Глава 30

Меня не держали ноги. Я устало шла по коридору. Север покинул нас, едва мы ступили на территорию института. Норис и Вит проводили меня до общежития и тоже удалились. Я осталась с Базом. Шла, едва передвигая ногами. Он топал рядом, и было видно, что и сам едва шевелил лапами. Я махнула ему рукой, отпуская, и дух пропал в стене. Теперь со мной остался лишь дымок, но тот посапывал в кармане штанов. Я свернула в вестибюль и теперь снова шла по полутемному коридору, освещенному лишь тусклыми магическими огоньками.

– Студентка Найли Риган, – шепотом окликнул меня голос, мгновенно вызвавший озноб во всем теле.

Я непроизвольно обернулась на голос и на секунду ощутила, как нервно дрогнули руки. Ко мне медленно приближалась Гельннана Брет, наша канцелярша. Черное платье утопало в полу, придавая походке леди пугающую мертвую грациозность. Канцелярша смотрела на меня через толстые линзы круглых очков и покачивала головой.

– Цы-цы-цы, – прощелкала языком. – Столько проблем из-за одного маленького суккуба. А ведь я говорила, с вами хлопот не оберешься.

Я вздохнула. Говорила, я помню. И как же леди Бретт была права! Дама остановилась в шаге от меня. Протянула бледную руку, коснулась моей щеки холодными пальцами.

– А ведь многого, очень многого можно было избежать, если бы вы внимательно меня слушали.

Я подняла на нее непонимающий взгляд. Она усмехалась тонкими губами, при этом лицо ее оставалось совершенно серьезным и жутко мертвым.

– Вот-вот, главная проблема всех студентов этого заведения, – прошелестела она. – Они совершенно не слышат, что им говорят старшие. А ведь вспомните мои слова, юная леди, по всем вопросам: за канцелярией, информацией и книгами – ко мне. Вы же устроили такой вертеп!..

Я густо покраснела. Верно, леди Бретт говорила. Как я могла забыть?

– Вы изначально все знали? И эти древние книги о демонах, и мою родословную. Все это было у вас?

Леди Гельннана посмотрела на меня из-под оправы очков. Ее темные глаза были слишком спокойны и холодны, это взбесило. Она знала! Знала и сидела в своей каморке! Не вмешивалась!

– Да, впрочем, какая разница! – выплюнула ей в лицо с яростью. – Я все узнала и все решила. Ректора отпустили. Убийцу нашли!

Леди Бретт криво усмехнулась.

– Маленький глупый суккуб. – И отчего мне чудилось, что в ее голосе сквозило презрение? – Тебе только кажется, что все решилось. На самом деле ты даже не представляешь, насколько все запуталось…

– Неправда! – выкрикнула я ей в лицо.

Она поморщилась.

– Знаешь, в чем еще проблема суккубов? Они никогда никого не слушают. И наступают сугубо только на собственные грабли, еще лучше дважды на одни и те же… – Леди отстранилась от меня. – Что ж… Искренне надеюсь, что я и правда ошибаюсь… Вот только не подскажешь?.. – Глаза ее сузились. – Советника Гэйли поймали? Нет… – У нее исказилось лицо. – И куда же мог подеваться советник? Куда же мог пойти тот, кто способен подчинять себе демонов и повелевать ими?

Мертвые глаза пронзали меня. Мне уже казалось, что сам взгляд пробирается под кожу и оттуда шепчет назойливо и противно:

«Куда? Куда?»

– К демонам… – прошептала я.

Она улыбнулась.

– А кстати, не подскажешь, где твоя подруга, полутролль? Как ее там?.. Влюбленная в высшего опального демона?

– Тара? – у меня похолодели руки.

– Точно, Тара… Вьятт. Милая девчонка… – Гельннана отвернулась и пошла по коридору. Но до меня очень хорошо долетели ее слова. – Как думаешь, что сильнее: большая любовь или большая дружба?.. В последнюю, в вашем случае, я верю меньше всего. – Силуэт канцелярши пропал в стене коридора. Я стояла и с замершим сердцем смотрела на то самое место, где находилась секунду назад леди Бретт. А потом развернулась и бегом бросилась в свою комнату. Распахнула дверь, да так и застыла.

Пуста.

Аккуратно заправленная кровать Тары с оставленной на ней книгой. Я распахнула шкаф. Ровный ряд черных кофточек и черных штанов. Окинула комнату быстрым взглядом. Так и есть, все на месте, кроме ее меча. А это значит, Тара после нашей встречи в кабинете тренера Треша больше не возвращалась в комнату. Я громко всхлипнула. Нужно найти в себе силы и пойти в кабинет тренера. Но отчего мне так страшно? Меня трясет оттого, что я могу там увидеть… мертвую Тару. Или… Слова леди Бретт так и звенели в голове. «Что сильнее: большая любовь или большая дружба?» Что она хотела сказать? Могла ли Тара выжить и… уйти с Трешем? Я покачала головой. Нет, Вьятт не могла меня бросить. А если она и не бросала? Если она лежит там, в кабинете Треша? Возможно, раненая, не в состоянии встать и позвать на помощь.

Я уверенно пошла к двери, намереваясь отправиться в крыло магистров, и чуть не была сбита внезапно открывшейся дверью. Успела отскочить. В комнату вошел ректор Кейн… Или как его настоящее имя? Эрик. Эрик Крэйк. Непривычно для слуха.

Я отступила.

Ректор прошел по комнате. Устало опустился на стул у стола, поправил черный плащ. Я смотрела на него, на осунувшееся лицо, на бледную кожу. И только глаза его были живыми, черными, как бездна. Он скользнул по мне взглядом.

– Удивлены моим внезапным посещением?

Я кивнула, не зная, что ответить. Он лишь чуть усмехнулся.

– Должен вас поблагодарить…

– Не стоит, – выдавила я.

– Стоит, – проговорил он и выдохнул. – То, что я собираюсь вам открыть, пожалуй, будет моей благодарностью… Хотя… Я не уверен, стоит ли говорить о том сейчас. Сможете ли вы принять это.

Я прошла к окну. Облокотилась о подоконник.

– Вы говорите загадками, лорд… – снова запнулась на имени, – Крэйк.

Он болезненно поморщился.

– Вы теперь знаете, кто я. Но так и не поняли, кто вы сами. Советник с правителем тоже не увидели. И это лучшее в вашем случае. Такие знания опасны. Не знаю, для вас или для нас… В любом случае вы должны узнать.

– Да говорите уже, – не выдержала я.

Он сунул руку в карман плаща.

– Знаете, Найли, я поражаюсь вашему безрассудству. Но, возможно, именно оно и спасает вас. – Он вытащил руку. В ней была пустая колбочка. Ректор открыл колпачок. – Вы никого не хотите мне вернуть?

Дымок заелозил у меня в кармане. Я покраснела. Осторожно вытащила его. Мне показалось, что он тяжело вздохнул. И медленно поплыл к колбочке. Сунулся в нее и горестно скрутился спиралькой. Ректор закупорил колбочку.

– Остальных мне вернули, едва я вошел в кабинет. Древние духи, на попечительство которых Баз оставил их, знают, насколько опасны они могут быть. – Крэйк покрутил колбочку в руках. – Вы знаете, кто это?

Я знала. Но говорить об этом ректору не спешила и ответила осторожно:

– Дымки!

– Совершеннейшее безрассудство, – задумчиво проговорил канцлер. – Эти дымки, как вы изволили их назвать, поглощенные проклятием. Те, кто не смог сдержать свою силу. Чистейшие проклятия в их естественном виде. Во что это…

Я сдержала ухмылку. Это я и без вас, лорд ректор, уже знаю.

– Они подчинились вам, Найли… – медленно продолжил Крэйк. – Они слушаются вас. Готовы идти за вас в бой. Защищать…

С моего лица стерлась ухмылка.

– Разве это плохо? – спросила настороженно.

– Это не плохо, – ректор поднял на меня взгляд. – Вы и правда не понимаете?

Я пожала плечами.

На лице лорда Крэйка отразилась тоскливая ирония.

– Видите, как бывает, леди Найли. Кто-то ищет сокрытое, а оно оказывается на самой поверхности. Перед самыми глазами.

– Что вы хотите сказать? – У меня сел голос и задрожали руки.

Лорд Эрик сунул колбочку с проклятием в карман, поднялся. Подошел ко мне и заглянул в глаза.

– Вы истинная наследница Алана Ригана, темного мага и алхимика. Вы демон, высший демон, леди Риган, которому подчинились сильнейшие проклятые, – говорил он медленно и таким глухим шепотом, что меня начало трясти. Я вдруг отчаянно захотела закричать: «Не говорите, не нужно. Я не хочу знать!» Но он уверенно продолжал рассказывать о том, о чем я уже сама начала догадываться по его тону, по разом вспыхнувшей во мне силе, клубившейся внутри и отвечавшей сильными ударами в сердце при каждом слове ректора, будто соглашаясь. – Я не знаю, как ваш отец это сделал. Но это вы тот артефакт, который так искал советник. Это вы выиграли войну. За вами пошли живые и мертвые. Ваш голос остановил кровопролитную бойню и сделал Киллиана правителем. Вы сами и есть мощнейший артефакт – Сияние лилии, способный созидать и разрушать.

Я испуганно заморгала глазами.

– Нет! – выкрикнула отчаянно. – Я не хочу быть артефактом! Я не хочу быть… никем, кроме самой себя.

– Да, моя милая Найли. И как бы вы ни сопротивлялись, у вас не получится быть просто собой. – Крэйк аккуратно взял меня за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. – И теперь вам придется учиться управлять не только вашим проклятием, но и вашей безмерной силой. Иначе вы начнете уничтожать все и всех вокруг одним движением брови.

Я всхлипнула. Ректор обнял меня и прижал к себе. А я уткнулась в его грудь и заплакала.

– Ну-у, – попытался успокоить он меня, нежно гладя по волосам. – Посмотрите на это с другой стороны. В вас заключена огромная сила. И вы, даже не умея ею толком управлять, смогли сделать много. Вы спасли меня. Вы смогли противостоять советнику.

– Это не я… – шмыгнула носом. – Это Север, Зак и Норис с Витом. И Баз… И правитель Киллиан, он появился вовремя.

Я немного отстранилась, посмотрела на ректора.

– Вы с самого начала поняли, кто я?

Он кивнул.

– Да. Вы очень похожи на свою мать. В свое время я был знаком с ней. Она была добра и прекрасна.

– Вы поэтому дали мне фамилию, – догадалась я.

– Я лишь вернул то, что вам принадлежит по праву.

– И теперь вы надеетесь, что я найду и открою вам тайники Ригана?

Лорд Крэйк устало вздохнул.

– Я лишь надеюсь, что вы станете достойной дочерью своего отца и сможете вернуть былую славу и уважение вашему роду. А еще я надеюсь, что то, что еще находится в тайниках этого института, никогда не попадет в руки советника и его преемников.

Я уставилась в окно. Там в свете фонарей аллеи падали на тропинку белые, пушистые снежинки. Прекрасные и холодные. А у меня на душе было холодно от странного, тягостного предчувствия. Как там сказала леди Бретт? Мне только кажется, что все разрешилось. Она снова права. Я подняла глаза на ректора.

– Я виновата перед вами, и вы это знаете. Но при этом все равно помогаете мне… Почему?

Он нахмурился.

– Вы имеете в виду ситуацию с моим сыном? – Крэйк нервно откашлялся. – Пожалуй, это не вам, а мне нужно извиниться за его поступок. Вы всего лишь защищались. А Мика… К сожалению, поведение моего отпрыска оставляет желать лучшего. Возможно, сказывается отсутствие моего воспитания. Мне крайне неудобно за то, что он пытался… – Ректор снова откашлялся.

Я хотела уже кивнуть в знак согласия, но вдруг непонимающе посмотрела на ректора.

– Но если он ваш сын, то почему он не инкуб?

Лорд Крэйк усмехнулся.

– Потому же, почему суккуб ты. Та, которая должна была родиться человеком. Если демон заводит отношения с человеком, то только один представитель этого союза может принять проклятие. По карме Мика будет не единственным моим сыном. А вот у Алана вы единственный ребенок.

Говорил он очень напряженно и не сводил с меня помутневших глаз. Мне стало нехорошо от его взгляда.

– Да, – повторил лорд. – Мика будет не единственным моим сыном. Найли, я бы очень хотел… Вы так много для меня сделали. Вы ведь не стали бы этого делать, если бы… – он приглушенно смолк.

Я отступила. Темные всполохи в глазах лорда Крэйка мне совсем не понравились. А он весь подался ко мне. Поймал за руку и рывком притянул к себе. Вторая рука скользнула по моей талии, прижимая. Тяжелое дыхание ударило мне в лицо. И от него потянуло силой. Нет, не моей, но столь же притягательной, от которой невозможно отказаться или противостоять.

– Не надо, Эрик, – шепнула я, чувствуя, как моя собственная сила вспыхнула лиловым, затуманивая разум. Может, так и должно быть: он инкуб, я суккуб, и я с самой первой встречи чувствовала, как нас тянет друг к другу. Но ведь это не любовь, не просто желание, а страсть, демоническая, проклятая… – Не надо! – У меня пропал голос, оставив лишь стон от внезапного чувства наслаждения, когда его рука скользнула по моей спине. А его губы уже касались моих. И сколько же нежности было в них! Пальцы канцлера расстегивали тугие пуговицы моей рубахи. Коснулись кожи. Я вся задрожала в его руках. Полное сплетение двух сил, и я в нем растворялась. Моя лилия кипела и содрогалась от предчувствия истомы. Казалось, комната и весь мир перестали существовать. Я сама обвила шею канцлера руками, запустила пальцы в жесткие волосы. Где-то на задворках моего сознания я пыталась сопротивляться, но не могла, полностью проваливаясь в волну наслаждения, которую давал мне Крэйк. Еще пара секунд, и я готова была раскрыться перед ним. Подчиниться всепоглощающей и столь притягательной силе древнего инкуба…

Дверь распахнулась внезапно, со стуком ударилась о косяк, заставив нас обоих обернуться. Услышанные слова разом отрезвили меня.

– Найли, я хотел… – Тишина.

Мы стояли обнявшись с лордом Крэйком и смотрели подернутыми истомой глазами на застывшего в проеме двери, разом побледневшего Зака.

Я что-то должна была сказать, но слова застряли в горле.

Глаза парня стали огромными, в них полыхнули огненные языки пламени.

– Ты! – выплюнул он с презрением. – Ты… Как ты могла?.. – и рванул из комнаты.

Я шарахнулась от ректора.

– Найли!.. – приглушенно прошептал он, пытаясь приблизиться ко мне. Я отпрыгнула в сторону.

– Найли, послушай меня…

Я не слушала. Я уже бежала по полутемному коридору. Гулко отстукивали каблуки, расстегнутая рубаха распахнулась, раскрывая затянутую в тугой лиф грудь. Я бежала по ступеням, не пытаясь прикрыться. Да и кто меня мог увидеть глубокой ночью? Разве что магические огоньки, но и те испуганно тухли при моем приближении. Я неслась сломя голову, проклиная себя, ректора и то внезапное, непонятное для меня, что вдруг вспыхнуло между нами. Пересекла холл и выскочила на улицу. Меня тут же обдало холодом, неприкрытую кожу защипало. Снег. Пушистый, белый, огромными хлопьями. Я бежала по аллее, ловя снег ртом, растерянная, с разметавшимися волосами.

– Зак! – Мой звенящий от напряжения голос эхом разнесся над стадионом, над фонтаном и институтом и унесся в ночь, вслед удаляющемуся силуэту огненного дракона.

Споткнулась, упала. Не ощутила боли от удара, но зато боль в сердце, казалось, попросту разрывала его.

– Зак! – закричала, запрокинув голову. Голос сорвался, переходя в полный боли хрип. По щекам поползли слезы. – Прости… Я не хотела…

Чего стоят мои стенания? Нужны ли мольбы о прощении от той, которая еще минуту назад готова была подчиниться и отдаться древнему инкубу? Все мое проклятие. И проклятие ректора. И оба они, вместе взятые, будь они прокляты! Меня начала бить крупная дрожь.

Я не сразу увидела выступивший из темноты силуэт. Он приблизился, и в свете фонаря появился Север. Усмешка на лице говорила о том, что он все видел в моем окне. Некромант подошел ближе. Остановился напротив меня.

– Он улетел. Думаю, навсегда.

Я вся вспыхнула. Ярость заклокотала в сердце.

– Это ты… Ты подстроил.

Север спокойно смотрел в мое пылающее лицо.

– Разве? Поверь, я не сделал ничего. Да и разве нужно было? Ты и сама прекрасно справилась.

– Ненавижу! – Я кинулась на Севера. Он уверенно поймал мои руки.

– Он улетел, – сказал демон бесстрастным тоном. – А я остался, – Север перехватил мои руки в одну свою ладонь и попытался прижать меня к себе.

– Никогда не буду с тобой! – рявкнула я сквозь застилавшие глаза слезы, пытаясь отстраниться.

Его глаза вспыхнули льдом. Север потер запылавший на его шее амулет.

Удар по лицу на секунду оглушил меня. Еще один.

Я задохнулась от боли и обиды. Лилия во мне вспыхнула.

Некромант снова прижал меня к себе, губы впились в мои. Я уперлась руками, не совсем понимая происходящее от ошалелого воя в голове. Только чувствуя, как на меня наваливается огромная мощь, сила, которой не в состоянии сопротивляться обычный суккуб, вековая сила вступившего в право ледяного дракона. И все же лилия ударила, но осыпалась, обращенная в лед.

– Не против дракона! – хрипнул мне в губы Север. – Больше со мной такие штучки не пройдут. Теперь я уже знаю, чего можно ожидать от тебя, и я готов…

Я закрыла глаза, собирая силы и надеясь если не дать отпор, то хотя бы оттолкнуть его на секунду, за которую попытаться сбежать от некроманта.

– Ты будешь моей! – выдохнул он.

В тот же момент хватка его рук ослабла, а следом он отпустил меня, и я услышала глухой хрип.

Я распахнула глаза.

Север стоял прижатый к стволу древней ивы, бледный, с трясущимися губами. Его одной рукой держал за шею худой человек в длинном плаще. Я охнула, узнав его. Рядом с ним стояла насупившаяся девочка с двумя тонкими косичками, Кора. Она смотрела на некроманта очень нехорошим взглядом. Я сделала шаг по направлению к ним. Мужчина обернулся, капюшон сполз с его головы. Лицо худое настолько, что я засомневалась, а жив ли вообще мой спаситель. Впалые щеки, обтягивающие скулы, серая кожа и черные глаза, в которых, как у ректора, кружились черные воронки тьмы.

Он убрал руки от некроманта, но тот даже не шелохнулся, стоял, в ужасе глядя куда-то в пустоту.

– Не стоит бродить леди одной по ночам, – прошелестел хриплый голос из мертвенных губ. Мужчина протянул мне руку. Я боязливо покосилась на костлявую ладонь. И все-таки протянула свою в ответ. Тепло. У него были теплые пальцы. Спаситель устало улыбнулся.

– Думала, он мертвый? – подбежала Кора и начала прыгать вокруг нас. На ней, несмотря на холод, было надето все то же цветное платье.

Я несдержанно кивнула.

– Да, так и думала.

Север продолжал стоять у дерева, не смея шевелиться.

– Что вы с ним сделали?

– Ничего… пока ничего… – выкрикнула Кора. А от мужчины повеяло столь явственной угрозой, что на секунду мне стало жаль северного дракона. Но только на секунду. Я потерла щеку, все еще горевшую от удара некроманта.

– Идемте, я провожу вас в общежитие… – едва слышно прошелестел голос.

– Ты же боевик, – возмущалась Кора, забегая вперед. – Должна более стойко держать удары. Да и силу… Не бойся выпускать, где нужно. Не столь она и неуправляема.

Мы шли по аллее, и ни один дух не приблизился. Я даже заметила, как, едва увидев идущего рядом со мной, хранители тут же пропадали в тенях деревьев. А мой странный сопровождающий ничего не говорил. Он не спрашивал, что я делала так поздно вне стен общежития. Он вообще больше не разговаривал. Может, оно и к лучшему. У меня на душе висел не просто камень, у меня сердце обрывалось с каждым шагом, а душа стонала так, что чудилось – и мой спаситель слышит. Он с Корой проводил меня до двери и только тогда слегка кивнул.

– Спокойной ночи, леди Найли Риган, и… – Горящий тьмой взгляд будто пронзал меня. Пальцы мужчины коснулись моего лица всего на секунду.

– Аста рамир торипари норилар готи, – голос въедался в мозг. Тонкая магия проникала в сердце, разбивая боль и успокаивая сознание. Даже душа примолкла, вслушиваясь. Тоска и печаль отпускали.

– Так лучше? – спросил спаситель.

– Да, – выдохнула одними губами.

Он сурово покачал головой.

– Разберитесь сначала со своими чувствами, прежде чем страдать. Страсть и любовь зачастую не одно и то же, – сказал безучастно.

Пальцы его соскользнули с моего лица, он отвернулся, взял Кору за руку. Она, прощаясь, помахала мне, и оба пошли прочь.

– Стойте! – пораженно выкрикнула я.

Мужчина обернулся.

– Кто вы?

Все то же бесстрастное лицо.

– Энвер Кай к вашим услугам, леди Найли, – мужчина отвесил поклон, быстрым движением накинул капюшон и пропал вместе с девочкой. Не выстроил портал, не ушел в тень ночи, а просто пропал во внезапно взмывшей из-под ног тьме.

Я стояла и смотрела в образовавшуюся пустоту. Точно такая же была у меня внутри. Без боли, без нытья души. Просто тупая безвременная пустота. А потом из стены общежития появился Баз. Зевнул.

– Тебе пора спать. Холодно, да и ночь на дворе. Носит же… Хорошо, я в комнату заглянул. Иди ищи тебя.

Я не смотрела на него. Я во все глаза глядела туда, где пропал мой спаситель.

– Ты видел? – спросила База, уже точно зная ответ.

– Кого? – без всякого интереса спросил дух-хранитель.

– Девочку Кору и мужчину, похожего на саму смерть. Он представился – Энвер Кай.

Баз застыл. Мне показалось, что его рыжая морда разом вытянулась. Дух обошел меня и испуганно посмотрел на то место, куда я смотрела.

– Как ты сказала? Энвер Кай?

Я кивнула.

– Никто, кроме истиной наследницы, не может видеть духа института Кору. В этом мы уже и не сомневаемся. Однако Энвер Кай…

Я перевела вопросительный взгляд на База. А он со страхом смотрел туда, где исчезли девочка с магом.

– Энвер Кай – демоническое имя одного древнего и могущественного мага, твоего отца – Алана Ригана.