Юля

— Вы не понимаете, — голос дрожит, пальцы тоже, не могу расстегнуть даже первую пуговицу блузки. Пальцы соскальзывают раз за разом. — Вам нельзя находится в моей комнате. П-прошу…

— Нельзя? — Кажется ему не понравилось это слово, вот же дерьмо!

Он поднимается с кресла, медленно, как будто в замедленной съемке, а я начинаю давать задний ход. Ну нафиг! Какого хрена он вообще здесь забыл? Напомнить номер комнаты его любовницы? Забыл, как зовут ту, кто хочет с ним трахаться? Я-то явно не хочу!

— Мне не нужны проблемы! Так что вам лучше уйти, — пытаюсь сделать уверенный голос, хочу показать ему, что я не боюсь. Но конечно же у меня не получается, мужчина приближается.

— Ты приобрела себе столько неприятностей, что даже представить не можешь, — скалит зубы и делает еще один шаг ко мне, упираюсь в стену, идти больше некуда. Закрываю глаза и начинаю скулить.

— Если вы пришли за тем, что я вам на пьяную голову наобещала, то это вы зря! Я вас не хочу! Так что никакие ваши эротические желания исполнять не намерена, — выдаю на одном дыхание, скороговоркой и распахиваю глаза.

— Ой, — вырывается из моего рта, когда я вижу его глаза так близко, он уже возле меня, его руки по обе стороны от моей головы, а его губы растянуты в саркастичной усмешке.

— Твоё дыхание участилось, ты облизываешь губы каждые пять секунд, соски затвердели, а если я сейчас засуну руку в твои трусы, то обнаружу, что ты до неприличия мокрая, — он все это произносит спокойным тоном, как будто интересуется как мои дела.

— Что вы такое несете?! — Густо краснею, понимаю, что он сказал правду, но признаваться в этом я не намерена!

— Люблю упрямых, — он наклоняется, проводит носом по моей щеке, вдыхает аромат моих волос и наклоняется к ушку, — я возьму все, что ты мне пообещала. Может после этого ты научишься, что за свои слова нужно отвечать?

Закусываю губу и боюсь пошевелиться. Он действует на меня странно и мне это не нравится.

— Вы…вы что…

Его рука скользит по моему животику, опускается вниз…. И … Кошмар!

— Уберите руки! — Перехожу на крик.

— Говоришь, что не хочешь, а в трусах потоп, не люблю, когда женщины мне врут.

— Ну вот и вали к тем, кто не врет! — Замахиваюсь рукой, чтобы дать ему пощечину, но мою руку тут же ловят и припечатывают к стенке.

**

Катастрофа! Он же меня сейчас прямо возле стены поимеет и дело с концом. Нужно его как-то привести в чувства, ну вот зачем ему я? Целая толпа девчонок готова на шею ему броситься, а он в моей комнате торчит. Ну, где логика то, а?

— Нравится брать силой? — Смотрю ему в глаза и пытаюсь не стучать зубами от страха. Ну все, хана! Глаза цвета виски меня пленяют, я как будто пьяна, он действует на меня как самый крепкий алкоголь.

— Если я захочу ты примешь нужную позу и будешь меня умолять тебя трахнуть, — я в этом даже не сомневаюсь, от него так и веет сексом. Если честно желание завалить его и оседлать меня не покидает. Но только то, что за такие выкрутасы мне потом башку побрею на лысо меня и останавливает.

— Ну а пока этого не произошло, прошу от меня отойти и убрать свои грабли! Когда я буду стоять раком, и вся изнывать от желания, я вас обязательно наберу. Номерок можете на тумбочке оставить, где выход, помните!

Пальцы в моих трусиках начинают активную деятельность, а предательский стон вырывается из груди быстрее, чем я успеваю запахнуть рот. Вот же гадство!

— Дерзкая, — так и хочется ему крикнуть “как пуля резкая”, но мои стоны заняли все эфирное время. — Знаешь как сладко таких ломать?

Догадываюсь, если он стоит здесь и копошится в моих трусах, значит вариантов поборзее у него нет?

— То, что ты доведешь меня до оргазма никак не повлияет на то, что я считаю тебя самой последней сволочью! — Госпожи, да заткните мне уже рот хоть чем-то. Чего меня понесло то?

— Отлично, такой расклад меня более чем устраивает, — его рука покидает мои трусики, так и не доведя меня до оргазма! WTF?!

Скулю, тихонько отвернув голову, надеюсь, что он сейчас свалит.

— Раздевайся! — Да что ж это такое?

— Повторяетесь, господин Завадский! — Огрызаюсь, злость, умноженная на возбуждение в итоге, выдает нам сучку на максималках!

— Делаю исключение, — снова эта ухмылка и снова мои руки чешутся, чтобы влепить ему пощечину.

— Пожалуй я упущу и этот шанс, — скрещиваю руки на груди, пытаюсь дать понять, что фиг ему, а не стриптиз!

— Отлично, — мои руки разводятся в сторону, один рывок и моя рубашка больше и не рубашка, а лохмотья!

— Охренел?! — Задыхаюсь от его наглости.

— Штаны сама снимешь или помочь?