предпочитают дневному свету ночь, летают от ветки к ветке, шурша листьями и крыльями. Еще кто-то облюбовал растущий у дороги куст малины и смешно причмокивал.

— Осталось еще немного, — все-таки через какое-то время нарушил молчание Шеннон. — Будь благоразумна, не выходи по ночам из комнаты. Даже если тебя будут просить выйти.

— Неужели вы думаете, что убийца проберется на территорию магесс? Но, в таком случае, у него должен быть пропуск.

— Вероятно, именно он настроил первый портал, который выбросил тебя на кладбище, расположенное на территории Ирийского леса. Что в свою очередь означает, что, вполне вероятно, он может проделать что-нибудь подобное. Пусть и не в стенах учебного заведения, но за их пределами. Хотя… остальные переносы я с убийцей не связываю.

— А что мешает этому самому убийце настроить портал в моей комнате?

— Тот факт, что попасть в него может не тот, кто нужно. — Хилт бросил на меня короткий задумчивый взгляд. — И ему нужно видеть тебя, чтобы угадать момент, когда ты точно попадешь в портал. Как бы он проследил за тобой в вашей с соседкой комнате?

— Следящий артефакт?

— Для того, чтобы его установить, нужно пробраться в общежитие. А это опасно, ведь тогда круг подозреваемых сужается до тех, кто обучается в институтах. Не думаю, что убийца готов так рисковать. Он действует довольно осторожно. Поэтому навряд ли допустит подобную ошибку.

— Я не сомневаюсь, что это кто-то из вашего окружения, — прямо сказала. Смотрела я теперь не перед собой, а на мага. Снова пыталась прочесть по его лицу эмоции. Которые в темноте ночи разглядеть было сложнее, чем днем. И это при том, что я некромантка. И по факту таких проблем возникать у меня не должно.

— Ты не поверишь, Холли. — Снова короткий взгляд, направленный на меня. Хилт был напряжен и задумчив. Вот это я знала точно. И не нужно было вглядываться в лицо. — Я тоже так думаю.

— Если вы тоже так считаете, почему ничего не предпримите? Или вы не против моей смерти?

— Не говори глупости, — раздраженно полетело в ответ. — Если бы я желал твоей смерти, то не стал бы вытаскивать из очередной передряги. Такие умозаключения подтверждают лишь одно — ты еще глупая девчонка, в которой говорит обида, но никак не разум.

— Знаете, что? — выдохнула, смотря в темные глаза мага. Я понимала, что он прав. Мой вывод был поспешный и руководствовалась я в эту самую секунду именно раздражением. Но должна была проверить, будут в мужчине какие-то изменения, после сказанных мною слов или нет. Как оказалось, не особо. Добилась лишь того, что меня назвали глупой соплячкой.

— Очень любопытно вас послушать, — некромант вновь нацепил на лицо маску невозмутимости. И обратился ко мне на «вы». Получается, задела я его за живое.

— Вы бесчувственный, расчетливый, наглый… — начала перечислять.

— Полегче, девочка, — перебили меня. Хилт остановился, схватил меня с силой за плечи, заставляя тем самым стоять прямо напротив него. И смотреть в спокойное на первый взгляд лицо. — Тебе мне еще экзамены сдавать. Не забывай о том, что помимо того, что я вынужден стать твоим мужем, мне еще предстоит тебя обучать. И поверь, — дальше он продолжал с нажимом, — с тебя спрошу по полной. И если твоя работа и уровень знаний не удовлетворит меня, будешь пересдавать до тех пор, пока весь материал не станет от зубов отскакивать.

— Никогда бы не подумала, что вы самоутверждаетесь таким образом.

Только после того, как эти слова сорвались с губ, осознала, что вообще сморозила. И прикусила до боли язык, боясь, что сболтну еще что-нибудь лишнее. Зачем это сказала? Поддалась эмоциям. Обида, видите ли, во мне взыграла. И что теперь делать? Точно ведь не позволит спокойно экзамен сдать. Учитывая, что учебный год только начался, а меня уже предупреждают о том, как сложно мне будет с некоторыми предметами.

Вопреки моим ожиданиям, Хилт не разозлился. А на губах его с чего-то появилась предвкушающая улыбка. И смотрел он на меня так внимательно, что показалось, что теперь он, а не я, пытается прочитать эмоции на моем лице. Что, вообще-то, было странно, так как я их и не пыталась скрыть.

— Пустите меня, профессор, — теряя остатки самообладания, потребовала. Просить? Бесполезно. Он задел мое самолюбие. Я потопталась на его нервах. Мне кажется, на сегодня этого было вполне достаточно. — Время позднее. Мне нужно восстановить силы.

— В выходные ты никуда не пойдешь, — а вот эти его слова стали полной неожиданностью.

— Почему вы решили, что я куда-то собираюсь? — сделала вид, что понятия не имею, о чем он.

А про себя уже во всю чертыхалась. Он как-то узнал о планах Вигора показать мне лошадей. Или… следит за нами? Поэтому и знает, к кому я питаю определенный интерес и… Про поцелуи, скорее всего, осведомлен. Что ж… значит, не только на его нервах я потопталась, но и самоуверенности. Потому что, если бы он боялся меня потерять, то вел бы себя гораздо осторожнее и аккуратнее со мной. Нет, разумеется, я не нежная девушка, которой нужно каждый день приносить цветы и говорить приятные фразы и признания в любви. Но мне тоже нужно простое живое тепло. Которое я так и не получаю. И навряд ли получу, в связи с тем, что Хилт уже раздал изрядную часть этого самого тепла другим девушкам. А Корнэн в нем точно уже купается. Ведь ту блондинку он бросил, как только узнал о том, что станет моим мужем. А вот с нынешней ректрисой продолжает поддерживать… да, все те же теплые отношения. Боги, что-то меня затошнило.

— Я не идиот, Холли, — мои плечи сжали еще сильнее. — И не испытывай мое терпение. Иначе пожалеешь.

Продолжить нашу перепалку не успела. Профессор создал пространственный переход и буквально втолкнул меня в него. Будто отбросил от себя, как какую-то надоевшую игрушку. Но, я была бы не я, если бы просто это стерпела. Перед тем, как скрыться в переходе, запустила в мага безобидное заклинание. Мужчина, как я и предполагала, подобной дерзости от меня не ожидал. Что ж… прощайте усы еще на день-два. Если я буду с такой частотой лишать его лишней растительности на лице, то на месте усов скоро будет красоваться покрасневшая и расцарапанная кожа. Ведь никакое зелье не поможет от подобной чесотки.

Кстати, забыла сказать: усы во время поцелуя не мешают. Поэтому я и не стала усиливать заклинание. Пусть отрастают. Не факт, конечно, что мы еще хотя бы раз поцелуемся, но… Чем блохастый оборотень не шутит? Вообще-то мне понравилось. В случае же, если этот подлец опять будет уединяться с какой-нибудь своей пассией… Использую другое заклинание. Мама меня научила одному очень интересному. Суть которого заключается в том, что если мужчина попробует тебе изменить, то начнет оглушительно чихать. Пока не отойдет на безопасное от объекта временной страсти расстояние. Метров сто, не меньше. Откуда моей маме известно о таком заклятии? Точно не знаю, ведь отец был верен матушке. Только вот, кто ж этих мужчин разберет? Они даже если любят, не всегда могут удержать на себе штаны. Откуда мне об этом известно? Я долгое время жила в замке… А прислуга там очень болтливая и с хорошей фантазией.

Жалко ли мне было несчастные усы Хилта? Да. А вот самого их владельца — нет.

Я буквально выскочила из перехода и, не удержав равновесия, упала на свою кровать, чуть было не приложившись головой об изголовье. Леонора заворочалась и что-то недовольно проворчала. Повезло, что упала я к себе, а не на бедную девушку. Видимо, Шеннон все рассчитал. Как только умудрился? Однако этот расчет не отменял того факта, что меня толкнули. Такое пренебрежение со стороны мужчины задело. Он был странным. Словно в его теле уживались каким-то образом две сущности. Потому что, целуя меня, он был нежен, хоть и напорист (и это при том, что я должна раздражать его одним своим видом). Потом же его словно подменили. Что в итоге победит в нем? Или я так и буду мучиться с его непостоянством? И многочисленными (не сомневаюсь в этом) любовницами.

— М-м-м-м-м, Ерген, что ты делаешь? — пробормотала во сне Лео.

Ее голос, тихий и спокойный, каким-то чудом смог вернуть меня в реальность. Подскочив с кровати, схватила сорочку, спрятанную под подушкой, и пошла в ванную комнату. Приму душ. Холодный настолько, чтобы остудить пыл и привести в порядок чувства. И там уже потом, выспавшись и успокоившись, буду решать, что делать дальше.

Мысли привести в порядок так и не получилось. Из-за этого заснула поздно. Небо, виднеющееся за окном, уже начинало светлеть, когда меня, измотанную и уставшую, сморил сон.

Снилась мне какая-то ерунда. Я шла по темному коридору. Стена, по правую руку от меня, была увешана портретами. Проходя мимо одного из них, ощутила на себе холодный взгляд. Остановившись, взглянула на портрет мужчины. Он смотрел прямо на меня. Его глаза показались в тот миг живыми и очень эмоциональными.

Когда человек, заточенный навечно в раму, ожил и потянулся ко мне призрачной рукой, намереваясь перехватить за плечо, я отскочила в сторону и громко закричала. Было страшно. Настолько, что единственное, что я могла сделать, это продолжать стоять на месте и голосить.

— Холли, — кто-то с силой тряс меня за плечо, — очнись же… Холли! Клянусь всеми богами, сейчас влеплю тебе пощечину, если не проснешься.

Эти слова подействовали подобно ушату холодной воды, вылитой на голову. Открыв глаза, осоловело посмотрела на склонившуюся надо мной девушку.

— Сегодня же выходной, — хрипловато пробормотала, переводя свой взор с Лео на часы. — А сейчас слишком рано, чтобы вставать.

— Рано, — согласилась со мной подруга. Она выпрямилась и отошла к своей кровати. Ну да, разбудить разбудила и теперь дело можно считать сделанным. — Но сегодня я бы хотела сходить с тобой кое-куда… Если, конечно, ты согласна составить мне компанию. Надеюсь, Вигор не будет против?

— А почему он должен быть против? — не поняла ее последних слов. — Мы не встречаемся. Да и… даже если мы и собирались куда-то идти, ничего не получится.

— Почему?

— Да так, — откровенничать с Леонорой пока не собиралась. Не настолько мы были близкими подругами, чтобы я всецело могла ей довериться. — Ничего особенного. Просто я с ним никуда не пойду. По крайней мере, на этих выходных. — Приподнявшись на локтях, устроилась поудобнее, в полусидячем положении. Спать хотелось ужасно и встать с постели я пока не могла даже при большом желании. После практики все тело ломило так, будто я намотала около двадцати кругов вокруг погоста. — А ты что хотела мне предложить?

— Сегодня открывается ярмарка, — оживленно защебетала подруга. — Чего там только не будет! Я так мечтала туда попасть. Но идти одной боязно. А из одногруппниц и подруг никто особо не собирается. Все-таки выходные многие проводят дома.

— В связи с последними событиями, мне в город лучше лишний раз нос не совать, — я поморщилась, живо себе представляя, как разозлятся родители и Хилт. Последний особенно. Если уж его новость о моей намечающейся прогулке с Вигором так задела, то что уж говорить о ярмарке, где будет много людей и нелюдей. И нет гарантий, что убийца не будет крутиться поблизости.

— Я понимаю, — Лео сникла. — Но можно переодеть тебя. Да и внешность хотя бы немного магией изменить. И зелья специальные есть. Цвет волос, например, изменить, не так уж и сложно. Ты же должна об этом знать.

— Знаю, — подтвердила. — Однако, стоит ли это того? Жизнь у меня одна.

— Но ты же не можешь провести в заточении четыре года? Или пока не поймают твоего недруга. — Лео точно вознамерилась вытащить меня на улицу. — Тем более, во время ярмарки стражники будут контролировать ситуацию в городе с особой тщательностью. Да и не скажем мы никому, куда собрались.

— А Ерген будет? — полюбопытствовала.

— Нет, — Лео как-то резко сникла. Потупив взгляд, она стала рассматривать свои руки, сцепленные в замок на коленях. — У него другие дела. Поэтому-то я и рискнула поинтересоваться у тебя, пойдешь ли ты со мной.

Кажется, ее мало волновала моя жизнь. Но в одном она была права — четыре года за стенами институтов я не проведу. А быть неустанно под контролем отца и Шеннона невыносимо уже сейчас. А ведь папа даже пока и не приехал.

Наверное, последние умозаключения и толкнули меня на безумное в своей странности решение все-таки отправиться с Леонорой на ярмарку. Только перед тем, как сообщить ей об окончательном решении, я настояла на том, чтобы она изменила цвет моих волос. И выдала капли для изменения радужки глаз. Все остальное можно было сделать при помощи магии. И пусть не особо сильно изменюсь, но шансов остаться незамеченной у меня будет побольше.